Ощущение запаха при его отсутствии: Побочный эффект – Стиль – Коммерсантъ

Содержание

Побочный эффект – Стиль – Коммерсантъ

«Коммерсантъ Стиль» рассказывает, как коронавирус влияет на обоняние, что с этим делать и при чем здесь рынок свечей.

Потеря обоняния стала самым распространенным побочным эффектом COVID-19. Заболевшие перестают чувствовать ароматы, а те, кто уже перенес вирус, долго восстанавливаются и сталкиваются с искаженными запахами, а также так называемыми обонятельными галлюцинациями. К примеру, кофе кому-то пахнет бензином, а мясо — гнилью или хлоркой. 6 тыс. участников группы на Facebook, посвященной теме аносмии, то есть потере обоняния, жалуются на внезапный запах сигарет или гари.

По данным статистики «Яндекса», майский пик запросов про потерю обоняния совпал со второй волной. В целом за год количество запросов со словом «обоняние» выросло почти в пять раз. Кстати, во многом именно поисковики помогли соотнести симптом потери обоняния с новым вирусом. Например, в Google запрос «я не чувствую запахи» стал сверхпопулярным уже в марте — с тех пор журналисты стали привлекать к этой теме внимание.

Из-за искажения ароматов многие люди просто не могут питаться так, как раньше. Более того, обоняние имеет прямую связь с лимбической системой — частью мозга, отвечающей за наши эмоции.

Заведующая центром лечения боли, врач-невролог и врач-физиотерапевт австрийского центра здоровья Verba Mayr Светлана Саенко говорит о том, что хорошее обоняние определяет достаточный порог цветоощущения, слуха, вкуса и порог возбудимости вестибулярного аппарата, а отсутствие обоняния может даже замедлить темп мышления.

Уже проведено достаточно исследований в разных странах и общее мнение ученых сводится к тому, что коронавирус инфицирует два вида белков (ACE2 и TMPRSS2), оба из которых отвечают за обоняние. «При воздействии вируса обонятельные клетки заражаются и отмирают, без них нейроны больше не могут функционировать. Обоняние пропадает, если молекулы запаха не могут попасть к рецепторам. Это происходит из-за отека мягких тканей и слизистой оболочки носовой пазухи, который развивается в результате действия вируса.

Хотя носовые ходы свободны, чувства заложенности носа нет и насморка тоже»,— говорит Светлана Саенко.

Интересно, что в начале пандемии взлетел рынок ароматерапевтических средств и успокаивающих ароматов (продажи свечей в Selfridges выросли на 54%, а на Net-a-Porter — на 130%), однако их рейтинг падал. Любопытное расследование провело издание The Washington Post в декабре: до 2020 года рейтинг лучших ароматических свечей был в районе 4–4,5 звезд, а с января по ноябрь упал до 3. Научный сотрудник Гарвардского исследования развития взрослых в колледже Брин-Мор Кейт Петрова проанализировала около 20 тыс. отзывов на самые популярные свечи с Amazon и встретила там такие формулировки, как «нет запаха», «ничего не чувствую», «ничем не пахнет». Оказалось, что не все потребители связывают отсутствие обоняния с тем, что переболели коронавирусом, или не догадываются о том, что болеют в настоящее время.

Отсутствие запахов — серьезный удар по нервной системе. Психолог, специализирующийся на вопросах самоопределения, и автор блога @maonos Екатерина Рудик советует работать над принятием ситуации, если вы столкнулись с потерей обоняния. Задайте себе вопросы: «В чем опасность потери обоняния лично для меня?» и «Что самое неприятное в потере обоняния?» Каждый ответит по-своему, и так появится мишень. После начинайте искать пути облегчения последствий вируса для себя. Ответите однозначно: «В силах ли я на опасное и неприятное повлиять?» и «Как я переношу то, на что влиять не могу?» Эксперт советует разобрать риски, опасности, обозначить вероятность самых неприятных исходов и составить для себя план действий — так уменьшится неопределенность будущего и вернется привычное ощущение контроля над ситуацией.

Зарубежные эксперты-реабилитологи советуют проводить самостоятельные курсы ароматерапии, буквально день за днем тренируя нос. На сайте нового проекта The Sense of Smell Project, созданного вместе с учеными и переболевшими пациентами,

рекомендуется начинать с четырех эфирных масел — розы, лимона, гвоздики и эвкалипта.

Нужно поочередно вдыхать каждый из ароматов в течение 20 секунд, обязательно концентрируясь на своих мыслях и ощущениях. Создатели проекта подчеркивают, что такая реабилитация должна длиться минимум четыре месяца.

Врач-невролог австрийского центра здоровья Verba Mayr выделяет и другие методы физиотерапии при нарушении обоняния: это бактерицидные, противовоспалительные и иммуномодулирующие методы. Применяются эндоназальный электрофорез с лекарственными препаратами, дарсонвализация, инфракрасная лазеротерапия, внутривенное лазерное облучение крови и светотерапия Биоптрон.

Хорошая новость в том, что обоняние восстановимо,— это лишь вопрос времени. Обонятельные клетки могут регенерировать, но это занимает от одной до нескольких недель. Светлана Саенко говорит о том, что этот процесс еще больше замедляется у пожилых из-за развития атрофических процессов в обонятельном эпителии и корковых структурах мозга.

Дарья Богомолова

Гарь, тухлятина, ваниль: какие запахи преследуют людей, переболевших COVID‑19 — Люди

Специфический симптом коронавирусной инфекции – потеря обоняния. После выздоровления оно возвращается не сразу, а порой и вовсе играет с людьми злую шутку, заставляя их повсюду чувствовать весьма странные запахи. Какие именно? Об этом читайте в материале «РИАМО в Балашихе».

Вторая волна коронавируса: страхи жителей Балашихи и мнение психолога>>

Артур, 37 лет, звукорежиссер:

Тот, кто думает, что потеря обоняния – это просто неприятная мелочь, глубоко ошибается. На самом деле, ты будто попадаешь в вакуум…

«Сразу поняла, что у меня коронавирус»: история женщины с COVID‑19

Однажды я видел фильм, главный герой которого жил в огромном стерильном шаре. Он был полностью огражден от внешнего мира – не только от бактерий и вирусов, но и от звуков и запахов…. Именно так я себя ощущал, когда у меня полностью пропало обоняние. Мир просто потускнел.

Я очень люблю готовить, и когда после болезни ко мне вернулись силы, я решил побаловать родных вкусным ужином. Честно говоря, это даже страшно: наклоняешься над блюдом, от которого – ты точно это знаешь – исходят разные ароматы, но при этом ничего не чувствуешь.

Совсем недавно обоняние стало возвращаться. Все запахи чувствую будто издали. Наклоняюсь над чашкой ароматного кофе, кончик носа почти в кипятке сварился, но при этом едва-едва улавливаешь легкий его аромат. А ведь запах кофе весьма интенсивный!

А еще меня стал преследовать какой-то странный запах. Он будто главный среди других, более выраженный. Запах гари! Ощущение, что у меня под носом постоянно тлеет пластмасса.

Поначалу я даже пугался: бегал по квартире в поисках возгорания, на лестничную клетку выходил и проверял. Потом понял, что это такой «глюк», и полез в интернет. Там и начитался историй о запахах, которые преследуют людей после коронавируса. Мне с моим «ароматом гари» еще повезло, как оказалось!

Имбирь, чеснок и куркума против коронавируса: правда или фейк?>>

Ольга, 29 лет, домохозяйка:

Я очень тяжело переболела коронавирусом. Если честно, отсутствие обоняния – это ничто по сравнению с другими симптомами болезни. Когда я теряла сознание и не могла нормально дышать, то про запахи вокруг я уж точно не думала!

Но потом вернулась домой из больницы, немного пришла в себя и стала возвращаться к привычной жизни. Тогда впервые и задумалась о том, что ничего не чувствую – нет ни запахов, ни вкусов.

Примерно через неделю я стала улавливать в воздухе нечто очень противное.

Что-то вроде запаха немытого тела, когда от человека пахнет не потом, а какой-то кислятиной. Так пахнет и кислое, прогорклое молоко. Похоже и на запах кошачьей мочи. Прямо тошнотворная вонь!

Поначалу я ругалась на мужа с детьми. Была уверена, что они что-то натворили, пока я была в больнице. Потом перешла на кошку – решила, что она где-то по углам гадит. Даже заменила кошачий лоток – выбросила старый, купила новый. Но запах не исчезал, а мне ночью плохо спалось из-на него. Вымыла всю квартиру с хлоркой, в некоторых местах даже плинтуса оторвала – искала кошачье «место преступления»…

Спустя несколько дней муж сказал, что обсуждал мое странное поведение со своими коллегами. Так и выяснилось, что многих, кто перенес коронавирус, преследуют странные навязчивые запахи. То есть мой случай не единичный. Прямо от души отлегло: значит, я не сошла с ума!

Как ухаживать за больным коронавирусом в домашних условиях>>

Антон, 22 года, студент:

Запах ванили, конечно, мне нравился. Ассоциируется с булочками, которые печет мама. Да и в целом аромат приятный, нежный. Но так я думал до того, как переболел коронавирусом.

Куда пожаловаться на неприятный запах в воздухе

Сначала сходишь с ума от того, что не чувствуешь ни вкуса, ни запаха. Я даже набрал четыре килограмма из-за того, что просто молотил еду без разбора. Еще ложку, еще, еще, еще, еще. Все ждешь, что хоть отдаленно вкус почувствуешь, но нет.

Не исключено, что я употреблял в пищу и протухшие продукты. Обычно достанешь из холодильника позавчерашнюю гречку с мясом, понюхаешь, рвотного рефлекса не вызывает – значит, не испортилось, а если что – сразу на выброс. Но как без обоняния определить, испортилась еда или нет? Никак!

А потом, совершенно внезапно и резко, я учуял запах ванили. Серьезно, будто кто-то печет пирог с ванилином на моей холостяцкой кухне! Подумал, что у меня уже крыша поехала. На кухне, естественно, никого. Окно открыл, понюхал – может, с улицы аромат? Нет…

Друзья поначалу хихикали надо мной.

Да я и сам пошутить любил: ешь протухшую рыбу, а чувствуешь аромат ванили! Но через пару дней мне уже было не смешно. Меня стало тошнить от этого сладкого запаха.

Будто приторно-сладкие духи набрызгали под нос! И никуда не уйти, не убежать от запаха, не смыть его никаким мылом. Он повсюду с тобой.

Один товарищ посоветовал мне нюхать уксус. Не знаю, помогло ли мне именно это, но через пару недель запах стал улетучиваться. Все меньше, меньше его становилось. А запахи внешнего мира – все ярче. И почему я раньше не замечал, как божественно пахнет яблоко? Или лес после дождя? Даже у моего ноутбука, оказывается, есть свой запах!

А что касается ванили, вряд ли я еще когда-нибудь в своей жизни буду есть булочки с ванилином!

Как жителю Балашихи сдать тест на коронавирус не выходя из дома>>

Ирина, 45 лет, менеджер строительного магазина:

©  сайт GIPHY

Это очень странно, какой-то необъяснимый феномен. Мы с мужем переболели коронавирусом одновременно. Слава богу, болезнь была средней по тяжести – по сути, как обычное ОРВИ. Мы просто отлежались с температурой под 39. Еще были слабость, затрудненное дыхание и ломота в теле. И оба потеряли обоняние и чувство вкуса.

Когда запахи и вкусы стали возвращаться, мне стало все горчить. Наливаю с утра любимейший кофе, который пью уже 10 лет. Сделаю глоток – горько, выливаю. Варю кашу, самую обычную. Ложку в рот и сразу выплевываю: горчит. И так со всеми продуктами: мясо, рыба, выпечка… Нюхаю – тошнить начинает, запах горечи бьет прямо в мозг! Спасалась только кислыми зелеными яблоками. Тоже горчили, но, видимо, кислота перебивала горечь.

Муж страдает до сих пор, хоть болели в одно время. Обоняние к нему вернулось, но тоже в извращенном виде. Он без мяса жизни не представляет, блюдо, в котором нет мяса, для него и не еда. Но после коронавируса мясо стало для него пахнуть гнилью, тухлятиной.

Дети едят мясо, я ем – все нормально, мясо как мясо. А он не может, жалуется на нестерпимую гнилую вонь. Мы и сроки годности проверяли, и эксперименты разные проводили – ничего не меняется.

Скажу более: мой муж – охотник. Он пробовал мясо разных животных, неделями жил в палатке в лесу, питался чем попало. То есть он совсем не гурман и не привереда, которого от любого запашка сразу тошнит. И я даже не представляю, чем для него теперь пахнет мясо, если он отказывается его есть…

Сейчас решаем, что делать. Может, просто подождать надо, и все наладится, как у меня? Или пора бежать к врачу? Да хоть бы знать, к какому именно…

«На вкус как картон»: переболевшие COVID-19 могут потерять чувство вкуса и обоняние навсегда

Медики, изучающие коронавирус, стали замечать необычный тренд, пишет The Wall Street Journal. Один из симптомов заболевания, потеря обоняния и чувства вкуса, может сохраняться после выздоровления месяцами. Более того, к некоторым переболевшим эти чувства могут не вернуться вообще, подчеркивает газета со ссылкой на врачей.

Газета ссылается на исследование, опубликованное в журнале European Archives of Oto-Rhino-Laryngology. В нем говорится, что из 417 пациентов, переболевших в легкой или средней форме, о потере чувства вкуса и проблемах с обонянием сообщили 88% и 86% соответственно. Большинство пациентов сообщили, что эти два симптома остались даже после того, как исчезли все остальные.

«Каждый день какой-то сюрприз»: симптомы коронавируса могут проявляться на протяжении нескольких недель

Реклама на Forbes

«Желудок больше не взаимодействует со мной»

Мэтт Ньюи переболел коронавирусом в легкой форме еще в марте, но обоняние и чувство вкуса к нему так и не вернулись. С тех пор 23-летний парень потерял больше 15 фунтов (около 7 кг), так как необходимость есть превратилась для него в обязанность. Сейчас при росте 179 см он весит 135 фунтов (около 61 кг).

«Я не ел ничего полтора дня, потому что мой желудок больше со мной не взаимодействует», — рассказывает он. По его словам, иногда он тратит до двух часов на то, чтобы доесть приготовленную еду. Некоторые продукты, например бананы, ему трудно проглотить, так как он стал «сверхчувствителен» к текстуре пищи.

Ньюи рассказывает, как в конце апреля прибирался дома у скончавшейся бабушки и взял ее духи, но не смог почувствовать их запах. «Я так сильно ее любил. Я хотел в последний раз вспомнить, как она пахла. Чувство было такое, как будто я теряю это воспоминание. Это было больно», — заявил он.

«Клубнику от курицы не отличить»: Песков описал состояние после заражения коронавирусом

Тревогу у Ньюи вызывает то, что с потерей чувств он может не заметить опасность для жизни. Его сестра несколько недель назад сожгла блины, а он этого не заметил. После этого он задумался о том, что также не ощутил бы утечку газа или пожар.

«Разрушительная потеря»

Обоняние потеряла и 44-летняя медсестра Лиза Монтойя, столкнувшаяся с легкой формой коронавируса в марте и выздоровевшая в апреле. «Меня запах очень сильно успокаивает, и я всегда была к нему суперчувствительна. Я из тех людей, которые используют эвкалиптовое масло, когда не могут заснуть», — рассказала она.

Потеря обоняния стала ударом по ежедневным ритуалам Монтойи. «Раньше я молола кофе и подносила его к носу. Кофе — одна из моих любимых вещей, и его запах с утра заставлял меня чувствовать себя проснувшейся и живой», — рассказала она. В День матери медсестре не хватало запаха роз, принесенных ей падчерицей. Она также опасается того, что может отравиться, съев испорченную еду и не почувствовав этого.

Другие симптомы: новая вспышка в Китае показала, что коронавирус мог мутировать

Тот факт, что коронавирус может лишить обоняния человека без заложенности носа, озадачивает ученых, подчеркивает WSJ. Одна из теорий состоит в том, что отвечающие за обоняние рецепторы «совершают самоубийство, чтобы не нести вирус к мозгу», заявила газете заместитель директора некоммерческого научного института Monell Chemical Senses Center Даниэлла Рид. «Возможно, это здоровая реакция на вирус», — подчеркнула она, признав, что речь идет о «разрушительной потере» для человека.

У 62-летнего Дэна Лерга коронавирус забрал радость, которую тот получал от еды. Вместе с женой Дебби он заразился в марте. Его супруга вовсе не теряла способность различать вкусы, а вот к мужчине она не вернулась. «Это действительно расстраивает, потому что моя жена отлично готовит. На днях мы заказали потрясающую пиццу, и она сказала: «Ну разве не потрясающе?» А я сказал: «Я не знаю. Для меня она на вкус как картон», — рассказал Лерг.

«Хорошая почва для взрыва идей». Мир во время пандемии глазами русских художников

14 фото

ПАМЯТКА ДЛЯ РОДИТЕЛЕЙ ПО ПРОФИЛАКТИКЕ НАРКОМАНИИ И ТОКСИКОМАНИИ СРЕДИ ПОДРОСТКОВ

Уважаемые родители!

Обращаем ваше внимание на то, что в настоящее время проблема наркомании и токсикомании прогрессирует все больше среди молодого поколения.

Если ваш ребенок находится в какое-то время вне вашего внимания, то вам просто необходимо присматриваться к нему, чтобы вовремя заметить, не стал ли он «жертвой» наркомании.

Вы хотите уберечь своего ребенка от пагубных привычек? Тогда прочтите для себя ряд наших советов:

Как заметить, что подросток начал употреблять наркотические вещества?

Как подросток становится наркоманом и токсикоманом?

— Почему он решает попробовать то или иное вещество?

Наркомания и токсикомания – это тяжелые хронические заболевания, причиной которых является употребление психоактивных веществ ПАВ (лекарственных препаратов, химических и растительных веществ), характеризующиеся развитием психической (болезненное стремление вновь и вновь испытывать это измененное состояние), и как в следствие, физической зависимости, психическими и соматическими расстройствами, изменением личности.

Это происходит вследствие перестройки организма под действием постоянного поступления наркотика. Как только действие наркотика прекращается, наступает тяжелое состояние, которое наркоманы называют «ломкой», медики – «абстиненцией» (синдром отмены).

Подросток, употребляющий ПАВ становится рабом того вещества, которое он употреблял, не случайно в медицине используется термин «зависимость».

Одна из причин – интерес, желание испытать неизвестные ощущения, другая – быть принятым в определенную группу. Нередко желание «забыться» и удовлетвориться жизнью, приводит подростка к наркомании.

Часто родители довольно поздно и неожиданно для себя замечают, что их ребенок употребляет наркотические и токсические вещества, хотя перемены можно было увидеть в его поведении. Подросток становится скрытным, избегает родителей, ведет какие-то тайные переговоры по телефону, старые друзья и занятия, включая образовательное учреждение, ему уже не интересны. Он утрачивает интерес к учебе, убегает из дома на несколько дней, становится неуправляемым и агрессивным. Появляются резкие смены настроения, вялость, апатия. Наблюдается снижение интеллектуального развития, расстройство деятельности различных систем. Его одежда неряшлива, в карманах можно обнаружить баночки, шприцы, иглы, таблетки. Увеличиваются денежные расходы подростка, из дома нередко исчезают вещи.

Это должно насторожить Вас!!! Он может прийти в необычном состоянии, ведь именно это состояние – наркотическое опьянение – цель приема наркотиков. Чаще всего наркотическое опьянение подросток испытывает вне дома или в отсутствии родителей, но остаточные признаки этого состояния можно наблюдать спустя несколько часов после приема ПАВ. Вы можете заметить необычное возбуждение или раздраженное состояние. Вялый и сонный, с рассеянным вниманием, представленный сам себе, он может как бы задремать. А может быть благодушен, беспричинно весел. Вернувшись домой в таком состоянии, он с жадностью будет утолять жажду или голод. Присмотритесь! Характерно ли это для вашего ребенка? Всегда ли у него повышенный аппетит? Обратите внимание как двигается подросток. Возможно, вы заметите порывистые, размашистые, грубые движения, неуверенность в ходьбе.

Пусть ваше внимание привлечет внешний вид ребенка. Посмотрите ему в глаза – нет ли в них необычного блеска? Зрачки после применения наркотических и токсических веществ становятся либо необычно узкими, либо необычно широкими. Склеры могут быть покрасневшими, веки отечными. Насторожить должна бледность кожи или ее покраснения. Иногда она приобретает сальный налет. Наконец, посмотрите на руки вашего подростка: в области локтевых сгибов, на предплечьях, на тыльных поверхностях кистей могут быть следы от инъекций. Иногда подростки пытаются скрыть следы от инъекций царапинами.

Нетрудно обнаружить запахи при дыхании ребенка, от его одежды. Порой насторожить может и отсутствие запаха: подросток выглядит опьяневшим, говорит, что выпил спиртное, а запаха алкоголя нет. Проверьте, как чувствует себя ребенок на следующий день после необычного состояния: он может выглядеть заторможенным, вялым, разбитым, испытать мышечную слабость. Но это не весь перечень признаков, по которым можно заподозрить, что подросток начал употреблять опьяневшие вещества. Насторожить вас должно все необычное, что вы заметили в своем ребенке.

Надо иметь в виду, что многие признаки, о которых шла речь, можно заметить лишь на первых порах, потом организм начинает привыкать к системной интоксикации, и внешние признаки наркотического опьянения изменяются, их сможет обнаружить только специалист.

Если вы что-то заподозрили, не стоит «нападать» на ребенка с упреками и принимать «жестокие» меры. Поговорите с ним доверительно, во всяком случае, попытайтесь это сделать. Приведите его к специалисту наркологу. Попробуйте убедить его, что консультация врача-нарколога – это не наказание, а реальный шанс ему помочь. Чем раньше начато лечение – тем больше надежды на успех.

В подростковом возрасте проявляются изъяны предшествующего воспитания. Следовательно, важнейшая задача родителей — это контроль за состоянием ребенка. Необходимо обязательно обращать внимание на то, в каком состоянии он пришел домой, сравнивая с состоянием, в котором он вышел из дома. Это позволяет вовремя выявить, к примеру, случаи, когда подросток впервые закурил, принял алкоголь или наркотики.

Вы можете ознакомиться с описанием симптомов и внешних признаков в поведении ребенка, принимающего ПАВ:

Симптомы:

— замедленные реакции, сонливость, невнятная речь, изменение личности (появление других ценностей), снижение физической силы, трудоспособности, или повышенная активность, ухудшение координации, нарастающая слабость, агрессивность, бессмысленное выражение лица, зрачки глаз расширены, повышенный аппетит, слабо выраженные галлюцинации, повышенное артериальное давление, потеря болевых ощущений, чувство превосходства, ощущение неуязвимости.

Внешние признаки:

— нарочитость движений, провалы в памяти, запах табака (дыма), наличие спичек, зажигалок, табака в швах карманов, тюбиков клея, папиросной бумаги, белого кристаллического порошка, небольших камнеподобных кусков в стеклянных пузырьках или полиэтиленовых пакетиках, иглы или шприца для подкожных инъекций, обожженных крышек от бутылок или ложки, свечей, бритвенных лезвий, пожелтение пальцев, вид пьяного человека, красные отеки под глазами, сильный запах жженых листьев, мелкие семена в складках одежды и швах карманов, обесцвеченная кожа на пальцах.

Изучив симптомы, понаблюдав за внешними признаками и выявив наличие вредной привычки на ранней стадии, необходимо:

ü провести мероприятия по профилактике ПАВ — лекции, беседы, тренинги и т. д.;

ü использовать интерактивные методы, быть готовыми вместе с подростками исследовать собственный эмоциональный и поведенческий опыт;

ü больше внимания уделять формированию навыкам отказа от ПАВ — зависимости, нежели информационной части общения;

ü не бороться с негативными явлениями вредной привычки, а вместо этого пропагандировать позитивные стороны ее отсутствия.

ü проводить профилактику ПАВ-зависимости ребенка необходимо параллельно с ПАВ-зависимостью взрослых;

ü профилактика ПАВ-зависимости должна опираться на ценности подростков, а не на ценности взрослых;

ü важно обратить внимание на организацию досуговой деятельности подростка, его занятость в свободное время.

Профилактическую работу целесообразно проводить родителям совместно с социальным педагогом, психологом школы, наркологом.

1.  Рекомендации для родителей по профилактике наркомании и токсикомании подростков

1. Не паникуйте. Даже если вы уловили подозрительный запах или обнаружили на руке сына или дочери след укола, это еще не означает, что теперь ваш ребенок неминуемо станет наркоманом. Часто подростка вынуждают принять ПАВ под давлением. Помните о том, что и многим взрослым людям приходилось употреблять наркотические средства (обезболивающие уколы, масочный наркоз). И постарайтесь с первых минут стать не врагом, от которого нужно скрываться и таиться, а союзником, который поможет справиться с бедой.

2. Сохраните доверие. Ваш собственный страх может заставить вас прибегнуть к угрозам, крику, запугиванию. Это оттолкнет подростка, заставит его замкнуться. Не спешите делать выводы. Возможно для вашего ребенка это первое и последнее знакомство с психоактивным веществом. Будет лучше, если вы поговорите с ним на равных, обратитесь к взрослой его личности. Возможно, что наркотические и токсические вещества для него способ самоутвердиться, пережить личную драму или заполнить пустоту жизни.

3. Оказывайте поддержку. «Мне не нравится, что ты сейчас делаешь, но я все же люблю тебя» — вот основная мысль, которую вы должны донести до подростка. Он должен чувствовать, что бы с ним не произошло, он сможет с вами откровенно поговорить об этом. Поощряйте интересы и увлечения ребенка, которые должны стать альтернативой наркотику, интересуйтесь его друзьями, приглашайте их к себе домой. И наконец, помните, что сильнее всего на подростка будет действовать ваш личный пример. Подумайте о своем собственном отношении к некоторым веществам (табак, алкоголь, лекарства).

4. Обратитесь к специалисту, который окажет вам квалифицированную помощь. Не обязательно сразу к наркологу, лучше начать с психолога или психотерапевта. При этом важно избежать принуждения. В настоящее время существуют различные подходы к лечению наркомании. Посоветуйтесь с разными врачами, выберите тот метод и того врача, который вызовет у вас доверие. Будьте готовы к тому, что спасение вашего подростка может потребовать от вас серьезных и длительных усилий. В любом случае пускать ситуацию «на самотек» – значит заведомо смириться с потерей ребенка. Не спешите сдаваться, ВЫХОД ЕСТЬ!

ПОМНИТЕ, что ВЫ НЕ ОДНИ в решении этой проблемы!

Расстройства ощущений и восприятия — кафедра психиатрии и наркологии 1СПбГМУ им. И.П. Павлова


Расстройства ощущений.

Под ощущениями принято понимать такую функцию психической деятельности человека, которая позволяет оценить отдельные свойства предметов и явление окружающего его мира и собственного организма. Физиологической основой ощущение являются анализаторы органов чувств, позволяющие распознать такие стороны как твердое или мягкое, теплое или холодное, громкое или тихое, прозрачное или мутное, красное или синие, большое или маленькое и пр.

Экстероцептивные рецепторы (зрительные, слуховые, обонятельные, тактильные, вкусовые) дают человеку сведения об окружающем мире,

интероцептиные – о состоянии внутренних органов и систем, проприоцептиные – о положении тела в пространстве и совершаемых движений.

Для определения нарушений ощущения используются термины: анестезия, гипестезии, гиперестезия, сенестопатия и парестезия.

Анестезия – отсутствие каках-либо ощущений.

Гипестезия – ослабление ощущений, при котором сильные раздражители воспринимаются как слабые, яркий свет как тусклый, сильный звук как слабый, резкий запах как слабоощутимый и т.д.

Гиперестезия – усиление ощущений, при которой наблюдаются противоположные описанным при гипестезии явления. При гиперестезии, например, больные защищаются от «яркого» света темными очками, жалуются на неприятные болезненные ощущения от мягкого нижнего белья,

раздражаются от любого прикосновения и пр.

Парестезии – появление неприятных ощущений с поверхностных частей тела при отсутствии реальных раздражителей. Это могут быть жалобы на жжение, покалывание, переживание прохождения электрического тока через отдельные участки кожи, чувство отморожения кончиков пальцев и др. Локализация парестезий непостоянна, изменчива, разной интенсивности и продолжительности.

Сенестопатии — неприятно переживаемые ощущения разной интенсивности и длительности со стороны внутренних органов при отсутствии установленной соматической патологии. Они, как и парестезии, трудно вербализуемы больными, и при их описании последние чаще всего используют сравнения. Например: как будто шевелится кишечник, воздух продувает мозг, печень увеличилась в размерах и давит на мочевой пузырь и др.

Чаще всего патология ощущений встречается при астенических расстройствах различной этиологии, но могут наблюдаться и при психотических вариантах заболеваний. Длительно существующие парестезии или сенестопатии могут быть основанием для формирования ипохондрического бреда, бреда воздействия.

Расстройства восприятия.

Восприятие, в отличие от ощущений, дает полное представление о предмете или явлении. Его физиологической основой являются органы чувств. Конечный продуктом восприятия — образное, чувственное представление о конкретном объекте.

Расстройства восприятия представлены несколькими нарушениями: агнозиями, иллюзиями, галлюцинациями и психосенсорными расстройствами.

Агнозии – неузнавание предмета, неспособность больного объяснить значение и название воспринимаемого предмета Зрительные, слуховые и другие агнозии подобно рассматриваются и изучаются в курсе нервных болезней. В психиатрии отдельный интерес представляют анозогнозии (неузнавание своей болезни) встречающиеся при многих психических и соматических заболеваниях (истерических расстройствах, алкоголизме, опухолях, туберкулезе и др. ) и носящие разный патогенетический характер.

Иллюзии

Иллюзии – такое нарушение восприятия, при котором реально существующий предмет воспринимается как совершенно иной (например, блестящий предмет на дороге похожий на монету при ближайшем рассмотрении оказывается кусочком стекла, висящий в темном углу халат – за фигуру притаившегося человека).

Различают иллюзии физические, физиологические и психические.

Физические иллюзии обусловлены особенностями среды, в которых находится воспринимаемый объект. Например, горный массив воспринимается окрашенным в разные цвета в лучах заходящего солнца, как мы это видим на картинных Р.Рериха. Предмет, находящийся в прозрачном сосуде наполовину заполненный жидкостью, кажется изломанным в месте границы жидкости и воздуха.

Физиологические иллюзии возникают в связи с условиями функционирования рецепторов. Холодная вода после пребывания на морозе воспринимается теплой, легкий груз после длительного физического напряжения – тяжелым.

Психические иллюзии, чаще их называют аффективными в связи с эмоциональным состоянием страха, тревоги, ожидания. Тревожно-мнительный человек идущий в позднее время слышит за собой шаги преследователя Находящийся в состоянии алкогольной абстиненции в пятнах на стене видит различные лица или фигуры.

Парейдолические иллюзии относятся к психическим, представляют из себя разновидность зрительных с меняющимся содержанием ошибочных образов. Они нередко возникают в инициальном периоде психотических состояний, в частности алкогольного делирия. Больные в рисунках обоев, ковров видят меняющиеся лица, движущиеся фигуры людей, даже картины боя.

Остальные иллюзии зачастую не являются симптомом психического заболевания, нередко встречаются у психически здоровых лиц в указанных выше условиях.

Другая существующая классификация иллюзий основывается на их разграничении по анализаторам: зрительные, слуховые, тактильные, обонятельные, вкусовые. Чаще всего встречаются две первые разновидности, а две последние вызывают большие трудности в разграничении с галлюцинациями обоняния и вкуса.

Галлюцинации.

Галлюцинациями называется такое нарушение восприятия, при котором воспринимается несуществующий в данное время и в данном месте предмет или явление при полном отсутствии критического отношения к ним.. Галлюцинирующие пациенты воспринимают их как действительно существующее, а не воображаемое нечто. Поэтому всякие разумные доводы собеседника о том, что переживаемые ими ощущения есть только проявления болезни отрицаются и могут вызвать только раздражение пациента.

Все галлюцинаторные переживания рубрифицируются по ряду признаков: сложности, содержанию, времени возникновения, заинтересованности того или иного анализатора, и некоторым другим.

По сложности галлюцинации делятся на элементарные, простые и сложные. К первым относятся фотопсии (лишенные конкретной формы в виде пятен, контуров, бликов зрительные образы), акоазмы (оклики, неясные шумы) и другие простейшие феномены. В формировании простых галлюцинаций участвует только какой либо один анализатор. При появлении сложных галлюцинаций участвует несколько анализаторовТак, больной может не только видеть мнимого человека, но и слышать его голос, чувствовать его прикосновение, ощущать запах его одеколона и пр.

Чаще всего в клинической практике встречаются зрительные или слуховые галлюцинации.

Зрительные галлюцинации могут быть представлены единичными или множественными образами, ранее встречаемыми или мифическими существами, движущимися и неподвижными фигурами, безопасными или нападающими на пациента, с натуральной или неестественной окраской.

Если зрительный образ воспринимается не в обычном поле зрения, а где-то сбоку или сзади, то такие галлюцинации называются экстракампинными. Переживание видения своих двойников названо аутоскопическими галлюцинациями.

Слуховые галлюцинации могут переживаться больными как шум ветра, завывание зверей, жужжание насекомых и пр., но чаще всего в виде вербальных галлюцинаций. Это могут быть голоса знакомых или незнакомых людей, одного человека или группы людей (полифонические галлюцинации), находящихся рядом или на далеком расстоянии.

По содержанию «голоса» могут быть нейтральными, безразличными для больного или угрожающего, оскорбляющего характера. Они могут обращаться к больному с вопросами, сообщениями, награждать его орденами или снимать с должности, комментировать его действия (комментирующие галлюцинации) давать советы. Иногда «голоса» ведут разговоры о больном, не обращаясь к нему, при этом одни бранят его, угрожают карами, другие защищают, предлагают дать ему время на исправление (антагонистические галлюцинации).

Наибольшую опасность для больного и его окружения носят императивные галлюцинации, которые носят форму приказов выполнить то или иное действие. Эти приказы могут носить безобидный характер (приготовить еду, переодеться, пойти в гости и т.д.), но нередко приводящий к тяжелым последствиям (самоповреждениям или самоубийству, нанесение повреждений или убийству знакомого лица или случайного прохожего).

Как правило, больной не может противиться этим приказам, выполняет их, в лучшем случае просит как-либо ограничить его в действиях, чтобы не натворить беды.

Тактильные галлюцинации представлены чаще всего чувством ползания по коже или под ней различного рода насекомых. При этом даже если чувство ползания не подтверждается зрительными галлюцинациями, пациент может рассказать об их размерах, количестве, направлении движения, окраске и пр.

Обонятельные и вкусовые галлюцинации встречаются редко. Обонятельные заключаются в ощущении несуществующих приятных, чаще неприятных запахов (сероводорода, гнили, нечистот и др.) Вкусовые – переживанием какого-то вкуса во рту независимо от характера принятой пищи.

При висцеральных галлюцинациях больные утверждают, что в их теле находятся какие-то существа (черви, лягушки, змеи и др.), которые причиняют им боль, поедают принятую пищу, нарушают сон и т.д.).

Висцеральные галлюцинации, в отличие от сенестопатий, имеют вид образа с соответствующими характеристиками размеров, цвета. особенностей движения.

Отдельно от других рассматриваются функциональные, доминантные, гипнагогические и гипнопомпические галлюцинации.

Функциональные галлюцинации возникают на фоне действия внешнего раздражителя, и воспринимается одновременно с ним, а, не сливаясь как это имеет место при иллюзиях. Например, в шуме дождя, тиканий часов больной начинает слышать голоса людей.

Доминантные галлюцинации отражают содержание психической травмы, ставшей причиной заболевания. Например, потерявший близкого родственника слышит его голос или видит его фигуру.

Гипнагогические галлюцинации любого характера возникают в состоянии перехода от бодрствования ко сну, гипнопампические – при пробуждении.

Особое значение для диагностики психического расстройства имеет деление галлюцинаций на истинные и ложные (псевдогаллюцинации).

Для истинных галлюцинаций характерна проекция в окружающую среду, они естественным образом вписываются в нее, носят такие же признаки реальности, как и окружающие предметы. Больные убеждены, что окружающие испытывают те же переживания, но по непонятным причинам скрывают это. Истинные обманы восприятия обычно влияют на поведение больного, которое становится соответствующим содержанию галлюцинаторных образов. Истинные галлюцинации чаще встречаются при экзогенных психозах.

Псевдогаллюцинации имеют целый ряд отличительных от истинных свойств:

  1. Они лишены признаков реальности, не вписываются в окружающую среду, воспринимаются как нечто инородное, странное, отличное от прежних ощущений. Сквозь сидящего на стуле человека видна спинка стула, находящийся неподалеку тигр с оскалом зубов, по данным В.Х.Кандинского, не вызывает чувства страха, а скорее любопытства.

  2. Проецирование галлюцинаций внутри тела. Больной слышит голоса не ухом, а внутри головы, видит образы, расположенные в животе или грудной клетке.

  3. Переживание чувства сделанности галлюцинаций. Пациент не сам видит образ, а ему его показывают, он слышит голос внутри головы потому, что кто-то так сделал, возможно, вставив в голову микрофон. Если зрительная галлюцинация проецируется во вне, но обладает выше перечисленными признаками, она может быть отнесена к псевдогаллюцинации.

  1. Нередко псевдогаллюцинации, если они не носят императивный характер, не отражаются на поведении пациента. Даже близкие родственники месяцами могут не догадываться, что рядом с ними находится галлюцинирующий человек.

Псевдогаллюцинации чаще встречаются при эндогенных расстройствах, а именно при шизофрении, входят в синдром Кандинского-Клерамбо.

О наличии галлюцинаторных переживаний можно узнать не только со слов пациента и его родственников, но и по объективным признакам галлюцинаций, которые отражаются в поведении больного.

Галлюцинации относятся к психотичесому уровню расстройств, их лечение лучше проводить в стационарных условиях, а императивные галлюцинации являются обязательным условием недобровольной госпитализации.

Галлюцинации составляют основу галлюцинаторного синдрома. Длительно существующие, не прекращающиеся галлюцинации, чаще всего вербальные, обозначаются термином галлюциноз.

Психосенсорные расстройства.

(нарушения сенсорного синтеза)

Нарушениями сенсорного синтеза называют такое расстройство восприятия, при котором реально существующий (в отличие от галлюцинаций) воспринимаемый объект узнается правильно (в отличие от иллюзий), но в измененной, искаженной форме.

Различают две группы психосенсорных расстройств – дереализацию и деперсонализацию.

Дереализация – искаженное восприятие окружающего мира. Она в высказываниях больных может носить неопределенный, трудно вербализируемый характер. Переживается чувство измененности окружающего мира, он стал каким-то иным, не таким как прежде. Не так стоят дома, не так передвигаются люди, город выглядит камуфляжным и т.д. Для больных, находящихся в депрессии свойственны высказывания, что мир потерял краски, стал тусклым, размытым, нежизненным.

В других случаях переживания дереализации выражаются вполне определенными понятиями. Это касается, прежде всего, искажения формы, размеров, веса и цвета воспринимаемого объекта.

Микропсия – восприятия предмета в уменьшенных размерах, макропсия – в увеличенном размере, метаморфопсия — в искаженной форме (ломаным, наклонившимся, деформированным и пр.) Один из больных периодически с громким криком «пожар» выбегал из палаты, так как воспринимал все окружающее его в ярко красном цвете.

Дереализаци может также проявляться феноменами déjà vu, eprouve vu , entendu vu, а так же jamais vu, jamais eprouve vu, jamais entendu. В первом случае речь идет о том, что индивид переживает возникшую ситуацию как уже когда-то виденную, слышанную или пережитую. Во втором уже ранее известную — как никогда не виденную, не слышанную и не пережитую.

К дереализации относится также нарушение восприятия времени и пространства.

Больные в маниакальном состоянии воспринимают время более быстрым, чем в реальности, в депрессивном – как замедленное.

Находящиеся в состоянии интоксикации в результате курения анаши испытывают чувство, что рядом находящиеся предметы находятся на расстоянии десятков метров от них.

Дереализация чаще встречается при психических расстройствах экзогенной этиологии.

Симптомы деперсонализации могут быть представлены в дух вариантах: соматопсихической и аутопсихической.

Соматопсихическая деперсонализация, или нарушение схемы тела, представлена переживаниями изменения размеров тела или его частей, веса и конфигурации. Больные могут заявлять, что они настолько выросли, что не умещаются в своей постели, голову из-за утяжеления невозможно оторвать от подушки и т. д. Эти расстройства также чаще встречаются при экзогениях.

Аутопсихическая деперсонализация выражается в переживании чувства измененности своего «Я». В таких случаях больные заявляют, что изменились их личностные свойства, что они стали хуже, чем ранее, перестали тепло относиться к родственникам и друзьям и пр. (в состоянии депрессии). Аутопсихическая деперсонализация более свойственна больным с эндогенными заболеваниями.

Деперсонализационно-дереализационный синдром может усложняться бредом, депрессией, психическими автоматизмами и другими расстройствами психической деятельности.


Обманчивое обоняние | Наука и жизнь

Насколько чувство запаха помогает нам в современном мире?

Обоняние — это, пожалуй, самое недооценённое из всех органов чувств человека, хотя именно оно так много сделало для нас в эволюционном плане: предупреждало об опасности, помогало выбрать правильную пищу и даже будущего партнёра.

Приятные ароматы нам хотелось бы ощущать почаще, а вот неприятные — как можно реже. К тому же существует немало стереотипов о том, что все неприятные запахи вредны. Давайте разберёмся, когда это верно, а когда нет.

Обоняние — самое «химическое» из наших чувств. С его помощью мы узнаём, какие вещества находятся в окружающем нас воздухе. Но вместо точного списка всех «учуянных» соединений, как если бы наш нос был просто химическим анализатором, мы чувствуем запахи. Один и тот же запах может совершенно по-разному восприниматься двумя разными людьми — на это влияет множество факторов. Подробнее об этом можно узнать из фильма «Запах». 

А пока поговорим о запахах современного города, и так ли они опасны. Если мы делимся с кем-то интересной новостью, то чаще всего используем такие слова, как «я увидел», «я прочитал» или «я услышал». Неудивительно, ведь больше всего информации мы получаем благодаря зрению и слуху. Другие органы чувств поставляют нашему мозгу куда меньше данных, но тем не менее, и такая информация иногда становится крайне важной. Свежий тому пример — временная потеря обоняния у части больных, заразившихся новой коронавирусной инфекцией. Хотя сигналом тревоги в данном случае служит само отсутствие сигнала, именно обоняние может помочь нам вовремя обратиться за помощью и не подвергнуть опасности окружающих. Но насколько хорошо мы в целом ориентируемся в мире современных запахов и понимаем, какие запахи могут говорить об опасности?

Само по себе обоняние — одно из древнейших чувств, доступных живым организмам. По сути, ощущение запаха или вкуса — это способность организма «учуять» определённые химические вещества в окружающей среде и как-то на это отреагировать. Одни из самых простейших «нюхачей» — бактерии. Они могут чувствовать изменения концентрации растворённых веществ и в зависимости от того, съедобное это вещество или ядовитое, перемещаться к источнику запаха или, наоборот, от него.

Конечно, у животных, в том числе и у человека, обоняние устроено гораздо сложнее, да и функций у чувства запаха много, и не о всех из них нам пока известно. Среди зверей есть виды с поразительной чувствительностью обоняния, и пальма первенства, по-видимому, принадлежит, как ни странно, не собакам, а слонам. Но даже у животных, с обонянием у которых, мягко говоря, не очень, вроде тех же птиц, иногда обнаруживаются удивительные способности, указывающие, что нюх у них всё-таки есть. Например, буревестники используют обоняние как одно из чувств, помогающее им найти самый короткий путь домой. Даже у людей время от времени обнаруживаются неочевидные способности, которые у нас есть благодаря обонянию — запахи могут влиять на наше поведение, даже если мы сами этого не осознаём.

Но чаще всего мы всё-таки сталкиваемся с запахами, которые вполне осознанно чувствуем и идентифицируем. Запах цветущих деревьев, кофе или свежей выпечки — у всех этих запахов есть не только определение, но и вполне однозначная привязка к источнику. Мы очень удивимся, если кофе вдруг будет пахнуть булкой. Вообще натуральные, если так можно выразиться, запахи — это чрезвычайно сложные объекты. В большинстве случаев не существует какой-то одной молекулы, которая пахнет, к примеру, как спелый фрукт. То, что мы чувствуем как запах спелого цитруса, представляет собой результат воздействия больше сотни различных летучих веществ на наши обонятельные рецепторы. После чего наш мозг ещё и обрабатывает полученный от рецепторов сигнал, придавая ему вдобавок свою уникальную эмоциональную окраску. Поэтому к индивидуальным физиологическим особенностям обоняния, которые у разных людей могут заметно отличаться, добавляется ещё и наше собственное восприятие запаха. Для кого-то аромат свежеиспечённого хлеба на улице — это запах детства, а для кого-то — невольный попутчик по дороге на нелюбимую работу. Впрочем, город дарит нам не только аромат выпечки и цветущих садов, но и множество других запахов, к которым у каждого из нас может быть разное отношение..

Автомобили, промышленное производство, дорожные и строительные работы, даже банальная сезонная окраска фасадов домов и изгородей — всё это наполняет городской воздух разнообразными запахами. Мы привыкли считать запах своего рода эквивалентом степени чистоты, а значит, и безопасности вдыхаемого воздуха. Однако это правило работает не всегда: не всё, что пахнет, представляет прямую опасность для здоровья, и не всё что не имеет запаха — безопасно.

Концентрацию какого-либо вещества в воздухе принято измерять и сопоставлять с нормой предельно допустимой концентрации (ПДК). Считается, что если содержание вещества в пробах воздуха меньше предельно допустимой концентрации, то оно не причиняет никакого вреда здоровью. Поэтому за соблюдением ПДК следят соответствующие службы: на предприятиях, в городе или в любых других местах, где качество воздуха может ухудшиться. Наличие же или отсутствие запаха связано с другим параметром — с порогом чувствительности. Этот фактор не связан напрямую с ПДК, потому что определяется нашей способностью оценить наличие запаха с помощью уникального прибора — нашего собственного носа. Запахи часто представляют собой сложную смесь пахучих веществ, состав которой не так просто установить, а то и вовсе невозможно.

В процессе эволюции наше чувство обоняния развивалось таким образом, чтобы без труда определять опасные для жизни соединения: в первую очередь те, которые указывают на несъедобность пищи. Неудивительно, что человеческий нос очень чувствителен к путресцину и кадаверину, определяющим запах гнилого мяса, а сероводород (запах тухлых яиц) и меркаптаны наши органы обоняния улавливают в концентрациях в сотни, а то и тысячи раз меньших, чем те, которые представляют угрозу для здоровья. Но в современном мире мы можем столкнуться с опасными веществами, ко встрече с которыми эволюция нас ещё не подготовила. А значит и их запах мы почувствуем поздно, а то и вовсе не заметим.

Например, это может быть угарный газ, запах которого мы совершенно не чувствуем, но именно это простое химическое соединение ежегодно уносит жизни из-за неосторожного обращения с печками и каминами. Есть и другие вещества, с которыми можно повстречаться на производстве или в быту, и которые не имеют запаха или порог чувствительности, для которых сильно выше ПДК. Простой пример — ртуть из обычного градусника. У неё нет никакого запаха, но при этом её пары чрезвычайно вредны. Поэтому для ответа на вопрос, вредно ли дышать тем или иным воздухом, нужно оценивать именно концентрации вредных веществ и сравнивать их с предельными концентрациями, а не полагаться только на отсутствие запаха.

Есть и обратный пример: обладающая ярко выраженным кислым запахом уксусная кислота. Она используется не только при варке борща, но и на предприятиях химической промышленности, например при производстве терефталевой кислоты. Из неё получают полиэтилентерефталат — полимер, из которого потом изготавливают прозрачную пластиковую тару для воды, соков и других жидкостей. Запах уксуса в быту, например при добавлении его как соуса к пельменям, вызывает аппетит, а при встрече с этим же запахом на улице, человек может начать испытывать дискомфорт — это именно та ситуация, когда запах можно определить, но физического вреда он не несёт.

Другое дело, что даже неопасные напрямую для здоровья вещества могут, тем не менее, снижать качество жизни. Как уже говорилось, восприятие запахов индивидуально, и у части людей тот или иной запах может вызывать и нарушения сна, и другие негативные эффекты. Поэтому помимо отсутствия в воздухе вредных для здоровья концентраций опасных веществ, в нормативы качества воздуха постепенно включают по аналогии с ПДК и ограничения для запахов — предельно допустимые нормативы запахов. Как с тем же запахом свежего хлеба — хорошо время от времени вдохнуть приятный аромат, но не всем будет по душе жить рядом с хлебозаводом и не чувствовать, кроме хлебных, никаких других запахов (пусть даже никто не сможет отравиться, понюхав свежую булку).

Когда мы говорим о предельно допустимой концентрации какого-нибудь загрязнителя, то нужно понимать, что существуют разные ПДК, что называется, на разные случаи жизни. Как минимум, есть ПДК загрязняющих веществ для рабочей зоны, а есть, для воздуха в городах и сёлах. Возьмём, например, тот же сероводород — безопасная концентрация этого газа в рабочих помещениях установлена на уровне почти в тысячу раз выше порога чувствительности. Например, на нефтеперерабатывающем заводе, где сероводород образуется в результате очистки топлива от примесей серы, вполне нормально чувствовать этот запах, если концентрация самого газа находится в допустимых пределах. Однако если мы посмотрим на ПДК сероводорода не для завода, а для жилой местности, то здесь это значение установлено уже ниже порога чувствительности нашего носа. То есть воздух, которым мы дышим постоянно, не должен вообще пахнуть этим зловонным газом. Аналогичная история с аммиаком — другим широко распространённым в промышленности газом с резким характерным запахом. На заводе запах аммиака допустим, а в жилой зоне — нет. Кстати говоря, аммиачное зловоние часто приходит к нам не с химических заводов, а со свиноферм, птицефабрик и даже конюшен, где самый настоящий аммиак в больших объёмах выделяется из помёта животных. Впрочем, в сельском хозяйстве хватает и своих «натуральных» и не самых приятных запахов.

Ответственные компании внедряют на производстве современные системы очистки, модернизируют техпроцессы, чтобы снизить объёмы выбросов и в целом направлены на минимизацию воздействия на окружающую среду. Впрочем, и антипримеры производств-загрязнителей, к сожалению, не составит большого труда найти. Так стоит ли полагаться на обоняние, оценивая опасность воздуха для здоровья? И да, и нет. С одной стороны, отсутствие запаха совсем не означает безвредность воздуха. Поэтому точный ответ здесь даст только качественная лабораторная диагностика и определение всех возможных загрязнителей. С другой стороны, и наличие запаха не служит однозначным доказательством наличия в воздухе опасных для здоровья концентраций веществ, хотя приятного в этом, конечно, мало. Но для надёжного определения опасности нужно всегда отделять запах от его причины — от концентрации вещества. Наш нос хоть и прекрасный «инструмент» для познания окружающего мира, но в плане получения точных цифр полагаться на него всё-таки не стоит.

Что это такое, причины, лечение и симптомы

Обзор

Что такое искривление носовой перегородки?

Носовая перегородка — это хрящ и кость в носу. Перегородка делит полость носа (внутри носа) на правую и левую стороны. Когда перегородка смещена от центра или наклонена к одной стороне носовой полости, она «отклонилась». Медицинские работники называют это искривлением носовой перегородки.

Что произойдет, если у меня искривление носовой перегородки?

Если у вас незначительное искривление носовой перегородки, у вас могут быть легкие симптомы или они могут отсутствовать вовсе.Если искривление перегородки более серьезное, это может повлиять на ваше дыхание, вызвать головные боли или привести к инфекциям.

Насколько распространены искривления перегородки?

Искривление перегородки очень распространено. Медицинские работники считают, что до 80% людей имеют искривление носовой перегородки.

Симптомы и причины

Что вызывает искривление носовой перегородки?

Травма носа может вызвать искривление носовой перегородки. Повреждения носа могут возникать из-за:

  • Спорт.
  • Водопад.
  • Автомобильные аварии.
  • Получение удара в нос во время аварии или драки.

Искривление перегородки также может быть врожденным или присутствовать при рождении. Отклонение может быть связано с тяжелыми родами или заболеванием соединительной ткани.

Это также может быть результатом нормального развития. По мере роста носа перегородка также растет и иногда может увеличиваться в одну сторону. Обычно это самая распространенная причина искривления носовой перегородки.

Каковы симптомы искривления носовой перегородки?

У людей с сильно искривленной носовой перегородкой может измениться форма носа.

Другие симптомы искривления перегородки включают:

Затрудненное дыхание с одной или обеих сторон носа.

Диагностика и тесты

Как диагностируется искривление носовой перегородки?

Медицинский работник начнет с вопросов о ваших симптомах. Они проведут медицинский осмотр, включая тщательный осмотр вашего носа. Они будут смотреть на внешнюю часть вашего носа. Они также заглядывают внутрь вашего носа, направляя яркий свет в ноздри.Вы можете обратиться к специалисту, например, к оториноларингологу (ЛОР) или к пластическому хирургу.

Управление и лечение

Как лечить искривление носовой перегородки?

Большинству людей не требуется лечение искривления носовой перегородки, потому что у них нет симптомов или они легкие.

Лечение искривления носовой перегородки — операция, называемая септопластикой. Если у вас проблемы с дыханием, частые инфекции носовых пазух или другие неприятные симптомы, вам может подойти септопластика.

Кому показана септопластика?

Если у вас серьезные симптомы искривления носовой перегородки, вам может быть показана септопластика. Чтобы решить, что лучше, ваш лечащий врач оценит ваш:

  • Перегородка.
  • Возраст.
  • Здоровье.
  • Факторы риска.
  • Ранее существовавшие состояния.
  • Предыдущие операции.
  • Употребление алкоголя, наркотиков и табака.

Что происходит во время септопластики?

Септопластика обычно проводится амбулаторно в течение одного-двух часов.Вы отправляетесь домой в тот же день.

Существует три основных этапа септопластики:

  • Анестезия: Ваш хирург использует местную и общую анестезию, чтобы вам было комфортно. Местная анестезия вызывает онемение области. Общая анестезия усыпляет во время процедуры.
  • Ремонт: Ваш хирург отделяет мембрану, покрывающую перегородку. Затем хирург удаляет искривленный хрящ и кость. Затем ваш хирург заменяет мембраны и сшивает их швами.
  • Перевязка: Ваш хирург может закрыть нос марлей. У вас также могут быть повязки на внешней стороне носа, в зависимости от операции.

Большинство хирургов проводят септопластику через нос. Иногда хирург также выполняет операцию на носовых пазухах (чтобы открыть носовые пазухи) или ринопластику («пластика носа», которая изменяет форму носа). Тип операции зависит от рекомендации вашего лечащего врача.

Каким будет мое восстановление?

Если вам предстоит амбулаторная операция, как и большинству людей, вы отправитесь домой в тот же день.Ваш нос может быть воспаленным, в синяках и опухшим в течение нескольких недель. В это время дышать через нос может быть неудобно или невозможно. Ваш лечащий врач может выписать лекарство от боли и для предотвращения инфекции.

Большинство людей полностью выздоравливают в течение нескольких месяцев. Ваш хирург скажет вам, чего ожидать.

Профилактика

Можно ли предотвратить искривление носовой перегородки?

Некоторые люди рождаются с искривлением носовой перегородки. Это невозможно предотвратить.

Если у вас нет искривления носовой перегородки при рождении, вы можете предпринять шаги, чтобы снизить риск получения травмы.Вы можете защитить свой нос:

  • Использование лицевой маски или шлема во время занятий спортом.
  • Пристегнут ремнем безопасности.
  • Избегание контактных видов спорта.

Перспективы/прогноз

Какие перспективы у людей с искривлением носовой перегородки?

Для большинства людей искривление носовой перегородки не вызывает проблем. Если у вас есть тяжелые симптомы, септопластика может быть правильным вариантом для вас.

Большинство людей, перенесших операцию, испытывают облегчение симптомов.Иногда перегородка снова отклоняется. В этом случае медицинские работники могут выполнить еще одну септопластику.

Жить с

Как позаботиться о себе при искривлении носовой перегородки?

Ваш лечащий врач может порекомендовать лекарства, отпускаемые без рецепта, для облегчения заложенности носа, головной или лицевой боли. Поговорите со своим лечащим врачом, чтобы получить его рекомендации относительно ваших конкретных потребностей.

Когда мне следует обратиться к поставщику медицинских услуг?

Если у вас затрудненное дыхание или симптомы, влияющие на качество вашей жизни, обратитесь к врачу. Они могут провести обследование, чтобы определить, есть ли у вас искривление носовой перегородки и, если да, то насколько оно серьезное.

Что мне следует спросить у своего поставщика медицинских услуг?

Во время приема спросите у своего врача:

  • Как вы думаете, у меня искривление носовой перегородки?
  • Если у меня искривление носовой перегородки, насколько оно серьезное?
  • Может ли что-то еще быть причиной заложенности носа или других симптомов?
  • Вы рекомендуете операцию?
  • Подхожу ли я для операции?
  • Каковы риски операции?
  • Чего ожидать во время и после операции?
  • Сколько времени мне понадобится, чтобы восстановиться?
  • Как вы думаете, каким будет мой результат?

Записка из клиники Кливленда

Искривление носовой перегородки является распространенным заболеванием.Большинство людей имеют легкие или бессимптомные симптомы. Если у вас есть неприятные симптомы, такие как затрудненное дыхание, заложенность носа, головные боли, боль в лице и храп, поговорите со своим лечащим врачом. Возможно облегчение.

Сколько всего того, что мы ощущаем на вкус, зависит от обоняния? | Вкус

Одно из самых распространенных утверждений в литературе по пищевым продуктам, а также в статьях прессы о еде и вкусе состоит в том, что от 75 до 95 % того, что мы считаем вкусом (т. е. воспринимается вкусовыми рецепторами на язык), на самом деле возникает в результате стимуляции обонятельных рецепторов в носу.В этой статье я прослеживаю историю этого утверждения и оцениваю, возможно ли вообще дать точный ответ на вопрос, насколько то, что мы считаем вкусом еды и питья, на самом деле происходит от обоняния. Возвращая отрицательный ответ на этот вопрос, я тем не менее полагаю, что (не принимая точное значение слишком серьезно) большинство информированных комментаторов, по-видимому, согласны с тем, что обоняние играет доминирующую роль в нашем восприятии и удовольствии от еды и питья.Проблема здесь, таким образом, заключается в кажущейся (и, на мой взгляд, неоправданной) точности, которую предоставление таких цифр сообщает широкой публике. Тем не менее, расширение осведомленности общественности о роли обоняния в восприятии вкуса имеет важное значение, учитывая, что осознание этого факта может, а в некоторых случаях уже меняет то, как повара и кулинары (особенно придерживающиеся модернистских взглядов) думают о своих продуктах. доставка еды и дизайн мультисенсорного опыта (см. [2] для ряда интригующих примеров). Сноска 1

О распространенности утверждения

Ниже я привожу подборку утверждений о важности запаха для того, что обычно называют вкусом, из популярной прессы по психологии, из рецензируемых научных статей и из СМИ, с которыми я сталкивался в последние годы (в хронологическом порядке). Обратите внимание, как точное значение, приписываемое относительному вкладу носа, колеблется между 75 и 95 %. К сожалению, ни одна из цитат не ссылается на конкретную исходную статью в поддержку выдвигаемого ими утверждения, что затрудняет, если не делает невозможным, поиск по цитированию (см.[3]). Однако тот факт, что (насколько мне известно) это утверждение впервые появляется в научно-популярной книге Лаймана 1989 г. [4] Психология еды, больше, чем вопрос вкуса , согласуется (по крайней мере, хронологически) с предположением, что исходной статьей для всех утверждений такого рода была статья Мерфи, Каина и Бартошука, опубликованная в журнале Sensory Processes в 1977 году [5]:

.

«Только 10 процентов того, что мы считаем вкусом, на самом деле является вкусом.([4], с. 64)

«До 80 % того, что мы называем «вкусом», на самом деле является ароматом» (цитируется д-ром Сьюзен Шиффман в Chicago Tribune , 3 мая 1990 г.; цитируется в [6])

«…около 80 процентов вкуса пищи зависит от запаха». ([7], стр. 20)

«Девяносто процентов того, что воспринимается как вкус, на самом деле является запахом» (д-р Алан Хирш из Фонда лечения и исследования вкуса в Чикаго, цитируется в MX, Мельбурн, Австралия, 28 января 2003 г.; цитируется по [6]).

«Если людей просят выбрать, какое чувство они считают наименее важным, обоняние обычно считается наименее важным из пяти (Martin, 1999; Martin et al, 2001). На самом деле он отвечает за 80 процентов вкуса пищи, факт, который в значительной степени неизвестен и вызывает определенное недоверие». ([8], стр. 60)

«90 процентов вкуса зависит от запаха» [9]

«По словам доктора Алана Хирша из Фонда лечения и исследования вкуса в Чикаго, 90 % того, что воспринимается как вкус, на самом деле является запахом.[10]

«До 80 % того, что мы считаем вкусом, на самом деле является запахом, — сказала Андреа Бурдак-Фрейтаг» [11]

«Интеграция обоняния со вкусом настолько совершенна, что, по некоторым оценкам, почти 80 процентов вкуса пищи определяется ее ретроназальным запахом: это согласуется с нейрофизиологическими исследованиями, показывающими, что запаховые и вкусовые входы концентрируются в областях мозга, связанных с вашим опыт вкуса». ([12], с. 114)

«По данным исследователей в области диетологии, от 80 % до 90 % всех ощущений, стимулирующих наш аппетит, исходят от ароматов. Без этих ароматов ваш утренний хлеб и клубничное варенье были бы пресными и безвкусными!! ([13], с. 35)

«Восемьдесят процентов того, что мы считаем вкусом, на самом деле доходит до нас через обоняние, — говорит Барри Смит, один из директоров Центра изучения чувств при Лондонском университете». [14] Сноска 2

«Многие профессионалы, с которыми я разговаривал, давали мне свои собственные оценки того, какую информацию дает наше чувство вкуса. Некоторые говорят, что только около 5 процентов того, что мы чувствуем во время еды, связано с нашим чувством вкуса.Они думают, что оставшаяся сенсорная информация — подавляющее большинство — это запах, который мы улавливаем своим носом. Да, большая часть того, что вы думаете, что пробуете на вкус, на самом деле является запахом». ([15], стр. 29) Сноска 3

«Ученые считают, что от 75 до 95 процентов того, что мы «вкушаем», на самом деле является запахом». ([15], с. 56)

«75 процентов того, что мы воспринимаем как вкус, на самом деле является запахом» [16]

«Удивительно, что этот факт практически неизвестен.Девяносто пять процентов того, что мы воспринимаем как вкус, на самом деле является запахом. Девяносто пять процентов того, что мы думаем, что ощущаем на языке, мы на самом деле регистрируем обонятельными рецепторами носового эпителия (который находится сразу за переносицей)». (Chandler Burr, цитируется в [17]) Сноска 4

Итак, в чем проблема с такими явно количественными утверждениями?

Но в чем именно заключается проблема с использованием таких явно количественных утверждений? И есть ли важные различия между выдвигаемыми претензиями? Что бы вы потеряли (или приобрели), заменив все эти проценты более описательными, качественными терминами, такими как «большинство», «доминирующий», «самый важный» или «самый важный»? Сивак ([3], с. 1082), я думаю, прекрасно освещает здесь проблему, когда говорит об аналогичном утверждении, что 90 % вождения является визуальным: «В нашей интеллектуальной коммерции числа заняли уникальное и влиятельное положение. Когда автор ссылается на точность и силу чисел, у аудитории создается впечатление, что была проделана тщательная эмпирическая работа для получения представляемых значений и что был проведен тщательный теоретический анализ для построения системы измерения, подтверждающей достоверность представленных значений. числа.Поэтому цифры убедительны. Можно ожидать, что они вызовут как у неспециалистов, так и у специалистов чувство уважения, которое, даже когда оно смягчено скептицизмом, больше, чем уважение, оказываемое простым качественным описаниям. Следовательно, когда кто-то предпочитает использовать числа, он берет на себя большую ответственность за предоставление доказательств, чем если бы он использовал менее количественную оценку. В случае с вышеупомянутыми утверждениями вопрос заключается не в том, является ли правильным процентное соотношение 90 по сравнению, возможно, с 92 или 88, а в том, близко ли оно к 90, а не к 50, например. «В самом деле, в отсутствие надежных эмпирических данных можно даже выбрать сторону тех, кто находится на другом конце спектра, кто преуменьшает роль запаха во вкусе и питании. В качестве примера просто возьмем следующую цитату из Хэвлока Эллиса, подмеченную Эйвери Гилбертом [18]: « Если бы обоняние было полностью упразднено, жизнь человечества продолжалась бы, как прежде, с небольшими изменениями или вообще без ощутимых изменений, хотя удовольствия жизни, и особенно в еде и питье, будет до некоторой степени уменьшена.([19], с. 47–48). Здесь, однако, возможно, важно подчеркнуть, что основное внимание в этой статье уделяется восприятию вкуса, а не всему мультисенсорному пищевому опыту, где сенсорный баланс, несомненно, совершенно другой [2].

Окончательный вывод, сделанный Сиваком ([3], стр. 1083) из своего исследования, возможно, также стоит процитировать, поскольку его вполне можно считать применимым и к утверждению «75–95 % вкуса — это запах»: «Ни одна из публикаций, содержащих такие утверждения, как «90 % информации, связанной с вождением, является визуальной», не содержит каких-либо подтверждающих доказательств. Для публикаций, которые цитируют другие публикации в поддержку таких утверждений, вывод тот же: окончательные публикации в деревьях цитирования не предлагают подтверждающих доказательств. Подразумевается, что мы, исследователи, (а) слишком небрежно относились к цитированию других, не проверяя подтверждающие доказательства, и (б) слишком стремились казаться более количественными, чем позволяют доказательства».

Не единственный сомнительный факт!

Заявление о 75–95 %, безусловно, не единственное, казалось бы, точное, но неподтвержденное утверждение, которое можно найти в психологической литературе.Как указано выше, Сивак [3] проделал большую детективную работу, выясняя историю и деревья цитирования, лежащие в основе утверждения о том, что 90 % вождения визуализируется в литературе по эргономике. Однако, как это часто бывает, когда кто-то в конце концов проследит эти вещи до их корней, первоначальные авторы, цитируемые в поддержку этой конкретной цифры, никогда не говорили в точности то, что с тех пор их цитируют! Немного ближе к теме настоящей статьи, другое утверждение, которое часто делается в литературе о химических чувствах, состоит в том, что существует 30 000 запахов. Во вводной главе своей превосходной книги « Что знает нос » Эйвери Гилберт пытается проследить происхождение этого утверждения. И снова подтверждающих данных, необходимых для поддержки такого утверждения, на самом деле просто нет. Footnote 5 По его словам: «В конце концов оказывается, что никто никогда не пытался сосчитать, сколько запахов существует в мире. Оценки разнообразия запахов ведут либо в тупик, либо к Эрнесту К. Крокеру. Удобная, часто цитируемая цифра в 10 000 запахов с научной точки зрения совершенно бесполезна.([18], с. 4). На самом деле, как сообщили ученые в прошлом году в Science , истинная цифра (с точки зрения количества различимых запахов) может быть намного ближе к одному триллиону ([20]; см. также [21])!

Таким образом, основное беспокойство здесь заключается в том, что утверждение о том, что «75–95 % вкуса исходит от запаха», является просто еще одним из этих «медицинских мифов» [22], которые, как мы все видели, увековечены в популярной прессе, но которые оказывается, при ближайшем рассмотрении, мало или совсем не основано на научных фактах. Возьмем, к примеру, утверждение о том, что мы используем только 10 % нашего мозга, утверждение, содержащееся в литературе уже более века (см. [23], по истории). Однако утверждение не имеет абсолютно никакой научной базы [22, 24, 25]. По словам невролога Барри Гордона из Медицинской школы Джона Хопкинса в Балтиморе, «миф о 10 % настолько ошибочен, что почти смехотворен» [26]. Можно ли то же самое сказать об утверждении 75–95 %? Тот факт, что различные утверждения, перечисленные выше, не ссылаются на авторитетный источник, не обязательно является проблематичным, если можно найти надежные эмпирические данные, подтверждающие такое утверждение.

Подводя итог тому, что мы видели до сих пор, у меня возникло бы искушение утверждать, что ключевая потенциальная проблема с утверждением о том, что 75–95 % вкуса исходит от носа, заключается в том, что такие точные, количественные утверждения предполагают определенную степень уверенности. и научная строгость, которая может быть просто неоправданной. Это также служит для маскировки основной путаницы среди ученых и философов относительно того, как лучше всего определить вкус и аромат [27].

Оценка утверждения: некоторые проблемы

Насколько правдивы утверждения о том, что где-то между 75 и 95 % вкуса исходит от носа? Любой, кто хочет оценить правдивость таких заявлений, сталкивается с рядом существенных проблем:

  1. (1)

      Главной из этих проблем является тот факт, что никто не может прийти к согласию относительно того, как определить вкус (см. [27–29]).Часть проблемы здесь состоит в том, чтобы различать сенсорные входы, которые просто модулируют вкус, и те, которые составляют его [30, 31]. Как написал Бакелар ([32], стр. S4) в научном журнале Nature несколько лет назад: «То, как мы воспринимаем пищу, не ограничивается ртом — запах, зрение, слух и даже осязание могут радикально изменить восприятие пищи. вкус пищи или повлиять на предпочтения в еде». Конечно, зрение и слух могут радикально изменить воспринимаемый вкус еды и питья, но это не обязательно означает, что их следует считать его составляющими.Пока мы не узнаем, какие чувства на самом деле составляют вкус, а какие следует исключить (поскольку они просто модулируют), очевидно, будет довольно сложно определить точный вклад каждого из них в общее ощущение вкуса. Сноска 6

Возможно, лучше всего начать с определения вкуса, данного Международной организацией по стандартизации, как: «Сложное сочетание обонятельных, вкусовых и тройничных ощущений, воспринимаемых во время дегустации.На вкус могут влиять тактильные, термические, болевые и/или кинестетические эффекты» [33, 34]. Теперь, хотя не все согласны с этим узким определением (см. [35]), тем не менее можно задаться вопросом, хотя бы в качестве отправной точки, можно ли поддержать утверждение о 75–95 % относительно этого конкретного определения аромата. Однако, как мы увидим ниже, по ряду причин все еще не будет легко.

  1. (2)

      Относительный вклад органов чувств в наш опыт и удовольствие от еды и питья, по-видимому, весьма значительно варьируется в зависимости от конкретной рассматриваемой пищи.По словам Мартина Йоманса, «любое обобщение о том, в какой степени какое-то одно чувство влияет на вкус пищи, в какой-то степени бессмысленно, поскольку пища задействует уникальные комбинации ключевых сенсорных систем» ([36], стр. 800). Обонятельный вклад суши, скажем, кажется намного меньшим, чем его вклад в наше удовольствие от спелого французского сыра. Кроме того, влияние тройничного нерва гораздо более выражено для одних вкусов/продуктов, чем для других — просто подумайте о вяжущих танинах в молодом дубовом красном вине или, менее прозаично, о перепаренной чашке черного чая.Химическое раздражение тройничного нерва, иногда называемое «химестезисом» [37], вызывает различные повседневные вкусовые ощущения, включая «шипучее покалывание от CO 2 в газировке, жжение от острого перца, черного перца и специй, таких как имбирь и тмин». жжение в носу от горчицы, хрена, жжение от сырого лука и чеснока, не говоря уже об их слезоточивом эффекте, и это лишь некоторые из них. Это важное химическое чувство легко упустить из виду при рассмотрении вкуса и запаха, потому что оно менее изучено экспериментально, чем классические вкусовые и обонятельные модальности.([38], с. 328). Сноска 7

Однако вскоре все становится сложнее, поскольку, как отмечает Лоулесс ([38], с. 326), «конечно, этот набор нервов [имеется в виду тройничный нерв] также опосредует тактильные, температурные и болевые ощущения, поэтому различие между химическим чувством и тактильным чувством несколько стирается. Это размытие, пожалуй, хуже всего проявляется в ощущениях терпкости. Таннины в пищевых продуктах являются химическими раздражителями [отсюда и означает, что они составляют основу вкуса], и тем не менее вяжущие ощущения, которые они вызывают, кажутся в основном тактильными [что означает, что они были просто модуляторами] 90–179 . 90–180 Они вызывают ощущение шероховатости и сухости во рту, а также ощущение стянутости, сморщивания или напряжения в щеках и мышцах лица (Бейт Смит, 1954). Хотя научный анализ классифицирует терпкость как группу химически индуцированных тактильных ощущений во рту, большинство дегустаторов вин сказали бы, что терпкость является важным компонентом «аромата» вина». конкретный компонент нашего вкусового опыта следует рассматривать как конститутивный или просто как модулирующий.Должно ли решение быть основано на физиологии или феноменологии? Присяжные, надо сказать, все еще здесь.

Учитывая такие опасения, можно было бы, конечно, отступить еще дальше и просто взять случай вкусов, у которых нет очевидного компонента тройничного нерва. В таких случаях можно задаться вопросом, можно ли, используя определение вкуса ISO, подтвердить утверждение о 75–95 %. Однако, как мы увидим ниже, даже в таком ограниченном случае мы сталкиваемся с проблемами. В частности, потому, что относительный вклад запаха во вкус/аромат Сноска 8 восприятие в решающей степени зависит от конкретного сочетания вовлеченных (вкусовых и обонятельных) раздражителей. Однако именно на этом этапе наших дискуссий, возможно, стоит более внимательно взглянуть на то, что, вероятно, лежит в основе исследования, которое вдохновило многие из утверждений, которые можно найти в настоящее время в литературе.

  1. (3)

      Я бы сказал, что оригинальное и, насколько я могу судить, единственное исследование, которое время от времени цитировалось в поддержку утверждения о 75–95 %, просто не поддерживает это утверждение или, лучше сказать, только поддерживает очень узкая версия утверждения.В частности, Мерфи и др. [5] провели исследование, в котором они продемонстрировали, что воспринимаемая интенсивность раствора, содержащего как вкусовое вещество (сахарин натрия), так и одорант (этилбутрат), была примерно эквивалентна сумме воспринимаемой интенсивности компонентных стимулов, представленных по отдельности. Однако важно отметить, что шесть участников (обученных экспертов) в этом исследовании приписали примерно 80 % интенсивности полученной смеси вкусовым ощущениям.

В частности, участникам давали ряд растворов на вкус, и они должны были оценить интенсивность запаха, вкуса или общего раствора, используя процедуру оценки величины.Участникам давали растворы, содержащие только вкусовые вещества, растворы, содержащие только одоранты, и растворы, содержащие их смесь. Оценки интенсивности для смеси были немного ниже, чем можно было бы ожидать, исходя из суммарной реакции на каждый из предположительно односенсорных стимулов. Интересно, однако, что когда участники оценивали смешанный раствор с закрытым носом, их оценки упали на 80 % по сравнению с их суждениями с открытым носом. Здесь стоит подробно процитировать отрывок из Murphy et al.это вполне могло спровоцировать все эти 75–95% заявлений в последующие годы: «Исследование того, как испытуемые распределяли свои суждения по категориям запах и вкус, выявило существование путаницы между вкусом и запахом. Испытуемые приписывали слабый запах растворам, содержащим только сахарин натрия, но приписывали значительный вкус растворам, содержащим только этилбутрат. Вкус, приписываемый этилбутрату, не был связан исключительно с его действием на вкус, поскольку, когда ноздри были закрыты, до 80 % «вкуса» исчезало.Субъекты, кажется, разрешают двусмысленность в отношении локуса взаимного обоняния — вкусовой стимуляции в пользу вкуса». (Мерфи и др. [5], стр. 204).

Именно в этот момент становятся актуальными вопросы о конкретной комбинации используемых обонятельных и вкусовых стимулов [39]. Мерфи и др. использовали этилбутрат, обладающий особенно приятным запахом [40]. Стивенсон и его коллеги показали, что некоторые запахи, такие как, например, запах карамели, могут одновременно усиливать сладость и в то же время подавлять кислотность ([41]; см. также [39]). Сноска 9 Следовательно, относительный вклад обоняния и вкуса во вкусовые ощущения в решающей степени будет зависеть от того, насколько регулярно компоненты стимулов воспринимались вместе ранее. Одно из предположений состоит в том, что только тогда, когда обонятельные и вкусовые стимулы конгруэнтны, т. е. экологически значимы, человек более или менее получает ощущение вкуса (см. [42]). Другими словами, только в условиях устной передачи мы полагаем, что запах вносит значительный вклад в вкусовые ощущения, т. е. восприятие вкуса.Интересно, что степень орального обращения ко рту зависит от конгруэнтности между обонятельным и вкусовым веществом [42, 43]. Предположение, сделанное комментаторами, состоит в том, что эффект, описанный в исследовании Мерфи и др. [5], вероятно, является результатом неправильного приписывания «сладкого» компонента обонятельного стимула вкусовой системе из-за хорошо известная передача запаха в ротовую полость ([42–47]).

  1. (4)

      Мы говорим об ортоназальном обонянии (т.е. обнюхивание), ретроназальное обоняние или совместное влияние двух органов обоняния (см. [1, 45])? Первое, безусловно, играет важную роль в формировании вкусовых и ароматических ожиданий [48, 49] и, следовательно, играет только модулирующую роль, в то время как второе считается определяющим для вкусовых переживаний. Однако важно отметить, что эти два типа обоняния задействуют несколько разные нервные субстраты, когда дело доходит до представления и обработки пищевых запахов [50]. Более того, они также имеют несколько разные поведенческие/перцептивные корреляты [45, 51, 52].

Думаю, можно взять определение ISO для «обоняния…». во время дегустации» относится конкретно к ретроназальному случаю. Парадоксально, что Murphy et al. [5] исследование, которое привело к заявлению о 75–95 %, могло на самом деле включать вклад как ортоназального, так и ретроназального аромата. Сноска 10 Таким образом, утверждение, по-видимому, основано на исследованиях, включающих вклад как модуляторных (ортоназальное обоняние), так и конститутивных сигналов (ретроназальное обоняние) в формирование вкуса.Конечно, это то, как мы обычно воспринимаем пищу в повседневной жизни, но, возвращаясь к сказанному ранее, я думаю, это снова открывает спор о том, какие чувства действительно относятся к чьему-либо определению вкуса.

  1. (5)

      Часто также возникает путаница между использованием термина «вкус» непрофессионалом и профессионалом. Как пишет Макберни ([27], стр. 118): «Неспециалист использует термин «вкус» для обозначения ощущений, которые профессионалы тщательно различают как вкус, запах или вкус.Хотя это позволяет нам самодовольно указать, что использование неспециалистом слова «вкус» не может объяснить симфонию чувств, используемых при «пробовании» чего-либо, неспециалист просто не рефлексирует, следуя важному понятию Гибсона (1966) о чувствах как о системе восприятия, которая использует множество отдельных чувств, включая вкус, обоняние, общее химическое чувство, температуру, осязание, зрение и слух («Они на вкус так же хороши, как и хрустят»). Все это влияет на вкус». С одной стороны, в нашем повседневном языке мы все склонны путать термины «вкус» и «аромат». Footnote 11 В конце концов, каждый из нас говорит, что нам нравится вкус еды, хотя на самом деле мы хотим сказать, что нам нравится ее вкус. Как отмечают Бартошук и Даффи ([53], с. 27): «Вкус» часто используется как синоним «аромата». Это использование «вкуса», вероятно, возникло из-за того, что смесь истинного вкуса и ретроназального обоняния перцептивно локализуется во рту посредством прикосновения». Фундаментальная проблема здесь заключается в том, что «обычные люди, по-видимому, не рассматривают вкус и запах изо рта как разные виды ощущений (Lawless, 1996).([40], с. 72-73). Как отмечает Барри Смит [54], «хотя мы все знакомы со вкусом, он удивительно сложен и загадочен». Сноска 12

Авторы также иногда переключаются между различными значениями термина вкус , что еще больше усугубляет путаницу. Достаточно взять, например, введение Корсмейер ([55], стр. 3) в ее отредактированном томе The Taste Culture Reader , где можно найти следующее: «Если не указано иное, слово «вкус» в этой книге служит как сокращение для восприятия вкуса во всех его измерениях, включая те, которые обеспечиваются другими чувствами. » Все идет нормально. Но затем Корсмейер продолжает: «Не все вкусы можно классифицировать по четырем «базовым» типам, и одними из самых востребованных вкусов являются пряности…» ([55], с. 5). Тут я начинаю путаться. Под четырьмя основными типами Корсмейер предположительно подразумевает четыре основных вкуса, а именно сладкий, кислый, соленый и горький (хотя обратите внимание, что умами теперь регулярно включается в списки основных вкусов). Сноска 13 Напротив, вкусы, по крайней мере, в их обычном понимании, включают в себя многие из наиболее интересных качеств пищи, например, фруктовые, цветочные, травяные, мясистые, горелые, дымные и т. д.Подобная возможность запутаться может легко возникнуть у любого, кто прочитает название недавнего тома Маклагена [56] «Горький : вкус самого опасного вкуса в мире, с рецептами ». Только на странице 3 скрыто, что автор признает, что она намерена использовать термины вкус и вкус взаимозаменяемо. Чтобы дать точную оценку того, какой процент вкуса исходит от носа, нужно точно знать, что автор подразумевает под термином «вкус».

Тот факт, что определенные обонятельные стимулы, такие как ароматы ванили, карамели или клубники для западных жителей, могут также модулировать или, возможно, даже вызывать восприятие сладости в безвкусном растворе, оказывает давление на определение вкус [40]. В этом случае у человека может быть ощущение вкуса с характерным компонентом вкуса, даже если на самом деле не присутствует никакого вкусового вещества (хотя, вероятно, потребуется некоторая тактильная стимуляция в ротовой полости, чтобы вызвать необходимое оральное обращение ко рту).Давление на определение также связано с тем, что вкусовые рецепторы также находятся в кишечнике, половых органах, сперме и т. д. [57, 58]. Я хотел бы возразить, что определение Розина ([45], стр. 398): «Технически, обозначение «вкус» должно использоваться как полное перцептивное описание только чистых вкусовых свойств (например, сладкого, соленого, кислого, горького)». , для комбинаций вкусовых качеств и для веществ, которые вызывают эти ощущения при отсутствии выраженных обонятельных или невкусовых ощущений во рту. Примерами могут служить сахар и соль». теперь требует обновления. В частности, учитывая недавние данные о существовании клеток со вкусовыми рецепторами в кишечнике, дыхательных и желудочно-кишечных трактах и ​​в других местах (см. [57, 58]), определение должно также предусматривать, что стимуляция вкусовых рецепторов в требуется полость [59]. Как правило, вкус — это сознательное переживание, локализованное во рту, хотя такие критерии, вероятно, не относятся к чьему-либо определению (см. также [60] об использовании иллюзии для изъятия вкуса изо рта).

  1. (6)

      Какая роль внимание? Во многих сферах нашей повседневной жизни то, что мы воспринимаем (и осознаем), фундаментально зависит от того, куда направлено наше внимание, либо эндогенно (произвольно), либо экзогенно (т. Верно ли то же самое, когда речь идет о восприятии вкуса/аромата? Если это так, то можно ожидать, что процентная доля вкуса, обусловленного запахом, будет варьироваться в зависимости от состояния внимания наблюдателя. Стивенсон [63] проделал некоторые из наиболее детальных размышлений в этой области. Тем не менее, связывание вкуса, по-видимому, особенно затрудняет для людей тайное внимание [64] только к одному элементу интегрированного гештальта вкуса [65, 66]. Действительно, эту неспособность разделить ощущения на основе внимания также подчеркивал Смит [67].

  2. (7)

      Одним из последних источников доказательств, которые могут показаться потенциально важными для этой дискуссии, является влияние отсутствия чувства вкуса (вкуса) или обоняния (обоняния) на мультисенсорное восприятие вкуса.В случае обоняния отсутствие обонятельной чувствительности (так называемая аносмия) может быть либо врожденным [68], либо приобретенным (т.е. поздним началом) [69]. Напротив, я не знаю ни одной врожденной формы агезии. В тех случаях поздней потери вкуса, в результате удаления языка [70] или после герпеса [71], пострадавшие сообщили об удивительно незначительной потере чувствительности (хотя см. также [72] о поваре, потерявшем язык). способность ощущать вкус после лечения рака языка).Когда дело доходит до аносмии, результаты, по-видимому, зависят от того, когда именно произошла потеря. Врожденные аносмики достаточно хорошо адаптируются, в то время как потеря обоняния происходит в более позднем возрасте (как правило, в результате автомобильной аварии или вирусной инфекции), и восприятие пищи резко меняется [73]. Ответ также может несколько измениться в зависимости от того, насколько далеко человек продвинулся в еде, учитывая возможные последствия потери обоняния для сенсорно-специфических изменений чувства сытости ([74]; хотя см. также [75, 76]).Изучение людей, страдающих избирательной потерей чувствительности тройничного нерва, также потенциально может быть интересным. Однако важно отметить, что делать какие-либо простые выводы об относительной важности обоняния и вкуса для восприятия вкуса, основанные на потере одного из вкусовых ощущений, становится еще труднее из-за пластичности коры, которая может иметь место. в таких случаях [67, 77].

Мой год запахов: Как я вернул утраченные запахи после Covid

Это был октябрь 2020 года.Дни становились короче; новости становились все хуже. Я искал небольшое отвлечение, что-то, чего можно было бы ожидать в предстоящую пандемическую зиму. После краткого рассмотрения ограниченных доступных вариантов я решил заняться парфюмерией.

После небольшого онлайн-исследования я подписался на коробку подписки Olfactif, потому что, помимо предоставления данных моей кредитной карты, мне не требовалось принимать какие-либо решения. За относительно доступную цену в 19 долларов в месяц компания выбирала три образца духов на смутно сезонную тематику и отправляла их мне в дверь.Это был способ гарантировать себе то, чего не хватало в том году: приятный сюрприз.

Я был не один. После спада в начале пандемии продажи ароматов начали восстанавливаться в августе 2020 года и выросли к началу 2021 года, увеличившись на 45 процентов по сравнению с первым кварталом 2020 года. парфюмерный магазин MUSE, сказал мне. Потребителям, оцепеневшим от пандемии, «нужно было почувствовать себя собой, им нужно было снова почувствовать себя новыми, нужно было почувствовать что-то что-то », — сказал Уотерс.«И аромат был этим средством».

Для меня парфюм был способом немного взбодриться среди стресса и монотонности пандемии. Возможно, я не смог бы ни поесть в ресторане, ни увидеться с родителями, ни провести день, не испытав экзистенциального страха, но я мог бы открыть свою коробку с ольфактифом и попробовать, например, Blackbird’s Hallow v. 2, выдающийся продукт из октябрьской коллекции. с нотами бензоина, ладана и марципана.

Я не могу сказать вам, как на самом деле пахнет бензоин, но я знаю, что Хэллоу напомнил мне истории о привидениях, о лесах и темных местах, о страхах, которые были забавными и управляемыми, интригующими, а не всепоглощающими.На фоне длинной изолированной работы конца 2020 и начала 2021 года моя парфюмерная коробка стала надежным спасением.

Затем — возможно, вы знали, что это произойдет — я заболел Covid и стал одним из сотен миллионов людей во всем мире, страдающих аносмией, частичной или полной потерей обоняния. Аносмия обычно рассматривается как один из более легких симптомов Covid-19; это не особенно опасно само по себе, и люди, страдающие аносмией, как правило, имеют менее тяжелые случаи Covid-19 в целом.Так было и со мной — мне очень повезло выйти из карантина с испорченным носом в качестве единственного стойкого симптома.

Этот симптом, хотя и управляемый, оказался значительным. Covid-19 изменил мое отношение к обонянию, даже — возможно, особенно — когда это чувство начало медленно и странно возвращаться. Обучение обонянию снова стало символом стойкости и исцеления, а также просто движения вперед: признак личного, биологического прогресса в год, когда все, казалось, застряло в ужасном цикле.

Запах, по словам Уотерса, — это «то, как мы ориентируемся в своей жизни». И в этом году восстановление обоняния было тем, как я перемещаюсь, если не обратно к берегу, который мы все покинули в начале 2020 года, то, по крайней мере, к месту, где я могу узнать свое окружение и начать строить дом.


Ученые очень мало знают наверняка о том, как Covid-19 повреждает наше обоняние. Даниэль Рид, заместитель директора Центра химических ощущений Монелла, изучает вкус и запах; она сказала мне, что одна популярная теория состоит в том, что вирус заражает группу клеток, называемых опорными клетками, которые «поддерживают и питают обонятельные клетки» в носу.Когда инфицируются поддерживающие клетки, обонятельные клетки теряют питание, и «вот как дела внезапно идут наперекосяк», как выразился Рид.

Другая теория гласит, что при борьбе с SARS-CoV2 иммунная система вырабатывает вещество, которое отключает функцию обонятельных клеток. Это объяснение согласуется с опытом людей, которые однажды ночью ложатся спать хорошо, а «проснувшись на следующее утро, они не чувствуют запаха кофе», — сказал Рид. Какой бы ни была причина, потеря обоняния встречается чрезвычайно часто: согласно одному исследованию, около 86 процентов пациентов с Covid-19 теряют обоняние частично или полностью, в то время как другие называют эту цифру еще выше.

Степень эффекта варьируется среди пациентов. Некоторые люди теряют все, как Теджал Рао, ресторанный критик New York Times, которая впервые обнаружила у себя вызванную Covid аносмию в душе. «Сначала я принял отсутствие ароматов за новый запах, странный запах, который не мог определить — это была сама вода? каменные плиты? она написала, «прежде чем поняла, что это была просто пустота, подушка пространства между мной и моим миром».

У других, как и у меня, наблюдается только частичная аносмия — некоторые запахи теряются, а некоторые остаются.Сначала я понятия не имел, что меня вообще затронули.

Каждое утро, пока моя семья находилась на карантине, я наносила духи, чтобы поднять себе настроение. Я выбрал Sun King от House of James, цитрусовую смесь мандарина, зеленого чая и черного агара, которую я получил в своей коробке в феврале 2021 года. Хотя нам очень повезло, что мы не заболели, первые несколько дней нашей болезни были напряженными — мой муж находился на карантине в нашей спальне, мы оба постоянно маскировались в тщетных попытках не заразить нашего двухлетнего ребенка. -старый сын.Духи были способом напомнить себе, что я человек, а не просто машиной для преобразования необузданного беспокойства в салфетки для носа, проверки температуры и здоровые закуски.

Ко второй неделе у нашего сына, к счастью, не было лихорадки (хотя он очень устал от пребывания в помещении), у моего мужа было душно, но он поправлялся, а меня тошнило от Короля-Солнца. Я сказал себе, что новые духи будут моей наградой за завершение карантина, и поэтому, когда я, наконец, получил полное разрешение от Нью-Йоркского испытательного и следового корпуса, я открыл флакон с Musc Invisible, единственным февральским ароматом, который у меня был. еще попробовать.

Musc Invisible от парфюмерного бренда Juliette Has a Gun должен пахнуть жасмином, цветами хлопка и белым мускусом. Давний поклонник мускусных ароматов (как и многие люди, мне нравился White Musk от The Body Shop в 90-х), я был рад попробовать его. Но когда я распылила его, пахло ничем с намеком на что-то — или как будто кто-то обернул мою голову несколькими слоями марли, а затем открыл флакон с духами через всю комнату.

Как только я понял, что что-то не так, я обошел дом, все обнюхивая, пытаясь оценить ущерб.Многие предметы пахли нормально — я помню, как сунул нос в банку с арахисовым маслом и был доволен его арахисовым привкусом. Другие полностью потеряли свой запах — свечи, которые моя мама прислала мне в подарок на день рождения, когда-то были розмарином и мелиссой, теперь были ничем и ничем.

Свечи, которые мама прислала мне в подарок на день рождения, когда-то были с розмарином и мелиссой, теперь были ничем и ничем.

Другие по-прежнему занимали смущающую середину, не такие, какими я их помнил, но и не совсем лишенные запаха.Например, духи, которые я носила на свадьбе, розовое масло, которое я до сих пор держу во флаконе на комоде, пахли слабейшим намеком на прежнее «я» — или, может быть, я просто вспомнил этот запах, а на самом деле его вообще не чувствовал. ?

Подобные опыты стали обычным явлением в этом году, но до пандемии они считались относительно редкостью. Молли Бирнбаум, одна из немногих, кто зафиксировала потерю обоняния до Covid-19, в мемуарах 2011 года « Сезон на вкус » подробно описывает ее восстановление после черепно-мозговой травмы, повредившей обонятельные нервы.

«Когда я потерял обоняние в автокатастрофе, это было ужасно», — сказал Бирнбаум. В то время, когда ей было 22 года, она была начинающим шеф-поваром, и в конце концов ей пришлось сменить профессию, потому что потеря обоняния также повлияла на ее вкусовые качества. «Все нюансы вкуса, все детали, — сказала она, — исчезли».

До сих пор не уверен, потерял ли я вкус вместе с обонянием в феврале. Еда в целом казалась менее вкусной, но я не мог сказать, страдаю ли я на самом деле дисгевзией — техническим термином, обозначающим измененное чувство вкуса, — или просто отсутствием аппетита, вызванным стрессом.Я испытал свое пост-ковидное сенсорное изменение не как опустошение, а как глубокую мутность, часть с тревогой и замешательством вокруг меня.

Пандемия стерла уже столько того, что когда-то казалось несомненным: что дети пойдут в школу, что часть взрослых пойдет работать в офисы, что семьи смогут собираться вместе на праздники. Никто не знал, когда это закончится; никто не знал, что продлится следующий месяц, или неделя, или даже день. Я помню, как чувствовала, что даже смена времен года уже не является чем-то верным — в феврале 2020 года я сказала мужу: «По крайней мере, зима скоро закончится.Потом пришла зима для всего мира, и простояла больше года.

В этом контексте казалось уместным, что я больше не могу доверять своим чувствам. Действительно, неуверенность является отличительной чертой аносмии, вызванной Covid. По словам Рида, не существует единого общепринятого клинического теста, такого как таблица зрения, для оценки обоняния людей. Существуют тесты, используемые в исследованиях, но они недоступны для широкой публики. Это означает, что люди, как правило, пытаются оценить свое состояние и свое выздоровление, пытаясь вспомнить, как пахли вещи до Covid — процесс, который в лучшем случае ошибочен.«Если вы измеряете температуру, вы знаете, поправляетесь ли вы», — сказал Рид. «У тебя была температура 102, а сейчас 100,1».

А вот с запахом «настоящей метрики нет», — сказала она. «Это очень раздражает людей».


Большинство пациентов с Covid-19 в конце концов восстанавливают обоняние. Но от 10 до 20 процентов пострадавших все еще испытывают значительные нарушения через год после постановки диагноза, сказал Рид. Между тем сам процесс выздоровления может сбивать с толку, тревожить и даже вызывать отвращение.

Некоторые люди страдают паросмией, при которой запахи искажаются. Французский эксперт по винам недавно рассказала Times, что во время ее выздоровления «арахис пах как креветки, сырая ветчина — как масло, рис — как Нутелла». Другие сталкиваются с фантосмией, запахами, которых вообще нет.

Для меня это был запах кофе, который начал доноситься до моего носа (или мозга) каждый день где-то в марте, хотя я не пил кофе с 2009 года. У других более тревожные обонятельные галлюцинации: у некоторых запах сигаретный дым или даже гниющая плоть.

Для Бирнбаум это был «земляной, садовый аромат», который, казалось, преследовал ее повсюду. Сначала «я думала, что чувствую запах собственного мозга», — вспоминает она, — как будто «процесс моего выздоровления позволял мне чувствовать запах того, что было внутри меня».

Но потом медленно, но верно стали возвращаться настоящие запахи — сначала запах свежего розмарина, потом другие приятные запахи и, наконец, неприятные запахи мусора. «Летом я жил в Нью-Йорке, и на углу улицы был мусор, и я чувствовал его запах, что было очень волнующе», — сказал Бирнбаум.

Всю весну и лето ко мне возвращались запахи из небытия, словно фигуры, выходящие из темноты.

Я тоже помню волнение от узнавания запаха после его долгого отсутствия. Однажды в мае я гулял в парке, когда снова почувствовал запах свежей травы. Я продолжал нюхать цветы и ничего не чувствовал, пока однажды в июле не почувствовал винную сладость красной розы, ударившую мне в горло. Всю весну и лето ко мне возвращались запахи из небытия, словно фигуры, выходящие из темноты.

Запах для меня стал способом измерения времени — времени, прошедшего с момента нашей болезни, времени, прошедшего с начала пандемии, времени, прошедшего с тех пор, как мы были вакцинированы и все начало возвращаться к некоему подобию нормального состояния. Я знаю, что я не одинок в том, что теряю понимание течения времени с момента появления Covid-19 — часто я все еще забываю, какой сейчас месяц, даже какой год. Но я знаю, что теперь я больше не чувствую запах фантомного кофе, и я едва слышу запах свечи с лимонной мятой в своей ванной. Что-то должно происходить, пусть и медленно.


Люди, работающие с запахом, часто подчеркивают его способность заземлять нас, помещать нас во времени и пространстве. Каждый день во время карантина Уотерс, основатель MUSE, говорит, что использовала какой-то аромат, будь то духи, ладан или свеча. «Так я вспомнила жизнь до пандемии», — сказала она. «Это заставило меня почувствовать себя собой в то время, когда я был так сбит с толку».

Я также продолжал пользоваться духами, даже после инцидента с Musc Invisible. Сначала это было источником беспокойства — смогу ли я почувствовать запах следующего флакона? Был ли White Castitas — образец из июньской коробки с нотами лимона, сандалового дерева и лакрицы — просто очень тонким, или мне все еще не хватало некоторых важных лакричных сенсоров глубоко внутри моего носа?

Однако со временем эти опасения рассеялись. Я пришел к выводу, что теперь мое обоняние изменилось, что то, что все еще ушло, может никогда не вернуться, и что я, вероятно, никогда не узнаю, вернулся ли я к «нормальному состоянию».

Для таких исследователей, как Рид, распространенность аносмии, вызванной Covid, является тревожным сигналом о том, что наука и медицина должны более серьезно относиться к обонянию. Она и ее коллеги выступают за тестирование вкуса и обоняния так же, как мы проверяем слух и зрение, и работают над новым тестом, который поможет врачам быстро и легко оценить обоняние пациента.

Для Уотерса пандемия — это напоминание о том, что нужно использовать наше обоняние, пока оно у нас есть. — Продолжай держать нос открытым, — сказала она. «Мы не можем воспринимать нашу способность чувствовать запах как должное».

И для меня восстановление обоняния — это еще один небольшой способ, которым я выхожу, отмеченный, из последних 20 месяцев в то, что будет дальше.

Во время написания этой истории я снова попробовал вдохнуть Musc Invisible. Я определенно мог что-то уловить: что-то вроде химической сладости, как жевательная резинка, смешанная с перекисью водорода.Я не знаю, то ли дело в самих духах, то ли в моих все еще шатких поддерживающих клетках, но мне уже все равно. Мне сейчас эти духи плохо пахнут. Я собираюсь выбросить это.

Жизнь без обоняния

Дункан Боак — основатель Fifth Sense, благотворительной организации для людей, страдающих расстройствами обоняния и вкуса. Он потерял обоняние в результате травмы головы в 2005 году. Сара Пейдж — фотограф, родившийся без обоняния.В преддверии их участия в мероприятии «Скрытые чувства», являющемся частью фестиваля «Быть ​​человеком», Дункан рассказал Саре о своем взгляде на ту часть жизни, к которой у нее никогда не было доступа…

DB : Хорошо, Сара, я начну с вопроса, который я часто задаю людям. Как правило, для людей с обонянием отправной точкой является размышление об ощущении, которое они, возможно, считали само собой разумеющимся. Однако для вас все будет иначе.Что для вас значит обоняние?

SP : Для меня это была цель, возможно, для многих тоже. Отсутствие обоняния психологически отдалило меня от части человечества, и по мере того, как я становился старше, это становилось все более очевидным. Я ничего не хотел больше, чем ценить запахи так, как это могут делать другие. Затем в 2012 году я связался с новым сплоченным сообществом; Пятое чувство. Впервые в жизни я больше не чувствовал себя отчужденным. Внезапно появились такие люди, как я, и люди, которые пришли помочь.В отсутствие обоняния я нашел сообщество, чувство цели и что-то, чему можно было научиться и заняться творчески. Это больше не цель, а часть меня, которую я наконец принял и превратил в положительную часть своей жизни.

DB : Я потерял обоняние 10 лет назад, и это изменило мое отношение к окружающему миру, как и у многих людей, переживших подобный опыт. Так что есть жизнь до и жизнь после. Если я загляну достаточно далеко назад, то смогу вспомнить запахи из детства. Я всегда помню, как возвращался домой с отпуска с семьей, заходил в дом впервые за две недели и думал про себя: «А, мы дома» из-за знакомого запаха (звучит ужасно — мы не знали). Я не живу в кожевенном заводе или где-то еще — но я уверен, что люди, читающие это, оценят, что у собственного дома есть свой уникальный запах). Твое детство, однако, было лишено запаха. Когда вы начали осознавать, что упускаете целый уровень опыта, и как это осознание пришло?

SP : Слушать разговоры о запахах было все равно, что пытаться расшифровать иностранный язык.«Так чем же пахнет роза?» — спрашивал я. Моя семья не воспринимала меня очень серьезно, так как я был таким маленьким, но в конце концов что-то щелкнуло, и они отвели меня к терапевту в возрасте 5 лет, но мне сказали: «Мы ничего не можем сделать». Эти слова заставили меня почувствовать, что мне дали невыполнимую задачу, которая каким-то образом была легкой для всех остальных, и которая заставила меня чувствовать себя крайне неадекватной с такого юного возраста — я не мог ее выучить, купить, работать над ней или развить ее.

DB : Как вы знаете, решающее значение для достижения долгосрочных целей «Пятого чувства» имеет наша миссия по просвещению общества о важности обоняния для нашей жизни.Как вы думаете, ваш опыт и опыт многих наших членов могут помочь в этом?

SP : Наш опыт может играть жизненно важную роль в обучении людей и внушении того, насколько важно ценить все наши чувства. Я чувствую, что хорошей отправной точкой было бы начать с самого начала — научить детей обонянию, аносмии и ее психологическим и физическим последствиям. Очень важно с раннего возраста понимать наши чувства и иметь здоровое отношение к инвалидности и всем проблемам со здоровьем в целом.Таким образом, у следующего поколения будет лучший старт в жизни, поддержка, в которой они могут нуждаться, а не чувство отчуждения, как многие из нас слишком хорошо знают.

Изучение функций обонятельной системы от людей без обоняния

Abstract

Обонятельная система выполняет множество функций у человека, влияя на пищеварительное поведение, осознание опасностей окружающей среды и социальную коммуникацию. Примерно у ⅕ населения в целом нарушено обоняние.Однако, в отличие от многих пострадавших, лишь немногие пациенты жалуются на свои нарушения. Итак, насколько важно для человека иметь неповрежденное обоняние? Или он вообще необязателен, по крайней мере, в западном мире? Чтобы исследовать это, мы сравнили 32 пациента, которые родились без обоняния (изолированная врожденная аносмия — ICA), с 36 контрольными по возрасту. Была использована широкая анкета, содержащая области, относящиеся к обонянию в повседневной жизни, а также анкета о социальных отношениях и анкета BDI.В функциях повседневной жизни, связанных с обонянием, пациенты с ВЦА лишь незначительно отличались от контрольной группы. Эти различия включали повышенную социальную незащищенность, повышенный риск симптомов депрессии и повышенный риск несчастных случаев в семье. В этих областях обоняние, по-видимому, играет ключевую роль.

Образец цитирования: Croy I, Negoias S, Novakova L, Landis BN, Hummel T (2012) Изучение функций обонятельной системы у людей, не имеющих обоняния. ПЛОС ОДИН 7(3): е33365.https://doi.org/10.1371/journal.pone.0033365

Редактор: Efthimios M.C. Skoulakis, Исследовательский центр биомедицинских наук имени Александра Флемминга, Греция

Поступила в редакцию: 31 октября 2011 г.; Принято: 13 февраля 2012 г.; Опубликовано: 21 марта 2012 г.

Авторские права: © 2012 Croy et al. Это статья с открытым доступом, распространяемая в соответствии с условиями лицензии Creative Commons Attribution License, которая разрешает неограниченное использование, распространение и воспроизведение на любом носителе при условии указания автора и источника.

Финансирование: BNL был поддержан грантом Швейцарского национального фонда научных исследований (грант SSMBS № PASMA-119579/1). Спонсоры не участвовали в разработке исследования, сборе и анализе данных, принятии решения о публикации или подготовке рукописи.

Конкурирующие интересы: Авторы заявили об отсутствии конкурирующих интересов.

Введение

Обонятельная система выполняет множество функций для человека, влияя на пищевое поведение, повышая осведомленность об опасностях окружающей среды и социальную коммуникацию (для обзора см. [1]).Например, обонятельная система важна для обнаружения пищи и обеспечения хорошего вкуса, для предотвращения потенциальных опасных ситуаций на дальнем и близком расстоянии, таких как пожар и микробная угроза. Кроме того, обоняние, по-видимому, играет ключевую роль в выборе партнера и помогает обнаруживать эмоции других людей [2].

Но обогащает ли обоняние информацию от других сенсорных систем, например зрительных, тактильных или слуховых? Таким образом, позволяет ли это нам глубже познавать мир? Или обоняние обладает собственными функциями, которые не могут быть выполнены другими системами? Ряд обширных исследований, проведенных в разных странах, показывают, что примерно у 15–20% населения наблюдается некоторая потеря обоняния, и что 2.5–5% демонстрируют функциональную аносмию. Однако еще одно недавнее исследование [3] показало, что у 3,8% населения наблюдается тяжелая потеря обоняния. Эти различия в цифрах, по-видимому, связаны с различиями в интерпретации результатов тестов и различиями в дизайне исследования [3], [4], [5], [6], [7], [8]. Несмотря на эти различия, похоже, что у относительно большой части населения в целом наблюдается потеря обоняния. В отличие от очков для слабовидящих людей, здесь нет компенсации нарушенного обоняния.Но относительно большой части пострадавших людей жалуются лишь немногие. Итак, насколько важно для человека иметь неповрежденное обоняние? Можно ли обойтись без него, по крайней мере, в западном мире?

Один из подходов к ответу на этот вопрос состоит в том, чтобы спросить людей с приобретенными обонятельными расстройствами, что им не хватает. Эти пациенты обычно жалуются на трудности с приготовлением пищи, отсутствие аппетита и низкий интерес к еде [9], [10]. Кроме того, они подвержены повышенному риску опасных событий [11], [12].Кроме того, эти пациенты сообщают о проблемах в повседневной жизни, связанных с социальными ситуациями [13], и о беспокойстве по поводу запаха своего тела [14]. Примерно от 17 до 30% пациентов с обонятельными расстройствами сообщают о снижении качества жизни, включая симптомы депрессии [14], [15], [16]. Потеря качества жизни наиболее остро ощущается более молодыми пациентами с нарушением обоняния [17], [18] (обзор см. в [19]).

Но изучение людей с приобретенным обонятельным расстройством может привести к искаженным результатам: может быть трудно определить, являются ли их проблемы следствием потери обонятельной способности, а не ее отсутствия.

Поэтому мы поставили цель изучить людей, которые родились без обоняния. Среди клиницистов это явление известно как Изолированная врожденная аносмия (ИВА) . ICA характеризуется отсутствием обоняния с рождения у здоровых людей [19]. В Клинике обоняния и вкуса при отделении оториноларингологии Университетской медицинской школы Дрездена мы наблюдаем около 20 пациентов в год с диагнозом ВЦА. Диагностика ВСА включает подробный анамнез и психофизическое обследование, электрофизиологические измерения и магнитно-резонансную томографию с особым акцентом на структуру обонятельной луковицы [20].Гипопластические или апластические обонятельные луковицы у здоровых участников обычно обнаруживаются в сопровождении неглубокой обонятельной борозды [20]. На основании наших данных мы оцениваем распространенность ВЦА в общей популяции как 1:5000–10000.

Синдром Каллмана — важный дифференциальный диагноз, характеризующийся отсутствием обонятельной луковицы и гипогонадотропным гипогонадизмом. Заболеваемость этим расстройством оценивается примерно в 1∶86 000 в общей популяции [21]. Поскольку гормональная дисфункция при синдроме Каллмана вызывает множество дополнительных проблем, эти пациенты явно не включены в исследование.

Хотя существует очень мало исследований и сообщений о единичных случаях пациентов с ВСА, на основании литературы и нашего опыта мы можем сообщить, что они, как правило, не жалуются на снижение качества жизни [9]. Пациенты в основном не подозревают об обонятельном дефиците в детстве [22], и скорее родители начинают подозревать, что что-то может быть «не так». Обычно это происходит, когда очевидно, что ребенка не беспокоят неприятные запахи, такие как тухлое молоко, собачий помет или запахи на уроках химии в школе.Однако, насколько нам известно, нет систематически собранных данных об образе жизни людей, рожденных без обоняния. Если обоняние важно для пищевого поведения, опасностей окружающей среды и социальной коммуникации, как описано выше, как эти области затронуты у пациентов с ВСА? Имеются ли у пациентов с ВСА проблемы с поддержанием веса или, например, они не получают удовольствия от еды? Они случайно не едят испорченную еду? Они также беспокоятся о запахе своего тела? И чувствуют ли они себя по-разному в социальных ситуациях? Или люди без обоняния вообще не подвержены этому дефициту, а обоняние просто переоценено?

В этом исследовании мы хотели сделать первый шаг к ответам на эти вопросы.В дизайне, генерирующем гипотезу, мы разослали обширную анкету, охватывающую эти темы, пациентам с ВСА.

Методы

Заявление об этике

Исследование проводилось в соответствии с Хельсинкской декларацией о биомедицинских исследованиях с участием человека и было одобрено Этическим комитетом Медицинской школы Дрезденского университета. Все участники дали письменное информированное согласие.

Участники

Первоначально в исследовании приняли участие 50 пациентов с диагнозом ВСА.Поскольку функционирование повседневной жизни зависит от возраста, мы решили исключить участников старше 60 и моложе 18 лет, чтобы получить более целенаправленную возрастную группу. Поэтому для исследования были проанализированы анкеты 32 участников (в возрасте 18-46 лет, средний возраст 31+/-8 лет). Врожденная аносмия была диагностирована на основании подробного анамнеза, психофизического обследования, электрофизиологических измерений и магнитно-резонансной томографии.

Психофизическое обследование проводилось с использованием Sniffin’ Sticks, включая тесты на обонятельный порог, способность к различению и идентификации («Sniffin’ Sticks», Burghart GmbH, Ведель, Германия; ср. Hummel, 2007).Дополнительно пациентам проводили электрофизические измерения. Стимулы тройничного нерва (CO 2 ) и обоняния (PEA, H 2 S) предъявлялись пациентам для регистрации потенциалов, связанных с событием. Хемосенсорную стимуляцию носа проводили с помощью стимулятора (ольфактометр OM2S, Burghart Instruments, Ведель, Германия), который позволяет вводить химические раздражители, не вызывая сопутствующих механических или тепловых ощущений. Пациенты с аносмией не проявляют связанных с событиями потенциалов в ответ на обонятельные стимулы, но они обычно проявляют реакцию на тройничные стимулы.Кроме того, пациентам была проведена структурная магнитно-резонансная томография (сравните Yousem et al., 1996). Если обученный врач не может обнаружить обонятельную луковицу, если ни в одном из проведенных тестов не может быть обнаружено ни намека на обонятельную функцию, если пациенты не помнят, что когда-либо могли что-то обонять, и другие возможные причины врожденной аносмии были исключены (например, синдром Каллмана), была диагностирована изолированная врожденная аносмия. Для иллюстрации мы показываем структурное магнитно-резонансное изображение пациента с ВСА на рисунке 1 в сравнении с изображением, полученным у здорового контрольного субъекта.

Рис. 1. Структурное магнитно-резонансное изображение изолированного пациента с врожденным аносмией (слева).

В отмеченной области отсутствует обонятельная луковица. Это становится очевидным по сравнению со здоровым человеком, визуализированным на правом снимке.

https://doi.org/10.1371/journal.pone.0033365.g001

Тридцать шесть здоровых участников того же возраста (в возрасте 18–50 лет, средний возраст 29+/−7 лет; таблица 1) служили контрольной группой. . Они были набраны из нашей базы данных здоровых участников, принимавших участие в других исследованиях.Фактическое состояние здоровья проверяли по подробному анамнезу, обонятельную функцию проверяли обонятельным скрининговым тестом [23]. Нормосмическая функция была установлена ​​во всех контрольных группах. Пациенты и контрольная группа существенно не различались по возрасту и полу.

Большинство пациентов с ВЧА получили анкеты по почте; четыре пациента заполнили анкету в нашей клинике во время рутинной диагностики. Возвращаемость анкет, отправленных по почте, составила 74%.Большинство участников контрольной группы также получили анкеты по почте без оплаты; однако 14 участников этой группы ответили на вопросы анкеты в нашей клинике и получили небольшую сумму денег за участие в исследовании. Поскольку некоторые из вопросов, заданных в анкете, носили очень личный характер, особое внимание было уделено информированию участников (устно или по почте), что данные обрабатываются анонимно и что нет «хороших» или «плохих» ответов. Кроме того, были проведены интервью, посвященные способности справляться с повседневной жизнью, с теми пациентами с ВСА, которых мы видели в нашей повседневной жизни.

Материалы

Анкета предназначена для получения информации о функциях повседневной жизни, связанных с обонянием. Весь вопросник предоставляется в качестве вспомогательной онлайн-информации (Вопросник S1). Для приемов пищи участников спросили об их размере, весе, предпочитаемой пище и их пищевом поведении. Их ответы на «предпочтительную еду» были закодированы как еда с 1 компонентом (например, «макароны», «суп»), 2 компонентами (например, «рис с овощами») или тремя компонентами (например,г. «стейк с картофелем фри и овощами»). Для «пищевого поведения» участники должны были согласиться или не согласиться с тремя утверждениями по четырехбалльной шкале (руки были «полностью согласен» и «совсем не согласен»), и из них было получено среднее значение. Вопросы приведены в Таблице 1. Кроме того, изначально мы намеревались задать вопрос о приеме пищи в младенчестве, но около половины участников заявили, что не уверены в своих ответах на эти вопросы, поэтому мы решили не анализировать их. Однако нам удалось получить надежные данные о том, кормили ли участников грудью или нет.Из экологических опасностей участников были опрошены о бытовых несчастных случаях. Им было предложено ответить на пять утверждений, и был построен средний балл (см. Таблицу 2). Кроме того, мы спросили о личной гигиене, спрашивая участников о частоте принятия душа и об их поведении (см. Таблицу 2). Для участников социального поведения и общения участников попросили ответить на три заявления о социальной незащищенности, и был построен средний балл (см. Таблицу 2).Дополнительно участников спрашивали об интимных отношениях, спрашивая о текущем статусе партнерства (замужем, разведен, холост, помолвлен, вдова), самооценке благополучия в партнерстве (по пятибалльной шкале), количестве детей, которые у них есть. имеют, возраст первого полового акта, самооценку сексуального удовлетворения (по четырехбалльной шкале) и количество различных сексуальных партнеров, которые у них были в течение жизни. Кроме того, мы представили им опросник для личных отношений (BBE), чтобы получить информацию о привязанности к матери и к партнеру [24], [25].Этот опросник состоит из 14 пунктов на привязанность к матери и 14 на привязанность к партнеру, сформулированных в виде утверждений. Участники оценивали свое согласие по пятибалльной шкале Лайкерта. Были сформированы две дополнительные оценки: одна для безопасности прикрепления и одна для зависимости.

Наконец, всем участникам был представлен опросник депрессии Бека (BDI), широко используемый, стандартизированный и проверенный инструмент для измерения симптомов депрессии [26].

Статистический анализ

Данные были проанализированы с использованием SPSS по сравнению с17 (SPSS Inc., Иллинойс, США). Для сравнения обеих групп по переменным размера, веса, индекса массы тела, возраста первого полового акта, количества половых отношений, компонентов предпочитаемой пищи использовали Т-тест, а также BDI-опросник и BBE-опросник . Поправка Бонферрони была применена к p-значениям в опроснике BBE. Для сравнения статуса партнерства и грудного вскармливания применяли критерий хи-квадрат.Все другие переменные, а именно пищевое поведение, несчастные случаи в быту, поведение при мытье, частота принятия душа, удовлетворенность партнерскими отношениями и сексуальное удовлетворение , были проанализированы с использованием теста Манна-Уитни. Уровень значимости был установлен на уровне 0,05.

Результаты

Результаты представлены с упором на основные обонятельные функции, упомянутые выше.

Проглатывание

При приеме внутрь мы не обнаружили существенных различий при грудном вскармливании.В контрольной группе 85% указали, что их кормили грудью, а среди пациенток с ИАК — 78,1%. Также не было существенной разницы в весе, размере или индексе массы тела в обеих группах. Обе группы не различались по пищевому поведению (см. рис. 1 и табл. 1).

Опасности для окружающей среды

пациентов с ВСА сообщили о большем количестве несчастных случаев в быту, чем здоровые контроли (p = 0,001, см. Таблицу 1 и Рисунок 2). Для личной гигиены, однако, не было выявлено существенной разницы в частоте принятия душа.Также не было существенной разницы в оценках поведения при мытье (см. Рисунок 2 и Таблицу 1).

Рисунок 2. Сравнение пациентов с ВКА (N = 32) и контрольной группы того же возраста (N = 36) в отношении пищевого поведения, умывания, несчастных случаев в семье и социальной незащищенности.

Полосы отображают средние оценки по шкалам; планки погрешностей указывают на единичное стандартное отклонение. Пациенты с ВЦА достоверно чаще соглашались на бытовые несчастные случаи и неуверенность в определенных социальных ситуациях.

https://doi.org/10.1371/journal.pone.0033365.g002

Социальное поведение и общение

пациенток с ICA и контрольной группы существенно не различались по оценке привязанности к матери или партнеру в опроснике BBE. Оценки обеих групп были в пределах нормы [24], [25] (см. Таблицу 1).

пациентов с ВКА сообщили о большем беспокойстве по поводу социальных ситуаций, чем контрольная группа (p<0,001), т. е. они сообщили о беспокойстве по поводу запаха собственного тела, о проблемах во взаимодействии с другими людьми и избегали приема пищи с другими (см. Таблицу 1 и Рисунок 2).

Что касается партнерства и сексуального поведения, то между обеими группами не было существенной разницы в статусе партнерства или самооценке удовлетворенности своим партнерством. Также не было существенных различий в возрасте первого полового акта, самооценке сексуального удовлетворения или количестве детей. Тем не менее, пациенты с ICA сообщили, что у них было значительно меньше сексуальных партнеров, чем в контрольной группе (p = 0,031, см. Таблицу 1 и Рисунок 3).

Рис. 3.Сравнение числа сексуальных отношений у больных ВЧА (N = 32) и контрольной группы того же возраста (N = 40).

Контрольная группа сообщила, что у них было значительно больше различных сексуальных партнеров, чем у пациентов с ICA.

https://doi.org/10.1371/journal.pone.0033365.g003

Депрессия

пациентов с ВКА показали более высокие баллы по опроснику депрессии по сравнению с контрольной группой (p = 0,018, см. Таблицу 1).

Обсуждение

Судя по нашим данным, пациенты с ВСА не сильно отличаются в своих повседневных функциях от здоровых людей из контрольной группы.Означает ли это, что чувство обоняния необязательно для людей, по крайней мере, в западном мире? Мы не верим, что это правда. Хотя люди, которые никогда не могли чувствовать запахи, по-видимому, хорошо справляются с этим дефицитом, существуют некоторые ограничения, очень достойные дальнейшего изучения. Точно так же области, в которых мы не обнаружили различий между людьми с обонянием и без него, очень интересны и поднимают дополнительные вопросы о роли обоняния в повседневной жизни.

Что касается пищевого поведения , пациентки с ICA сообщили, что их кормили грудью так же часто, как и в контрольной группе.Это очень интересно, поскольку исследования показывают, что кормление грудью у млекопитающих очень сильно зависит от способности новорожденных находить соски по обонятельным сигналам. У кроликов, например, потомство почти не имеет шансов на выживание, если оно не способно чувствовать запахи [27]. Интересно, что человеческие матери, по-видимому, способны очень хорошо компенсировать обонятельный дефицит своих младенцев, возможно, потому, что людям обычно приходится сосредотачиваться только на одном ребенке.

Во взрослом возрасте пациенты с ВСА не различаются по размеру или весу, предпочитают пищу и не проявляют существенных различий в пищевом поведении.Поскольку вкус представляет собой комбинированное ощущение обоняния, осязания и вкуса, отсутствие обоняния с рождения, по-видимому, не приводит к отсутствию вкуса.

Другой функцией обонятельной системы является предотвращение опасностей окружающей среды [1]. Здесь больные ВЧА чаще сообщают о бытовых травмах. Это соответствует информации о больных, потерявших обоняние во взрослом возрасте [11]. Пациенты рассказали нам о различных способах справиться с этим, например, не оставлять железо в покое или спрашивать других, остается ли молоко вкусным.В отношении гигиенического поведения, с другой стороны, не было обнаружено существенных различий между обеими группами. Тем не менее, пациенты сообщали о стратегиях выживания в отношении гигиены, таких как стирка одежды после определенного распорядка.

Неудивительно, что для социального поведения и общения не было намеков на серьезные нарушения в отношениях с другими людьми, такими как мать или партнер. Пациенты с ICA, по-видимому, способны найти интимного партнера и установить удовлетворительные отношения так же часто, как и люди с нормальным обонянием.В среднем они начинают половую жизнь одновременно со сверстниками из контрольной группы, так же удовлетворены своей сексуальной жизнью и имеют такое же количество детей. Тем не менее, мы обнаружили усиленную социальную незащищенность у ВСА-пациентов . Эта социальная незащищенность, кажется, относится к людям, которые малоизвестны, например, коллегам или дальним знакомым. Поскольку обонятельные сигналы способны сообщать социальную информацию о других [1], [2], возможно, что у пациентов с ВСА больше проблем с оценкой других людей, потому что этот канал коммуникации закрыт.Это может привести к повышенной социальной незащищенности, что может объяснить вывод о том, что пациенты с ВКА имели лишь около половины числа сексуальных отношений в контрольной группе. В качестве альтернативы можно предположить, что отсутствие обоняния при половом акте приводит к общему снижению интереса к сексуальным отношениям. В этом отношении настоящее исследование не дает удовлетворительных ответов. Однако было бы очень интересно более внимательно изучить сексуальное поведение при отсутствии обоняния (ср. [28]).

повышенная оценка депрессивных симптомов у пациентов с ВСА также может быть связана с отсутствием обоняния. Фактически, пациенты с приобретенной обонятельной потерей обычно демонстрируют признаки депрессии [9], [14]. Однако можно возразить, что на этих пациентов повлияла потеря обоняния (а не его отсутствие), что не так. при врожденной аносмии. Другое возможное объяснение относится к применению вопросника. Некоторые здоровые люди из контрольной группы получали деньги за участие, в то время как пациентов с ICA просили заполнить анкеты из-за их дефицита.Однако мы дополнительно сравнили обе группы здоровых контролей. Мы не смогли найти существенной разницы в показателях депрессии между теми участниками контрольной группы, которые ответили на вопросы анкеты дома, и теми, кто ответил на нее в нашей лаборатории и получил небольшую сумму денег. Это подтверждает гипотезу о повышенном риске депрессии при отсутствии обоняния.

Несколько исследований на людях подтверждают связь между депрессией и отсутствием обоняния. Снижение обонятельной чувствительности было обнаружено у пациентов, страдающих большой депрессией [29], [30], [31], и в связи с этим мы недавно обнаружили уменьшение объема обонятельных луковиц у пациентов с депрессией [32].Одна из обсуждаемых гипотез об этой когерентности депрессии, обоняния и обоняния относится к общей функциональности лимбических и паралимбических сетей мозга.

Заключение

пациентов с ВСА незначительно различаются по повседневным функциям, связанным с обонянием. Эти различия заключаются в повышенной социальной незащищенности, повышенном риске депрессивных симптомов и повышенном риске несчастных случаев в семье. В этих областях обоняние, по-видимому, играет ключевую роль. Желательны дальнейшие исследования с целенаправленной оценкой.

Благодарности

Мы хотели бы поблагодарить Monika Roesner и Selda Olgun за их вклад в сбор данных. Кроме того, мы хотели бы поблагодарить Насреддина Аболмаали за его помощь с МРТ-изображениями. Наконец, мы благодарны Нику Стоу за прочтение окончательной версии рукописи.

Авторские взносы

Задумал и спроектировал эксперименты: IC TH SN LN BL. Выполняли опыты: ИЦ ЛН. Проанализированы данные: IC. Предоставленные реагенты/материалы/инструменты для анализа: IC TH.Написал статью: IC.

Каталожные номера

  1. 1. Stevenson RJ (2010) Первоначальная оценка функций человеческого обоняния. Химические чувства 35: 3–20.
  2. 2. Прен-Кристенсен А., Визнер С., Бергманн Т.О., Вольф С., Янсен О. и соавт. (2009) Индукция эмпатии запахом тревоги. PLoS Один 4: e5987.
  3. 3. Шуберт С., Круикшенкс К., Фишер М., Хуанг Г., Кляйн Б. и др. (2011) Нарушение обоняния у взрослого населения: исследование потомства бобровой плотины.Химические чувства.
  4. 4. Лэндис Б.Н., Коннерт К.Г., Хаммель Т. (2004)Исследование частоты обонятельной дисфункции. Ларингоскоп 114: 1764–1769.
  5. 5. Брамерсон А., Йоханссон Л., Эк Л., Нордин С., Бенде М. (2004) Распространенность обонятельной дисфункции: популяционное исследование Скёвде. Ларингоскоп 114: 733–737.
  6. 6. Мерфи С., Шуберт С., Круикшенкс К., Клейн Б., Клейн Р. и др. (2002)Распространенность обонятельных нарушений у пожилых людей.ДЖАМА 288: 2307–2312.
  7. 7. Vennemann M, Hummel T, Berger K (2008)Связь между курением и ухудшением обоняния и вкуса у населения в целом. Дж. Нейрол 255: 1121–1126.
  8. 8. Boesveldt S, Lindau S, McClintock M, Hummel T, Lundstrom J (2011)Вкусовая и обонятельная дисфункция у пожилых людей: национальное вероятностное исследование. Ринология 49: 324–330.
  9. 9. Теммель А.Ф., Квинт С., Шикингер-Фишер Б., Климек Л., Столлер Э. и соавт.(2002) Характеристики обонятельных расстройств в связи с основными причинами потери обоняния. Arch Otolaryngol Head Neck Surg 128: 635–641.
  10. 10. Van Toller S (1999) Оценка воздействия аносмии: обзор результатов опроса. Химические чувства 24: 705–712.
  11. 11. Сантос Д.В., Рейтер Э.Р., ДиНардо Л.Дж., Костанцо Р.М. (2004)Опасные события, связанные с нарушением обонятельной функции. Arch Otolaryngol Head Neck Surg 130: 317–319.
  12. 12.Рейтер Э.Р., ДиНардо Л.Дж., Костанцо Р.М. (2004)Влияние травмы головы на обоняние и вкус. Otolaryngol Clin North Am 37: 1167–1184.
  13. 13. Frasnelli J, Hummel T (2005)Обонятельная дисфункция и повседневная жизнь. Евр Арка Отоларингол 262: 231–238.
  14. 14. Мива Т., Фурукава М., Цукатани Т., Костанцо Р.М., ДиНардо Л.Дж. и др. (2001)Влияние обонятельных нарушений на качество жизни и инвалидность. Arch Otolaryngol Head Neck Surg 127: 497–503.
  15. 15.Димс Д.А., Доти Р.Л., Сеттл Р.Г., Мур-Гиллон В., Шаман П. и др. (1991) Нарушения обоняния и вкуса: исследование 750 пациентов из Центра обоняния и вкуса Пенсильванского университета. Arch Otorhinolaryngol Head Neck Surg 117: 519–528.
  16. 16. Теннен Х., Аффлек Г., Мендола Р. (1991) Как справиться с расстройством обоняния и вкуса. В: Getchell TV, Doty RL, Bartoshuk LM, Snow JB, редакторы. Обоняние и вкус в здоровье и болезни. Нью-Йорк: Рэйвен Пресс. стр. 787–802.
  17. 17.Смитс М., Вельдхуизен М., Галле С., Гувелус Дж., Де Хаан А. и др. (2009)Расстройство обоняния и качество жизни, связанное со здоровьем. Rehabil Psychol 54:
  18. 18. Shu C, Lee P, Lan M, Lee Y (2011)Факторы, влияющие на влияние потери обоняния на качество жизни и способность справляться с эмоциями. Ринология 49: 337–341.
  19. 19. Hummel T, Nordin S (2005)Обонятельные расстройства и их последствия для качества жизни – обзор. Acta Oto-Laryngol 125: 116–121.
  20. 20. Abolmaali ND, Hietschold V, Vogl TJ, Huttenbrink KB, Hummel T (2002) Оценка МРТ у пациентов с изолированной аносмией с рождения или в раннем детстве. AJNR Am J Neuroradiol 23: 157–164.
  21. 21. Семинара С.Б., Хейс Ф.Дж., Кроули В.Ф. (1998) Дефицит гонадотропин-высвобождающего гормона у человека (идиопатический гипогонадотропный гипогонадизм и синдром Каллмана): патофизиологические и генетические соображения. Эндокринные обзоры 19: 521–539.
  22. 22.Воулз Р.Х., Блич Н.Р., Роу-Джонс Дж.М. (1997)Врожденная аносмия. Int J Pediatr Otorhinolaryngol 41: 207–214.
  23. 23. Hummel T, Konnerth CG, Rosenheim K, Kobal G (2001)Скрининг обонятельной функции с помощью четырехминутного теста идентификации запаха: надежность, нормативные данные и исследования у пациентов с потерей обоняния. Энн Отол Ринол Ларингол 110: 976–981.
  24. 24. Асендорпф Дж. Б., Банс Р., Уилперс С., Нейер Ф. Дж. (1997) Шкалы привязанности, специфичные для отношений, для взрослых и их проверка с помощью сетевых и дневниковых процедур.Диагностика 43: 289–313.
  25. 25. Asendorpf JB, Wilpers S (2000) Безопасность привязанности и доступная поддержка: тесно связанные качества отношений. J Социально-личностные отношения 17: 115–138.
  26. 26. Hautzinger M, Bailer M, Worall HFK (1995) Beck-Depressions-Inventar (BDI). Testhandbuch. Берн: Ганс Хубер.
  27. 27. Шааль Б., Куро Г., Ланглуа Д., Джинис С., Семон Э. и др. (2003) Химическая и поведенческая характеристика феромона молочной железы кролика.Природа 424: 68–72.
  28. 28. Gudziol V, Wolff-Stephan S, Aschenbrenner K, Joraschky P, Hummel T (2009) Депрессия, возникающая в результате обонятельной дисфункции, связана со снижением сексуального аппетита — поперечное когортное исследование. J Sex Med 6: 1924–1929.
  29. 29. Lombion-Pouthier S, Vandel P, Nezelof S, Haffen E, Millot JL (2006)Восприятие запаха у пациентов с расстройствами настроения. Журнал аффективных расстройств 90: 187–191.
  30. 30. Pause BM, Miranda A, Goder R, Aldenhoff JB, Ferstl R (2001)Сниженная обонятельная активность у пациентов с большой депрессией.J Psychiatr Res 35: 271–277.
  31. 31. Пауза Б.М., Раак Н., Сойка Б., Годер Р., Альденхофф Дж.Б. и соавт. (2003) Конвергентные и дивергентные эффекты запахов и эмоций при депрессии. Психофизиология 40: 209–225.
  32. 32. Negoias S, Croy I, Gerber J, Pushmann S, Petrowski K, et al. (2010)Уменьшенный объем обонятельной луковицы и обонятельная чувствительность у пациентов с острой большой депрессией. Неврология 169: 415–421.

COVID-19 почти год назад лишил меня обоняния

В марте прошлого года я заразился COVID-19.Как и многие люди, я потерял обоняние. Тогда я предполагал, что он вернется достаточно быстро. Но почти год спустя, это не так.

Я не чувствую себя ослабленным, как если бы потерял зрение или слух. Но отсутствие, тем не менее, не дает мне покоя, и, во всяком случае, с течением времени его становится все труднее принять. Память, эмоции и интуиция напрямую связаны с обонянием. Без него мир совсем другой.

Я заразился COVID-19 раньше, чем большинство американцев.Моя жена работает врачом на Манхэттене и руководила недавно созданным отделением интенсивной терапии COVID-19 в своей больнице в начале марта, когда новизна болезни сделала все рискованным.

Прочтите: Дальневозы меняют определение COVID-19

У нашей 18-месячной дочери первыми появились признаки лихорадки. У ее сестры-близнеца и моей жены поднялась температура через день или два после этого. Они были вялыми, потными. Я молился, как все делают в такой ситуации. Я предложил себя Богу в обмен. Я пытался в своих молитвах взывать к разуму.Людям нужна была моя жена. Этаж COVID-19 в ее больнице вскоре стал каждым этажом, так как умирало все больше и больше людей. Самое срочное, она нужна нашим детям.

Несколькими месяцами ранее мы распыляли лавандовое масло в спальне девочек, чтобы помочь им заснуть. Когда COVID-19 вошел в наш дом, я открывал бутылку с эфирным маслом лаванды каждый раз, когда заходил проверить девочек. Я нюхал масло, чувствовал его предательский аромат благополучия и понимал, что мое предложение Богу так и осталось отклоненным.

Нам повезло. Никому не пришлось ехать в больницу. Но затем, когда моя жена и дочери поправлялись, ко мне наконец пришел COVID-19. В течение следующих трех недель у меня едва хватало сил стоять больше нескольких минут. За болью в горле вскоре последовали ночные поты, за которыми вскоре последовала боль в ухе, за которой вскоре последовал продуктивный кашель, за которым вскоре последовал сухой кашель, за которым вскоре последовала потеря обоняния.

До COVID-19 у меня было необычайно острое обоняние.Духи, скошенная трава, даже мыло на чьей-то коже могли вызвать слезы. Я мог сказать, был ли в комнате недавно конкретный человек. Я никогда не использовал эту причуду с пользой, становясь сомелье или выискивая дикие трюфели. Я считал свое обоняние, как и любую другую гиперчувствительность, скорее помехой, чем талантом.

Потеря обоняния дезориентировала, хотя поначалу и не было невыносимо. Я бы испытал себя с офигенным любопытством на сверхъестественное. Лавандовое масло: нет.Корица: нет. Кофе: нет. Ведро для подгузников: нет.

По мере того, как тянулись месяцы, то, что я потерял, становилось все более очевидным. Здоровый человеческий нос чрезвычайно чувствителен к сернистому соединению меркаптана, которое содержится в выделениях изо рта, потовых железах и анусе. Не имея возможности почувствовать их запах, мое дыхание и запах тела превратились в полоску туалетной бумаги на заднике моей обуви.

Меркаптан также добавляется в газ для приготовления пищи без запаха в целях безопасности. Не почувствовав его запаха, я в ужасе смотрел на плиту, задаваясь вопросом, как долго регулятор передней конфорки был повернут на девять, а пламя не зажглось.

Однажды днем ​​в начале августа мы с женой наслаждались обедом во внутреннем дворике, который ресторан наспех соорудил на парковке. Пока мы обсуждали меню, нас окутал резкий запах дорожной смолы. Я знаю это, потому что обоняние и вкус моей жены довольно быстро восстановились. Меня, однако, поразил запах темперной краски.

Внезапно запах темперной краски стал самим запахом; простое осознание того, что там был запах.Ко мне вернулось обоняние, но в черно-белом цвете. И антиподами этой серой гаммы были с одной стороны ничто, а с другой — оттенки темперной краски.

Читайте: COVID-19 может длиться несколько месяцев

Некоторые запахи, например меркаптан, остаются для меня опасно невидимыми. Но для тех вещей, которые я чувствую, все имеет запах темперной краски — с некоторыми нюансами. Что-то может пахнуть вредно или слегка приятно. Он может проявляться сильно или быть слабым. Он может задержаться или быть мимолетным.Лавандовое масло, например: довольно приятное, несколько сильное, немного стойкое. Корица: приятная, довольно слабая, быстро проходит. Кофе: немного вредный, очень крепкий, достаточно стойкий. Ведро под подгузник: немного приятное (знаю!), довольно сильное, несколько затяжное.

Многие люди с COVID-19 теряют вкус и обоняние. Когда я вообще ничего не чувствовал, я почти не замечал разницы во вкусе пищи, за исключением замечательной переносимости острой пищи. Только когда мое обоняние вернулось в виде темперной краски, взаимодействие между ртом и носом стало очевидным.Пить Coca-Cola было все равно, что потягивать шипучую темперную краску, а есть Doritos — все равно, что закусывать чипсами из темперной краски. Цитрусовые на вкус напоминали темперную краску, смешанную с уксусом. Еда всегда была легким утешением. Теперь каждый раз, когда я беру в руки что-то, что не ел в последнее время, я обнаруживаю, что испытываю тот же приступ беспокойства, который должны испытывать лабораторные крысы, когда их кнопки еды запрограммированы на случайные удары электрическим током.

Аносмия, полная потеря обоняния, и паросмия, искажение обоняния, характерны примерно для половины симптоматических случаев COVID-19, и это два симптома болезни, которые сохраняются.Точные причины этого до сих пор не выяснены, хотя лучшими кандидатами являются нервные и неврологические повреждения различной степени тяжести.

Вдобавок к загадочности, совсем недавно я почувствовал несколько дуновений узнаваемых запахов, которые появляются и исчезают так же быстро, как знакомое лицо в толпе. При смене одного особенно хорошо наполненного подгузника посреди ночи мой нос получил горячий взрыв безошибочного запаха прямо передо мной. Но потом оно исчезло. В День Благодарения мне в нос ударил такой же мимолетный аромат свежего шалфея.В другой раз я на счастливый момент заметил аромат пиццы, выпекаемой в духовке.

Эти короткие сгустки настоящего запаха чего-то поразили меня, как перенасыщенный Technicolor of Munchkinland. Все казалось живым. Я почувствовал себя так внезапно погруженным в мир, что понял, насколько я был удален от него.

Каждое мгновение, тем не менее, было достаточно коротким, чтобы заставить меня задуматься, не галлюцинировал ли я просто от силы внушения. Врачи называют такие галлюцинации фантосмией. Я читал о том, что они часто сопровождают паросмию, и, зная, что они случаются, эти мимолетные ароматы оставили меня в таком же смятении, какое чувствуешь, когда не уверен, что в противном случае ясное воспоминание могло быть на самом деле сном.

Исследования показали, что потеря или ухудшение обоняния значительно коррелирует с депрессией, и легко понять, почему. Без запаха я не просто потерял способность ценить каждую деталь окружающего мира. Сама жизнь предполагала что-то более близкое к опосредованному низкоуровневому составу звонка в Zoom.

Вид на океан этой прошлой осенью потерял часть своего благоговения без морского бриза в моих ноздрях. Зима была менее уютной, и воздух как-то холоднее без запаха дыма от каминов.Спальня для девочек меньше похожа на время сна без ночного тумана лавандового масла.

Никто точно не знает, как долго может длиться паросмия, связанная с COVID. Каким бы ни был мой прогноз, я беспокоюсь о том, что мои дочери переживают собственные приступы паросмии. Через несколько недель после того, как они выздоровели от лихорадки, они оба потеряли волосы, что является еще одним случайным набором странных симптомов COVID-19, особенно у детей. У одной дочери ненадолго облысело по мужскому типу, что придавало ей более чем мимолетное сходство с Беном Франклином.У меня нет реального способа узнать, было ли затронуто их обоняние, и если да, то каким образом. Сомневаюсь, что даже они знали бы. Все так, как всегда было, когда ты был малышом.

В декабре я поставила сады из самшита, чтобы дети не лазили по подоконникам. Единственными растениями в нашем садовом магазине, которые соответствовали требованиям детской комнаты по размеру, долговечности и нетоксичности, были кусты лаванды. После установки маленьких кустиков, которые еще не цвели, на место и высыпания вокруг них нескольких мешков с горшечной почвой, меня окутал прекраснейший запах лаванды.Он был свежим, сладким и суглинистым, и все это было в совершенной гармонии.

Прочтите: Мир без запаха

Приняв его, я заметил, что запах сохраняется. Вот оно; тот аромат благополучия, который я начал презирать еще в марте, когда Бог так бессердечно отклонял мое предложение о сделке.

Аромат был более ярким и держался гораздо дольше, чем любой другой мимолетный запах, которым я наслаждался до этого. У меня закружилась голова при мысли, что мой приступ паросмии наконец-то закончился.Я пошел за женой из гостиной. С широко раскрытыми от восторга глазами я отвела ее в комнату для девочек, чтобы она приняла ее сама. Разве это не было невероятно?

Она сделала несколько вдохов, прежде чем посмотреть на слепого отца своих детей. Ее глаза были любящими, почти покровительственными. Я знал тогда, что я вообразил это. — Пахнет, — сказала она, — грязью.

Обонятельная дисфункция при COVID-19: диагностика и лечение | Отоларингология | ДЖАМА

По состоянию на 1 мая 2020 года более 3000000 человек во всем мире были инфицированы новым коронавирусом, тяжелым острым респираторным синдромом коронавирусом 2 (SARS-CoV-2).CDC выделил ключевые симптомы, которые могут указывать на коронавирусную болезнь 2019 года (COVID-19), включая кашель, одышку или затрудненное дыхание, лихорадку, озноб, мышечную боль, боль в горле и новую потерю обоняния или вкуса. 1

Включение потери обоняния или вкуса в число этих симптомов последовало за появлением данных, свидетельствующих о том, что COVID-19 часто ухудшает обоняние. Например, в исследовании, проведенном в Иране, у 59 из 60 пациентов, госпитализированных с COVID-19, было обнаружено нарушение обоняния по данным психофизического обонятельного тестирования. 2 Обонятельная дисфункция (OD), определяемая как снижение или искажение обонятельной способности во время обнюхивания (ортоназальное обоняние) или приема пищи (ретроназальное обоняние), часто наблюдается в легких или даже бессимптомных случаях; в исследовании, проведенном в Италии, 64% из 202 пациентов с легкими симптомами сообщили о нарушении обоняния. 3

Возможность того, что передозировка может выступать в качестве маркера заболевания, особенно среди людей, у которых другие симптомы минимальны или бессимптомны, побудила организации, такие как Американская академия отоларингологии – Хирургия головы и шеи 4 и ЛОР Великобритании, 5 , рекомендуют включать внезапную потерю обоняния и/или вкуса как часть диагностических критериев заболевания COVID-19, как это сейчас сделал CDC.Эти организации предполагают, что впервые возникшего OD достаточно, чтобы оправдать самоизоляцию и использование средств индивидуальной защиты (СИЗ) медицинским персоналом, обследующим пациентов с этой клинической проблемой.

Обонятельная дисфункция при COVID-19

Сообщения о передозировке, связанной с COVID-19, описывают внезапное начало нарушения обоняния, которое может сопровождаться наличием или отсутствием других симптомов.Среди госпитализированных пациентов с COVID-19 в Италии нарушение обоняния/вкуса чаще наблюдалось у более молодых пациентов и у женщин. 6 Неопубликованные данные и неподтвержденные сообщения подтверждают исчезновение обонятельных симптомов примерно в течение 2 недель. Однако из-за отсутствия длительного наблюдения неизвестно, у какой части пациентов развивается персистирующая постинфекционная ОЗ.

Многие пациенты сообщают об ухудшении обоняния и вкуса попеременно. Хотя возможно, что SARS-CoV-2 нацелен как на обонятельную, так и на вкусовую системы, в большинстве случаев дисфункции, не связанной с COVID-19, когда пациенты описывают изменение вкуса, этот симптом можно отнести к нарушению ретроназального обоняния (вкуса), а не нарушению. вкус (сладкий, соленый, кислый, горький).По этой причине считается, что хемосенсорное нарушение при COVID-19, вероятно, связано с обонянием.

Коронавирусы являются одним из многих патогенов, которые, как известно, вызывают постинфекционную передозировку, и эпителиальные клетки носа демонстрируют относительно высокую экспрессию рецептора ангиотензинпревращающего фермента 2, который необходим для проникновения SARS-CoV-2. 7 Разрушение клеток обонятельного нейроэпителия может привести к воспалительным изменениям, которые нарушают функцию нейронов обонятельных рецепторов, вызывают последующее повреждение нейронов обонятельных рецепторов и/или нарушают последующий нейрогенез.Такие изменения могут вызвать временную или более длительную передозировку. Предыдущая работа на моделях трансгенных животных показала внутричерепное проникновение SARS-CoV через обонятельную луковицу. 8 Это привело к предположению, что SARS-CoV-2 может проникать внутрь черепа с возможным последующим воздействием на обонятельные и необонятельные области мозга, что может отрицательно сказаться на обонятельной функции.

Во время текущей пандемии пациенты с недавно развившейся острой обонятельной и/или вкусовой дисфункцией с другими симптомами COVID-19 или без них должны пройти период самоизоляции и, по возможности, пройти тестирование на SARS-CoV-2.У пациентов с симптомами, требующими неотложной госпитализации (например, с респираторным дистресс-синдромом), химико-сенсорную оценку запаха и вкуса следует рассматривать только тогда, когда позволяет клиническое состояние и имеются соответствующие СИЗ. Возможный подход к оценке показан на рисунке.

Рисунок. Возможный подход к оценке и лечению подозрения на коронавирусное заболевание 2019 (COVID-19), связанного с обонятельной дисфункцией

RSDI указывает индекс инвалидности при риносинусите; SNOT-22, синоназальный исходный тест.

Субъективная самооценка хемосенсорной функции не должна использоваться для диагностики из-за ограниченной корреляции с более объективными показателями. 9 Однако удаленное использование проверенных инструментов (например, визуальные аналоговые шкалы, порядковые шкалы, показатели результатов, сообщаемые пациентами) может обеспечить безопасный и своевременный сбор данных от самоизолированных пациентов. Хотя такие результаты следует интерпретировать с осторожностью, этот подход приемлем для некоторых пациентов с COVID-19, для которых психофизическое тестирование невозможно.

Психофизическая оценка включает представление одорантов/вкусовых веществ, при этом результат теста зависит от реакции пациента. Такие тесты более надежны, чем субъективная оценка, и должны проводиться у пациентов с COVID-19, когда это возможно.

Инструменты обонятельной психофизической оценки чаще всего проверяют 1 или комбинацию обонятельного порога (минимальная сила запаха, который может быть воспринят), распознавания запаха (различение различных запахов) и идентификации запаха (идентификация запахов).В идеале следует использовать инструменты, нацеленные на определение порога обоняния, различение и идентификацию с использованием стандартного многокомпонентного обонятельного тестера. Однако, когда необходима быстрая оценка или самостоятельное введение, например, при оценке пациентов с COVID-19, можно рассмотреть имеющиеся в продаже инструменты с меньшим количеством компонентов для тестирования, устройства для самостоятельного введения или и то, и другое. 9 Любой психофизический тест, используемый в клинических условиях, должен быть валидирован для тестируемой популяции, при этом диагнозы ухудшения и улучшения должны ставиться в соответствии с соответствующими возрасту клинически закрепленными нормативными данными.

Поскольку у большинства пациентов, которые сообщают об изменении вкуса, скорее всего, наблюдается нарушение ретроназального обоняния, скрининг вкусовой функции должен быть достаточным в качестве оценки первой линии. Для пациентов, у которых при скрининге выявлены аномалии, следует провести полное тестирование с использованием стандартизированного инструмента оценки вкуса. 9

Визуализация придаточных пазух носа и головного мозга может рассматриваться для исключения синоназальных или внутричерепных аномалий (включая злокачественные новообразования), а также для определения морфологии обонятельной луковицы и борозды, что несет диагностическую и прогностическую информацию для OD.Полезность визуализации при COVID-19 еще предстоит установить, и ее следует использовать для пациентов с персистирующей передозировкой.

Когда ОП, связанная с COVID-19, спонтанно улучшается, специфическое лечение может не потребоваться. Однако, когда нарушение сохраняется более 2 недель, может быть целесообразным рассмотреть вопрос о лечении. Эффективность доступных методов лечения пациентов с передозировкой, связанной с COVID-19, неизвестна, хотя методы лечения, направленные на постинфекционную передозировку, потенциально могут быть полезны при COVID-19.

Обонятельная тренировка включает в себя повторное и преднамеренное вдыхание набора запахов (обычно лимона, розы, гвоздики и эвкалипта) в течение 20 секунд каждый, по крайней мере, два раза в день в течение как минимум 3 месяцев (или дольше, если возможно). Исследования показали улучшение обоняния у пациентов с постинфекционной передозировкой после тренировки обоняния. 9 Обонятельная тренировка может быть рассмотрена для пациентов с персистирующей передозировкой, связанной с COVID-19, поскольку эта терапия имеет низкую стоимость и незначительные побочные эффекты.

Пероральные и интраназальные кортикостероиды использовались для исключения воспалительного компонента у пациентов с постинфекционной ОЗ. Тем не менее, кортикостероиды в настоящее время не рекомендуются для лиц с постинфекционной передозировкой из-за отсутствия доказательств пользы и потенциального риска вреда. 9 Из соображений безопасности введение системных кортикостероидов для рутинного лечения острого COVID-19 не рекомендуется. В отсутствие доказуемого воспалительного заболевания, наблюдаемого с помощью эндоскопии или визуализации, маловероятно, что начало лечения кортикостероидами принесет пользу пост-COVID-19 OD, как в случае других причин постинфекционной OD.Однако для пациентов, которые использовали интраназальные стероиды до развития COVID-19 (например, при аллергическом рините), такое лечение следует продолжать.

Другие препараты, показавшие себя многообещающими при постинфекционной передозировке, включают интраназальный цитрат натрия, который, как считается, модулирует каскады передачи обонятельных рецепторов, интраназальный витамин А, который может способствовать обонятельному нейрогенезу, и системные омега-3, которые могут действовать через нейрорегенеративные или антидепрессивные средства. -воспалительные средства. 9 ,10 Последние 2 препарата могут служить вспомогательной терапией при тренировке обоняния. Однако на сегодняшний день нет доказательств того, что эти методы лечения эффективны у пациентов с передозировкой, связанной с COVID-19.

COVID-19 ассоциируется с передозировкой у многих пациентов. Этот симптом должен побуждать к самоизоляции и тестированию на SARS-CoV-2, когда это возможно. Необходимы активные совместные исследования для определения естественного течения и надлежащего лечения хемосенсорных нарушений при этом вирулентном заболевании.Тем временем хемосенсорная оценка и лечение, нацеленное на постинфекционную ОЗ, могут быть полезны при ОП, связанной с COVID-19.

Автор, ответственный за переписку: Томас Хуммель, доктор медицинских наук, Клиника обоняния и вкуса, отделение оториноларингологии, Технический университет Дрездена, Fetscherstrasse 74, 01307 Дрезден, Германия (thummel@msx.tu-dresden.de).

Опубликовано в Интернете: 20 мая 2020 г. doi:10.1001/jama.2020.8391

Раскрытие информации о конфликте интересов: Доктор Хаммель сообщил о получении финансирования исследований от Sony, The Smell and Taste Lab, Takaslipago и aspUracac.Других раскрытий не поступало.

2.Моэн ST, Хашемиан СМР, Мансурафшар Б, Хоррам-Туси А, Табарси П, Доти РЛ. Дисфункция обоняния: биомаркер COVID-19.  Int Forum Allergy Rhinol . Опубликовано в сети 17 апреля 2020 г. doi:10.1002/alr.22587PubMedGoogle Scholar3.Spinato Г, Фаббрис С, Полесель Дж, и другие. Изменения обоняния или вкуса у амбулаторных пациентов с легкими симптомами инфекции SARS-CoV-2.  ДЖАМА . Опубликовано в сети 22 апреля 2020 г. doi:10.1001/jama.2020.6771PubMedGoogle Scholar6.Giacomelli А, Пеццати Л, Конти Ф, и другие. Самооценка нарушений обоняния и вкуса у пациентов с SARS-CoV-2: перекрестное исследование.  Клин Инфекция Дис . 2020;53(9):1689-1699. doi: 10.1093/cid/ciaa330PubMedGoogle Scholar7.Sungnak В, Хуан Н, Бекавин С, и другие. Факторы проникновения SARS-CoV-2 в высокой степени экспрессируются в эпителиальных клетках носа вместе с генами врожденного иммунитета.  Nat Med . Опубликовано в сети 23 апреля 2020 г. doi:10.1038/s41591-020-0868-6PubMedGoogle Scholar8.Netland Дж., Мейерхольц ДК, Мур С, Кассел М, Перлман С. Коронавирусная инфекция тяжелого острого респираторного синдрома вызывает гибель нейронов при отсутствии энцефалита у мышей, трансгенных по ACE2 человека. Дж Вирол . 2008;82(15):7264-7275. doi: 10.1128/JVI.00737-08PubMedGoogle ScholarCrossref 10.Yan CH, Ратор А, Крук К, и другие.Влияние добавок омега-3 на пациентов с нарушением обоняния после эндоскопической резекции селлярной и параселлярной опухоли: многоцентровое проспективное рандомизированное контролируемое исследование.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.