Как выглядит человеческий язык: Каким должен быть язык здорового человека — фото. Корень языка болезни симптомы

Содержание

как работают наши вкусовые рецепторы

Делимся переводом статьи про анатомию вкуса. Она поможет понять, как формируется вкусовое впечатление и почему в оценке кофе важен не только вкус, но и тело, запах и температура.

Вкусовые сосочки: из чего состоит поверхность языка

Если внимательно посмотреть на язык, мы увидим, что он как будто покрыт маленькими «пупырышками». Кажется, что это и есть наши вкусовые рецепторы. Но на самом деле это вкусовые сосочки. Рецепторы намного меньше: в одном вкусовом сосочке — от 3 до 100 рецепторов.


Вкусовые сосочки языка

Обратите внимание, что некоторые сосочки выглядят иначе, чем другие. Это потому что у нас на языке четыре типа сосочков. В центре языка — множество маленьких, тонких сосочков. Они называются нитевидными и не содержат вкусовых рецепторов. Спереди и по бокам языка — маленькие круглые сосочки, похожие на крапинки. Это грибовидные сосочки — они обычно содержат по 3–5 вкусовых рецепторов.

Увидеть другие два типа гораздо сложнее. Посмотрите на самую заднюю часть языка — туда, где расположены миндалины. Возможно, вам удастся разглядеть несколько выступов по бокам. Это листовидные сосочки. А ближе к небному язычку расположены большие, круглые вкусовые сосочки. Они называются желобовидными. Каждый из этих двух типов содержит более 100 вкусовых рецепторов.

Сладкий, горький, солёный. Правда ли, что разные части языка отвечают за разные вкусы?

Глядя на расположение сосочков на языке, мы вспоминаем уроки биологии, на которых изучали карту языка. Она показывает области, которые отвечают за распознавание разных вкусов — соленого, сладкого, кислого, горького и острого. Но не все так просто: карта языка — это миф! Каждый вкусовой рецептор, независимо от расположения, может распознавать все пять вкусов.


Карта языка — это миф: каждый вкусовой рецептор распознает все пять вкусов

Структура вкусовых рецепторов: как мозг получает сигнал о вкусе

Давайте поближе рассмотрим вкусовой рецептор. Он состоит из двух типов клеток — вкусовых, которые выполняют основную работу по распознаванию вкуса, и вспомогательных. Над каждым вкусовым рецептором расположена вкусовая пора — отверстие, в которое проникают молекулы еды для взаимодействия со вкусовыми клетками.

Каждая вкусовая клетка имеет вкусовой волосок. Когда он соприкасается с молекулой пищи, клетка посылает мозгу импульс: обнаружен вкус! Импульс проходит через черепной нерв, который соединяет вкусовые рецепторы с мозгом.

Каждый вкусовой рецептор содержит 30–50 вкусовых клеток. Это означает, что ваш мозг одновременно обрабатывает тысячи сигналов от вкусовых рецепторов. Он берет информацию, которую посылают рецепторы, и сравнивает с воспоминаниями о вкусах, которые вы когда-либо ощущали. Именно так мозг распознает, что именно вы едите.

Существует всего пять вкусов — сладкий, соленый, кислый, горький и умами. Все остальное ваши вкусовые рецепторы попросту игнорируют. Но мы знаем, что вкусовые впечатления нельзя уместить в пять определений. И в этом случае пора вспомнить про запах и ощущения во рту.

Хрустящий, сочный, тягучий: как ощущение пищи во рту влияет на восприятие вкуса

Когда мы говорим «вкусно», наш мозг на самом деле оценивает не только вкус, но и множество других факторов. Текстура, влажность, температура, жирность — это лишь часть того тактильного опыта, который мы получаем во время жевания или глотания. Вы не станете есть отсыревшую гранолу, пить теплую газировку или угощать друзей засохшим печеньем. Даже если вкус блюд остался тем же, общее впечатление будет негативным.

Как запах влияет на восприятие вкуса

Во время жевания и глотания вы ощущаете запахи даже той пищи, которая уже у вас во рту. Все они поступают в носовую полость, где расположены обонятельные клетки. Эти клетки работают так же, как и вкусовые рецепторы — но отвечают за восприятие запаха, а не вкуса. У них тоже есть крошечные волоски, которые при контакте с запахом посылают мозгу сигнал через обонятельный нерв.


Взаимодействие обонятельных клеток с запахами

В отличие от вкусовых, обонятельные клетки могут различать тысячи разных ароматов — от мясного до фруктового. Получается, что практически каждый компонент нашего вкусового впечатления, кроме пяти известных вкусов, — это на самом деле запах. Поэтому он так важен в восприятии вкуса. Это также объясняет, почему при заложенном носе пища кажется безвкусной.

Действительно ли мы едим «на автомате»?

Нам кажется, что во время приема пищи активна только наша пищеварительная система, но это не так. Наш мозг проделывает огромную работу. А работает он в тандеме с вкусовыми и обонятельными рецепторами — именно они помогают нам распознавать вкусы. Благодаря сложной анатомии мы помним любимые лакомства из детства и можем наслаждаться блюдами в кафе.

Оригинал: http://www.decodingdelicious.com/the-anatomy-of-flavor/

Описание Внешности на Английском

Если вы потеряли друга на людной вечеринке или ребенка в торговом центре, умение понятно описывать внешний вид очень пригодится. С помощью слов и синтаксических конструкций из этой статьи вы сможете самостоятельно составить рассказ о том, как выглядит человек. 

Внешний вид по-английски — physical appearance или, менее формально, — looks. Если вы хотите узнать, как кто-то выглядит, используйте вопросы: 

  • What do you look like? — Как вы выглядите? 
  • How would you describe your physical appearance? — Как бы вы описали свою внешность? 
  • What does she/he look like? — Как она/он выглядит? 

Не путайте вопросы о внешнем виде с вопросом «How would you describe yourself?» («Как бы вы себя охарактеризовали?»). Если вам задали такой вопрос, от вас ожидают описания личностных качеств, а не цвета глаз и волос. 

Чтобы составить рассказ о внешности, можно придерживаться такого плана: 

  • цвет волос 
  • цвет глаз 
  • цвет кожи 
  • рост 
  • телосложение 
  • одежда (опционально) 

Рассказ о внешности человека можно построить на двух основных речевых конструкциях. 

Первая (классическая):
Местоимение   + to be + признак
    (глагол в личной форме) (прилагательное)
I (Я) am tall.
He, she (Он, она) is tall.
You, we, they (Ты, вы, мы, они) are tall.

Например:

I am slender. Я стройная.
She is short. Она невысокая.
He is slightly overweight. Он немного полноват.
Вторая:
Местоимение + to have got + признак
    (глагол в личной форме)  
I (Я) have got (сокр.: ’ve got) big blue eyes.
He, she (Он, она) has got (сокр.: ’s got) big blue eyes.
You, we, they (Ты, вы, мы, они) have got (сокр.: ’ve got) big blue eyes.

Например:

I have got red hair
 (или I’ve got red hair).
У меня рыжие волосы.
She has got green eyes (или She’s got green eyes). У нее зеленые глаза.
He has got a beer belly (или He’s got a beer belly). У него пивной животик.

В статье «Названия частей человеческого тела на английском» вы найдете не только лексику по теме, но и полезные идиомы, связанные с телом. 

Вместе с эпитетами, обозначающими внешний вид человека, можно использовать degree modifiers (обстоятельства степени): 

  • rather, quite, enough, pretty — довольно, достаточно 
  • very — очень 
  • too — слишком 
She is rather tall.
Она довольно высока.
He is very strong.  Он очень силен.

Характеристика внешности — слова, описывающие человеческое тело

В английском языке существует огромное количество эпитетов, с помощью которых можно описать внешность человека.

Далее мы приводим довольно обширный перечень всевозможных характеристик человеческого тела. Используйте эту лексику для расширения словарного запаса: она пригодится вам не только в устной речи при необходимости описать себя или другого человека, но и при написании английского сочинения на тему «О себе», «О друге» или «Внешность человека».

Arms — Руки (от плеча до запястья)
Bony Костлявые
Lank, lanky Худощавые
Long Длинные
Rounded Округлые
Short Короткие
Well-shaped Рельефные, хорошо очерченные
Bearing — Осанка
Bear oneself well Иметь хорошую осанку
Posture Осанка, поза
Stooping Сутулый, согбенный
Upright Прямая, правильная осанка
To hold one’s body upright Иметь правильную осанку
Build — Телосложение
Anorexic Анорексичный Skinny, thin Тощий, худой
Bonny  1) Здоровый, цветущий
2) Милый
Slender Стройный
Chubby Пухлый, полный Slight Изящный, хрупкий
Delicate Хрупкого телосложения Slim, spare Худощавый
Fat Жирный, толстый Small Мелкого телосложения, тщедушный, субтильный
Graceful Грациозный Solid Плотный
Heavy Грузный Stocky Коренастый
Large Массивный Strong Сильный
Neat Стройный, изящный Sturdy Крепкий, дюжий
Overweight С избыточным весом Tubby Пузатый, толстый
Plump Полный, пухлый Underweight С недостаточным весом
Powerful Мощный Well-built, muscular Хорошо сложенный, мускулистый

Полного человека лучше не называть fat или tubby: это может его обидеть; лучше сказать, что он имеет лишний вес (a bit overweight). 

Cheekbones — Скулы
Perfect Идеальные
Prominent Выступающие
Sculptured Скульптурные
with high cheekbones Скуластый, широкоскулый
Cheeks — Щеки
Ashen  Мертвенно бледные
Blushing Пылающие, залитые румянцем
Chubby Полные
Flushed Раскрасневшиеся
Hamster, hamster-like Как у хомяка
Hollow, sunken Впалые, ввалившиеся
Pale, pallid Бледные
Pasty Мертвенно бледные
Pink, rosy Розовые
Plump, stubby Пухлые
Rouged Нарумяненные
Ruddy Румяные, красные, свежие
Scarlet Алые
Smooth Гладкие
Soft Мягкие, нежные
Tear-stained Заплаканные
Unshaven Небритые
Wet Мокрые
Wide Широкие
with creases, with wrinkles Морщинистые
with dimples С ямочками
Chin — Подбородок
Clean-shaven Гладко выбритый
Decided Решительный
Double Раздвоенный
Massive Массивный
Pointed Заостренный
Protruding Выступающий
Round Округлый
Constitution — Конституция, комплекция
Delicate Нежный
Feeble, weak Слабый, хилый
Frail Хрупкий
Iron Железный
Rugged, vigorous Выносливый
Strong Сильный
Ears — Уши
Earlobe Мочка уха
Large Большие
Lop-eared Лопоухий
Pointed, pointy Заостренные
Small Маленькие
Eyelashes — Ресницы
Artificial, false, «falsies» Искусственные (накладные)
Curling Подкрученные, загнутые на концах
Long Длинные
Short Короткие
Straight Прямые
Thick Густые
Thin Жидкие
Eyebrows — Брови
Amused Удивленно приподнятые
Arched Дугообразные
Bushy, thick Густые
Dark Темные
Derisive, mocking, quizzical Насмешливые
Enquiring, querying, questioning Вопросительно приподнятые
Jet-black Черные как смоль
Lifted, raised Приподнятые
Pencilled Подведенные карандашом
Plucked Выщипанные
Raise (knit) one’s brows Поднять брови
Sardonic Сардонически приподнятые
Skeptical Скептически приподнятые
Shaggy Лохматые
Shaped Оформленные (выщипанные)
Straight Прямые
Surprised Удивленные
Thick Густые
Thin Жидкие, тонкие
Unkempt Неухоженные
Well-marked Выразительные
Eyelids — Веки
Big, large Большие
Closed Смеженные, сомкнутые
Drooping Поникшие
Half-closed  Полузакрытые
Heavy Тяжелые
Hooded, lowered Нависающие
Lower Нижнее (веко)
Swollen with tears Опухшие от слез
Upper Верхнее (веко)
Eyes — Глаза
Almond-shaped Миндалевидные Keen Проницательные
Angry Сердитые Limpid Прозрачные
Anxious Беспокойные Liquid Водянистые
Baggy С мешками под глазами Lively Живые
Beady Глаза-бусинки Luminous Светящиеся
Big Большие Lustrous Блестящие
Bleary Мутные Mad Безумные
Bloodshot Налитые кровью Mesmerizing Гипнотизирующие, завораживающие
Blue Синие, голубые Misty Затуманенные
Bright Яркие Moist Влажные
Brilliant Блестящие Narrow Узкие
Brown Коричневые Narrowed Сузившиеся
Bulging Выпуклые Pale Бесцветные
Clear Ясные Penetrating, piercing Пронзительные
Close-set Близко посаженные Piggy Поросячьи
Cloudy Затуманенные Protuberant Выпуклые
Cold Холодные Prying Любопытные
Compassionate Сострадательные Puffy Опухшие
Crinkly В морщинках Red-rimmed Покрасневшие, воспаленные
Cross-eyed Косоглазый Rheumy Слезящиеся
Cruel Жестокий (взгляд) Round Круглые
Curious Любопытные Sad Грустные, печальные
Dark Темные Sharp Острый (глаз), хорошее (зрение)
Dark-ringed С темными кругами (под глазами) Short-sighted Близорукие
Dazed Ошеломленные Shrewd Проницательные
Deep Глубокие Sightless Незрячие
Deep-set, downcast   Глубоко посаженные Slanted Раскосые
Dry Сухие Sleepy Сонные
Enormous Огромные Small Маленькие
Exhausted Измученные Soft Нежные
Expressionless, hollow, vacant Пустые, ничего не выражающие Solemn Торжественные
Expressive Выразительные, многозначительные,
красноречивые
Sorrowful Грустные, печальные
Fierce Пронзительные Soulful Проникновенные
Firm Твердый (взгляд) Sparkling Оживленные, искрящиеся
Full Налитые кровью Squinty Узкоглазый (пренебр.)
Gentle Нежные Staring Широко раскрытые (глаза), пристальный (взгляд)
Glassy, glazed Безжизненные, стеклянные,
остекленевший (взгляд)
Starry Лучистые
Glasz Разноцветные (сине-серо-зелено-
коричневые)
Steely Стальной (взгляд)
Golden Золотистые Sunken Ввалившиеся
Gray Серые Swollen Опухшие
Greedy Жадные Sympathetic Сочувствующий (взгляд)
Green Зеленые Tear-filled, tearful Полные слез
Half-closed Полузакрытые Tired, weary Уставшие
Hazel Ореховые Twinkling Мерцающие
Heavy-lidded С тяжелыми веками Unblinking Немигающие
Hooded С нависающими веками Unfocused Бесцельный (взгляд)
Huge Огромные Unseeing Невидящие
Hungry Голодные Velvety Бархатный (взгляд)
Intelligent Умные Warm Теплый (взгляд)
Keen Проницательные Watery Водянистые
Large Большие Wide-apart, wide-set Широко расставленные
Laughing Смеющиеся Wild Дикие, безумные

-eyed в составе слов соответствует -глазый, -окий: black- eyed — черноглазый, green-eyed — зеленоокая и т.п.:

Beware of jealousy, my lord!
It’s a green-eyed monster
that makes fun of the victims it devours.

Shakespeare, “Othello”, Act 3, Scene 3

Берегитесь ревности, синьор.
То — чудище с зелеными глазами,
Глумящееся над своей добычей.

Шекспир, «Отелло», акт 3, сцена 3

  • Black eye означает синяк под глазом.
Face (shape) — Лицо (форма)
angular угловатое round круглое
heart-shaped «сердечком» square квадратное
long удлиненное thin худое, исхудавшее
oval овальное    
Face (complexion) — Лицо (цвет лица, кожа)
baby-soft нежная, как у ребенка rough грубая
callused загрубевшая ruddy (о лице) румяное
dark темная sallow землистого цвета
dry сухая silky шелковистая
fair светлая smooth гладкая
florid цветущая soft нежная
freckled веснушчатая spotless здоровая
glowing сияющая sunburnt загорелая, обожженная солнцем
olive оливкового цвета swarthy смуглая
pale бледная tanned загорелая
paper-thin тонкая, как бумага translucent прозрачная
pasty бледная как смерть wrinkled морщинистая
rosy розовая    
-faced в составе слова соответствует -лицый: broad-faced (широколицый) и т.д.
Figure — Фигура
bony костлявая plump пухлая
clumsy неуклюжая shapeless бесформенная
flawed небезупречная slender стройная
graceful изящная slight хрупкая, изящная
ill-made некрасивая,
непропорциональная
slim стройная
lean поджарая, сухопарая stocky коренастая
lithe гибкая stout полная, плотная
neat аккуратная superb превосходная
ordinary обыкновенная,
ничем не примечательная
tattooed (о теле) татуированное
paunchy пузатая, «с брюшком» well-fed откормленная
perfect, great прекрасная,
великолепная
well-made ладная
Fingers — Пальцы
arthritic артритные lean худые
blunt тупые little finger мизинец
bony костлявые middle finger средний палец
capable умелые nerveless слабые
chubby пухлые nervous нервные
clumsy неуклюжие nimble ловкие
deft ловкие plump пухлые
delicate нежные, изящные podgy короткие и толстые
dirty, filthy грязные ring finger безымянный палец
elegant изящные skillful, skilled искусные, умелые
fat толстые skinny худые
finger cushion,
finger-pad
подушечки пальцев slim тонкий
finger nail ноготь spatulate лопатообразные
forefinger указательный палец square-tipped с квадратными кончиками
gentle нежные sticky липкие
gnarled корявые toe палец ноги
grubby неопрятные thumb большой палец
index finger указательный палец    
Forehead — Лоб
broad широкий wide широкий
domed куполообразный narrow узкий
furrowed изрытый, изборожденный
морщинами
retreating, sloping покатый
high высокий wrinkled морщинистый
low низкий large большой
smooth гладкий small маленький
Gait — Походка
awkward неуклюжая steady уверенная
brisk бодрая stride with a firm step шагать твердым шагом
careful, delicate осторожная strolling прогуливающаяся
firm твердая stumbling спотыкающаяся
gingerly робкая, опасливая swaggering важная
halting неровная swaying шатающаяся
heavy тяжелая unsteady неверная
light легкая waddling вразвалочку
measured footstep размеренный шаг walk with a drag волочить ногу
quick, rapid быстрая walk with a droop горбиться при ходьбе,
ходить сутулясь
shuffling шаркающая walk with a limp хромать
slow медленная walk with a staff (stick) идти, опираясь на палку (трость)
smart энергичная    
General appearance — Внешний вид (в общем)
appearance, looks внешность nice милый
attractive привлекательный not look oneself быть непохожим на себя
beautiful красивый plain простоватый
charming очаровательный pleasant-looking приятный
common обычный posh, gorgeous роскошная, шикарная (о женщине)
eyesore уродливый pretty симпатичная,
хорошенькая (о девушке, женщине)
family likeness фамильное сходство repulsive отталкивающий
good-looking симпатичный resemble напоминать
handsome красивый (о мужчине) take after somebody быть похожим на (кого-л.)
impressive впечатляющий ugly уродливый
look внешний вид, образ unattractive непривлекательный
look like выглядеть как (кто-л.), быть похожим на (кого-л.) unimpressive невыразительный
look one’s age выглядеть на свой возраст unpleasant-looking неприятный
look one’s best выглядеть наилучшим образом unsightly неприглядный
look wretched выглядеть несчастным usual обычный
lovely прекрасный, очаровательный    
Hair — Волосы
abundant густые, роскошные long длинные
baby-fine тонкие, как у ребенка lustrous блестящие
bald лысый luxuriant пышные
bald spot лысина mop of hair копна волос
balding лысеющий neatly-combed аккуратно зачесанные
bushy густые parted разделенные на пробор
coarse жесткие permed после химической завивки
crisp кудрявые, курчавые scraggly всклокоченные
cropped подстриженные shaved обритые
curly вьющиеся short короткие
dishevelled растрепанные silky шелковистые
dyed окрашенные spiky остроконечные (пряди)
fair светлые stiff жесткие
fine тонкие straight прямые
fine crop of hair,
magnificent bush/head of hair
роскошная шевелюра thick густые
thin тонкие, жидкие
flat приглаженные wavy волнистые
flaxen льняные weaved заплетенные
full густые wiry (stiff) похожие на проволоку ( жесткие)
head of curly hair кудрявая шевелюра wispy тонкие
limp редкие    
Hair colors — Цвет волос
ash-blond пепельный блондин gray, grey(-ing) седой, седеющий
auburn красно-коричневый highlighted с цветовыми бликами,
с контрастными прядями
black черный honey-blond медового цвета
bleached обесцвеченный jet-black черные как смоль
blond(e) блондин(ка),
белокурый цвет волос
red рыжие
brown коричневый reddish рыжеватые
brunet(te) брюнет(ка) redhead рыжеволосый(-ая)
chestnut, chestnut-brown каштановый salt-and-pepper черные с проседью, «соль с перцем»
dark-haired темноволосый silvery серебристые
golden золотистые strawberry-blond пшеничного цвета,
блондин с рыжеватым оттенком
golden-blond золотистый блондин white белые
Hair (men’s hairstyle & haircut) — Волосы (мужские стрижки)
bald patch плешь bald-head лысый
closely-cropped коротко подстриженные (волосы) crew-cut, buzz cut стрижка «ежиком»
dreadlocks прическа «африканские косички»
flat top стрижка «площадка» partly bald-head с залысинами, с проплешинами
Hair (women’s hairstyle) — Волосы (женские прически)
bangs челка
bobbed hair стрижка «боб»
braids, pigtails, plaits косы, косички
brush one’s hair причесываться
bun, knot of hair, tuft of hair пучок волос
bunches «хвостики», afro-bunches — африканские косички
comb one’s hair расчесывать волосы
curled hair завитые волосы
hair-cut стрижка
hairdo, hairstyle прическа
lock, ringlet локон
pinned-up hair, swept-up hair заколотые, подобранные вверх волосы
ponytail прическа «конский хвост»
shoulder-long волосы длиной до плеч
slicked down «прилизанные» волосы
strand of hair, wisp of hair прядь волос
swept-back hair волосы, зачесанные назад
trimmed hair подстриженные волосы
twist прическа «ракушка» или «завиток»

She has long hair. She has short hair. She has short hair. She has medium
length hair.
She has medium
length hair.
He has no hair.
She has long,
dark hair.
She has short,
black hair.
She has short,
fair hair.
She has medium
length, blonde hair.
She has medium
length, red hair.
 
She has long,
straight, dark hair.
She has short,
straight, black hair.
She has short,
straight, fair hair.
She has medium
length, curly, blonde
hair.
She has medium
length, wavy, red hair.
 
Her hair is long,
straight and dark.
Her hair is short,
straight and black.
Her hair is short,
straight and fair.
Her hair is medium
length, curly and
blonde.
Her hair is medium
length, wavy and red.
He is bald.
Hair (facial) — Усы, бороды, бакенбарды
beard борода military moustache военные усики
bearded бородатый neat moustache аккуратные усики
bushy заросший painter’s brush moustache усы «кисть художника»
clean shaven чисто выбритый pencil moustache усы-«карандаш»
clipped подстриженные (усы, борода) pyramidal moustache «пирамидальные» усы
curly вьющиеся side whiskers, sideboards, sideburns бакенбарды, бачки
drooping, droopy поникшие (усы) smooth cheeks гладкие щеки
five o’clock shadow (stubble) щетина stubble beard щетина
full beard длинная борода stubby коренастый
fu manchu moustache «фу манчи», «маньчжурские» усы thick густая (борода и т.д.)
goatee бородка клинышком, эспаньолка (букв. «козлик») thin жидкая (борода и т.д.)
toothbrush усики в стиле «зубная щетка»
handlebar moustache подкрученные вверх длинные усы, «велосипедный руль» unshaven небритый
walrus moustache длинные свисающие «моржовые» усы
horseshoe moustache усы подковой waxed moustache напомаженные, набриолиненные усы
imperial moustache имперские усы with a pointed beard and moustache с остроконечной бородкой и усами
lampshade moustache усы «абажур»
Примечание: в отличие от русского языка, слово moustache («усы») в английском языке имеет единственное число: He has an elegant moustache. — У него элегантные усики.
Hands — Руки (ладони, пальцы)
arthritic артритные nervous нервные
beautiful красивые open раскрытая (ладонь)
capable, expert, practiced,
skilled, skillful
умелые, искусные outspread распростертые
careless небрежные plump пухлые
clammy липкие ringed унизанные кольцами и перстнями
clean чистые ringless без колец
clumsy неуклюжие shaking, trembling дрожащие
coarse, rough грубые short короткие
delicate нежные, изящные soft мягкие
dirty грязные steady уверенные
fat жирные sticky липкие
filthy грязные sweaty потные
firm твердые thick толстые
frail хрупкие unsteady неуверенные
gnarled корявые unwashed немытые
greasy засаленные well-manicured ухоженные
grubby неряшливые work-reddened покрасневшие от работы
hairy волосатые work-roughened огрубевшие от работы
limp вялые work-worn натруженные
Head & neck — Голова и шея
big большая (голова)
hold one’s head high с высоко поднятой головой
round круглая (голова)
slender изящная, грациозная (шея)
small маленькая (голова)
square квадратная (голова)
thick толстая (шея)
thin тонкая (шея)
Jaws — Челюсти
artificial искусственная jutting, lantern, thrusting выступающая
bottom нижняя lower нижняя
broken сломанная pointed заостренная
clenched сомкнутые (челюсти) (to) set jaw стиснуть зубы
dislocated вывихнутая slack-jawed с отвисшей челюстью
false фальшивая square квадратная
firm твердая strong сильная
fractured сломанная top, upper верхняя
Legs — Ноги
bandy (legs) О-образные muscled, muscular,
shapely
мускулистые
beautiful красивые
bow-shaped дугообразные narrow узкие (о ступне)
crooked изогнутые powerful мощные
good хорошие fine, slender стройные
hairy волосатые short короткие
lank худощавые narrow узкие (о ступне)
large, stout,
stumpy
массивные small маленькие (ступни)
limb конечность strong сильные
long длинные thin тонкие
Lips — Губы
bottom, lower нижняя painted накрашенные
chapped, cracked потрескавшиеся sensual, sensuous чувственные
compressed сжатые thick толстые
dry сухие thin тонкие
firm твердые top, upper верхняя
fleshy мясистые weak-willed безвольные
full полные well-cut, well-shaped хорошо очерченные
moist влажные    
Marks — Родинки, морщины, шрамы и др.
crow’s feet «гусиные лапки» (мелкие лучеобразные морщинки)
dimple (with a dimple in the chin) ямочка (с ямочкой на подбородке)
mole (with a mole) родинка (с родинкой)
scar шрам
spot (pimple) прыщ
wrinkle морщина
Mouth — Рот
beautiful красивый lipless безгубый
big большой lopsided асимметричный
cavernous похожий на пещеру lovely очаровательный
chiseled рельефный pretty хорошенький
cruel жестокий sensual, sensuous чувственный
dry сухой small маленький
enormous, huge огромный soft нежный
firm, hard твердо сжатый stern сурово сжатый
full полный strong, strong-willed волевой
full-lipped с полными губами thin тонкий
gaping зияющий tight плотно сжатый
half-open полуоткрытый toothless беззубый
handsome красивый well-shaped хорошо очерченный
hungry голодный wet влажный
large большой wide широкий
Nose — Нос
aquiline орлиный pink розовый
aristocratic аристократический pointed заостренный
beaky клювообразный prominent выступающий, выдающийся
big, large большой red красный
bridge of the nose переносица Roman римский
bulbous нос луковкой sharp острый
crooked, curved изогнутый shiny блестящий
elegant элегантный, изящный small маленький
enormous, huge огромный snub курносый
flat плоский straight прямой
flattened сплюснутый stubby короткий и толстый
fleshy мясистый thin тонкий
hooked нос крючком tiny крошечный
little маленький tip of the nose кончик носа
long долго tip-tilted со вздернутым кончиком
narrow узкий
nostrils ноздри turned up, upturned вздернутый
Shoulders — Плечи
bare обнаженные muscled, muscular мускулистые
big большие narrow узкие
bony костлявые powerful мощные
bowed сутулые round округлые
broad широкие shapely красивые, правильной формы
delicate хрупкие slim, thin худые
great великолепные sloping покатые
huge огромные square квадратные
manly мужественные strong сильные
massive массивные wide широкие
Stature, height & shape — Телосложение, рост
be 6 feet high быть 6 футов ростом
be of average / normal / medium height быть среднего / нормального роста
diminutive миниатюрный
imposing импозантный
short маленького роста
tall высокий
waist (be slim at the waist) талия (иметь тонкую талию)
Teeth — Зубы
baby детские needle-sharp острые, как иглы
back задние pearl-like,
pearl-white
жемчужно-белые
big, large большие
bottom нижние perfect идеальные
broken сломанные prominent,
protruding
выступающие
crooked, twisted кривые razor-sharp острые как бритва
decayed плохие rotten гнилые
enormous, huge огромные sharp острые
even ровные small небольшие
false, artificial вставные, искусственные sparse редкие
front передние splendid великолепные
gappy редкие, с промежутками sticking out торчащие
gold золотые straight прямые
good хорошие strong крепкие
healthy здоровые top верхние
imperfect неидеальные uneven неровные
jagged зазубренные white белые
milk молочные wisdom tooth зуб мудрости
misshapen деформированные wobbly, loose tooth шатающийся зуб
missing отсутствующие yellow желтые

Указывать рост в футах и дюймах, а вес — в фунтах придется, если ваш собеседник из Англии и США. В этих странах используется традиционная английская система мер. 

Примеры описания внешности 

Чаще всего приходится описывать чужую внешность, когда мы кого-то ищем или рассказываем о человеке, которого собеседник не знает. Мы подготовили несколько примеров из жизни, по образцу которых вы можете составить собственные рассказы о внешнем виде знакомого человека. 

Поиск человека в соцсети

I’m looking for a girl I saw yesterday on the train. Your seat was across mine and you were reading all the time. You’re short and slender, with shoulder-length black hair and charming green eyes, and you’ve got left brow piercing. You were dressed in white tank top and blue skinny jeans. If you’re reading this, please hit me up. 

Ищу девушку, которую видел вчера в поезде. Ты сидела напротив меня и читала книгу. Ты невысокая и стройная, с черными волосами до плеч и очаровательными зелеными глазами, и у тебя на левой брови пирсинг. Была одета в белую майку и синие узкие джинсы. Если ты читаешь это, свяжись со мной, пожалуйста. 

Поиск ребенка в торговом центре 

A five-years old boy called Andrei is lost at Aura Mall. He is dressed in a green coat and striped beanie. The boy might look short for his age. He’s got brown eyes, chestnut hair and a large mole on his forehead. Andrei’s parents are waiting for him at the information desk. 

В торговом центре «Аура» потерялся мальчик пяти лет по имени Андрей. Одет в зеленую куртку и полосатую шапочку. Мальчик выглядит невысоким для своего возраста. У него карие глаза, каштановые волосы и большая родинка на лбу. Родители ждут Андрея возле стойки информации. 

Описание внешности в диалоге 

Mike: So, what does Sarah’s new boyfriend look like? 

Angel: Well, I’d say he’s got a very manly appearance. He has a bushy beard, a perfect posture and a firm glance. 

Mike: What about his body, is he in good shape? 

Angel: Oh yes, he is! It seems like he’s naturally well-built and broad-shouldered, and he’s obviously working out a lot. He’s so ripped! 

Mike: I see. Sounds like Sarah is doing well. 

Майк: Ну и как выглядит новый парень Сары? 

Энджел: Ну, я бы сказала, что у него весьма мужественная внешность. Густая борода, идеальная осанка и твердый взгляд. 

Майк: Что насчет фигуры, он в хорошей форме? 

Энджел: Еще как! Похоже, что у него от природы хорошее телосложение и широкие плечи, и он явно ходит в спортзал. Он такой накачанный! 

Майк: Понятно. Похоже, у Сары все хорошо. 

Сравнение внешности двух людей 

Sam: I never knew you have a sister! Are you twins? 

Keira: No, she’s two years older than me. And she actually looks nothing like me. 

Sam: Really? What does she look like? 

Keira: Well, she’s a blonde like our dad, and I have our mom’s reddish hair. She’s also a bit taller than me and quite slim, while I’m definitely more chubby. 

Sam: Do you think I would know she’s your sister if I saw her? 

Keira: I don’t think so. Even our facial features are different. She has pale spotless skin, while mine is freckled. Her lips are thicker than mine and her nose is wider. But we both have our mom’s blue eyes.

Сэм: Я не знал, что у тебя есть сестра! Вы двойняшки? 

Кира: Нет, она на два года старше меня. И на самом деле она совсем на меня непохожа. 

Сэм: Правда? Как она выглядит? 

Кира: Ну, у нее светлые волосы, как у нашего отца, а у меня они рыжеватые, как у мамы. Она немного выше меня и довольно стройная, а я определенно более полненькая. 

Сэм: Как ты думаешь, я бы понял, что это твоя сестра, если бы ее увидел? 

Кира: Вряд ли. У нас даже черты лица разные. У нее кожа бледная и безупречная, а у меня веснушки. У нее более пухлые губы и более широкий нос, чем у меня. Но у нас обеих мамины голубые глаза. 

Подведем итоги 
  1. Базовый рассказ о внешности состоит из описания цвета глаз, волос и кожи, а также роста и телосложения. 
  2. Полезные речевые конструкции: I am… / she is… и I’ve got… / he’s got… Например: «I am slender» («Я высокая»), «She’s got green eyes» («У нее зеленые глаза»). 
  3. При описании внешности пригодятся обстоятельства степени: rather, quite, enough, pretty — довольно, достаточно, very — очень и too — слишком. Суффикс -ish тоже поможет выразить степень, например: reddish — рыжеватый. 

На занятиях в Skyeng вы потренируетесь описывать людей по фотографиям и использовать разговорные конструкции для рассказа о внешности. Оставьте заявку, чтобы бесплатно посетить вводный урок в самой большой онлайн-школе английского языка в Европе.

Читаем дальше:

Как рассказать о возрасте человека: Времена… жизни

Как описать наряд человека:
Словарь шопоголика: глоссарий предметов одежды, фасонов и материалов на английском

Гид-путеводитель по миру обуви

«Слово «глухонемой» для меня выглядит неуместно» | Статьи

Они живут рядом с нами, но часто мы не замечаем их — хотя не слышат, по особенностям своего организма, именно они. Но слабослышащие и глухие люди тем не менее активно участвуют в жизни общества. К примеру, Полина Синева — сурдопедагог, сценарист, драматург. Короткометражка «Домофон» по ее сценарию была показана в Каннах, а спектакль по пьесе «Чужой голос» с успехом был поставлен в «Электротеатре Станиславский». «Известиям» Полина рассказала о том, как живется сейчас в России творческому человеку, лишенному слуха.

Тонкие градации

— Скажи, есть разные определения: не такой, как все, слабослышащий, глухой человек, человек с особенностями. Что тебе кажется уместным, а какое определение может обидеть?

— Ой, я спокойно воспринимаю подобные определения. Более чем уверена, что у большинства людей нет намерения задеть или обидеть. Если брать конкретно меня, то я глухая по жизни. А вот родители у меня уже слабослышащие, не глухие. В медицинской классификации выделяют глухих и слабослышащих. Кроме этого, есть также позднооглохшие. Такие вот три большие группы с разной психологией и культурой.

При обращении имеет смысл уточнить, кто перед тобой — глухой или слабослышащий. Я заметила, что слышащие любят называть меня слабослышащей, потому что «глухая» им почему-то претит. Но я не слабослышащая, хотя и похожа. А вот слово «глухонемой» для меня выглядит неуместно.

— Жестовый язык — он скорее функциональный или ему тоже присущи категории красноречия, изыска или, напротив, бедности или косноязычия? По нему одному можно многое понять про человека?

— О, жестовый язык разный! Он может быть всем, что ты перечислила: и прекрасным, и косным, и богатым, и бедным. Зависит от того, кто говорит.

Фото: Depositphotos

— Обозначь периметр — что для тебя допустимо, деликатно, а что кажется бестактным и бесцеремонным?

Деликатность для меня — это когда учитывают мои потребности. Например, на мероприятии автоматически есть переводчик жестового языка. Или дают возможность сидеть в первых рядах перед переводчиком — вот за это всегда спасибо большое. Или когда в случае чего записывают мне информацию или лекцию — это тоже очень ценно. Что касается бестактности — она обычно от незнания и страха. Как-то я ездила на вечер к одному аниматору, позвали всех, кто участвовал в краудфандинге его мультфильма. Там каждого стали вызывать и давать ему подарки. Вызвали меня, я с переводчицей пошла. Ведущий что-то стал говорить, а я заметила, что переводчица мнется. Оказывается, ведущий представил меня, как «девушку, которая не говорит на нашем, человеческом языке», а переводчица думала, как мне перевести этот стыд.

Но сейчас среда гораздо дружелюбнее к глухим и слабослышащим, чем в СССР. Есть интерес к жестовому языку и культуре глухих, субтитры на ТВ, мессенджеры и так далее. А раньше… Однажды мама гуляла со мной маленькой во дворе, к ней подошла соседка и сказала, чтобы она уезжала отсюда, здесь не место глухонемым. Маму это поразило: мы жили очень тихо.

Поиски себя

— Насколько я понимаю, ты не пряталась дома, у тебя было вполне социализированное детство?

— Вполне: я ходила в детсад и две школы для глухих, после окончания поступила в группу для глухих в Педагогический университет. Это был девочковый шабаш: в тот год в потоке почему-то не было парней. С однокурсницами я до сих пор общаюсь. Во время учебы у нас была нехватка переводчиков, хотя это была спецгруппа. На одних лекциях мы записывали, считывая с губ, на других нам переводила однокурсница, и только изредка приходили переводчики. Параллельно я тогда подрабатывала в газете «Мир глухих».

— Тебе сложно было найти работу после выпуска?

— Я защитила диплом про развитие творческих способностей глухих детей, походила по школам в поисках основного места работы, но не было подходящей вакансии. Вспомнила про старое желание поучиться на сценариста и решила попробовать получить еще профессию. Курс тогда набирал Александр Эммануилович Бородянский. Он засомневался, что я смогу получать информацию наравне со всеми, но все-таки взял меня, спасибо ему большое. Он научил меня замечать ошибки в сценариях и отличать, где литература, а где кино. Самое главное его правило я запомнила: надо, чтобы было всё время интересно смотреть! У меня было много очень интересных учителей, но Александр Эммануилович занимает особое место в сердце. Он реально классный мужик, и чувство юмора у него убойное. Я поддерживаю отношения с группой, мы периодически собираемся у мастера.

После ВГИКа я какое-то время продолжала писать в газете, потом в журнале глухих «В едином строю», параллельно писала сценарии. Что-то экранизировали, что-то заморозили. Как ты знаешь, у каждого сценариста есть свое кладбище проектов, и я не исключение.

Связалась с «Гаражом», мне предложили поучаствовать в выставке. Потом и с другими музеями познакомилась: с Музеем русского импрессионизма, Политехническим, Историческим, Пушкинским, а также с организацией ICOM — люди там отличные. Музейная сфера сейчас очень активно развивается, в плане инклюзии она впереди всех. Пандемия внесла свои коррективы: я планировала провести цикл экскурсий по выставке Анненкова весной, например, но успела провести только одну.

Полина Синева

Фото: Музей современного искусства «Гараж»

— С какими неудобствами и сложностями в обычной жизни ты сталкиваешься сегодня?

— Неудобства и сложности по большей части связаны как раз с коммуникацией. Но в наше время бытовые вопросы достаточно просто решаются — через мессенджеры, письма и записки, а также диспетчерские службы для глухих и переводчиков жестового языка. Есть, конечно, совсем дремучие люди, которые перезванивают, не обращая внимание на предупреждение о глухоте, но таких единицы. Про реальные опасности, при подписании договоров например, есть смысл иметь рядом переводчика или юриста.

— А есть опасности физического свойства?

Есть перечень профессий, которые запрещены глухим, но, например, попытки запретить водить машины — это, конечно, абсурд: у меня куча глухих друзей ездит на авто. На Западе есть глухие дальнобойщики и пилоты, до этого у нас ой как далеко. А в остальном всё ровно так же, как и у слышащих. Смотреть по сторонам на улицах или внимательно и в положенных местах переходить железнодорожные пути — это общая норма.

— А, например, глухой водитель такси — это не опасно?

— Уметь водить машину — это вообще от слуха не зависит. Важны мозги, внимательность и хорошая реакция. Моя покойная мама, кстати, была в одной из первых групп глухих автомобилистов, рассказывала, что их, как первопроходцев, проверяли на уровне космонавтов. Ужас! И ничего, все справились, и после этого глухим стали свободно давать права на вождение. А про таксистов — сегодня система заказа устроена так, что можно и не общаться напрямую: адрес заранее вписан при заказе. Если надо что-то уточнить, всегда есть телефон и навигатор. И, кстати, у меня полно слышащих знакомых, которые ненавидят разговорчивых таксистов, так что для них глухой водитель — подарок небес.

Место под солнцем

— Как ты считаешь, такая ли большая потеря жить, не зная, как звучит 40-я симфония Моцарта или как поют птицы или цикады?

— Вообще-то, это стереотип, что глухой вообще ничего не слышит. Тотальная глухота очень редко встречается. Те глухие, которые носят слуховые аппараты или КИ (кохлеарный имплант), могут слушать любую музыку, многие танцуют и вполне знают, как поют птицы. Я слушаю музыку в наушниках, но нечасто. Нет такой потребности, я не музыкальный человек, но смогу отличить вальс от марша и знаю, кто такие Nirvana или, там, Леди Гага.

— А есть ли что-то, чего, наоборот, нет в мире слышащих людей, но есть в мире глухих?

Есть жестовый язык, есть своя культура. Ну и более широкий угол обзора, лучшее чувство вибрации, хорошая считываемость настроения.

— Тебе важен человеческий контакт с переводчиком или достаточно, чтобы он профессионально исполнял свои обязанности?

— Хороший вопрос. И очень болезненный. Его обсуждают в обществе глухих кучу лет и будут еще обсуждать. В смысле кто такой переводчик жестового языка для глухого человека — только переводчик или еще нянька-юрист-психолог – задушевный друг. Это о границах.

Лично я всегда прошу от переводчика только одну вещь: наиболее корректно перевести мне информацию. Всё. Переводчик, конечно, является важной частью моей жизни, я уважаю его работу, но я не думаю о нем как об «особенном человеке». Контакт всегда важен, особенно при обратном переводе: если переводчик не будет хорошо понимать меня визуально, то как он сможет аутентично перевести меня? У меня среди переводчиков есть друзья, но когда мы работаем, то только работаем, понимаешь?

Кадр из фильма «Домофон»

Фото: Vega Film

— Как ты оказалась в кинематографе?

— Думаю, это мама повлияла. Она в молодости ходила в любительскую киностудию, училась там снимать, у нас дома было много литературы про кино и стопка «Киносценариев». Одна короткометражка с маминым участием «Я вижу музыку» даже ездила по каким-то фестивалям.

Дома смотрели фильмы на пленке — знаешь, были такие кинопроекторы. Папа ставил мне «Праздник святого Иоргена» Протазанова и «Ну, погоди!» Котеночкина. А в старшей школе я серьезно подсела на американское кино — тогда стали продавать кассеты с субтитрами в клубе глухих на Первомайской, засматривала до дыр «Скорость», «Правдивую ложь», «Привидение», «Без лица» и «Назад в будущее».

Тогда я и поняла, что хочу попробовать делать киноистории — после педагогического института пошла учиться во ВГИК к Бородянскому.

— Чего бы тебе хотелось достичь в кинопрофессии?

—Мастерства, большего понимания того, что я делаю. А так я пишу сценарии, пьесы, рассказы, читаю лекции про репрезентацию глухих в кино и сторителлинг для глухих и иногда веду экскурсии в музеях. Если будет еще что-то интересное — займусь и этим.

Своя игра

— Скажи, у тебя юридически оформлен статус инвалидности?

—Да, у меня есть инвалидность. Это дает мне возможность бесплатного проезда в метро и автобусе и пенсию, а еще льготы на билеты в музеях, к примеру. Поскольку у меня третья группа, я могу работать. За всё это спасибо государству. Но для меня понятие «инвалидность» — это все-таки более умозрительная вещь.

Есть культурная концепция глухоты. Это о том, что глухие — лингвистическое меньшинство со своим языком и культурой, и наполовину пустой стакан там — наполовину полный. То есть это не о потере слуха, а о приобретении глухоты. Эта идея мне кажется самой психологически перспективной, потому что она о спокойном принятии себя таким, какой ты есть, и развитии того, что есть. Я чаще всего репрезентирую себя в первую очередь как Полину, которая что-то там делает, а потом уже как глухую, но иногда мне проще сообщить сразу, что я глухая. Глухота — важная часть меня, мне с ней окей, я не представляю себя слышащей, если честно.

Фото: «Электротеатр Станиславский»

Афиша к спектаклю «Чужой голос»

— У тебя никогда не возникает знаменитый вопрос: «Ну и за что мне всё это?» и мысли и мечты о том, что жизнь со слухом была бы намного проще?

— Нет. Я мечтаю о других вещах, а об этом — нет. Зачем? Вопрос: «За что мне всё это?» — поскольку я с детства не слышу и общаюсь дома на жестовом языке, не возникает. Он может всплывать только в других ситуациях, не связанных со слухом, но его всегда можно переиначить в другой: «Для чего?»

— Что бы ты, имея сейчас такую возможность, посоветовала бы тем людям, которые общаются с глухими? Что упростило бы коммуникацию и взаимопонимание для обеих сторон?

— Не бойтесь общаться. Всеми возможными способами. Когда глухой сообщает: «Я не слышу, пишите мне, пожалуйста», это вовсе не значит, что надо орать ему в ухо: он всё равно не услышит. Если спокойно объяснить суть на бумаге, или через переводчика, или жестами, то никто не будет нервничать. И если есть желание и возможность, учите русский жестовый язык, он интересный и реально развивает мозг.

Эти восемь животных хоть и выглядят невинно, но очень опасны

  • Ричард Грей
  • BBC Earth

Автор фото, Lynn M. Stone/naturepl.com

Эти живые существа могут показаться вам неуклюжими и даже миленькими, но лучше не переходить им дорогу, потому что у каждого из них — свое секретное оружие.

Мягкие и пушистые, с поведением, в котором так и сквозит робость и неуверенность в себе, некоторые — просто малюсенькие, эти животные выглядят так, что ни в коем случае не могут рождать страх или чувство потенциальной опасности.

Некоторые из них выглядят почти беспомощно перед лицом хищников. Другие, как кажется, обремененные необходимостью как-то справляться с собственным неуклюжим телом, выглядят слишком нелепо, чтобы внушать мысль об угрозе.

А между тем эволюция позаботилась о том, чтобы наградить некоторых животных специальными способностями, дав им силу, с которой приходится считаться.

Не верьте мифу о массовых самоубийствах

Автор фото, Erlend Haarberg/naturepl.com

Подпись к фото,

Норвежский лемминг (Lemmus lemmus)

Длина тела этого зверька — не больше 15,5 см, цвет меха — серо-коричневый с добавлением черного, желтоватого и темно-коричневого. Эти маленькие грызуны выглядят пухленькими милыми крошками.

Скандинавскую арктическую зиму они проводят в гнездах под снегом, питаются травами и мхом.

Об этих леммингах сложен миф, что они якобы совершают массовые самоубийства, бросаясь со скалы. Это выдумка. Реальность же состоит в том, что норвежский лемминг обладает сильнейшим инстинктом выживания, и это делает его опасным для врагов.

В интернете есть много видео, на которых норвежские лемминги отважно сражаются с кошками, дикими птицами и даже такими крупными собаками, как бульмастиф.

По неизвестной нам причине норвежские лемминги куда более агрессивны, чем их сородичи — скажем, сибирские лемминги.

Как рассказывает биолог Мальте Андерссон из шведского университета Гетеборга, однажды он сам испытал степень агрессивности норвежских леммингов: они уже были готовы напасть на него, когда он подошел слишком близко.

Отмахиваясь раковиной направо и налево

Автор фото, Klein & Hubert/naturepl.com)

Подпись к фото,

Если бы улитки могли говорить, то эта ругалась бы на чем свет стоит…

Для многих млекопитающих, птиц и жуков улитки с их мягким мясистым телом — желанная добыча. Раковина, конечно, отчасти защищает этого моллюска, который мгновенно прячется в свой твердый домик при малейшей опасности.

Но представители двух видов сухопутных улиток, живущие на Дальнем Востоке, отличаются своим поведением при встрече с хищником.

Бойцовые улитки — Karaftohelix gainesi (или Ezohelix gainesi) с японского острова Хоккайдо и Karaftohelix selskii с Дальнего Востока России — используют свою раковину не как убежище, а как оружие. Они способны менее чем за секунду развернуть свой панцирь на 180 градусов и, размахивая им, могут отогнать напавшего жука.

Биолог Юта Мории из Университета Хоккайдо в городе Саппоро, описавший этот защитный механизм в работе 2016 года, говорит, что раковина этих улиток куда больше, чем у тех, кто при опасности просто прячется: «Такая большая раковина способствовала развитию мышц, достаточному для того, чтобы размахивать ей».

Попробуй укусить меня за голову

Автор фото, Matthew Maran/naturepl.com

Подпись к фото,

Малый (карликовый) лори (Nycticebus pygmaeus)

Их огромные круглые глаза, симпатичные лица и лапки, похожие на человеческие руки, сделали малых лори любимцами интернета. Эти маленькие приматы — ночные животные, и в дневное время выглядят послушными созданиями — если и двигаются, то очень медленно и задумчиво. В случае опасности они замирают.

Однако у карликовых лори есть секретное оружие — для кого-то смертельное.

Почувствовав опасность, лори часто поднимает лапы над головой. И это не знак того, что он сдается, это оборонительная поза, в которой он подносит поближе ко рту железу, что у локтя.

Секрет, выделяемый этой железой, смешанный со слюной, превращается в сильнодействующий яд, которым лори смазывает сверху свою голову, превращая ее в токсичный элемент тела.

Лори также может держать яд во рту, приготовив его на случай укуса. Резцы в нижней челюсти обеспечивают попадание яда в рану жертвы.

Как рассказывает Анн-Изола Некарис из университета Оксфорд Брукс, укус малого лори невероятно болезненный. «В некоторых случаях с укушенными может случиться анафилактический шок, кончающийся смертью», — говорит она.

Ученым известны девять видов малых лори, живущие в лесах Юго-Восточной Азии. Яд карликового лори (Nycticebus pygmaeus) содержит 220 соединений.

Я отрыгну на тебя смерть

Автор фото, Jouan Rius/naturepl.com

Подпись к фото,

Птенец глупыша (Fulmarus glacialis) в бою

У птенцов глупыша, северной птицы из семейства буревестниковых, оригинальный способ отражения атак хищников, решивших было, что перед ними легкая добыча.

Как и многие другие птицы из этого семейства, они отрыгивают на напавшего. Неаппетитно, зато эффективно.

Они создают у себя в желудке концентрированную маслянистую жидкость, а потом — при необходимости — выплевывают ее во врага.

Элементы этой жидкости с едким запахом, как выяснилось, содержатся в китовом жире, и она не просто неприятно пахнет — вонь будет преследовать вас годы, если попадет на одежду.

Кроме того, жидкость смертельно опасна. Попав на перья хищной птицы, она лишает их водоотталкивающего эффекта.

Ученые рассказывают, как птицы, попавшие под отрыжку птенцов глупыша, пытаются смыть пахучую жидкость в море, но в результате их перья намокают, они не могут взлететь и часто тонут.

Жертвами птенцов глупыша становятся совы, чайки, цапли, вороны и орланы-белохвосты. Были даже случаи гибели кроликов.

Любая самая невинная птичка очень рискует подвергнуться атаке со стороны птенцов, если слишком приблизится к ним.

Взрослые глупыши тоже способны на такие штуки. Но они это делают не столь неразборчиво, предупреждая агрессора — тряся головой и делая «выстрелы» в воздух.

Удивительно, но сами они, судя по всему, нисколько не страдают от этой жидкости, смертельной для остальных, и легко смывают ее водой.

У некоторых других птиц есть свои способы отогнать хищника, и они столь же неаппетитны. Рябинники нападают на агрессора и испражняются на него, в результате чего перья его слипаются настолько, что он не может летать.

Ты поломаешь зубы о мои кости

Автор фото, Cameron Hudson/Jinzhong Fu/CC by 2.5

Подпись к фото,

Жаба Leptobrachium boringii (чесночница усатая)

Усы? У самца жабы с юга Китая? Ну да, это, конечно, не совсем усы, а скорее рога на том месте, где у настоящего мужчины должны расти усы — на верхней губе.

Эти рожки прорастают у самцов чесночницы усатой каждую весну в количестве от 10 до 16. Длиной они достигают 5 мм и состоят из тех же прочных фибриллярных белков, что и наши ногти — из кератинов.

Помимо усов, у самцов толще кожа и мощней передние лапы. Соперничая за обладание самкой, они вступают в схватку, пытаясь ткнуть друг друга своими усами-пиками.

«Эти шипы похожи на заточенные карандаши, — рассказывает Камерон Хадсон, эколог Сиднейского университета, изучающий жаб. — Они острые, но для того чтобы проткнуть ими кожу, надо приложить определенное усилие».

«Если вы держите в руках такую жабу, она может поцарапать вас, но кожу вам не проткнет — усы недостаточно остры для этого. А вот друг другу они вполне способны поставить синяк или нанести колотую рану».

Когда брачный сезон заканчивается, усы исчезают — видимо, гормоны успокаиваются.

Однако эти брачное применение усов-шипов не сравнится с тем, что проделывают в минуты опасности другие амфибии — волосатая лягушка и испанский ребристый тритон. Эти двое ломают собственные кости и высовывают их наружу.

У лягушки в результате вырастают когти, как у супергероя Росомахи из «Людей Икс». А у тритонов из боков вылезают ребра, что, мягко говоря, затрудняет хищнику процесс их поедания.

На лицо прекрасные, злобные внутри

Автор фото, Lynn M. Stone/naturepl.com

Подпись к фото,

Большая панда (Ailuropoda melanoleuca)

Панды — символ охраны дикой природы, и легко понять почему: у них большие круглые морды, которые природа раскрасила так, что глаза выглядят огромными, и смотрят они на нас с трогательным детским любопытством.

То, как они лениво двигаются и жуют бамбук, сидя вполне по-человечески, делает их в наших глазах еще более милыми.

И хотя они действительно очаровательны, большие панды все-таки медведи, о чем не следует забывать.

Для того чтобы без труда перекусывать бамбуковые стебли, у панд развились дополнительные челюстные мышцы. Что означает: у панд — один из самых мощных укусов среди всех хищных млекопитающих.

На лапах у них — по шесть когтей, этот зверь действует ими довольно ловко и при необходимости может нанести мощный удар.

В дикой природе они не всегда придерживаются вегетарианской диеты и часто разбавляют ее мясом, убивая мелких млекопитающих — таких, например, как пищуха (животное отряда зайцеобразных).

«В старину охотники приманивали панд костью ноги крупного скота, и панды запросто ломали эту кость, а не просто кусали ее, — рассказывает эколог Билл Макшей из Смитсоновского института защиты биологического разнообразия. — Есть множество свидетельств того, как большие панды забираются в загоны к скоту и съедают коз и овец».

В отношении людей панды не агрессивны, но были сообщения о том, что медведицы-панды в одном из китайских заповедников наносили травмы работникам, в частности, животное откусило человеку, одетому в костюм панды, кисть руки и поломало кости обеих рук.

Но наиболее агрессивны панды в отношении друг друга. «Во время брачного периода самцы наносят другим самцам глубокие раны укусами за голову и плечи, — рассказывает Макшей. — Недавняя попытка вернуть больших панд в дикую природу в Китае завершилась тем, что одну молодую панду убили ее взрослые сородичи».

Да и черно-белая морда панды, которая нам так симпатична, на самом деле предупреждает окружающих о свирепости этого животного.

Секретарский удар ногой

Автор фото, Tony Heald/naturepl.com

Подпись к фото,

Птица-секретарь (Sagittarius serpentarius)

Ноги-ходули, как будто подведенные розовым глаза, черные перья, странно торчащие из головы — птицу-секретаря трудно воспринимать всерьез.

Но эта долговязая хищная птица, живущая в африканской саванне, обладает ударом ноги, которому позавидует Брюс Ли.

Согласно исследованию 2016 года, ее удар имеет силу, эквивалентную пяти единицам ее собственного веса, приложенную во временном отрезке в 15 миллисекунд (в десять раз меньше, чем нам требуется для того, чтобы моргнуть).

Эти птицы весят от 3,5 до 4,2 кг, и серии их мощных и быстрых пинков достаточно для того, чтобы затоптать и убить змею, ящерицу или маленькое млекопитающее.

«Если вы промахнетесь в схватке с ядовитой змеей, последствия могут быть необратимыми, — комментирует Стив Португал, зоофизиолог лондонского университета Ройял Холлоуэй. — Поэтому удары ногой требуют от птицы-секретаря контроля, быстроты и точности. Мне бы не хотелось испытать на себе силу такого удара».

Смерть из раковины. Но не мучительная

Автор фото, Franco Banfi/naturepl.com

Подпись к фото,

Один из видов конусов: Conus geographus, наиболее опасный для человека

Их затейливо разрисованные раковины — предмет гордости коллекционеров, а в некоторых частях планеты их носят как ювелирное украшение.

Но внутри этой красивой раковины скрывается одно из самых опасных живых существ на Земле.

Существует примерно 800 различных видов конусов. В основном они живут в тропических водах Тихого океана, но встречаются также у берегов Южной Африки и даже в Средиземном море.

Двигаются они медленно, но очень прожорливы. Их добычей обычно становятся мелкие рыбешки, ракообразные, а также другие моллюски. В охоте они применяют зубы, видоизменные под гарпун. Внутри гарпуна — полость, соединенная с ядовитой железой.

Яд сильнодействующий, способный парализовать добычу за несколько секунд, и у некоторых из них может быть смертелен и для человека (например, Conus geographus, что на снимке), причем шип наиболее крупных конусов способен пробить ткань гидрокостюма.

Нескольких микролитров их яда достаточно для того, чтобы убить до 10 человек.

В то же время укол шипом некоторых других видов конусов не более болезнен, чем укус осы.

Красивые раковины привлекают людей к конусам, и те реагируют на это агрессивно, защищаясь. Официально зарегистрировано не так много смертельных случаев — около 30, однако, по некоторым данным, один из трех, а то и из двух случаев укола шипом конуса заканчивается смертью.

Это не мучительная смерть, поскольку быстродействующий яд конусов содержит обезболивающее. Те, кто выжил, рассказывают, что боли почти не чувствовали.

Ученые выяснили, что яд конусов — сложная смесь из более чем 100 различных токсинов, причем даже в рамках одного вида пропорции компонентов могут различаться.

Исследователи считают, что яд конусов способен помочь медикам в создании новых лекарств — особенно обезболивающих, не вызывающих привыкания. Например, он уже использован в препарате зиконотид, который представляет собой синтетическую форму одного из пептидных токсинов конуса Conus magus.

Ученые постоянно открывают все новые способы применения токсинов из яда конусов.

Следует, впрочем, подчеркнуть, что уже в исследовании 2013 года содержалось предупреждение: ареалы обитания конусов быстро сокращаются.

Прочитать оригинал этой статьи на английском языке можно на сайте BBC Earth.

Человеческий возраст вашей собаки: новая научная формула подсчета

  • Кристиан Йейтс
  • автор книги “Математика жизни и смерти”

Автор фото, Getty Images

Что ж, это очевидно: ваш пес стареет быстрее, чем вы. Но новое исследование дает нам куда более ясное представление о том, насколько старой по сравнению с человеком будет собака в том или ином возрасте. Для самых нетерпеливых: график — во второй половине статьи.

Если вашему псу исполнилось 10 лет — сколько это, если сравнить с человеком? Широко распространено мнение, что возраст собаки, которой десять лет, примерно соответствует человеческим 70 годам.

Этот коэффициент пересчета (каждый прожитый год собаки равен семи человеческим), видимо, родился так: предполагаемую продолжительность жизни человека (примерно 77 лет) разделили на ожидаемую продолжительность жизни собаки (около 11 лет).

В основе этой нехитрой формулы лежит предположение, что каждый календарный год собачьей жизни — эквивалент семи годам жизни человека, причем в любом собачьем возрасте.

Однако новое исследование показывает: всё не так просто. И если взглянуть на некоторые основные контрольные показатели развития собачьего организма, вполне понятно, почему.

Например, представители большинства пород собак достигают половой зрелости в возрасте от шести до 12 месяцев (а 12 месяцев, как мы помним, по распространенным представлениям, соответствует человеческому возрасту семь лет).

С другой стороны, случается, что некоторые собаки доживают до 20 лет и более. Согласно коэффициенту пересчета «один год за семь», такой возраст будет соответствовать недостижимым для человека 140 годам.

Автор фото, Getty Images

Подпись к фото,

Судя по свежим исследованиям, наши четвероногие друзья достигают зрелого возраста гораздо быстрее, чем мы думали

Усложняет дело и то, что продолжительность жизни собаки сильно зависит от породы. Более мелкие собаки обычно живут дольше, из чего можно предположить, что они стареют медленнее, чем более крупные.

Из чего вытекает вопрос: что конкретно мы имеем в виду под возрастом? Самое простое определение — это количество времени, которое прошло с момента рождения, то есть хронологический возраст.

Есть, однако, и другие определения. Например, биологический возраст — более субъективная вещь. Он рассчитывается, исходя из оценки множества физиологических показателей развития конкретного человека, включающих, например, так называемый индекс немощности (который выводится, исходя из наличия заболеваний, имеющихся у человека, их количества и т.д.).

Есть и более объективные биомаркеры старения — например, уровень экспрессии генов (процесса, в ходе которого наследственная информация от гена преобразуется в РНК или белок) или количество клеток иммунной системы. Скорость, с которой растет биологический возраст, зависит от генетически унаследованных факторов, психического здоровья и образа жизни.

Автор фото, Getty Images

Подпись к фото,

Вместо того, чтобы подсчитывать проходящие годы, куда полезнее и точнее для определения реального возраста взглянуть на уровень метилирования ДНК собаки

Например, если вы едите много нездоровой пищи и курите вместо того, чтобы давать своему телу регулярную физическую нагрузку и придерживаться здоровой диеты, велики шансы на то, что ваш биологический возраст опережает хронологический.

А может быть и так, что вам 60, а выглядите вы на 40, потому что следите за собой.

Собачья жизнь

В случае с животными нам лучше ориентироваться на их биологический возраст.

Даже если вы знаете, что вашему хомячку шесть недель, вам это мало что скажет о том, на каком этапе жизни он находится — даже если вам известно, что обычно хомячки живут только три года.

Куда полезней знать, что ваш хомячок достиг возраста, в котором он может размножаться.

Авторы нового исследования процессов старения полагают, что самое разумное — вычислять биологический возраст с помощью так называемых эпигенетических часов — совокупности эпигенетических меток ДНК, накапливающихся с течением времени в организме любого млекопитающего.

Автор фото, Getty Images

Подпись к фото,

В первый год своей жизни щенки растут настолько быстро, что за 12 месяцев достигают возраста, эквивалентного человеческому 31 году

В частности, степень метилирования (модификации молекулы ДНК) выглядит как достаточно точный показатель возраста. Многие важные физиологические маркеры (такие, например, как развитие зубов), по видимости, проявляются у разных видов при одном и том же уровне метилирования.

Таким образом, сравнивая уровни метилирования у лабрадоров-ретриверов и у людей, исследователи вывели формулу, с помощью которой можно привязать возраст собаки к его эквиваленту у человека.

Вот эта формула: эквивалент человеческого возраста = 16 x ln (хронологический возраст собаки) + 31.

«ln» здесь — математическая функция, известная как натуральный логарифм. Натуральные логарифмы полезны для решения алгебраических уравнений, в которых неизвестная присутствует в качестве показателя степени. (Например, они используются для нахождения постоянной распада для известного периода полураспадарадиоактивного вещества или для оценки параметров аудио — интенсивности звука, звукового давления, громкости и проч. — Прим. переводчика).

На графике ниже можно видеть, как работает натуральный логарифм (и его конкуренты), если мы хотим перевести годы жизни собаки в человеческий эквивалент.

Красная кривая демонстрирует, что собаки в начале своей жизни необыкновенно быстро взрослеют. Но затем процесс старения замедляется, что означает: большую часть своей жизни ваш пес проводит в состоянии среднего возраста.

Полезно запомнить, что первый собачий год примерно равен 31 году у человека. Затем количество удвоений в хронологическом возрасте собаки увеличивает количество «человеческих» лет в 11 раз.

Что это означает? Пример: восемь календарных лет — это три удвоения (с одного до двух, с двух до четырех и с четырех до восьми). Что в итоге дает собачий возраст, эквивалентный 64 годам у человека (то есть 31 + 3×11). На нашем графике — это красная кривая.

Зеленая кривая — это старый и теперь дискредитированный коэффициент пересчета «один год за семь», который дает немыслимые для человека результаты в случае долгой жизни собаки.

Автор фото, Getty Images

Подпись к фото,

В отличие от людей собаки взрослеют необыкновенно быстро

Наверняка многие хозяева собак уже и так подозревали, что с коэффициентом «один год за семь» что-то неладно — не все так линейно. Они замечали, что поначалу их четвероногие питомцы взрослеют гораздо быстрее, чем предполагалось, если применять этот коэффициент.

Уточненная эмпирическая формула, предложенная несколько лет назад, гласит, что каждый из первых двух лет жизни собаки соответствует 12 годам жизни человека, а каждый из всех последующих лет — четырем человеческим.

На нашем графике эту формулу представляет голубая кривая, и она уже куда ближе к кривой, созданной новой логарифмической формулой.

Что все это означает на практике? Прежде всего то, что собаки достигают среднего возраста, возраста зрелости, куда быстрее, чем считает большинство их хозяев.

Об этом стоит вспомнить, когда ваш Рекс вдруг перестанет с прежним энтузиазмом реагировать на брошенный ему мячик — возможно, он уже ощущает себя довольно пожилым животным, несмотря на свой хронологический возраст.

Автор фото, Getty Images

Подпись к фото,

Бегать? Гулять? Нет, не хочу

Кристиан Йейтс — старший преподаватель математической биологии в Батском университете (Англия). Он — автор книги «Математика жизни и смерти» (The Maths of Life and Death).

Немецкий со смартфоном: пять лучших приложений для изучения языка | Учеба и работа в Германии | DW

Какое приложение самое полезное? Есть ли смысл платить за виртуальные уроки немецкого? Как заказать в немецком ресторане блюдо, не зная языка? Корреспондент DW проверил, какие приложения помогут быстро выучить немецкий язык и пополнить словарный запас. Разумеется, подборка субъективная.

Учить немецкий с Nemo

Это приложение бесплатное. Создатели утверждают, что оно разработано таким образом, чтобы по максимуму использовать «всю мощь мобильных устройств и человеческого мозга». Действительно, Nemo — одна из немногих программ, при помощи которой можно не только заучивать новые слова, но и оттачивать произношение, записывая себя на встроенный диктофон. Эта функция предназначена для исправления акцента. В режиме плеера пользователи записывают свою речь и сравнивают ее с произношением немецкого диктора.

Nemo позволяет выбирать количество заучиваемых фраз в день, скорость прослушивания, время напоминания о новом уроке. Режим «вечерний повтор» предлагает еще раз послушать выученные за день новые фразы. Что немаловажно, приложение не требует подключения к интернету. По мнению пользователей сервиса iTunes, Nemo — отличный вариант для пополнения словарного запаса.

Приложение для изучения немецкого языка Der Die Das

Der Die Das

Почему «девочка» (das Mädсhen) по-немецки среднего рода? Чем отличается «der See» от «die See»? Главная сложность для иностранцев в изучении немецкого языка — определение рода существительных. Приложение Der Die Das превращает зубрежку артиклей в увлекательную игру. За тестовую версию Der Die Das платить не надо.

Всего около 1000 слов разделено на три группы по уровню сложности. К какой категории какое слово отнести, решает сам пользователь. Даже если вы уверено владеете немецким, это приложение поможет проверить вам свои знания. Однако это средство обучения лучше использовать как вспомогательное, проверяя информацию в справочниках и словарях: несмотря на оригинальную идею, пользователи сервиса Google play жалуются на ошибки в программе — не только технические, но и грамматические.

Полиглот

Мобильная версия телевизионных курсов «Полиглот с Дмитрием Петровым». Первый урок бесплатный, остальные — по 2,03 евро за видео. При этом все 16 серий курса лежат в свободном доступе на Youtube. По мнению синхронного переводчика и автора курса Дмитрия Петрова, который умеет читать на 50 языках, уже спустя 16 интенсивных уроков можно добиться первых результатов. Его метод основан на отбрасывании лишнего, комплексном подходе и постижении логики языка.

Единственное отличие приложения от телепередачи — все материалы курса сохраняются прямо на смартфоне. Помимо 16 видеоуроков пользователю доступны основные правила грамматики, списки новых слов и фраз, таблицы спряжения глаголов.

Приложение для изучения немецкого языка Learn German

Learn German

В этом приложении ATi Studios нет ничего лишнего: 800 основных словосочетаний и выражений, которые пригодятся как в путешествии, так и на начальном этапе изучения языка. Базовый уровень разделен на несколько категорий: приветствия, романтика, еда, ЧП, покупки, здоровье, хобби, общие фразы.

Приложение поможет при совершении покупок и во время заказа блюд в немецком ресторане — данные разделы содержат не только иллюстрации и основные фразы для путешественников, но и имеют функцию прослушивания фраз. Если вы не знаете, как заказать картошку или попросить туфли большего размера, просто нажмите на кнопку, и смартфон произнесет предложение за вас.

Программа Learn German при скачивании бесплатная, но чтобы получить доступ к некоторым разделам, нужно купить полную версию приложения.

Карточки Lingvo Light DE

Также бесплатное приложение. В языковых школах твердят о том, что карточки — лучший способ быстро пополнить свой словарный запас. Если вам не хочется тратить бумагу и писать слова от руки, скачайте приложение Lingvo Light DE. Карточки можно сортировать по темам, а потом проверять себя с помощью функции «тест». Помимо сохраненных вами слов приложение содержит списки немецких глаголов со всеми формами спряжения. Не хватает только одного — готовых карточек для тех, кто только начал учить немецкий язык.

Смотрите также:

  • Как выглядят русские пословицы и поговорки

    Смысл этой поговорки, как и других в книге Петра Скляра «Русские пословицы и поговорки в иллюстрациях», подробно разъясняется на соседней с рисунком странице: тихий, скрытный человек способен на поступки, которых от него, казалось бы, нельзя было ожидать. Тут же даны аналоги на других языках. Немецкий: Stille Wasser sind tief — «Тихие воды глубоки».

  • Как выглядят русские пословицы и поговорки

    Улитка, казалось бы, — естественный символ этой пословицы, хотя ее скорость — примерно 6 сантиметром в минуту. Немецкий вариант, данный в книге: Wenn du schnell ans Ziel willst, gehe langsam. Есть и более лаконичный: Eile mit Weile — буквально: «Торопись медленно».

  • Как выглядят русские пословицы и поговорки

    Эта поговорка, возможно, не столь распространена, как предыдущие, но в русском языке есть несколько схожих: «Всяк кулик свое болото хвалит», «Всякая сосна своему бору шумит»… В немецком варианте речь идет о птице и ее гнезде: «Jedem Vogel gefällt sein Nest».

  • Как выглядят русские пословицы и поговорки

    Эту поговорку принесли чуть ли не во все языки мира (ну, во всяком случае Европы) древние римляне. На латыни она звучит так: Mens sana in corpore sano. А по-немецки — «Ein gesunder Geist in einem gesunden Körper».

  • Как выглядят русские пословицы и поговорки

    Баня — чисто русская традиция. В Германии знают сауну, а русскую баню — только из литературы. Значит ли это, что в немецком языке нет аналогов? Оказывается, есть: Reinlichkeit ist halbes Leben, буквально: «Чистота — это половина жизни».

  • Как выглядят русские пословицы и поговорки

    Эта поговорка в особых комментариях не нуждается, но немецкий аналог особенно интересен: Das Werk lobt den Meister, буквально: «Работа хвалит мастера».

  • Как выглядят русские пословицы и поговорки

    То, что шум и звон пугают и прогоняют нечистую силу, знали еще в языческие времена. С рассветом и криком петуха она исчезает, — это поверье живет и сегодня. На Востоке петуха «заменил» гонг, в Европе — колокольный звон. В том числе и в Германии: «Die Glockengeläute vertreiben böse Geister».

  • Как выглядят русские пословицы и поговорки

    Обложка книги Петра Скляра «Русские пословицы и поговорки в иллюстрациях», которую выпустила «Бомбора» — одна из структур издательства «Эксмо».

    Автор: Ефим Шуман


Как выглядит непорочное зачатие • Arzamas

Расшифровка

Эдгар Дега. Маленькая танцовщица в возрасте 14 лет. 1881 год Бронзовая копия 1919–1921 годов The Clark Art Institute

На парижской выставке импрессионистов в 1881 году Эдгар Дега выставил скульптуру под названием «Маленькая танцовщица в возрасте 14 лет». Если вы когда-нибудь ее видели — в реальности или на фотографии, — вы вряд ли ее забудете. От маленькой танцовщицы невозможно оторвать взгляд, но при этом вас преследует ощущение, что, разглядывая ее, вы делаете что-то нехоро­шее. Дега добился этого эффекта разными способами. Во-первых, он исполь­зо­вал для этой скульптуры материалы, более уместные в музее восковых фигур, нежели на художественной выставке: он выполнил ее из воска, раскрасил в цве­та человеческой плоти, одел в настоящий корсет и балетную пачку, а на голову водрузил парик из человеческих волос. К сожалению, восковой оригинал ока­зался слишком хрупким, и, хотя он чудом сохранился, его не экс­понируют. Однако после смерти Дега наследники заказали 28 бронзовых копий, которые сегодня можно увидеть во многих музеях. Однако хотя эти бронзовые скульп­туры и одеты в настоящие балетные пачки, все же они не способны пере­дать тот эффект жизнеподобия, которого добился Дега, воспользовавшись раскра­шен­ным воском и настоящими волосами. Более того — для экспониро­вания скульптуры он заказал специальную стеклянную витрину, в которых обычно выставлялись не произведения искусства, а анатомические препараты.

Лицо и тело маленькой танцовщицы не имеют ничего общего с канонами классической красоты, дольше всего сохранявшимися именно в скульптуре. У нее скошенный лоб, слишком маленький подбородок, слишком высокие скулы, непропорционально длинные руки, тонкие ноги и плоские ступни. Критики сразу окрестили ее «обезьяной» и «крысой». Помните, как «Олим­пию» Мане, о которой мы говорили в первой лекции, эти же парижские кри­тики называли гориллой? Мане на такое сравнение совершенно не рассчи­тывал и был им уязвлен, а вот Дега получил именно тот отклик, которого добивался. Что же он хотел сказать своей скульптурой?

Чтобы ответить на этот вопрос, нужно вспомнить долгую традицию интерпре­тации характера человека на основании его сходства с тем или иным живот­ным. Эту традицию первым описал литовско-французский искусствовед Юргис Балтрушайтис, удачно назвавший ее зоофизиогномикой — и мы вслед за ним будем придерживаться этого наименования.

Стремление искать в облике и характере человека сходство с тем или иным животным восходит к глубокой древности — скорее всего, ко временам культов тотемных животных. В Античности была предпринята первая попытка облечь эти наблюдения в форму науки. Античные физиогномисты рассуждали так: животные не притворяются, повадки некоторых из них нам хорошо известны; человек же скрытен, и распознать тайные черты его характера непросто, однако его сходство с тем или иным животным позволяет проникнуть в его душу. Про­ци­тирую трактат, который долгое время приписывали самому Аристотелю:

«Быки медлительны и ленивы. У них широкий кончик носа и большие глаза; медлительны и ленивы люди с широким кончиком носа и боль­шими глазами. Львы великодушны, у них круглый и приплюснутый кончик носа, сравнительно глубоко посаженные глаза; великодушны те, кто имеет такие же черты лица».

А вот еще один пример из трактата Адамантия:

«Обладатели маленьких челюс­тей вероломны и жестоки. У змей малень­кие челюсти, и им свойственны эти же пороки. Несоразмерно большой рот присущ людям прожорливым, жестоким, безумным и нечестивым. Именно так устроены пасти псов».

Зоофизиогномика проделала обычный для античной науки путь с Запада на Восток, а затем обратно — с Востока на Запад. Когда в Европе наступили так называемые темные века, античные физиогномические трактаты были пере­ве­дены на арабский. В исламской культуре античная физиогномика встрети­лась с собственной традицией, которая была тесно связана с астро­логией и хиро­ман­тией, а затем уже в виде синтеза вернулась в Европу в пере­водах с арабского на ла­тынь в конце XIII века. В итоге простые наблю­дения над по­вадками людей и животных превратились в учение о связи темпера­ментов со знаками зодиака: люди рождаются под знаками звезд, которые определяют их характер и внеш­ность; четыре человеческих темперамента соответствуют четырем стихиям, че­тырем временам года и четырем живот­ным: природа флегматика близка во­де, весне и ягненку, природа холерика — огню, лету и льву, природа сангви­ни­ка — воздуху, осени и обезьяне, природа меланхо­лика — земле, зиме и свинье.

Но репертуар ренессансной зоофизиогномики был гораздо шире: считалось, что все характеры животных отразились в человеке, ведь человек представляет собой микрокосм, повторяющий строение макрокосма. Для ренессансного ис­кусства знание зоофизиогномики составляет необходимую часть того взгляда эпохи, о котором мы с вами говорили в прошлых лекциях. К примеру, италь­янский скульптор Донателло воспользовался зоофизиогномическим кодом при со­здании памятника знаменитому кондотьеру Эразмо да Нарни по проз­вищу Гаттамелата. Памятник ему поставили на площади перед собором в Падуе.

Донателло. Конная статуя кондотьера Эразма да Нарни по прозвищу Гаттамелата (фрагмент). Падуя, 1443–1453 годыWikimedia Commons

Донателло придал голове кондотьера отчетливое сходство с хищником из се­мейства кошачьих. Судя по прозвищу этого кондотьера (gatta по-италь­янски — «кошка», а melata среди прочего значит «пятнистая»), можно предположить, что он и в жизни был похож на леопарда, ну или, по крайней мере, на кота. Широкий и покатый лоб, широко расставленные глаза, плоское лицо с неболь­шим и крепко сжатым ртом и маленьким подбо­родком — все эти кошачьи чер­ты можно отнести к подлинной внешности кондотьера, но Донателло усилил это сходство повадкой: он придал голове статуи характерный наклон головы и бесстрастно-сосредоточенное выражение глаз кошачьих.

Примеру Донателло последовал Андреа Верроккьо, создавая статую другого кондотьера, Бартоломео Коллеони. Оригинал ее украшает площадь перед собо­ром Дзаниполо в Венеции, а полноразмерная копия стоит в Итальянском дво­рике Пушкинского музея в Москве, где лицо кондотьера можно прекрасно рассмотреть с галереи.

Андреа Верроккьо. Конная статуя кондотьера Бартоломео Коллеони (фрагмент). Венеция, 1480-е годыWikimedia Commons

Впечатление, которое статуя производит на неподготовленного современного зрителя, очень хорошо проявилось в посте Антона Носика «Доброе слово о Медном Всаднике». Вглядевшись в лицо статуи, Носик признался:

«…приятного впечатления это знакомство, прямо скажем, не оставляет. Глядя на металлическое лицо пожилого вояки, трудно избавиться от первого впечатления, что в жизни мы вряд ли бы захотели свести с этим надменным и жестоким стариканом дружбу или знакомство».

После этого Носик написал длинный и страстный пост, в котором привел множество фактов из биографии Коллеони, чтобы доказать, что в жизни тот был храбр, великодушен и в меру жесток. Но человеку Ренессанса достаточно было одного взгляда на голову памятника, которой скульптор придал отчет­ливое сходство с орлом, чтобы понять истинный характер кондотьера, не зная ровным счетом ничего о его биографии. Ренессансные трактаты по зоофизио­гно­мике учили его: «Облада­тель орлиного носа великодушен, жесток и хищен, как орел». Это именно тот вывод, к которому пришел и сам Носик.

Характерно, что Верроккьо, как и Донателло, не только использовал сходство Коллеони с орлом (а большой нос крючком, судя по другим изображениям, был отличительной чертой кондотьера), но и усилил это сходство при помощи харак­терного птичьего поворота головы и зоркого взгляда широко раскрытых глаз.

Более сложную задачу пришлось решать Бенвенуто Челлини при создании бронзового бюста Козимо Медичи, которому он попытался придать сходство со львом. Поскольку во внешности великого герцога тосканского было немного львиного, скульптор дал подсказку своим зрителям, изобразив две львиных морды на до­спехах Медичи. Но в гордой посадке головы и развороте плеч ему все же уда­лось добиться грозной внушительности царя зверей.

Бенвенуто Челлини. Бюст Козимо Медичи. 1548 годFine Arts Museums of San Francisco / Wikimedia Commons

Конная статуя или бюст правителя — это произведения искусства, предназна­ченные для широкой публики, поэтому знаки характера в них недвусмыслен­ны. Большую тонкость художник мог допустить в частном портрете: наверняка многие легко вспомнят «Даму с горностаем» Леонардо да Винчи, где выраже­ние умного и внимательного лица красавицы Чечилии Галлерани и мордочки зверька, которого она держит в руках, удивительно похожи.

Леонардо да Винчи. Дама с горностаем. Около 1490 года Muzeum Czartoryskich w Krakowie / Wikimedia Commons

Леонардо фиксировал здесь не столько глубинные и неизменные черты харак­тера, сколько подвижные эмоции. Его очень занимало сходство в выражении эмоций у человека и животных. Сохранились его рисунки трех голов с выра­жением ярости — лошади, льва и человека; они действительно удивительно похожи.

Леонардо да Винчи. Этюды к «Битве при Ангиари». Около 1505 года Royal Collection Trust / © Her Majesty Queen Elizabeth II 2018

Эксперименты художников с зоофизиогномическим кодом носили разроз­ненный характер до тех пор, пока в 1586 году в Неаполе не был напечатан первый иллюстрированный трактат под названием «Физиогномика человека» итальянца Джамбаттисты делла Порта. Этот трактат имел немедленный и оглушительный успех: он был переведен на другие европейские языки и выдержал десятки переизданий на протяжении XVII века. Делла Порта уложил основной принцип зоофизиогномики в форму силлогизма. Большая посылка: каждый вид животных имеет свою фигуру, соответствующую его свойствам и страстям. Меньшая посылка: составляющие этих фигур обнару­живаются и в человеке. Вывод: человек, наделенный внешним сходством со зверем, будет похож на него и характером.

Делла Порта не просто проиллюстрировал свой труд параллельными изобра­жениями людей и животных, он привлек исторический материал — портреты и бюсты исторических персонажей, про характеры которых принято думать, что они нам хорошо известны. Так, Платона он сравнил с собакой, а Сократа — с оленем. От собаки у Платона высокий и чуткий нос, а также широкий и вы­тянутый вперед лоб, что указывает на природный здравый смысл. Приплюс­нутый нос оленя выдает сладострастие Сократа — и так далее. Нос клювом, по мнению делла Порта, мог говорить о разных наклонностях в зависимости от того, с какой птицей наблюдается сходство: вороний или перепелиный нос говорит о бесстыдстве, петушиный — о сладострастии, орлиный — о щедрости. Знаками характера являются не только черты внешности, но и повадки: если человек держит спину прямо, ходит с высоко поднятой головой и при этом слегка шевелит плечами, он похож на лошадь, а лошадь — животное благо­родное и честолюбивое.

Для понимания искусства XVII века знание физиогномики так же полезно, как для искусства Ренессанса. Приведу один пример: возможно, вам, как и мне, удалось заглянуть на выставку Лейденской коллекции, которая в 2018 году побывала и в Пушкинском музее в Москве, и в Эрмитаже в Петербурге. В этой коллекции есть две небольшие картины на один и тот же сюжет — «Дама, кормящая попугая» Франса ван Мириса Старшего и «Дама с попугаем» Геррита Доу.

1 / 2

Франс ван Мирис Старший. Дама, кормящая попугая. Около 1663 годаThe Leiden Collection

2 / 2

Геррит Доу. Дама с попугаем. 1660–1665 годыThe Leiden Collection

В экспликациях к этим картинам говорится о том, что попугай — это признак достатка в доме, его привозили из-за моря и продавали задорого. Это чистая правда, но как объяснить особую популярность именно этих картин Мириса и Доу, с которых были выполнены десятки копий? Возможно, заказчику картины было приятно видеть на ней свидетельство своего достатка и благо­получия, но почему ее копию так охотно покупали те, кто не имел никакого отношения ни к попугаю, ни к даме на картине? Приглядевшись повнима­тельней к картинам Мириса и Доу, а также к еще десятку изображений на этот же сюжет голландских и французских художников XVII–XVIII веков, мы заметим одну любопытную деталь: женщины на них наделены легким сходством с попугаями и в чертах лица, и в общем выражении.

1 / 3

Габриель Метсю. Женщина с шитьем и попугаем. После 1663 годаГМИИ им. А. С. Пушкина / Wikimedia Commons

2 / 3

Каспар Нетшер. Женщина с попугаем и мужчина с обезьянкой. 1664 годColumbus Museum of Art / Wikimedia Commons

3 / 3

Дама с попугаем. Подражание Франсу ван Мирису Старшему. XVII векartnet.fr

В зоофизиогномике сходство с попугаем выдает склонность к глупой болтовне. Возможно, художники-мужчины подшутили над разговорчивостью, свойст­вен­ной женскому полу, а покупателям-мужчинам их шутка пришлась по вкусу.

Интерес к сходству повадок человека и зверя не угасал. Через сто лет после выхода трактата делла Порта к этой теме обратился французский живописец Шарль Лебрен. Имя его сегодня помнят только знатоки французской живописи эпохи Людовика XIV, а между тем наблюдения Лебрена над выражением эмо­ций у людей и животных известны всем, поскольку именно они легли в основу физиогномического кода комикса.

Придворная культура, достигшая своего расцвета при «короле-солнце», строго регламентировала выражение чувств: лицо опытного царедворца не выдавало его эмоций помимо его воли. Человек, который хотел добиться успеха при дво­ре, должен был уметь не только скрывать свои эмоции, но и читать эмоции окружающих. Закономерно, что именно любимый живописец Людовика создал наиболее совершенную систему передачи эмоций. При этом он опирался на рас­суждения французского философа Рене Декарта и сравнивал выражение эмоций у человека и у животных.

Декарт рассуждал так: душа нематериальна, а тело материально. Каким же образом в теле проявляются нематериальные по своей природе движения души, то есть эмоции? За это отвечает находящаяся в нашем мозгу шишко­видная железа: она влияет на движение животных духов, которые распростра­няются по всему телу и определяют его положение, а следовательно, и выра­жение эмоций на языке тела. Опираясь на Декарта, Лебрен утверждал, что частью лица, где яснее всего выражаются страсти, являются брови, поскольку они расположены ближе всего к шишковидной железе и наиболее подвижны. Когда душа испытывает влечение к чему-то, шишковидная железа возбужда­ется, а брови начинают подниматься; и напротив, когда душа испытывает отвращение, брови теряют контакт с шишковидной железой и опускаются. Такое же влияние шишковидная железа оказывает на глаза, рот и все лицевые мышцы, а также на общее положение тела. Когда мы говорим о человеке, что он воспрял или сник, мы описываем именно то изменение внешнего облика, которое Лебрен вслед за Декартом связывал с движением животных духов — по направлению к шишковидной железе или прочь от нее.

Выражение эмоций у человека и животных, как считал Декарт, подчиняется общему закону — Лебрен выполнил замечательные рисунки с изображением одних и тех же эмоций у человека, обезьяны, верблюда, тигра, рыси, кошки, лисы, свиньи и барана. Гравюры с зоофизиогномических рисунков Лебрена начали печататься с первой четверти XVIII века и были приложены к изданиям его трактата, выходившим и в начале XIX века.

1 / 2

Глаза животных и человека. Гравюры по рисункам Шарля Лебрена. 1806 годИз книги «Dissertation sur un traité de Charles Le Brun concernant le rapport de la physionomie humaine avec celle des animaux»

2 / 2

Глаза животных и человека. Гравюры по рисункам Шарля Лебрена. 1806 годИз книги «Dissertation sur un traité de Charles Le Brun concernant le rapport de la physionomie humaine avec celle des animaux»

Новый расцвет физиогномики и зоофизиогномики начался в конце XVIII века и захватил всю первую половину XIX века. Этому способствовал труд швейцар­ского пастора Иоганна Каспара Лафатера, одного из самых влиятельных ученых в Европе конца XVIII века. После его смерти в 1801 году в одном английским журнале писали: «Было время, когда никто не решился бы нанять прислугу, не сверив тщательнейшим образом черты лица этого юноши или девицы с описаниями и гравюрами Лафатера». Главный труд Лафатера — великолепно иллюстрированные многотомные «Физиогномические фрагменты» — вышел на основных европейских языках в последней трети XVIII века, а затем был много раз переиздан.

Число последователей Лафатера в первой половине XIX века не поддается исчислению. Бальзак держал его трактат на столе и по­стоянно обращался к нему при описании внешности героев «Человеческой комедии». В России поклонниками Лафатера были Карамзин, Пушкин и Гоголь. Помните, как Гоголь описывал Собакевича? Это чистый пример зоофизиогномического портрета:

«Когда Чичиков взглянул искоса на Собакевича, он ему на этот раз показался весьма похожим на средней величины медведя. Для довер­шения сходства фрак на нем был совершенно медвежьего цвета, рукава длинны, панталоны длинны, ступнями ступал он и вкривь и вкось и наступал беспрестанно на чужие ноги. <…> …Крепкий и на диво ста­ченный образ был у Собакевича: держал он его более вниз, чем вверх, шеей не ворочал вовсе и в силу такого неповорота редко глядел на того, с которым говорил, но всегда или на угол печки, или на дверь. Чичиков еще раз взглянул на него искоса, когда проходили они столо­вую: мед­ведь! совершенный медведь! Нужно же такое странное сближение: его даже звали Михайлом Семеновичем».

Лафатер суммировал наблюдения своих предшественников и воспользовался иллюстрациями к трактату ­делла Порта и рисунками Лебрена. Однако в его понимании зоофизиогномики было одно важное отличие от подхода его пред­шественников: Лафатера интересовали не животные признаки в человеке, а человеческие признаки в животном. Он накладывал образ человека на образ зверя, чтобы интерпретировать характер животного, а не наоборот. Лафатер горячо защищал непреодолимость границы, отделяющей человека от зверя:

«Разве можно найти у обезьяны то же выражение величия, которым сияет лоб человека с убранными назад волосами? <…> Где вы найдете брови, вырисован­ные с таким искусством? Их движения, в которых Лебрен находил выражение всех страстей и которые на самом деле говорят о много большем, чем полагал Лебрен?»

Пафос Лафатера можно объяснить тем, что в эпоху Просвещения граница между человеком и зверем становилась все более зыбкой. С одной стороны, мыслители XVIII века заинтересовались судьбой так называемых диких детей — детей, в силу тех или иных обстоятельств лишенных человеческого воспитания и выросших в лесу, в одиночестве или вместе с дикими живот­ными. После возвращения в общество они, как правило, не могли ни адаптиро­ваться к человеческой жизни, ни овладеть человеческим языком. Хотя физи­чески они, несомненно, принадлежали к человеческому роду, с моральной точки зрения они были ближе к животным. Великий систематизатор расти­тельного и животного мира Карл Линней отнес их к особому виду Homo ferus, виду, который, по его мнению, составлял промежуточное звено между Homo sapiens и орангутангом.

С другой стороны, во второй половине XVIII века были достигнуты порази­тельные успехи в дрессуре животных. В конном цирке, который приобрел огромную популярность вначале в Англии, а потом и в других европейских странах, умные лошадки прикидывались мертвыми и воскресали, когда дрес­сировщик призывал их вернуться на службу отечеству. Оказалось, что лошади прекрасно умеют стрелять из пушки по команде дрессировщика. Затем обна­ружилось, что другие животные способны совершать еще более сложные дей­ствия: обезьяна, одетая во французский мундир и получившая прозвище Генерал Жако, плясала на канате и церемонно пила чай в компании госпожи Помпадур, роль которой исполняла соответствующим образом одетая собачка.

Сегодня все это кажется нам детской забавой, а для человека второй половины XVIII — первой половины XIX века ученые звери и одичавшие дети были вес­кими аргументами, свидетельствовавшими о звериной природе человека: ока­залось, что человек легко теряет человеческий облик и превращается в зверя, если его в детстве лишить общества себе подобных; а единожды одичав, он не спо­собен достичь тех же успехов, которых достигают ученые животные, превосходящие его в ловкости и сообразительности. По-видимому, именно этому пессимистическому ощущению и пытался противостоять Лафатер, настаивая на непреодолимости границы между человеком и зверем.

В искусстве того времени понимание близости человека к животному миру отразилось в моде на так называемую звериную карикатуру. Она возникла во времена Французской революции, но настоящего расцвета достигла в 30–40-е годы XIX века, когда ее подхватили такие первоклассные художники, как Жан Гранвиль, Поль Гаварни и Оноре Домье во Франции, Вильгельм фон Каульбах в Германии, Джордж Крукшенк в Англии. Отдельные рисунки или целые серии под названием «Зверинцы», «Кабинет естественной истории», «Зоологические наброски» и так далее изображали зверей, которые были одеты в человеческую одежду и вели себя совершенно так же, как люди. Недавно в замечательном переводе Веры Аркадьевны Мильчиной вышла книга «Сцены частной и общественной жизни животных»: вошедшие в нее очерки выходили в Париже в начале 40-х годов XIX века с чудесными иллюстрациями Гранвиля.

1 / 4

Жан Гранвиль. Иллюстрация к «Сценам из общественной и частной жизни животных». Париж, 1841–1842 годыWikimedia Commons

2 / 4

Жан Гранвиль. Иллюстрация к «Сценам из общественной и частной жизни животных». Париж, 1841–1842 годыWikimedia Commons

3 / 4

Жан Гранвиль. Иллюстрация к «Сценам из общественной и частной жизни животных». Париж, 1841–1842 годыWikimedia Commons

4 / 4

Жан Гранвиль. Иллюстрация к «Сценам из общественной и частной жизни животных». Париж, 1841–1842 годыWikimedia Commons

Для романтического искусства жанр бурлескной звериады был не более чем забавой, но в масштабах этой забавы чувствуется нервическое предчувствие решительного приговора вере в особую природу человека, отличающую его от животного. Этим приговором в конце 50-х годов XIX века стало открытие неандертальцев и обнародование теории эволюции Чарльза Дарвина. Неан­дертальцев начали рассматривать как промежуточное звено между человеко­образной обезьяной и человеком, а отдельные внешние признаки неандер­тальцев или приматов принялись искать в отдельных расах или социальных типах.

Последняя треть XIX и первая треть XX века — это самая мрачная эпоха в ис­тории зоофизиогномики, когда сходство человека с животным стали исполь­зовать как диагностический инструмент. На основании сравнения черепов человекообразных обезьян и человека был постулирован низший характер негроидной и монголоидной расы. На сравнении внешнего строения тела человека и животных строились теории знаменитого итальянского крими­нолога Чезаре Ломброзо. Ломброзо поставил перед собой ту же задачу, что и физиогномисты предшествующих столетий: он попытался на основании внешних признаков диагностировать характер человека, а точнее его склон­ность к совершению преступлений. Такими признаками он считал черты, сближающие человека с животным. Ломброзо утверждал, что для строения тела жестоких преступников характерны обезьяньи черты: массивные и высту­пающие вперед челюсти, выдающиеся надбровные дуги, слишком высокие скулы, слишком широкий, короткий и плоский подбородок, особая форма ушей, непропорционально длинные руки и плоские стопы без выра­женного подъема. Склонность к преступлениям мог выдавать слишком маленький и скошенный подбородок и острые длинные зубы-резцы — как у крыс. Ломброзо утверждал, что проститутки отличаются необычайной цепкостью ног — еще один атавизм, свойственный обезьянам, а морфологи­ческое строение тела отделяет проституток от обычных женщин еще нагляд­нее, чем преступника — от обычных людей.

Вот мы и вернулись к «Маленькой танцовщице» Дега, созданной после того, как теории Ломброзо получили известность и во Франции. В облике 14-летней танцовщицы было отчетливое сходство с обезьяной, а в повадке и выражении закинутого назад лица, сведенного странной гримаской, — с крысой. Звериные черты говорили о том, что перед нами дитя порока, от рождения наделенное преступными наклонностями. Чтобы у зрителя не возникало в этом сомнений, Дега поместил в этом же зале выполненные им пастельные портреты преступ­ни­ков — они носили те же черты звероподобия, что и маленькая танцовщица. Так в конце XIX — начале XX века зоофизиогномика превратилась в инструмент социального преследования: сходство с животным стало основанием для при­го­вора целым расам или отдельным людям.

К счастью, эта мрачная страница в истории зоофизиогномики была не послед­ней. Параллельно со стремлением искать черты зверя в человеке развивалась обратная тенденция — искать черты человека в звере. Книга Чарльза Дарвина «О выражении эмоций у человека и животных», вышедшая в 1872 году, дала новый импульс интересу к сходному проявлению эмоций у человека и живот­ных, о котором мы с вами говорили еще в связи с работами Леонардо. Очень важный вывод, к которому приходил читатель книги Дарвина, заключался в том, что животные способны испытывать сложные эмоции, чрезвычайно близкие к человеческим, и именно поэтому человек и животные подчас так хорошо понимают друг друга.

Книга Дарвина была хорошо известна художникам, которые пользовались ею с большей или меньшей степенью изобретательности. Я думаю, многие с лег­костью вспомнят картину Федора Решетникова «Опять двойка», вхо­див­шую в учебники родной речи.

Федор Решетников. Опять двойка. 1952 годГосударственная Третьяковская галерея / © Федор Решетников

Вокруг мальчика, который вернулся из школы с очередной двойкой, прыгает веселый пес: очень похоже, что Решетников срисовал его с иллюстрации к книге Дарвина, на которой изображена собака, ласкающаяся к хозяину.

Иллюстрация к книге Чарльза Дарвина «О выражении эмоций у человека и животных». Лондон, 1872 годWikimedia Commons

Картина Решетникова, как известно, повторяет сюжет картины Дмитрия Егоровича Жукова «Провалился» 1885 года. Сюжет там гораздо более драмати­ческий: провалившегося на выпускном экзамене гимназиста встречают овдовевшая мать, больная сестра и портрет покойного отца на стене.

Дмитрий Жуков. Провалился. 1885 годВольский краеведческий музей / Wikimedia Commons

Посмотрите на позу собаки на картине Жукова. Это не перерисовка из книги Дарвина, а удивительно тонкое изображение сложных эмоций собаки: там и любовь к мальчику, и недоумение из-за того, что любимый хозяин так оплошал, и сочувствие семейному горю. Однако толчком для тонких наблю­дений Жукова, скорее всего, также послужили иллюстрации к книге Дарвина.

Этот прием очень любил самый талантливый русский портретист Валентин Серов. Женщины, позировавшие ему со своими собачками, оказывались до смеш­ного похожи на своих любимцев — оцените сходство в выражении лица Софьи Михайловны Боткиной и ее любимой моськи.

Валентин Серов. Портрет Софьи Боткиной. 1899 год Государственный Русский музей / artpoisk.info

Не менее выразительны этюды Серова к портрету князя Юсупова с арабским жеребцом. 

Валентин Серов. Портрет князя Феликса Юсупова. 1909 годГосударственный комплекс «Дворец конгрессов»

Сохранилась фотография, на которой князь и скакун вместе позируют худож­нику в усадьбе Архангельское. По ней хорошо видно, с каким увлечением Серов начал работу с головы лошади, оставив голову князя на потом. Феликс Фелик­сович Юсупов в итоге оказался очень похож на своего арабского скакуна, но в этом не было ничего обидного, ведь лошадь, согласно всем физиогноми­ческим трактатам, — это животное благородное и честолюбивое. 

Князь Феликс Юсупов позирует Валентину Серову для портрета с арабским скакуном. 1909 год Государственный музей-усадьба «Архангельское» / humus.livejournal.com

Зоофизиогномический код продолжал применяться и в искусстве XX и XXI века — правда, теперь он чаще встречается в кино, рекламе и клипах.

В четырех лекциях я пыталась показать преимущества исторического подхода к искусству перед практикой так называемого чистого созерцания. Сторонники чистого созерцания уверяют нас, что искусством можно наслаждаться, особо не задумываясь о его содержа­нии, а художественный вкус можно развивать, раз­глядывая прекрасные произве­дения искусства. Однако, во-первых, пред­став­ления о прекрасном сильно меняются от эпохи к эпохе и от культуры к куль­туре, а во-вторых, далеко не все произведения искусства ставят своей целью воплотить в себе идеал красоты.

Удивительно, какое количество сентиментальной ерунды написано в интернете о «Маленькой танцовщице 14 лет» Дега. Популярные журналисты и блогеры изо всех сил пытаются доказать, что эта скульптура — милая и трогательная, что художник втайне любовался своей моделью и даже что гримаска на лице маленькой танцовщицы точно передает выражение лица подростка, которому приходится делать что-то против его желания. Все эти рассуждения вызваны современными представлениями о политкорректности в широком смысле этого слова: нам страшно признать, что великий художник мог смотреть на свою 14-летнюю модель взглядом социального патологоанатома и не ис­пытывать к ней ни малейшего сочувствия.

Что мы выигрываем от знания той визуальной культуры, которая стоит за скульптурой Дега? Мы перестаем обманывать самих себя, оцениваем его скульптуру за то, что в ней есть, а не за то, что мы пытаемся ей приписать, и, возможно, спрашиваем самих себя, насколько нам свойственна готовность судить о наклонностях человека по его внешности.

Таким образом, первый вывод, к которому я вас склоняю, заключается в том, чтобы отказаться от чистого созерцания и поиска прекрасного в любом произ­ведении искусства. Гораздо проще (и часто — гораздо интереснее) смотреть на произведение искусства как на сообщение, или, иными словами, как на ком­муникативный акт.

Из этого следует второй вывод: воображаемым адресатом этого сообщения для художника в подавляющем большинстве случаев был его современник — чело­век, принадлежавший к той же культуре, обладавший тем же запасом знаний, верований, привычек и навыков, которые активизировались, когда он рассмат­ривал изображение. Чтобы понять сообщение художника, надо посмотреть на его произведение «взглядом эпохи», а для этого необходимо задуматься над тем, какова была культура той эпохи вообще и каковы были ее представления о том, что могло и должно было быть предметом искусства в частности.

К примеру, моделями для «Олимпии» Мане и «Венеры Урбинской» Тициана, скорее всего, послужили куртизанки, то есть в буквальном смысле обе картины изображают одно и то же, но при этом они транслируют противоположные сообщения: картина Тициана, скорее всего, представляет собой свадебный портрет и репрезентирует пожелание счастливого и плодовитого супружества. Несмотря на довольно откровенный жест руки его Венеры, современников она нисколько не шокировала. «Олимпия» Мане репрезентирует ту составляющую капиталистического этоса, которую его современники не желали видеть на кар­­тине: легальная проституция представляла собой честный бизнес, рожденный спросом на страстную любовь.

«Взгляд эпохи» обогащает не только интеллектуальный, но и эмоциональный опыт нашего взаимодействия с картиной. Как мы видели на примере «Аннун­циаты» Антонелло да Мессины, художник добивался сильного эмоционального эффекта, балансируя между привычным и непривычным, между тем, что его зритель ожидал увидеть на изображении чуда Благовещения, и тем, что худож­ник сделал впервые. Чтобы увидеть след архангела Гавриила в поднятых вет­ром страницах или знак присутствия Божия — в резком свете, заливающем картину слева, нам нужно знать, какие этапы включало в себя чудо Благо­ве­щения в проповедях XV века, а зная эти этапы и распознав на картине изо­бра­же­ние последнего из них, мы поймем необыкновенное выражение лица Бого­ро­дицы и острее ощутим, что означало чудо Благовещения для итальянца кватроченто.

Так я подвожу вас к главному выводу: знание визуальной культуры нисколько не мешает любоваться произведениями искусства и восхищаться ими. Чистое созерцание — это радость одиночки. Удовольствие, основанное на понима­нии, — это разделенное удовольствие, а оно, как правило, сильнее вдвое.

Источники

Балтрушайтис Ю. Зоофизиогномика. Мир образов. Образы мира. Антология исследований визуальной культуры. СПб., М., 2018.

Callen A. The Spectacular Body: Science, Method, and Meaning in the Work of Degas. New Haven, 1995.

Kemp M. The Human Animal in Western Art and Science. Chicago, 2007.

FAQ: как возник язык?

Что означает вопрос?

Спрашивая о происхождении человеческого языка, мы сначала должны прояснить, в чем заключается вопрос. Вопрос не в том, как языки постепенно со временем превратились в языки современного мира. Скорее, это то, как человеческий вид со временем развивался, так что мы — а не наши ближайшие родственники, шимпанзе и бонобо — стали способны использовать язык.

И какое это было потрясающее достижение! Никакая другая естественная система общения не похожа на человеческий язык.Человеческий язык может выражать мысли на неограниченное количество тем (погода, война, прошлое, будущее, математика, сплетни, сказки, как починить раковину …). Его можно использовать не только для передачи информации, но и для запроса информации (вопросов) и отдавать приказы. В отличие от любой другой системы общения с животными, она содержит выражение отрицания, а это не так. Словарь каждого человеческого языка состоит из десятков тысяч слов, состоящих из нескольких десятков звуков речи. Ораторы могут составлять неограниченное количество фраз и предложений из слов плюс небольшой набор префиксов и суффиксов, а значения предложений строятся из значений отдельных слов.Что еще более примечательно, так это то, что каждый нормальный ребенок изучает всю систему, слыша, как ее используют другие.

Системы связи с животными, напротив, обычно имеют не более нескольких десятков различных звонков и используются только для сообщения о насущных проблемах, таких как еда, опасность, угроза или примирение. Многие значения, передаваемые при общении шимпанзе, имеют аналоги в человеческом «языке тела». Для животных, которые используют комбинации звуков (например, некоторые певчие птицы и некоторые киты), значения комбинаций не складываются из значений частей (хотя есть много видов, которые еще не изучены).И попытки научить обезьян какой-либо версией человеческого языка, хотя и увлекательны, дали лишь элементарные результаты. Итак, свойства человеческого языка уникальны в естественном мире.

Как мы попали отсюда сюда? Все современные языки, включая языки культур охотников-собирателей, имеют много слов, могут использоваться для разговора о чем угодно под солнцем и могут выражать отрицание. С тех пор, как мы писали о человеческом языке — примерно 5000 лет назад — все выглядело в основном так же.Языки меняются постепенно со временем, иногда из-за изменений в культуре и моде, иногда в ответ на контакт с другими языками. Но базовая архитектура и выразительная сила языка остаются прежними.

Итак, вопрос в том, как появились свойства человеческого языка. Очевидно, это не могла быть группа пещерных людей, сидящих без дела и решающих создать язык, поскольку для этого им нужно было начать с языка! Интуитивно можно было бы предположить, что гоминиды (человеческие предки) начинали с кряхтения, улюлюканья или крика, и «постепенно» это «каким-то образом» превратилось в язык, который мы имеем сегодня.(Такие предположения были настолько распространены 150 лет назад, что в 1866 году Французская академия запретила статьи о происхождении языка!) Проблема заключается в «постепенно» и «каким-то образом». Шимпанзе тоже хрюкают, улюлюкают и кричат. Что случилось с людьми примерно через 6 миллионов лет с тех пор, как линии гоминидов и шимпанзе разошлись, и когда и как гоминидное общение приобрело свойства современного языка?

Конечно, помимо языка, людей от шимпанзе отличает множество других свойств: нижние конечности, подходящие для прямой ходьбы и бега, противоположные большие пальцы рук, отсутствие волос на теле, более слабые мускулы, меньшие зубы — и больший мозг.Согласно современным представлениям, изменения, имеющие решающее значение для языка, были не только в размере мозга, но и в его характере: типах задач, для которых он подходит, — так сказать, «программном обеспечении», которым он поставляется. Итак, вопрос о происхождении языка основан на различиях между мозгом человека и шимпанзе, когда эти различия возникли и под каким эволюционным давлением.

Что мы ищем?

Основная трудность при изучении эволюции языка состоит в том, что свидетельств очень мало.Разговорные языки не оставляют окаменелостей, а окаменелые черепа говорят нам только общую форму и размер мозга гоминидов, а не то, что мозг может сделать. Единственное достоверное свидетельство, которое у нас есть, — это форма речевого тракта (рта, языка и горла): до тех пор, пока люди современного анатомического типа, около 100000 лет назад, форма речевых трактов гоминидов не допускала современного диапазона речевых звуков. . Но это не значит, что язык обязательно возник тогда. Раньше гоминиды могли иметь своего рода язык, в котором использовался более ограниченный диапазон согласных и гласных, а изменения в голосовом тракте могли иметь только эффект ускорения и выразительности речи.Некоторые исследователи даже предполагают, что язык начинался как язык жестов, а затем (постепенно или внезапно) переключился на вокальную модальность, оставив современные жесты в качестве остатка.

Эти и многие другие вопросы активно исследуются лингвистами, психологами и биологами. Один из важных вопросов заключается в том, в какой степени у животных обнаружены предшественники способности к человеческому языку. Например, насколько похожи системы мышления обезьян на наши? Включены ли в них вещи, которые гоминиды сочли бы полезным выразить друг другу? Действительно, существует определенный консенсус в отношении того, что пространственные способности обезьян и их способность согласовывать свой социальный мир обеспечивают основу, на которой может быть построена человеческая система представлений.

Связанный с этим вопрос заключается в том, какие аспекты языка являются уникальными для языка, а какие — просто опираются на другие человеческие способности, не общие с другими приматами. Этот вопрос вызывает особые споры. Некоторые исследователи утверждают, что все в языке построено на других человеческих способностях: способности к вокальному подражанию, способности запоминать огромное количество информации (и то и другое необходимо для изучения слов), желание общаться, понимание намерений и убеждений других. , и умение сотрудничать.Текущие исследования, кажется, показывают, что эти человеческие способности отсутствуют или менее развиты у обезьян. Другие исследователи признают важность этих факторов, но утверждают, что мозг гоминидов требовал дополнительных изменений, которые адаптировали его специально для языка.

Это произошло сразу или поэтапно?

Как произошли эти изменения? Некоторые исследователи утверждают, что они произошли одним прыжком, создав в результате одной мутации целостную систему в мозгу, с помощью которой люди выражают сложные значения посредством сочетаний звуков.Эти люди также склонны утверждать, что есть несколько аспектов языка, которые еще не присутствуют у животных.

Другие исследователи подозревают, что особые свойства языка развивались поэтапно, возможно, в течение нескольких миллионов лет, через последовательность линий гоминидов. На ранней стадии звуки использовались бы для обозначения широкого круга объектов и действий в окружающей среде, и люди могли бы изобретать новые словарные элементы, чтобы говорить о новых вещах. Для достижения большого словарного запаса важным достижением была бы возможность «оцифровывать» сигналы в последовательности дискретных речевых звуков — согласных и гласных — а не в неструктурированные призывы.Это потребует изменений в том, как мозг контролирует голосовой тракт и, возможно, в том, как мозг интерпретирует слуховые сигналы (хотя последнее снова является предметом серьезных споров).

Одно только эти два изменения дадут систему передачи единичных сигналов — лучшую, чем систему шимпанзе, но далекую от современного языка. Следующим вероятным шагом была бы возможность связать несколько таких «слов», чтобы создать сообщение, построенное на значениях его частей. Это все еще не так сложно, как современный язык.В нем может быть элементарный характер «я, Тарзан, ты, Джейн», и он все равно был бы намного лучше, чем высказывания из одного слова. Фактически, мы действительно находим такой «протоязык» у двухлетних детей, в начальных усилиях взрослых, изучающих иностранный язык, и в так называемых «пиджинах», системы, созданные взрослыми, говорящими на разных языках, когда они необходимо общаться друг с другом для торговли или других видов сотрудничества. Это побудило некоторых исследователей предположить, что система «протоязыка» все еще присутствует в мозгу современного человека, скрытая под современной системой, за исключением тех случаев, когда последняя повреждена или еще не развита.

Последнее изменение или серия изменений добавят к «протоязыку» более богатую структуру, охватывающую такие грамматические приемы, как метки множественного числа, метки времени, относительные придаточные предложения и дополнительные придаточные предложения («Джо думает, что Земля плоская»). Опять же, некоторые предполагают, что это могло быть чисто культурным развитием, а некоторые думают, что это потребовало генетических изменений в мозгу говорящих. Жюри пока еще нет.

Когда это все произошло? Опять же, очень сложно сказать. Мы действительно знаем, что что-то важное произошло в человеческом роде между 100 000 и 50 000 лет назад: именно тогда мы начинаем находить культурные артефакты, такие как предметы искусства и ритуалы, свидетельства того, что мы бы назвали цивилизацией.Что изменилось в этом виде в этот момент? Неужели они просто стали умнее (даже если их мозг внезапно не стал больше)? Неужели они внезапно развили язык? Стал ли они умнее из-за интеллектуальных преимуществ, которые дает язык (например, способности сохранять устную историю на протяжении поколений)? Если это было тогда, когда они разработали язык, изменились ли они от безъязыкового к современному языку или, возможно, с «протоязыка» на современный язык? А если второе, то когда возник «протоязык»? Говорили ли наши кузены неандертальцы на протоязыке? На данный момент мы не знаем.

Недавно появился заманчивый источник доказательств. Было показано, что мутация в гене FOXP2 приводит к дефициту речи, а также к нарушению контроля над лицом и ртом. Этот ген представляет собой слегка измененную версию гена, обнаруженного у обезьян, и, похоже, он приобрел свою нынешнюю форму между 200 000 и 100 000 лет назад. Поэтому очень заманчиво называть FOXP2 «языковым геном», но почти все считают это упрощенным. Действительно ли люди, страдающие этой мутацией, страдают языковыми нарушениями или у них просто проблемы с речью? Кроме того, несмотря на большие успехи в нейробиологии, в настоящее время мы очень мало знаем о том, как гены определяют рост и структуру мозга или как структура мозга определяет способность использовать язык.Тем не менее, если мы когда-либо собираемся узнать больше о том, как развивалась способность человека к языку, наиболее многообещающие доказательства, вероятно, будут получены из генома человека, который хранит так много из истории нашего вида. Задача будущего — расшифровать его.

Для получения дополнительной информации

Кристиансен, Мортон Х. и Саймон Кирби (ред.). 2003. Эволюция языка. Нью-Йорк: Издательство Оксфордского университета.

Hauser, Marc; Ноам Хомский; и W. Tecumseh Fitch.2002. Факультет языка: что это такое, у кого он есть и как он развивался? Наука 298.1569-79.

Херфорд, Джеймс; Майкл Студдерт-Кеннеди; и Крис Найт (ред.). 1998. Подходы к эволюции языка. Кембридж: Издательство Кембриджского университета.

Джекендофф, Рэй. 1999. Некоторые возможные этапы развития языковой способности. Тенденции в когнитивных науках 3.272-79.

Пинкер, Стивен и Рэй Джекендофф. 2005 г. Факультет языка: что в нем особенного? Познание 95.210-36.

FAQ от Рэя Джекендоффа

Загрузите этот документ в формате pdf.

Как эволюционировал человеческий язык? Ученые до сих пор не знают

У людей есть язык, а у других животных — нет. Это очевидно, но как это произошло — нет. Со времен Дарвина ученые ломали голову над эволюцией языка. Они могут наблюдать современный продукт: люди сегодня обладают способностями к языку, будь то устная речь, подписи или письмо.И они могут сделать вывод о начальном состоянии: коммуникационные системы других обезьян предполагают способности, присущие нашему общему предку.

Но вопрос на миллион долларов в том, что произошло между ними. Как мы перешли от обезьяньего общения к полноценному человеческому языку?

Большинство ученых думают, что это происходило поэтапно, поскольку наши предки развили приспособления, необходимые для языка. На более ранних стадиях человеческие предки использовали своего рода протоязык — более сложный, чем общение обезьян, но без элементов современного языка.

Но каков был этот протоязык? Вот где мы вступили в серьезные дебаты. Некоторые исследователи утверждают, что наши предки пели, прежде чем заговорили. Другие утверждают, что в протоязыке преобладали жесты, изображающие пантомимы — общество, построенное на шарадах.

Здесь я сделаю все, что в моих силах, чтобы обобщить преобладающие модели происхождения языка, опираясь в основном на академический обзор 2017 года биолога-эволюциониста У. Текумсе Фитча.

Но сначала…

Что делает язык, язык

Прежде чем пытаться объяснить, как возник язык, мы должны уточнить, что именно произошло.Мы должны определить, что такое язык и чем он отличается от коммуникативных способностей наших скрытых эволюционных родственников, человекообразных обезьян.

В человеческом языке произвольные звуки и знаки представляют собой определенные слова, которые можно выучить, придумать и бесконечно комбинировать в грамматических структурах. Мы можем говорить о чем угодно — о планах, блинах, политике — в том числе о том, что не так: «У меня нет планов готовить блины или заниматься политикой». И многие утверждения имеют конкретное значение, зависящее от контекста.Например, «Как дела?» может быть приветствием, а не искренним вопросом. Язык позволяет нам сблизиться с другими или обмануть их. И хотя наш родной язык не является врожденным, малыши усваивают его без сознательных усилий.

Эти качества делают язык необычной системой общения, присущей исключительно людям. Но систему можно разделить на компоненты или черты, необходимые для языка. И они возникли в разное время в нашем эволюционном прошлом. Черты, общие с другими обезьянами, вероятно, существовали миллионы лет назад у нашего общего предка.Черты, которых мы не видим у других обезьян, вероятно, проявились только у гомининов, эволюционной ветви, которая включает людей и наших вымерших родственников.

По крайней мере, три элемента языка присутствуют только у гомининов:

Во-первых, это тонкий контроль над нашими голосовыми трактами. Другие обезьяны, вероятно, рождаются с более ограниченным репертуаром вокализаций. Разница заключается в том, как устроен наш мозг: у людей есть прямые связи между нейронами, контролирующими наш голосовой ящик, и моторной корой, областью нашего мозга, отвечающей за произвольные движения.Сканирование мозга показывает, что у других приматов эти связи отсутствуют.

Следующее — наша склонность общаться ради общения. Чтобы выразить это, биолог Fitch использовал немецкое слово Mitteilungsbedürfnis, «стремление делиться мыслями». В то время как шимпанзе используют ограниченный набор призывов и жестов, чтобы передать самое главное — еду, секс и опасность, — люди общаются, обмениваются идеями и стремятся быть понятыми. Большинство исследователей объясняют это различие идеей, называемой «теорией разума», пониманием того, что у других есть мысли.Шимпанзе демонстрируют более ограниченную теорию разума, тогда как люди знают, что другие люди думают, и мы постоянно используем язык, чтобы раскрыть эти мысли и повлиять на них.

Последнее отличие — иерархический синтаксис. Фразы и предложения имеют вложенную структуру, и они обеспечивают значение, выходящее за рамки простой последовательности слов. Например, возьмем предложение: «Чад, который отсутствовал на обеде с Тони, опоздал на встречу». Иерархическая обработка синтаксиса позволяет нам правильно интерпретировать, что Чад опоздал на встречу, хотя «Тони» ближе к глаголу «опоздал».«Более 60 лет назад и до сих пор лингвист Ноам Хомски предложил иерархический синтаксис как ключ к языку.

Таким образом, гипотезы происхождения языка должны объяснять (по крайней мере) эти три характеристики: точное обучение и контроль голоса, открытое социальное общение и иерархический синтаксис.

Ведущие взгляды на эволюцию языка

Теперь самое интересное: как эти компоненты возникли и в конечном итоге слились воедино, чтобы составить язык?

Существует несколько преобладающих взглядов, которые различаются с точки зрения эволюционного давления в пользу языковых адаптаций, порядка возникновения этих адаптаций и характера протоязыка на этом пути.

Некоторые считают, что точный контроль голоса и обучение были первой особенностью языка, проявившейся у гомининов — и не для речи, а для пения. Идея музыкального протоязыка исходит от самого Дарвина и с годами видоизменяется различными исследователями. Во время этой гипотетической певческой стадии эволюции человека выживание и / или репродуктивный успех наших предков зависели от серенады в контексте поддержания социальных связей, привлечения партнеров или успокаивания младенцев.(Учитывая мое отвращение к acapella, я был бы эволюционно непригоден для этой фазы).

Альтернативный вид предполагает протоязык, характеризуемый жестами и пантомимой. В этом случае синтаксис и социальная коммуникация должны были предшествовать вокальному мастерству. Сила жестовой гипотезы заключается в том, что наши ближайшие родственники, шимпанзе, демонстрируют более контролируемые и изменчивые жесты (более 70 и более), чем крики (4 типа и более трудно различимые подтипы). Слабость этого взгляда в том, что непонятно, почему и как язык стал настолько доминирующим в речи.

Другие, убежденные, что иерархический синтаксис появился последним, предлагают протоязык с символическими словами, но без сложных вложенных предложений. Согласно этой точке зрения, наши доязыковые предки говорили больше как младенцы: «Вода! Жаждущий!» — или образ пещерных людей в поп-культуре: «Я охотюсь на мамонта. Я хочу секса ».

Эти модели не исключают друг друга. Некоторые исследователи объединяют их в последовательные стадии, связанные с разными видами гомининов. Возможно, между 2 и 4 миллионами лет назад такие австралопиты, как Люси, были одаренными певцами.К 1,9 миллионам лет назад Homo erectus объединил жесты и выразительные вокализации в групповые ритуалы. И иерархический синтаксис появился только 200–300 000 лет назад с появлением нашего вида, Homo sapiens.

Все это может звучать как предположение (и некоторые ученые отвергают это как таковое, например, этот комментарий или цитату Хомского здесь). Но многие исследователи не согласны: научные модели эволюции языка основаны на данных, собранных в сравнительной биологии, нейробиологии, генетике, лингвистике и палеоантропологии.Сюда входят данные о том, как животные общаются, о мозге и генных системах, лежащих в основе языка, о сложности артефактов в археологических записях, а также об изменениях в анатомии и размере мозга, сохраненных в окаменелостях. Что наиболее важно, модели делают прогнозы для будущих исследований — что следует искать, если именно так произошло происхождение языка.

Когда древние люди начали говорить?

Прижмите кончики пальцев к горлу и произнесите «абракадабра». (Не шепчет, не пойдет.Если нужно, симулируйте телефонный звонок.) Вы должны почувствовать гудение — это ваши голосовые связки, вибрирующие внутри гортани.

Гортань, также называемая голосовым ящиком, — вот где начинается проблема: ее местоположение является или должно было быть ключом к языку. Ученые на какое-то время согласились с тем, что этот орган у людей расположен ниже в горле, чем у любых других приматов или был у наших предков. И на протяжении десятилетий они думали, что нижняя часть гортани была своего рода секретным ингредиентом речи, потому что она позволяла ее носителям воспроизводить множество отличительных гласных, таких как те, которые издают звук beet , bat и boot . вроде разные слова.Это означало бы, что речь и, следовательно, язык не могли развиться до появления анатомически современного человека Homo sapiens около 200000 лет назад (или, согласно находке окаменелостей в 2017 году, около 300000 лет назад). Этот образ мышления стал известен как теория опускания гортани или LDT.

Новая обзорная статья, опубликованная вчера в журнале Science Advances , направлена ​​на полное уничтожение LDT. Его авторы утверждают, что анатомические компоненты речи присутствовали у наших предков намного раньше, чем 200 000 лет назад.Фактически, они предполагают, что необходимое оборудование — в частности, форма горла и контроль моторики, которые производят различимые гласные — существует уже около 27 миллионов лет, когда люди и обезьяны Старого Света (бабуины, мандриллы и т. последний имел общего предка.

Прочитано: Редкий универсальный паттерн в человеческих языках

LDT «сказал людям, в основном, не удосуживайтесь искать» речевые способности у кого-либо, кроме современных людей, — говорит Томас Саваллис, один из авторов новой статьи. .Эти речевые способности могут включать в себя отдельные гласные и согласные, слоги или даже синтаксис — все это, согласно LDT, должно быть невозможно для любого животного без человеческого речевого тракта. «Всегда была идея, — говорит Грег Хикок, профессор когнитивных наук Калифорнийского университета в Ирвине, не участвовавший в исследовании, — что должна была произойти одна вещь, которая высвободила языковые способности». Для Ноама Хомского и его последователей это было изобретением синтаксиса.Для сторонников LDT это было изменение формы человеческого горла.

Одна из причин, по которой LDT с самого начала прижилась, заключается в том, что эволюция языка как области не имеет конкретных данных. Как сказал Джон Локк, профессор лингвистики в Lehman College, «моторный контроль гниет, когда вы умираете». Мягкие ткани, такие как языки, нервы и мозг, обычно не окаменевают; Секвенирование ДНК невозможно за несколько сотен тысяч лет; никто еще не нашел дневниковых или рэп-треков, записанных подростком Australopithecus .Таким образом, анатомический аргумент, представленный LDT, дал исследователям повод зацепиться. До 60-х годов люди, изучавшие эволюцию языка, «считались чокнутыми, потому что у них не было никаких данных», — говорит Лок. «Когда у вас ничего нет на столе, небольшая вещь имеет большое значение».

Исследователь, которому обычно приписывают разработку теории опускания гортани, — это Филип Либерман, ныне профессор Университета Брауна. Он, среди прочего, назвал новую статью «просто полным искажением всей области».По его словам, одна из количественных моделей, на которых основано новое исследование, не отражает должным образом форму гортани, языка и других частей, которые мы используем для разговора: «Это превратит почтовый тубус в человеческий голосовой тракт». Согласно Либерману, теория происхождения гортани «никогда не утверждала, что язык невозможен» до критических изменений в анатомии горла наших предков. «Они пытаются подставить соломенного человека», — сказал он.

Тем не менее, другие эксперты, с которыми я разговаривал, сказали мне, что установка верхней границы того, когда речь, а следовательно, и язык, могла развиться, — это именно тот эффект, который LDT оказал на любого, кто изучает эволюцию языка.Хикок сказал, что, когда он обучался лингвистике, «это была устоявшаяся, почти догматическая идея». По его словам, новое исследование резко меняет статус-кво: «Когда я закончил, мне пришла в голову фраза: mic drop ».

Прочтите: Как звуки «F» могут нарушить фундаментальное правило лингвистики

Тем не менее, он не полностью согласен с выводами Саваллиса и его соавторов. Хикок предполагает, что более ранняя граница любой речевой способности, чем 27 миллионов лет, будет ближе к разделению человеческих предков с родом Pan , который включает шимпанзе и бонобо, наших ближайших ныне живущих родственников.Этот раскол произошел примерно от 5 до 7 миллионов лет назад — конечно, дольше, чем 200 000 лет, но это далеко от 27 миллионов. Либерман утверждает, что предшественники речи могли появиться немногим более 3 миллионов лет назад, когда в археологических записях появились такие артефакты, как ювелирные изделия. Идея состоит в том, что и язык, и украшения тесно связаны с эволюцией символического мышления.

Локк, тем временем, говорит, что «ни на минуту» не верит в то, что зарождение речи могло произойти 27 миллионов лет назад.Это потому, что он считает, что речь и язык не могли развиться до того, как люди начали жить в больших социальных группах, что, вероятно, было более поздним развитием.

Учитывая нехватку достоверных данных, «на самом деле практически нет доказательств какой-либо из этих позиций», — сказал Хикок. Но сдвиг 200000-летнего лимита «дает нам немного больше возможностей подумать об этом». По его словам, слишком часто ученые предполагают, что мозг всегда был скудной, средней обучающейся машиной, и «эволюция как бы останавливается, когда вы дойдете до головы.«Уменьшение внимания к нашему горлу может позволить больше исследовать, что в нашем мозге сделало нас людьми и когда. Крах LDT также может привести к дополнительным исследованиям признаков речи у нечеловеческих приматов, надеется Саваллис, что поможет определить происхождение языка немного точнее, чем когда-нибудь за последние 27 миллионов лет .

«Есть много вещей, которые мы не обнаружили» при изучении эволюции языка, — сказал он. «Потому что мы не смотрели».

Небольшая разница: почему язык — это uniq

Язык делает нас людьми.В течение долгого времени психологи, лингвисты и нейробиологи ломали голову над тем, как мы обрабатываем то, что слышим и читаем. Одна из них — известный лингвист и нейробиолог Анджела Д. Фридеричи, директор Института когнитивных исследований человека и мозга им. Макса Планка в Лейпциге. Благодаря ей мы знаем, почему люди, в отличие от животных, могут изучать и понимать язык. Это ее достижение — доказать знаменитую теорию универсальной грамматики лингвиста Ноама Хомски, согласно которой все люди рождаются с универсальной системой грамматики, на основе нейробиологических данных.Ее книга «Язык в нашем мозгу» только что вышла в свет и представляет собой, по сути, работу всей жизни.

«Люди рождены, чтобы изучать язык», Анджела Д. Фридеричи начинает свою новую книгу «Язык в нашем мозгу» с обсуждения структур в нашем мозгу, которые позволяют нам развивать эту увлекательную среду, которую мы используем, чтобы говорить и писать, думать и поэтизировать , электронная почта и твит. «Мы изучаем свой родной язык без каких-либо формальных уроков и, тем не менее, можем обращаться с ним в любой ситуации, даже не задумываясь об этом.»Способность, которая остается зарезервированной для нас, людей. Действительно, обезьяны, собаки и попугаи могут учить слова, ассоциируя абстрактный символ или звук с объектом. Но они не могут комбинировать их в соответствии с определенными правилами, чтобы сделать их в осмысленные предложения.

Но что позволяет нам овладеть этим навыком? На чем основано это чисто человеческое достижение? Эти вопросы были отправной точкой исследовательской карьеры лингвиста, психолога и нейробиолога Анджелы Д. Фридеричи около 50 лет назад.Теперь она дает нам ответы. В своей глубокой работе, только что выпущенной известным издательством MIT Press Массачусетского технологического института (MIT) в Кембридже, она объясняет, как взаимодействуют биологические структуры в мозгу — и, таким образом, звуки становятся словами, группами слов, предложениями и, наконец, содержанием. за миллисекунды.

И профессор Фридеричи должен это знать. Благодаря результатам ее исследований за последние пять десятилетий у нас есть приблизительное представление о том, как мозг и разум работают вместе, когда мы обрабатываем язык.Одно из ее важных открытий состоит в том, что мы обычно понимаем язык в три этапа: во-первых, нейроны проверяют правильность формы предложения, его грамматики. Это происходит автоматически в течение примерно 200 миллисекунд. После этого в следующие 200–400 миллисекунд мозг пытается закодировать значение слов. Если структура предложения и слова не подходят друг другу, следует новый цикл анализа.

В центре внимания ее исследования и ее книги находится один волоконный тракт в мозге, исследованный Фридеричи и ее командой, который произвел огромное влияние на мир языковых исследований: так называемый fasciculus arcuatus.Это соединение работает аналогично магистрали данных, по которой передается информация, имеющая отношение к языку, и поэтому является решающей структурой для обработки грамматики — фактической основой языка. Он сильно развит в мозгу каждого взрослого человека на Земле и незначительно варьируется в зависимости от родного языка человека. Таким образом, это нейробиологическое доказательство теории лингвиста Ноама Хомского, согласно которой все языки основаны на общих правилах грамматики, а способность распознавать их является врожденной от человека.

«Люди обладают этой способностью от рождения. Однако необходимо выучить определенные правила каждого языка», — утверждает Фридеричи. «Следовательно, в чувствительной фазе развития необходимо поощрять языковое общение для полного развития fasciculus arcuatus и, следовательно, полноценного языка». Таким образом, так называемые запрещенные дети, такие как Каспер Хаузер или «Джин» в 1970-х годах, никогда не могли общаться на реальном языке.

«Недостающее звено», которое долго искали, могло лежать в этом волокнистом тракте, что объясняет скачок вперед простой звуковой ассоциации животных к зрелому человеческому языку. Причина этого может заключаться в том, что этот волоконный тракт существует только у взрослых людей, но не у других приматов и младенцев, и, следовательно, языковые способности более развиты.Даже лингвист Хомский убежден в этой идее. В прологе к «Язык в нашем мозгу» он также предполагает, что эта структура мозга «по-видимому, эволюционировала, чтобы подчинить человеческую способность обрабатывать синтаксис, которая лежит в основе способности человеческого языка».

###

О человеке:

Анджела Д. Фридеричи — директор Института когнитивных исследований человека и мозга им. Макса Планка в Лейпциге, Германия, и вице-президент Общества Макса Планка.



Заявление об ограничении ответственности: AAAS и EurekAlert! не несут ответственности за точность выпусков новостей, размещенных на EurekAlert! участвующими учреждениями или для использования любой информации через систему EurekAlert.

Человеческий язык — Новости науки

Если вы поместите говорящего по-английски, говорящего по-китайски и говорящего на суахили в одной комнате, скорее всего, у них возникнут проблемы с общением.Но согласно одной научной теории, на самом деле все они говорят на одном языке.


Выписка

Язык для конкретных видов. Я Боб Хиршон, и это «Новости науки».

По подсчетам одной группы, в мире 6 089 языков. Это точное число вызывает некоторые споры. Но Дэвид Лайтфут, лингвист из Джорджтаунского университета в Вашингтоне, округ Колумбия, говорит, что есть другой способ подсчитать количество языков — возможно, на самом деле существует только один.Назовите это «человеком».

Lightfoot:
Это очень отличается от всего, что мы видим в мире животных. У разных животных разные системы коммуникации, и они генетически детерминированы. Итак, у медоносных пчел есть одна система, у серебристых чаек — другая система, а у людей — определенная система.

Lightfoot говорит, что система — независимо от того, на каком конкретном языке говорят — имеет определенные свойства. Например, человек, говорящий по-человечески, может выражаться предложениями любой длины.Другое свойство состоит в том, что слова делятся на категории, такие как существительные, глаголы и предлоги.

Лайтфут говорит, что, глядя на общие основы человеческого языка, ученые могут начать определять, что связано с генетикой, а что с окружающей средой.

Lightfoot:
То есть, как изучаются языки. Таким образом, это неизбежно дает вам понимание того, что происходит в процессе усвоения детьми своего родного языка. И это то, что мы хотим понять.

Я Боб Хиршон из AAAS, Научного общества.


Осмысление исследования

Как известно, язык — универсальная человеческая черта. Пока ребенок сталкивается с другими людьми в молодом возрасте, он или она приобретет способ общения. Фактически, даже колония глухих детей в Центральной Америке спонтанно разработала свою собственную форму языка жестов, которая была удивительно похожа на тщательно спланированную систему американского языка жестов.

Лайтфут предполагает, что язык не только универсален для людей, но также обладает универсальными свойствами, уникальными для человеческого языка. Почти у всех животных и даже у некоторых растений есть способы общения друг с другом, от «танцев» пчел, которые сигнализируют о местонахождении пищи, до сложных звуковых кодов дельфинов и китов. Но человеческий язык, будь то разговорный или подписанный, имеет некоторые особенности.

Один из них Лайтфут называет « бесконечной емкостью ».«Любой человек может составить короткое предложение, например« Боб побежал ». Или более длинное, например« Боб побежал в магазин за молоком ». Или даже более длинное и сложное, например« Когда он понял, что это было почти пять ». Боб побежал в магазин за молоком, которое ему понадобилось для приготовления торта на день рождения своей сестры. «Фактически, вы могли бы написать предложение о Бобе размером с словарь Вебстера. Это вам не поможет. высокие оценки вашего учителя английского языка, но вы могли бы это сделать, и вы могли бы сделать это на любом человеческом языке.

Другой аспект способности к бесконечности состоит в том, что, выучив человеческий язык, вы можете использовать его, чтобы говорить абсолютно все, независимо от того, слышали вы это раньше или нет. Например, никто никогда не читал текст Гамлета Шекспиру; он просто написал это, используя слова и языковые правила своего родного английского. Это сильно отличается от птиц, например, у которых есть ограниченный набор песен, которые они могут петь (основанные либо на том, что они слышали раньше, либо на генетическом программировании). Это похоже на разницу между музыкальным автоматом и живым музыкантом: музыкант может сочинять песню на месте, но музыкальный автомат может проигрывать только то, что в него загружено.

В отличие от языка животных, человеческий язык также является «, независимым от стимула, ». Это означает, что то, что вы говорите, не обязательно связано с тем, что с вами происходит. Конечно, иногда бывает; если кто-то толкнет вас локтем в бок, вы можете сказать: «Ой! Больно!» Но вы также можете сказать: «Ой! Больно!» когда вы удобно лежите в постели или поете гимн, когда кто-то толкает вас локтем в бок. (Конечно, это может снова вас толкнуть локтем.) Более реалистичный пример — когда вы обедаете с другом и внезапно вспоминаете что-то забавное, что случилось с вами вчера.Ничто в вашей нынешней ситуации не заставило вас сказать это, но вы это сделали. С другой стороны, язык животных связан со стимулом: чувством боли, видом хищника, желанием спариться и так далее.

Понимание общих свойств человеческого языка может сделать другие различия более произвольными. Например, почему мандаринский диалект и кантонский китайский считаются одним языком? Они очень разные, и понимание одного не означает, что вы поймете другое. Норвежский и шведский гораздо более похожи, но мы разделяем язык из-за границы между странами.Действительно ли шотландский английский и техасский английский — это один и тот же язык? А как насчет всех разных типов арабского языка, которые похожи по письменной форме, но сильно различаются по разговорной форме? А как насчет 300 видов «итальянского», на которых говорят в Северной Италии?

Способность отделить существенные аспекты человеческого языка от свойств конкретного языка может пролить свет на то, как языки развиваются и откуда берутся различия. Это также может помочь ученым выяснить, какие методы коммуникации исходят от наших генов, а какие мы узнаем от родителей и сверстников.И это один маленький кусочек пазла эволюции и развития человека.

Теперь попробуйте ответить на эти вопросы:

  1. Что значит сказать, что есть один человеческий язык?
  2. Каковы общие свойства человеческого языка? Приведите примеры.
  3. Что, по-вашему, отделяет один язык от другого? Какой тест вы бы разработали, чтобы определить, действительно ли два языка различны?
  4. Насколько важно понимание языка для понимания эволюции человека? Развитие ребенка? Человеческое общество? Быть конкретным.

Отправьте нам отзыв об этом научном обновлении>

Как мы узнаем, могут ли они говорить?

Мальчик Туркана —
Homo ergaster

Дата: 1,5–1,9 миллиона лет назад
Жил: Африка, возможно мигрировал в регионы Ближнего Востока и Азии
Знание языков: ограниченная речь и языковые способности. Вероятно, обладал развитыми коммуникативными навыками и способностью произносить простые слова и общаться в большей степени, чем у наших ближайших ныне живущих родственников, шимпанзе.

Свидетельства языковой способности этого вида исходят от их окаменелых скелетов и от детального анализа технологии создания инструментов.

Произвести впечатление: Зона Брока

Первоначально считалось, что «Мальчик Туркана» и представители его вида, Homo ergaster , были способны к языку. Это произошло потому, что на внутренней части окаменелого черепа мальчика был отпечаток части мозга, известной как Область Брока. Когда-то считалось, что владение территорией Брока указывает на способность говорить.

Новые технологии, такие как позитронно-эмиссионная томография (ПЭТ), заставили пересмотреть эту идею. При ПЭТ-сканировании выделяются области мозга, которые активны во время языковой активности. Они показали, что область Брока не всегда функционирует во время речи и не может использоваться в качестве доказательства речи у наших предков.

Анализ спинного мозга

Позвонки в верхней части позвоночника мальчика Туркана показали, что его спинной мозг был примерно вдвое меньше, чем у современного человека.Речь современного человека требует сложной координации дыхательных мышц, чтобы изменять высоту звука и воспроизводить длинные предложения. Узкий спинной мозг мальчика-туркана указывает на то, что у него отсутствуют нервы, отвечающие за этот тонкий контроль над мышцами, координирующими дыхание во время речи.

Простая технология инструмента
Инструменты, производимые Homo ergaster , известны как Mode 2 или ашельские. Они просты и имеют повторяющийся дизайн, и их можно было выучить, подражая действиям других, а не с помощью разговорной речи.

Неандертальцы —
Homo neanderthalensis

Дата: 300 000 — 28 000 лет назад
Место проживания: Европа и Ближний Восток
Языковые способности: относительно развитые языковые способности, но данные свидетельствуют о том, что они могли иметь ограниченный вокальный диапазон по сравнению с современными люди. Если бы это было так, то это повлияло бы на их способность производить сложные звуки и предложения.

Было много споров о том, обладали ли неандертальцы способностью к полностью современной речи.Неандертальцы ( Homo neanderthalensis ) вымерли около 28000 лет назад, и часто утверждается, что снижение языковых способностей по сравнению с современными людьми могло быть фактором их исчезновения.

Доказательства за и против их языковых способностей основаны на анализе их скелетных останков и оставленных ими артефактов.

Искусство неандертальцев

Неандертальцы мало что оставили в символическом искусстве, что свидетельствует о том, что их мыслительные процессы и, следовательно, языковые способности были непохожи на их современные человеческие современники.Многие ученые пришли к аналогичному выводу, сравнив речевые тракты неандертальцев с речевыми трактами современных людей.

Восстановление звуков из голосовых трактов

Можно выяснить, как неандертальцы могли говорить, реконструировав их голосовые тракты, а затем сравнив их с таковыми у современных обезьян и современных людей.

Строение голосового тракта выявляется в основании черепа. Современные обезьяны, такие как шимпанзе, имеют плоское основание черепа и высокую гортань, тогда как современные люди имеют изогнутое основание черепа и низкую гортань.Наша низкая гортань дает место для расширенного глотки, и эта структура позволяет нам воспроизводить широкий спектр звуков, которые мы используем в речи. Основания черепа неандертальцев выглядят менее изогнутыми, чем у современных людей, но более изогнутыми, чем у современных обезьян. Это говорит о том, что неандертальцы были способны к некоторой речи, но, вероятно, не к полному диапазону звуков, которые производят современные люди.

Подъязычная кость неандертальца

Подъязычная кость — это небольшая U-образная кость, которая прикрепляется к гортани в верхней части голосового тракта.Окаменелые подъязычные кости находят очень редко, поэтому эта неандертальская подъязычная кость из Кебары, Израиль, была захватывающим открытием. Его сходство с таковыми у современных людей было замечено некоторыми учеными как доказательство того, что неандертальцы обладали современным голосовым трактом и, следовательно, были способны к полностью современной речи. Однако недавние исследования показывают, что форма подъязычной кости не связана со структурой голосового тракта. Например, подъязычные кости свиней почти идентичны таковым современного человека.

Языковой ген?

Исследователи, изучающие гены неандертальцев, обнаружили, что они имеют ту же версию гена FOXP2, что и современные люди.FOXP2 — единственный известный пока ген, который играет ключевую роль в языке. При мутации он в первую очередь влияет на язык, не затрагивая другие способности. Этот ген появляется в разных формах у других позвоночных, где он выполняет несколько иную функцию. Это говорит о том, что ген мутировал незадолго до раскола между неандертальцами и современными человеческими линиями. Однако в языке участвует множество генов, поэтому для доказательства языковых способностей требуется нечто большее, чем ген FOXP2.

кроманьонцы —
Homo sapiens

Дата: 40 000 — 10 000 лет назад
Место проживания: Европа
Знание языков: кроманьонцы были представителями нашего собственного вида, Homo sapiens .Нет оснований сомневаться в том, что эти люди обладали способностью говорить и использовать символический язык.

Хотя кроманьонцы не оставили никаких свидетельств письменности, они создавали символическое искусство, вели торговлю на расстоянии, проводили ритуальные церемонии захоронения и спланировали и разработали технологически продвинутый набор инструментов.

Искусство и символика
Искусство является самым ранним недвусмысленным свидетельством символического поведения и, как и язык, требует общей системы значений для передачи своего сообщения.Свидетельства существования искусства до 40 000 лет назад ограничены, и твердые свидетельства символизма появляются только после этого времени.

Сложные инструменты
Самые ранние инструменты, которые появляются в археологических записях 2,6 миллиона лет назад, являются повторяющимися и могли быть изучены путем имитации действий других, а не с помощью разговорной речи. Для сравнения: набор инструментов кроманьонца был сложным, разнообразным и новаторским. Это отражает намеренный дизайн и планирование, которые являются основой сложных умственных процессов и могут быть связаны с языком.

Захоронения и ритуальное поведение
Большинство человеческих останков происходит от преднамеренных захоронений, они сопровождаются погребальным инвентарем и покрыты охрой. Это свидетельство ритуального поведения и взаимодействия с мертвыми, предполагающее некую веру в загробную жизнь. Психические процессы, связанные с такими абстрактными понятиями, как спиритизм и религия, могут быть связаны со способностью к современному языку.

Двойное захоронение, которому 90 000 лет, в Джебель-Кафзехе, Израиль, является одним из самых ранних захоронений, в которых демонстрируется тщательное размещение покойных.Захоронения современных людей со временем становятся все более сложными, и захоронения кроманьонцев обычно включают погребальный инвентарь и другие свидетельства ритуальной деятельности. Этот образец поведения также наблюдается на захоронениях других современных человеческих культур по всему миру.

Скелеты кроманьонцев
Физические особенности, связанные с разговорным языком, такие как голосовой тракт, структура головного мозга и размер спинного мозга, идентичны между кроманьонцами и людьми, живущими сегодня.Это означает, что кроманьонцы могли бы издавать те же звуки, которые мы используем в речи.

Приобретение языка — Основные компоненты человеческого языка, методы изучения овладения языком, этапы развития языка

Почти каждому ребенку удается выучить язык. В результате люди часто склонны воспринимать процесс изучения языка как должное. Многим язык кажется основным инстинктом, таким же простым, как дыхание или моргание.Но язык совсем не простой; на самом деле это самый сложный навык, которым когда-либо овладевает человек. То, что почти всем людям удается овладеть этим сложным навыком, демонстрирует, насколько хорошо язык адаптировался к человеческой природе. В самом реальном смысле язык — это полное выражение того, что значит быть человеком.

Лингвисты в традициях Ноама Хомски склонны думать о языке как о имеющем универсальное ядро, из которого отдельные языки выбирают конкретную конфигурацию функций, параметров и настроек.В результате они рассматривают язык как инстинкт, движимый специфически человеческими эволюционными адаптациями. По их мнению, язык находится в уникальном ментальном органе, который был подарен человечеству как «особый дар». Этот ментальный орган содержит правила, ограничения и другие структуры, которые можно определить с помощью лингвистического анализа.

Психологи и лингвисты, отвергающие подход Хомского, часто смотрят на изучение языка с совершенно другой точки зрения. Для психолога овладение языком — это окно в работу человеческого разума.Образцы языка возникают не из уникального инстинкта, а в результате действия общих процессов эволюции и познания. Для исследователей, которые принимают этот эмерджентистский подход, цель изучения овладения языком состоит в том, чтобы понять, как закономерности в языковой форме возникают в результате действия низкоуровневых физических, нейронных и социальных процессов. Прежде чем рассматривать текущее состояние диалога между взглядом на язык как жестко закрепленным инстинктом и взглядом на язык как на возникающий процесс, будет полезно рассмотреть несколько основных фактов о форме овладения языком и некоторых методах. которые используются для его изучения.

Основные компоненты человеческого языка

Человеческий язык предполагает как восприимчивое, так и продуктивное использование. Рецептивное использование языка происходит во время понимания или понимания слов и предложений. Продуктивное использование языка включает в себя генерацию идей и артикуляцию слов в речи. И рецепция, и производство используют четыре основных структурных компонента языка:

  1. Фонология: Система звуковых сегментов, которые люди используют для построения слов.Каждый язык имеет свой набор этих сегментов или фонем, и дети быстро узнают, а затем воспроизводят речевые сегменты, характерные для их родного языка.
  2. Семантика: Система значений, выражаемых словами и фразами. Чтобы служить средством общения между людьми, слова должны иметь общее или условное значение. Правильное значение каждого нового слова — важная обучающая задача для детей.
  3. Грамматика: Система правил, по которым слова и фразы упорядочиваются так, чтобы делать осмысленные утверждения.Детям необходимо научиться использовать порядок слов для обозначения грамматических функций, таких как предмет или прямой объект.
  4. Прагматика: Система шаблонов, которые определяют, как люди могут использовать язык в определенных социальных условиях для определенных разговорных целей. Дети узнают, что разговоры обычно начинаются с приветствия, требуют очереди и касаются общей темы. Они приходят, чтобы скорректировать содержание своего общения, чтобы оно соответствовало интересам, знаниям и языковым способностям своего слушателя.

Эти четыре базовые системы могут быть расширены и доработаны, когда люди используют язык для особых целей, например, для поэзии, песни, юридических документов или научных дискуссий. Грамотный контроль над языком создает дополнительные сложные социальные, когнитивные и лингвистические структуры, которые строятся на основе четырех основных структурных компонентов.

Методы изучения языка

Методы, используемые для изучения языкового развития, в основном довольно просты.Основной метод заключается в простой записи и расшифровке того, что говорят дети. Этот метод можно применять даже с рождения. Однако магнитофонные записи становятся особенно интересными, когда ребенок начинает систематически лепетать и произносить первые слова. Используя видеопленку, исследователи могут связать словесные средства ребенка с использованием жестов и нелингвистических криков, чтобы привлечь внимание к своим желаниям и интересам.

Методы изучения понимания немного сложнее.В течение первого года исследователи могут приучить ребенка к некоторому шаблону звуков, а затем внезапно изменить этот шаблон, чтобы увидеть, замечает ли ребенок разницу. Примерно с девяти месяцев детям могут показывать картинки с игрушками вместе с их именами, а затем исследователи могут определить, предпочитают ли дети эти картинки каким-то безымянным изображениям, отвлекающим их. Позже детей можно попросить ответить на вопросы, повторить предложения или высказать суждение о грамматике. Исследователи также могут изучать детей, попросив родителей рассказать о них.Родители могут записывать время, когда их дети впервые используют тот или иной звук или слово или впервые совершают некоторые основные типы детских ошибок. Каждый из этих методов преследует разные цели, и каждый также имеет свои уникальные возможности и подводные камни. Получив набор данных от детей или их родителей, исследователи затем должны сгруппировать эти данные по определенным типам языковых навыков, таким как словарный запас, предложения, концепции или разговорные способности.

Этапы развития языка

Уильям Джеймс (1890) описал мир новорожденных как «цветущий, гудящий беспорядок».Однако теперь известно, что, по крайней мере, на слуховом уровне мир новорожденного замечательно структурирован. Улитка (во внутреннем ухе) и слуховой нерв (который соединяет внутреннее ухо с мозгом) обеспечивают обширную предварительную обработку сигналов для высоты звука и интенсивности. В 1970-х и 1980-х годах исследователи обнаружили, что человеческие младенцы при рождении были специально адаптированы к восприятию контрастов в звуках, например, между / p / и / b /, как в словах pit и bit Последующие исследования показали, что даже шиншиллы способны проводить такое различие.Это предполагает, что большая часть основной структуры слухового мира младенца может быть отнесена к фундаментальным процессам в ухе млекопитающих. Более того, есть свидетельства того, что некоторые из этих ранних способностей к восприятию теряются, когда младенец начинает приобретать различия, фактически используемые родным языком. Помимо этого базового уровня слуховой обработки, кажется, что младенцы обладают замечательной способностью записывать и сохранять последовательности слуховых событий. Это как если бы у младенца был магнитофон в слуховой коре головного мозга, который записывает входящие звуки, воспроизводит их и приучает ухо к их образцам.

Дети обычно произносят свои первые слова в возрасте от девяти до двенадцати месяцев. В словарном запасе годовалых детей в среднем около 5 слов, хотя у отдельных детей их может не быть ни одного или до тридцати; к двум годам средний словарный запас составляет более 150 слов, а у отдельных детей диапазон колеблется от 10 до 450 слов. К шести годам дети владеют словарным запасом около 14 000 слов; рабочий словарный запас взрослых к 40 годам составляет в среднем 40 000 слов.Чтобы овладеть таким словарным запасом, ребенок должен научиться произносить хотя бы несколько новых слов каждый день с самого рождения.

Один из лучших показателей развития словарного запаса ребенка — это количество и разнообразие входных данных, которые ребенок получает. Исследователи обнаружили, что словесная информация может быть в три раза более доступной в образованных семьях, чем в менее образованных семьях. Эти факты заставили педагогов подозревать, что основные и широко распространенные различия в уровне социальной поддержки изучения языка лежат в основе многих проблем обучения в более поздние школьные годы.Социальное взаимодействие (качество привязанности; отзывчивость, вовлеченность, чувствительность и стиль контроля родителей) и общий интеллектуальный климат (предоставление обогащающих игрушек, чтение книг, поощрение внимания к окружающей среде) также предсказывают развитие языковой компетенции у детей. Относительно необразованные и экономически неблагополучные матери реже разговаривают со своими детьми по сравнению с более образованными и обеспеченными матерями, и, соответственно, дети менее образованных и менее обеспеченных матерей реже разговаривают.Социально-экономический статус относится как к детскому, так и к материнскому словарю. Матери из среднего класса предоставляют своим детям более богатый словарный запас, с более длинными предложениями и большим количеством корней слов.

В то время как развитие словарного запаса отличается впечатляющими индивидуальными вариациями, развитие грамматических и синтаксических навыков у детей очень стабильно. Ранние детские односложные высказывания еще не вызывают потребности в синтаксических шаблонах, потому что они по-прежнему состоят из одного слова.К середине второго года обучения, когда словарный запас детей увеличивается до 50–100 слов, они начинают объединять слова в так называемую «телеграфную речь». Высказывания, типичные для этого периода, включают такие формы, как «где мама», «моя обувь», «кресло-коляска» и «цельный банан».

В то же время дети заняты изучением того, как адаптировать свой язык к своей аудитории и ситуации. Изучение прагматических социальных навыков, связанных с языком, — это непрерывный процесс. Родители прилагают большие усилия, чтобы научить своих детей говорить «пожалуйста» и «спасибо», когда это необходимо, уважительно разговаривать со взрослыми, не забывать произносить соответствующее приветствие при встрече с кем-то и не перебивать, когда говорят другие. .Дети оттачивают свои языковые навыки, чтобы поддерживать беседу, рассказывать истории, просить или спорить об одолжении или болтать со своими одноклассниками. На раннем этапе они также начинают приобретать металингвистические навыки, необходимые для мышления и вынесения суждений о языке.

По мере того, как дети переходят на более высокие ступени языкового развития и приобретения грамотности, они все больше зависят от более широких социальных институтов. Они зависят от учителей воскресной школы в знании библейского языка, пророков и географии Святой Земли.Они обращаются к учителям естественных наук, чтобы получить словарный запас и понимание трений, молекулярных структур, системы кровообращения и ДНК. Они полагаются на своих сверстников в понимании уличного языка, словесных дуэлей и использования языка для ухаживания. Они полагаются на СМИ в поисках ролевых моделей, фантазий и стереотипов. Придя на рабочее место, они будут полагаться на своих коллег, чтобы они могли грамотно понять рабочие процедуры, правила профсоюзов и методы повышения своего статуса.Читая своим детям, рассказывая истории и участвуя в поддерживающих диалогах, родители закладывают основу для входа своих детей в мир литературы и образования. Здесь, опять же, родитель и учитель должны учить, демонстрируя примеры выполнения и генерации широкого спектра подробных навыков грамотности, начиная от обучения письму через наброски и заканчивая конспектированием на лекциях.

Особый дар или появление?

Кратко рассмотрев методы, используемые для изучения овладения языком, и основные фазы развития, теперь можно вернуться к этому вопросу: лучше всего характеризовать языковое развитие как использование «особого дара» или как возникающий результат различных когнитивных способностей. , нервное, физиологическое и социальное давление? В пользу каждой позиции есть веские аргументы.

Особый дар рассматривает язык как инстинкт. Людей часто одолевает «побуждение говорить». Маленькие дети должны чувствовать это побуждение, когда они общаются с другими и еще не научились правильно использовать слова. Однако важно понимать, что сверчки, птицы, змеи и многие другие виды могут быть одержимы подобным желанием издавать слышимое щебетание, песни и хрипы. Сами по себе эти побуждения не являются особым даром к изучению языка. Лучшее свидетельство особого дара — изучение детей, которые были отрезаны от общения жестокими родителями, древними фараонами или стихийными бедствиями.Позиция особого дара заключается в том, что, если особый дар речи не проявляется в каком-то раннем возрасте, возможно, в шесть или семь лет, он будет утерян навсегда. Однако ни один из проведенных экспериментов по изоляции не может рассматриваться как убедительное доказательство этого утверждения. Во многих случаях дети находятся в изоляции из-за травм головного мозга. В других случаях изоляция сама по себе приводит к травме головного мозга. В некоторых случаях дети в возрасте от шести до восьми лет успешно овладевают языком даже после изоляции.Таким образом, максимум, что можно сделать из этих экспериментов, заключается в том, что маловероятно, что срок действия особого подарка истечет до достижения восьмилетнего возраста.

Вторая форма свидетельства в пользу понятия особого дара исходит из наблюдения, что дети могут изучать некоторые грамматические структуры без видимого руководства со стороны вводимых данных. Аргументация здесь иногда бывает довольно тонкой. Например, Хомский отметил, что дети никогда не будут рожать: «Будет ли мальчик, следующий в очереди, высокий?» как вопрос, проистекающий из предложения «Мальчик, следующий в очереди, — высокий.«Вместо этого они неизбежно зададут вопрос:« Является ли мальчик, следующий в очереди, высоким? »Чтобы дети всегда знали, какая из форм глагола соответствует , чтобы перейти к началу предложения, даже не имея услышав такое предложение от своих родителей, указывает Хомскому, что язык должен быть особым даром.

Хотя детали аргумента Хомского спорны, его основная идея здесь кажется убедительной. Есть некоторые аспекты языка, которые кажутся настолько фундаментальными, что людям вряд ли нужно их изучать.Тем не менее, конкретные структуры, исследуемые лингвистической теорией, включают лишь небольшой набор основных грамматических особенностей. Если посмотреть в более общем плане на полную форму систем лексики, фонологии, прагматики и дискурса, обнаруживается гораздо большая индивидуальная вариативность с точки зрения общего владения языком.

Чтобы объяснить эти различия, необходимо рассматривать изучение языка как результат нескольких источников поддержки. Одним из источников поддержки является универсальное представление всех людей о том, каким может быть язык.Второй источник поддержки — это мнение родителей и сверстников. Этот ввод наиболее эффективен, когда он непосредственно развивает или расширяет то, что ребенок уже сказал. Например, если ребенок говорит: «Мамочка, идите в магазин», родитель может расширить производство ребенка, сказав: «Да, мама идет в магазин». С помощью расширений этого типа дети могут выучить самые разные грамматические и лексические модели. Третий источник поддержки — это сам мозг. Благодаря продуманным связям между слуховой, речевой, реляционной областью и областями памяти люди могут сохранять языковые паттерны и переживания для последующей обработки.Четвертый источник поддержки — это обобщения, которые люди производят, систематизируя и расширяя языковые шаблоны. Признавая, что английские глаголы имеют тенденцию производить свое прошедшее время путем добавления суффикса -ed, дети могут производить чрезмерные обобщения, такие как «goed» или «runned». Хотя такое чрезмерное обобщение является ошибкой, оно представляет собой продуктивное использование лингвистического творчества.

Отдельные дети будут существенно различаться в степени, в которой они могут полагаться на эти дополнительные источники поддержки.Дети из семей иммигрантов будут вынуждены учить язык новой страны не от родителей, а от других. Дети с нарушениями слуха или временными нарушениями, вызванными средним отитом (ушными инфекциями), будут иметь относительно меньшую поддержку в изучении языка с помощью четкого слухового сигнала. Слепые дети будут иметь хорошую слуховую поддержку, но относительно меньшую поддержку со стороны визуальных сигналов. У детей с разными паттернами поражения головного мозга могут сохраняться слуховые способности, но нарушаться способность контролировать речь.В качестве альтернативы, у других детей будет лишь несколько незначительных нарушений кратковременной памяти, влияющих на усвоение новых слов.

Поскольку язык основан на таком большом разнообразии альтернативных когнитивных навыков, дети часто могут компенсировать недостатки в одной области, подчеркивая свои навыки в другой области. Случай с Хелен Келлер, пожалуй, лучший пример компенсации. Хотя Келлер потеряла и слух, и зрение, она смогла выучить слова, наблюдая, как ее опекун чертил узоры букв в ее руке.Таким образом, даже если некоторые из обычных опор удалены, дети все еще могут изучать язык. Базовое использование языка сильно переоценивается этой богатой системой множественной поддержки. По мере того, как ребенок переходит от базового использования языка к более изысканным областям грамотности и конкретным жанрам, прогресс может замедлиться. В эти более поздние периоды язык по-прежнему поддерживается множеством источников, но каждая из опор становится все слабее, и прогресс в направлении полной компетенции, необходимой на современном рабочем месте, менее неизбежен.

БИБЛИОГРАФИЯ

A SLIN , R ICHARD N .; P ISONI , D. B .; H ENNESSEY , B. L .; и P EREY , A.J. 1981. «Распознавание времени появления голоса у человеческих младенцев: новые открытия и последствия для эффектов раннего опыта». Развитие ребенка 52: 1135–1145.

C HOMSKY , N OAM . 1982. Некоторые концепции и последствия теории управления и связывания. Кембридж, Массачусетс: MIT Press.

F ENSON , L ARRY и др. 1994. Изменчивость в раннем коммуникативном развитии. Чикаго: Чикагский университет Press.

F LETCHER , P AUL и M AC W HINNEY , B RIAN , ред. 1995. Справочник по детскому языку. Оксфорд: Блэквелл.

H ART , B ETTY и R ISLEY , T ODD R.1995. Значимые различия в повседневном опыте американских детей. Балтимор: Брукс.

H UTTENLOCHER , J ANELLEN ; H AIGHT , W .; B RYK , A NTHONY ; S ELTZER , M .; и L YONS , T. 1991. «Ранний рост словарного запаса: связь с языковым вводом и полом». Психология развития 27: 236–248.

J AMES , W ILLIAM . 1890. Принципы психологии. Нью-Йорк: Холт, Райнхарт и Уинстон.

K EIL , F RANK C. 1989. Концепции, виды и когнитивное развитие. Кембридж, Массачусетс: MIT Press.

L ENNEBERG , E RIC H. 1967. Биологические основы языка. Нью-Йорк: Вили.

M A CW HINNEY , B RIAN . 2000. Проект CHILDES: Инструменты для анализа разговоров. Махва, Нью-Джерси: Эрлбаум.

M C C ARTHY , D.1954. «Руководство по детской психологии». В Развитие речи у детей, изд. Л. Кармайкл. Нью-Йорк: Вили.

P IATELLI -P ALMARINI , M ASSIMO . 1980. Язык и обучение: дебаты между Жаном Пиаже и Ноамом Хомским. Кембридж, Массачусетс: Издательство Гарвардского университета.

P INKER , S TEVEN . 1994. Языковой инстинкт. Нью-Йорк: Морроу.

S AFFRAN , J ENNY ; A SLIN , R ICHARD ; и N EWPORT , E LISSA .1996. «Статистическое обучение восьмимесячных младенцев». Наука 274: 1926–1928.

T EMPLIN , M ILDRED . 1957. Некоторые языковые навыки у детей. Миннеаполис: Университет Миннесоты Press.

VAN I JZENDOORN , M ARINUS H .; D IJKSTRA , J .; и B US , A. G. 1995. «Привязанность, интеллект и язык: метаанализ». Социальное развитие 4: 115–128.

W ERKER , J ANET F.1995. «Изучение изменений в развитии межъязыкового восприятия речи». В Приглашение к когнитивной науке, Том 1: Язык, изд.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *