Атрофический гастрит что это такое: Атрофический гастрит: прогнозы и перспективы

Содержание

Атрофический гастрит: прогнозы и перспективы

Авторы: О.Я. Бабак, д.м.н., профессор, директор Института терапии им. Л.Т. Малой АМН Украины, г. Харьков

Под атрофическим гастритом понимают прогрессирующий воспалительный процесс слизистой оболочки желудка, характеризующийся утратой желудочных желез. Клинико-морфологической особенностью атрофического гастрита являются уменьшение числа специализированных гландулоцитов, обеспечивающих секреторную функцию желудка, и замещение их клетками более простыми, в том числе вырабатывающими слизь. Обширная атрофия слизистой оболочки тела желудка, как правило, ассоциируется с гипосекрецией соляной кислоты и нарушением выработки пепсиногена.

Что сегодня известно об атрофическом гастрите?
Наиболее частыми этиологическими факторами, вызывающими атрофический гастрит, признаны инфекция Helicobacter pylori (Н. pylori) и аутоиммунный гастрит. Причем, с Н. pylori связывают возникновение подавляющего большинства атрофических гастритов.
Бактерии Н. рylori, персистируя на желудочном эпителии, вызывают хронический хеликобактерный поверхностный гастрит. Длительно существующий поверхностный хеликобактерный гастрит без соответствующего лечения трансформируется в атрофический.

Атрофический гастрит клинически, как правило, в течение длительного времени ничем себя не проявляет, поэтому диагноз хронического гастрита, скорее, морфологический, нежели клинический. Основным методом диагностики атрофического гастрита является эндоскопическое исследование. При эндоскопии производят осмотр пищевода, желудка, двенадцатиперстной кишки. При выраженной атрофии слизистая оболочка желудка имеет характерные отличия в сравнении с таковой при, например, поверхностном гастрите.
Окончательный диагноз позволяет установить морфологический анализ биоптатов слизистой оболочки желудка, взятых во время эндоскопии. Морфологически атрофия определяется уменьшением числа функционирующих специализированных клеток желудка. Доказано, что при Н. pylori-ассоциированном гастрите процессы атрофии чаще возникают при инфицировании определенными штаммами (Cag A+ и Vac A+) Н. pylori. Одним из морфологических признаков атрофического гастрита является кишечная метаплазия, которая традиционно рассматривалась как предраковое изменение слизистой оболочки желудка.
Другие методы исследования – рентгенография желудка, ультразвуковое исследование брюшной полости и компьютерная томография – в плане диагностики атрофического гастрита неинформативны.

Чего нужно опасаться при атрофическом гастрите? Каков прогноз болезни?
Гипотетически наличие атрофического гастрита при естественном течении может иметь два сценария. Первый – длительно существующий хронический гастрит приводит к значительному уменьшению кислотообразующей функции желудка, требующему заместительной терапии, без которой будут наблюдаться признаки нарушения пищеварительной функции. Второй вариант – в результате длительного хронического персистирующего воспаления в слизистой оболочке желудка, характерного для Н. pylori-ассоциированного гастрита, происходит нарушение клеточного обновления в желудке, что способствует появлению клеток-мишеней для влияния на них канцерогенных веществ, в дальнейшем – к клеточным мутациям. В результате нормальный клеточный эпителий желудка замещается метапластическим, диспластическим и неопластическим.
По определению ВОЗ, под дисплазией понимают такие клеточные изменения, при которых часть эпителия замещена клетками с различной степенью атипии. В международной классификации эпителиальных неоплазий пищеварительного тракта (2000) дисплазия – это неоплазия, другими словами – опухоль.

Итак, атрофический гастрит может трансформироваться в рак желудка. Наибольшую опасность в плане развития рака представляет атрофический гастрит с пониженной кислотообразующей функцией желудка (частота возникновения рака – до 13%). Среди известных в настоящее время молекулярных механизмов, лежащих в основе наследственной предрасположенности к раку желудка, выделены: индукция экспрессии TGF-β1, частичный полиморфизм кластера гена IL-1 (IL-1β).
В результате развития атрофии слизистой оболочки желудка снижается ее противоопухолевая защита, создаются условия для активного воздействия канцерогенов. При возникновении тяжелой атрофии эпителия тела желудка риск развития рака желудка повышается в 5 раз в сравнении с таковым при неатрофическом гастрите.
Бактерии Н. pylori относят к биологическим канцерогенам в отношении рака желудка. Большинство исследователей считают, что Н. pylori – это основной этиологический фактор развития хронического гастрита, который является обязательным звеном в каскаде процессов, приводящих к раку желудка. На основании анализа результатов многоцентровых исследований Международное агенство по изучению рака при ВОЗ еще в 1994 году рекомендовало считать инфекцию Н. pylori абсолютным канцерогеном для человека.
В настоящее время рак желудка рассматривается как конечный результат длительного многоступенчатого и многофакторного процесса, в котором клеточные изменения слизистой оболочки желудка обусловлены нарушениями микроокружения. Этот процесс называют именем описавшего его автора – каскадом Корреа (1995). Он включает хронический гастрит, кишечную метаплазию, дисплазию и рак. Н. рylori-ассоциированный желудочный канцерогенез – многоэтапный процесс, характеризующийся развитием хронического гастрита – первой ступени в эволюционном каскаде. Последующие изменения приводят к формированию атрофии, тонкокишечной (I и II типы) и толстокишечной (III тип) метаплазий и дисплазии желудочного эпителия, в итоге – к аденокарциноме желудка. Именно атрофический гастрит занимает срединное положение в цепи вышеперечисленных изменений на пути к раку желудка.

Как избежать трансформации атрофического гастрита в рак желудка?
Ответ на данный вопрос состоит из равных по значимости частей: как можно раннее выявление предраковых изменений, их адекватное лечение и предупреждение (профилактика) проявления последних.
При наблюдении больных хроническим гастритом важно уловить тот момент, когда возникает и начинает прогрессировать атрофия слизистой оболочки желудка, причем желательно это проводить простым информативным и неинвазивным способом.

Своевременное выявление атрофии слизистой оболочки желудка – первый диагностический этап выявления риска по раку желудка.

Многочисленные исследования последних лет показали, что очаги полной и неполной кишечной метаплазии слизистой оболочки желудка нельзя расценивать в качестве достоверного маркера повышенного риска развития рака желудка. Исследования свидетельствуют, что значительно важнее оценка не типа метаплазии, а ее объема. Так, при большом объеме метаплазии, превышающем 20% поверхности желудочного эпителия, создаются реальные условия для развития дисплазии с последующим образованием аденокарциномы желудка. Следовательно, риск развития рака желудка повышается при тяжелой атрофии желудочного эпителия, характеризующейся обширными очагами кишечной метаплазии.

Как же на практике определить площадь такого поражения? Следует помнить, что данные изменения происходят на клеточном уровне, и при обычной эндоскопии их распознать невозможно. Доступным и эффективным способом диагностики метапластических изменений в слизистой оболочке желудка является метод хромогастроскопии – прижизненная окраска слизистой желудка красителем (чаще метиленовым синим), проводимая во время эндоскопического исследования. Данная методика основана на поглощении красителя очагами кишечной метаплазии, что позволяет оценить их размеры, выполнить прицельную биопсию для гистологического анализа биоптата слизистой и выявить возможную дисплазию или метаплазию.
Вместе с тем морфологическая диагностика атрофического гастрита сопряжена с рядом трудностей. Сложность постановки диагноза атрофии морфологическим методом обусловлена тем, что на ранних стадиях процесс никогда не бывает диффузным, следовательно, результаты гастробиопсии могут способствовать гипер- и гиподиагностике. При воспалении может изменяться микроскопическая картина и неадекватно оцениваться проявления атрофического гастрита из-за ложного вывода о потере желез. Высока и субъективность методики. Все это заставляет искать другие надежные пути тестирования атрофических изменений слизистой оболочки желудка.
Разработан ряд малоинвазивных гематологических тестов (тестовая панель Biohit), позволяющих избежать ошибок диагностики, дать совокупную оценку состояния слизистой оболочки желудка, степени ее атрофии и потери нормальных желез и клеток в антральном отделе и теле желудка.
Во время проведения эндоскопического исследования обязательно должна проводиться детекция на наличие Н. pylori. При этом наиболее целесообразным следует признать уреазный или гистологический методы (из гастробиоптатов) исследования.
Определение уровня сывороточного пепсиногена (S-PGІ) или соотношения содержания пепсиногена I к пепсиногену II (PGI/PGII) – неэндоскопический метод диагностики атрофического гастрита с поражением тела желудка. С увеличением степени атрофии слизистой оболочки тела желудка (потеря нормальных кислотообразующих желез) уровни S-PGI и PGI/PGII постепенно снижаются. Определение уровня гастрина в сыворотке крови, преимущественно гастрита-17 (S-G-17), может быть использовано в качестве индикатора морфологического состояния слизистой оболочки антрального отдела желудка. То есть снижение S-G-17 является биохимическим маркером атрофического гастрита с поражением антрального отдела желудка (потеря антральных G-клеток).
Снижение уровней S-G-17 и S-PGI можно рассматривать как результат прогрессирующего атрофического гастрита с потерей нормальных желез и клеток слизитой оболочки тела и антрального отдела желудка. G-17 практически полностью синтезируются и секретируются G-клетками антрального отдела желудка. Эти клетки являются компонентами нормальных антральных желез, в случае прогрессирования атрофического гастрита их количество уменьшается на фоне поражения антральных желез и появления кишечной метаплазии. При Н. pylori-ассоциированном гастрите имеется тенденция к возрастанию серологических уровней G-17 и PGI. Низкая внутрижелудочная кислотность способствует увеличению серологического уровня G-17, и наоборот.
Перманентная длительная гипо- или ахлоргидрия приводят к чрезвычайно высоким уровням G-17 в крови. Особенно часто это наблюдается при пониженной кислотности (атрофический гастрит с поражением тела желудка) в сочетании с сохраненной слизистой оболочкой антрального отдела. Такая клиническая картина наиболее характерна для аутоиммунного атрофического гастрита. Если в антральном отделе имеются сопутствующие признаки атрофии слизистой оболочки (мультифокальный атрофический гастрит), тогда содержание S-G-17 не возрастает, и тестовая панель показывает низкие значения уровней S-PGI и S-G-17.
Совокупная точность тестовой панели в диагностике атрофического гастрита – около 80% (при сопоставлении с результатами эндоскопии и биопсии). Данная тестовая панель является малоинвазивной альтернативой первоначального обследования пациентов с подозрением на желудочную атрофию и дисплазию. Она позволяет надежно выявлять пациентов с различными формами гастрита, определять локализацию и этиологию патологического процесса, оценивать вероятность развития рака желудка и выстраивать дальнейшую тактику ведения больного.
Учитывая связь возникновения атрофии желудочного эпителия и кишечной метаплазии с инфекцией Н. pylori, становится очевидным выбор метода лечения и профилактики дальнейшего прогрессирования процесса. Методом выбора является антихеликобактерная терапия.
В 2002 году японские исследователи убедительно доказали возможность регрессии метапластических изменений слизистой оболочки желудка после успешного уничтожения бактерий Н. pylori. С помощью хромоскопии им удалось установить, что в течение пяти лет после проведения успешной антихеликобактерной терапии размеры очагов кишечной метаплазии уменьшились почти в 2 раза в сравнении с исходными. В последующих исследованиях подтвердилась целесообразность такого терапевтического подхода.
В настоящее время не вызывает сомнений необходимость проведения антихеликобактерной терапии пациентам с атрофическим гастритом. Предварительные данные нескольких многоцентровых исследований по мониторингу Н. pylori-ассоциированного предрака и рака желудка свидетельствуют в пользу реверсии воспаления слизистой оболочки желудка и связанных с ней атрофии, кишечной метаплазии и генетической нестабильности. В связи с этим в идеале пациентам с Н. pylori-позитивным хроническим атрофическим гастритом необходимо проводить эрадикационную терапию, а при отсутствии эффекта – исследование с целью выявления маркеров генетической нестабильности и тщательный мониторинг.
Данная рекомендация нашла отражение в международных рекомендациях по диагностике и лечению заболеваний, ассоциированных с Н. pylori – Маастрихтском консенсусе 3 (2005). Для уничтожения бактерий Н. pylori, как и в Маастрихтском консенсусе 2 (2000), рекомендованы трех- и четырехкомпонентные схемы антибактериальных препаратов в сочетании с ингибиторами протонной помпы (ИПП) в стандартных дозах: ИПП + кларитромицин + амоксициллин и ИПП + тетрациклин + метронидазол (фуразолидон) + коллоидный висмут.
Вместе с тем следует помнить, что полное восстановление структуры слизистой оболочки при тяжелой атрофии до нормы требует длительного времени, и в ряде случаев, по всей видимости, это не возможно. В случаях, когда предопухолевые процессы не подвергаются обратному развитию либо прогрессируют, необходимо применять более радикальные методы лечения, используя арсенал современных эндоскопических операций, вплоть до резекции слизистой оболочки желудка.
Главная цель первичной профилактики атрофического гастрита – своевременное и эффективное лечение поверхностного хеликобактерного гастрита. Для этого используют стандартные схемы антихеликобактерной терапии, в соответствии с рекомендациями Маастрихтских консенсусов 2 (2000) и 3 (2005). Важным моментом является последующий контроль за успешностью этой терапии. Контроль необходимо проводить с использованием неинвазивных методов (дыхательного уреазного или стул-теста). При неудачной эрадикации проводить повторные курсы лечения.
Кроме того, доказано, что, придерживаясь здорового режима питания, можно снизить онкологический риск (прогрессирование атрофии), что подтверждено в исследованиях, проведенных в ряде стран. Рекомендуется избегать употребления консервированных, маринованных и копченых продуктов, отказаться от курения и употребления крепких спиртных напитков (особенно в сочетании с жирной, жареной, копченой и соленой пищей), исключить переедание. Необходимо контролировать массу тела, выполнять активные физические нагрузки, употреблять больше свежих овощей (в том числе лук и чеснок), фруктов и натуральных соков, витаминов А, С, b-каротина, зелени, круп грубого помола, молочных продуктов. В некоторых развитых странах Европы и США внедрение здорового образа жизни привело к снижению заболеваемости раком желудка в несколько раз, сегодня это заболевание в этих странах считается редким, составляя лишь 3% среди злокачественных новообразований.
Мониторирование – постоянное наблюдение с периодическим повторным обследованием – абсолютно обязательно для пациентов с атрофическим гастритом
Итак, в настоящее время очевидна необходимость особого внимания к атрофическому гастриту. Комплексное применение современных методов исследования – эндоскопического, морфологического, гематологического (тестовой панели) и других – способствует его точной диагностике.
Использование эффективных методов лечения и профилактики атрофического гастрита, устранение условий, которые способствуют его развитию, представляют сегодня реальную возможность улучшить прогноз этого заболевания, устранить риск развития рака желудка.

Литература
1. Е.Г. Бурдина, Е.М. Майорова, Е.В. Григорьева, И.И.Тимофеева, О.Н. Минушкин // Гастрин-17 и пепсиноген І в оценке состояния слизистой оболочки желудка // Российский медицинский журнал, 2006, №2, с. 9-11.
2. Х. Ваананен, М. Ваухконен, Т. Хэлске, И. Каариянен, М. Расмуссен, Х. Тунтури-Хихнала, Дж. Коскенпато, М. Сотка, М. Турунен, Р. Сандстрем, М.Ристиканкаре, А. Юссила, П. Сиппонен // Неэндоскопическая диагностика атрофического гастрита на основании анализа крови: корреляция между результатами гистологического исследования желудка и уровнями гастрина-17 и пепсиногена І в сыворотке // Клинические перспективы гастроэнтерологии, гепатологии, 2003, № 4, с. 26-32.
3. В.Д. Пасечников, С.З. Чуков, С.М. Котелевец / Профилактика рака желудка на основе эрадикационной терапии предопухолевых заболеваний // Российский журнал гастроэнтерологии, гепатологии, колопроктологии, 2003, № 4, с. 11-19.
4. А.А. Шептулин, В.А. Киприанис / Диагностика и лечение инфекции Helicobacter pylori: основные положения согласительного совещания «Маастрихт – 3» // Российский журнал гастроэнтерологии гепатологии колопроктологии, 2006, № 2, с. 88-91.
5. Kim N., Lim S. H., Lee K.H. et al. Long-term effects of Helicobacter pylori eradication on intestinal metaplasia in patients with duodenal and behign gastric ulcers Dig. Dis. Sci. – 2000. – Vol. 45. – 1754-1762.
6. Malfertheiner P., Megraud F., O’Morain C. еt al. Current concepts in the management of Helicobacter pylori infection – The Maastricht 2 Concensus Report // Aliment. Pharmacol. Ther. – 2002. – Vol. 16. – P. 167-180.

СТАТТІ ЗА ТЕМОЮ

30.07.2021 Ревматологія Такий різний остеопороз: як правильно підібрати лікування?

Існує думка, що остеопороз є добре вивченим захворюванням, яке має чіткий характер і прогнозований перебіг. Та чи це дійсно так? Важливі питання діагностики й терапії остеопорозу були розглянуті цьогоріч навесні в межах визначних медичних заходів. Пропонуємо до вашої уваги огляд доповідей провідних вітчизняних фахівців....

30.07.2021 Кардіологія Відновлення ритму в пацієнта з фібриляцією передсердь в амбулаторних умовах

Цьогоріч у травні відбулася ХІ Науково-практична конференція Всеукраїнської Асоціації аритмологів України в онлайн-форматі. У межах заходу були розглянуті проблеми порушень ритму та провідності серця на тлі коморбідних станів, які є надзвичайно актуальними у рутинній практиці кардіологів, електрофізіологів, лікарів суміжних спеціальностей тощо....

30.07.2021 Кардіологія Артеріальна гіпертензія: коморбідність і супутні захворювання

Артеріальна гіпертензія (АГ) останнім часом набула характеру епідемії та є найпоширенішим захворюванням серцево-судинної (СС) системи серед дорослого населення у світі. Це зумовило розробку програми профілактики й лікування цієї недуги в Україні. Нещодавно відбулася онлайн-конференція за темою «Артеріальна гіпертензія – ​коморбідність і супутні захворювання», на якій було розглянуто важливі моменти щодо факторів, які спричиняють підвищення артеріального тиску (АТ), та оптимальних підходів до терапії. ...

30.07.2021 Кардіологія Консиліум при коморбідних станах: пацієнт із дилатаційною кардіоміопатією

Дилатаційна кардіоміопатія (ДКМП) – захворювання серцевого м’яза, що характеризується збільшенням і розширенням одного чи обох шлуночків разом із порушенням скоротливої здатності міокарда, яка визначається як фракція викиду (ФВ) лівого шлуночка (ЛШ) ˂40%. Надалі можливими є порушення провідної системи, розвиток шлуночкових аритмій, тромбоемболії та серцевої недостатності (СН). Тому що раніше пацієнти будуть виявлені й розпочнуть терапію, тим кращим буде прогноз. ...

Хронический атрофический гастрит у детей

Анализ имеющейся педиатрической литературы и многолетние собственные наблюдения невольно заставляют поставить вопрос: существует ли вообще хронический атрофический гастрит у детей, поскольку морфологическое понятие «атрофия слизистой оболочки» связывается прежде всего с патологией взрослых. Если нет, то это означает, что кроме деструктивных процессов слизистой оболочки желудка (СОЖ) (эрозивно-язвенные поражения) в детском возрасте других форм хронического воспалительного процесса в желудке (поверхностный гастрит) не встречается, т.к. все варианты эритематозной гастропатии (эндоскопическая характеристика состояния СО желудка), соответствующие понятию «хронический поверхностный гастрит», трактуются в настоящее время как проявления функциональной диспепсии. Это привело к практическому вытеснению диагноза «хронический поверхностный гастрит» и подмене его диагнозом «функциональная диспепсия» (ФД) [2, 3]. Нет нужды говорить, что с морфологической точки зрения это является нонсенсом. Чтобы более определенно трактовать сущность функциональной диспепсии, некоторые исследователи [5] предложили даже выделять две основные формы функциональной диспепсии: ФД без морфологических изменений и ФД с морфологическими изменениями.

Если принять во внимание, что хронический гастрит с морфологической (и клинической) точки зрения представляет собой стадийный процесс, который развивается от поверхностных до атрофических изменений и соответственно от повышенной до пониженной кислотности, то правомерно считать, что в детском возрасте преобладают начальные (поверхностные) формы заболевания, сопровождающиеся повышенной кислотностью, а у взрослых — атрофические формы с низкой кислотностью. Иными словами, во-первых, для формирования хронического атрофического гастрита (ХАГ) необходимо время, во-вторых — именно ХАГ является завершающей (классической) формой ХГ, тогда как остальные морфологические варианты (поверхностный, с поражением желез без атрофии) — промежуточными стадиями, которые необоснованно относят к ФД.

Итак, диагноз хронического гастрита в современных условиях можно поставить в двух случаях: при наличии эрозивных изменений слизистой оболочки (что в детском возрасте встречается не так уж редко) или атрофических изменений СО. При этом в первом случае диагноз может основываться на результатах эндоскопического исследования, во-втором — требуется морфологическое исследование биоптата СО желудка. Эндоскопическое исследование в педиатрической практике является рядовым, морфологическое — эксквизитным. Может быть, именно поэтому существует представление об отсутствии или исключительной редкости атрофического гастрита в детском возрасте.

Атрофия СО фундального отдела или тела желудка с позиций классической патоморфологии представляет собой «необратимую утрату желез желудка с замещением их фиброзной тканью или метаплазированным эпителием». Такое состояние формируется «на протяжении десятилетий, когда хронический гастрит переходит в гастрит атрофический» [14]. P. Sipponen [20] определил хронический гастрит как опосредованный возрастом прогрессирующий процесс, в результате которого происходит «постепенная утрата желез, завершающаяся тотальной атрофией слизистой оболочки»: В МКБ-10 атрофия СО желудка представлена всего лишь одной нозологической формой, имеющей название «хронический атрофический гастрит» (К.29.4).

 Чаще всего атрофия является следствием разрушительного действия на слизистую оболочку желудка, париетальные и главные клетки длительного воспалительного процесса под влиянием инфекцииH.pylori, но может развиться в результате аутоиммунного процесса или длительно текущего рефлюкс-гастрита. Железистая ткань постепенно замещается фиброзной [18, 21]. Сопутствующими факторами на фоне Нр-инфекции являются несбалансированное питание (прежде всего избыток поваренной соли), прием нестероидных противовоспалительных препаратов, курение.

Уже простое перечисление этих факторов свидетельствует о том, что они играют свою роль также в детском и подростковом возрасте: H.pylori-инфекция распространена значительно — у детей с 12-летнего возраста инфицированность практически не отличается от инфицированности взрослых, аллергические и аутоаллергические процессы достаточно часты, дуоденогастральный рефлюкс нередко сопровождает гастродуоденальную патологию, да и курение не столь уж редко, особенно в подростковом возрасте.

Трудно предположить, что перечисленные факторы оказывают патогенное влияние и приводят к развитию атрофического гастрита у взрослых и не сказываются на детях. Следовательно, в детском возрасте имеются все условия для развития атрофического процесса СО желудка, и эти изменения необходимо только выявлять.

О.Я. Бабак [1] отмечает, что естественное течение атрофического гастрита может протекать по двум основным вариантам. Первый — длительно существующий ХГ приводит к значительному снижению кислотообразующей функции желудка, требующему заместительной терапии, без которой будут наблюдаться признаки нарушения пищеварительной функции. Второй вариант — в результате длительного хронического персистирующего воспаления в СО желудка, характерного для H.pylori-ассоциированного гастрита, происходит нарушение клеточного обновления в желудке, что способствует появлению клеток-мишеней для влияния на них канцерогенных веществ, в дальнейшем — к клеточным мутациям. В результате нормальный клеточный эпителий желудка замещается метапластическим, диспластическим и нео­пластическим. Иными словами, атрофический гастрит может по праву считаться предраковым состоянием. Детскому и подростковому возрасту, по-видимому, более присущ первый вариант с постепенным снижением кислотообразующей функции желудка.

Ю.А. Лысиков, Т.А. Малицына и Е.А. Рославцева [9] считают, что атрофические гастриты у детей являются актуальной клинической проблемой, которая до конца не решена по сей день. Авторы приходят к выводу, что микроатрофию различных отделов СО желудка у детей можно выявить только при морфологическом исследовании. Она выражается в уменьшении толщины СО, толщины зоны слизистого эпителия и глубины желез. Атрофия желез заключается в уменьшении численности клеток, продуцирующих пепсины, и париетальных клеток, выделяющих соляную кислоту. Атрофия может затрагивать одну или обе популяции клеток, что приводит к нарушению или уменьшению секреции пепсинов и соляной кислоты. Л.М. Мосийчук и М.Ю. Зак [11] показали, что использование в клинической практике определения уровня G-17 (гастрин) и РG-1 (пепсиноген-1) в сыворотке крови может способствовать (наряду с гастробиопсией) верификации атрофического процесса в желудке. Методика основывается на том, что гастрин-17 (G-17) синтезируется в G-клетках, расположенных в антральном отделе желудка и снижение его уровня в крови может свидетельствовать об атрофических процессах в антральном отделе желудка, Пепсиноген-1 (PG-1) синтезируется в главных клетках, расположенных в фундальном отделе желудка. Снижение уровня PG-1 может свидетельствовать об атрофических процессах в фундальном отделе желудка. Авторы подтверждают точку зрения F. Di Mario, L.G. Cavallaro [17], что на первом этапе больным с диспептическими жалобами необходимо проводить анализ серологических маркеров, а в случае изменения их содержания — эндоскопическое исследование с гастробиопсией. Последнее положение особенно интересно для педиатрической практики, т.к. позволяет ограничить, а иногда и исключить необходимость эндоскопического исследования.

Ряд исследователей [16, 17, 19] подтверждают взаимо­связь между снижением уровня в сыворотке крови G-17 и PG-1 и увеличением степени атрофии СО соответственно антрального отдела и тела желудка.

Выше уже подчеркивалось, что непременным условием верификации атрофического процесса является фиброскопия с гастробиопсией; при этом в терапевтической практике современные требования определяют необходимость взятия не менее пяти биоптатов — трех из антрального отдела и двух из тела желудка, хотя это далеко не всегда позволяет выявить атрофию, которая обычно носит очаговый характер и не всегда, даже при условии взятия пяти биоптатов, попадает в поле зрения патоморфолога [11].

Не это ли обстоятельство является ключевым в плане диагностики хронического атрофического гастрита у детей? Морфологическое исследование СО в педиатрической практике вообще является достаточно редким, проводится только в специализированных учреждениях по специальным показаниям. При этом обычно ограничиваются взятием двух (а иногда и одного) биоптатов. Неудивительно, что в таких условиях атрофия выявляется редко и диагноз «хронический атрофический колит» является эксквизитным. Иными словами, чтобы установить частоту развития хронического атрофического гастрита у детей, необходимы более массовые морфологические исследования с большим числом биоптатов в каждом случае, чего трудно ожидать в ближайшее время в силу хоть и минимальной, но все же инвазивности процедуры, с одной стороны, и необходимости достаточно дорогостоящих морфологических исследований — с другой.

Поделиться своими наблюдениями о выявлении ХАГ в детском возрасте могут только специализированные детские гастроэнтерологические отделения, годами наблюдающие детей с гастродуоденальной патологией и накопившие сведения об эндоскопических и (пусть в редких случаях) морфологических исследованиях. Однако таких сведений в педиатрической литературе явно недостаточно.

Наиболее полную информацию о состоянии проблемы хронического гастрита у детей, в том числе атрофического гастрита, можно получить при анализе ежегодных конференций «Актуальные вопросы абдоминальной патологии у детей», проводимых в Москве или Санкт-Петербурге, в которых принимают активное участие многие практикующие детские гастроэнтерологи России и стран СНГ и практически все профессора, занимающиеся изучением заболеваний пищеварительной системы у детей. По материалам этих конференций издаются солидные сборники, последний ХVII издан в 2010 году.

Анализ публикуемых сообщений показывает, что проблеме хронического гастрита (гастродуоденита) у детей уделяется значительное внимание. И если говорить о трансформации представлений о хроническом гастрите, то основным положением стал пересмотр трактовки минимальных (поверхностных) изменений слизистой оболочки желудка. Начальные поверхностные изменения, которые эндоскопически характеризовались как эритематозная гастропатия, а морфологически — как поверхностный гастрит, перестали считать доказательством наличия воспалительного процесса, полагая, что, поскольку клинические проявления заболевания определяются не наличием эритематозной гастропатии, последнюю следует расценивать как функциональную диспепсию. С точки зрения классической патоморфологии это нонсенс, и патоморфологи никогда не согласятся с подобной трактовкой, но такой подход привел практически к вытеснению диагноза «хронический поверхностный гастрит» из клинической практики. Однако, как ни относиться к подобной трактовке диагноза, очевидно, что к хроническому атрофическому гастриту это не имеет отношения.

О функциональной диспепсии (она же морфологически хронический поверхностный гастрит) пишут очень много, в то же время хроническому атрофическому гастриту посвящены лишь отдельные сообщения.

Л.Н. Малямова, А.М. Чередниченко, С.Ю. Медведева из Екатеринбурга [10], подчеркивая, что вопрос о возможности развития атрофических изменений слизистой оболочки желудка как завершающего этапа длительно текущего воспалительного процесса у детей остается дискуссионным, приводят результаты гистологического исследования СО антрального отдела желудка у 106 детей с хроническим гастритом (гастродуоденитом) с эрозиями, 84 детей — без эрозий и 50 больных с язвенной болезнью. Результаты исследования показали, что только у 3,3 % больных при гистологическом исследовании препаратов антрального отдела желудка атрофические изменения не выявлены. У 22,8 % детей атрофические изменения слизистой оболочки были выражены незначительно: склероз базальных отделов СО желудка имел очаговый характер, при этом объем железистого эпителия был сохранен. У большинства же больных (67,6 %) атрофические изменения СО трактовались как умеренно выраженные, при этом имели место так называемые стромальные изменения в виде гиперплазии ретикулиновых волокон, разрастания гладкомышечных клеток и редко — эластических волокон. Наряду с диффузным склерозом базальных отделов СОЖ имел место и интерстициальный (межуточный) склероз собственной пластинки, а также очаговая атрофия желез, сопровождающаяся уменьшением объема железистого эпителия. И наконец, в ряде случаев (6,2 %) гистологические изменения указывали на выраженную атрофию СО антрального отдела. Последнее касалось прежде всего железистого эпителия, объем которого был значительно уменьшен. Атрофические изменения слизистой оболочки желудка характеризовались не только развитием интерстициального склероза базальных отделов СО, но и замещением высокодифференцированного эпителия метапластическим эпителием, свидетельствующим о нарушении клеточной регенерации с развитием тонкокишечной метаплазии.

Авторы приходят к выводу, что многолетнее течение хронического гастрита (без эрозий, с эрозиями) сопровождается не только активным воспалительным процессом, но и атрофическими изменениями СО, которые сохраняются на фоне проводимой базисной терапии, что требует поиска более эффективных мер реабилитации этих больных.

Атрофические изменения СОЖ выявлены у 10 % наблюдаемых больных московскими исследователями И.В. Сичинавой и соавт. [15]. Атрофические изменения в антральном отделе желудка выявлены у 54,8 % больных и в фундальном — у 25 % детей, проживающих в условиях Курской магнитной аномалии [6]. Л.П. Парменова [13] отмечает, что клинические и морфологические проявления ХГ у детей зависят от основного этиологического фактора и длительности заболевания: при гипоацидности, декомпенсации ощелачивания в антральном отделе желудка при активном процессе атрофия СО антрального и фундального отделов желудка встречается у 30 % детей.

В то же время В.П. Новикова из Санкт-Петербурга [12] лишь у 2 больных из 51 выявила признаки атрофии СОЖ антрального отдела желудка, а белорусские авторы С.Э. Загорский и О.Н. Назаренко [8] из 44 детей с эрозивно-язвенными поражениями желудка и двенадцатиперстной кишки лишь у 1 выявили атрофические изменения СОЖ и у 1 — кишечную метаплазию, что позволило авторам сделать вывод о том, что атрофические и метапластические изменения СОЖ не характерны для детского и подросткового возраста. А.В. Бурлуцкая [4] выявила атрофический гастрит у 17 детей, что составило лишь 2,5 % от общего числа обследованных.

Таким образом, частота ХАГ в детском возрасте, по данным разных авторов, весьма вариабельна, но возможность развития этого заболевания в детском возрасте практически признается всеми авторами.

Имеющиеся в литературе немногочисленные свидетельства о возможности развития ХАГ в детском возрасте подтверждаются исследованиями кафедры педиатрической гастроэнтерологии и нутрициологии Харьковской медицинской академии последипломного образования, проведенными в последние годы [7].

Под наблюдением в детском городском гастроэнтерологическом отделении г. Харькова находились 79 больных, у которых на основании клинического и эндоскопического исследования был установлен диагноз хронического гастрита, в том числе у 2 детей — эрозивный процесс.

Во время проведения фиброгастроскопического исследования у всех детей проводилась прицельная био­псия с наиболее измененных участков антрального отдела желудка (обычно два биоптата).

Гистологическое исследование, проведенное на кафедре патологической анатомии ХМАПО, подтвердило наличие воспалительных изменений СО желудка у 74 из 79 больных (93 ± 3).

Из 74 детей у 25 (34 ± 6 %) отмечался поверхностный гастрит, который характеризовался наличием умеренной лимфоидно-плазматической инфильтрации с небольшим количеством макрофагов, эозинофилов, сегментоядерных лейкоцитов. Толщина СО и структура железистого слоя были сохранены. Активность процесса выявлена у 7 из 28 больных (25,0 ± 8,0 %). Это подтверждалось наличием инфильтрации эпителия и собственного слоя полиморфно­ядерными лейкоцитами на фоне свойственной хроническому гастриту инфильтрации плазматическими клетками и лимфоцитами, а также повреждением эпителия.

У остальных 49 детей (66 ± 6,0 %) морфологически выявлены различные формы атрофического гастрита, что свидетельствует о частоте этой формы заболевания у детей, даже при анализе биопсийного материала только СО антрального отдела желудка.

Начальный атрофический гастрит отмечался у 32 (65 ± 7 %) детей, у 29 из них (91 ± 5 %) выявлено активное воспаление.

При начальном атрофическом гастрите воспалительный инфильтрат локализовался между железами. В строме определялось значительное количество нейтрофильных лейкоцитов, лимфоцитов, плазмоцитов. Встречались отдельные эозинофильные лейкоциты. В поверхностном эпителии определялось снижение секреции мукоида. Наряду с дистрофическими процессами наблюдалась умеренно выраженная дисплазия, особенно в шеечной части желез. На фоне часто встречающейся фовеолярной гиперплазии у 28,3 % больных наблюдалась наиболее высокая степень обсеменения Нр (+++), которая сопровождалась значительной активностью воспалительного процесса.

Умеренная атрофия слизистой оболочки выявлена у 17 больных (35 ± 7 %), из них у 11 (65 ± 12 %) процесс носил активный характер. У больных отмечались патологические изменения в эпителии пилорических желез со снижением количества ШИК-положительных соединений. При этом уменьшалось и количество пилорических желез. В строме определялась инфильтрация лимфоцитами, плазмоцитами, незначительным количеством сегментоядерных лейкоцитов, выявлялись лимфоидные фолликулы.

Сопоставление возраста детей и длительности заболевания с частотой выявления ХАГ показало, что заболевание чаще отмечается у детей старшего возраста, и его длительность составляет не менее 3 лет.

Выводы

1. Хронический атрофический колит у детей не является исключительно редким заболеванием, во всяком случае, встречается чаще, чем диагностируется. Частота ХАГ у детей увеличивается с возрастом и длительностью заболевания.

2. Частота выявления ХАГ зависит от уровня применяемых исследований. Эндоскопические признаки, которые считаются характерными для хронического атрофического гастрита (сглаженность складок слизистой оболочки, их отсутствие на определенных участках, уменьшение размеров желудка), малоинформативны и не дают достаточных оснований для диагностики этой формы заболевания.

3. ХАГ — диагноз морфологический, причем информативность гистологического исследования прямо коррелирует с наличием биопсионного материала из различных отделов желудка (три из антрального отдела и два из тела желудка), что в педиатрической практике практически не делается; диагноз устанавливается на основании одной, редко — двух биопсий, что, безусловно, снижает информативность заключения.

4. Морфологические изменения при ХАГ неоднородны. Умеренная степень атрофии характеризуется наличием не более одного конечного отдела главных желез, которые открываются в одну желудочную ямку, с увеличенным количеством добавочных клеток в составе главных желез, что приводит к развитию пилорической метаплазии желез. В собственной пластинке слизистой оболочки определяются воспалительные изменения и умеренно выраженный фиброз. В некоторых случаях наблюдается умеренная степень атрофии СО тела желудка одновременно с развитием кишечной метаплазии покровно-ямочного эпителия.

Выраженная атрофия СО тела желудка характеризуется резким снижением количества главных желез и ­удлинением желудочных ямок, что иногда сопровождается развитием фовеолярной гиперплазии СО. Качественный состав главных желез изменяется в сторону преобладания добавочных клеток с развитием пилоризации желез. В собственной пластинке СО наблюдаются воспалительные изменения и выраженный фиброз.

5. Перспективным для детской гастроэнтерологии в плане диагностики ХАГ следует считать определение гастрина-1 (G-17) и пепсиногена-1 (PG-1) в сыворотке крови. Информативность этих показателей в плане подтверждения наличия атрофического процесса в СО желудка доказана исследованиями зарубежных и отечественных гастроэнтерологов-терапевтов.

6. Патогенетические особенности ХАГ определяют необходимость дифференцированного подхода к лечению больных, которое должно отличаться от лечения поверхностных и деструктивных форм заболевания и быть направлено прежде всего на стимуляцию репаративных процессов и восстановление желудочной секреции.

Bibliography

1. Бабак О.Я. Атрофический гастрит: прогнозы и перспективы // Здоровье Украины. — 2006. — № 21 (1). — С. 1-3.

2. Белоусов Ю.В. Функциональная диспепсия или хронический гастрит // Здоровье Украины. — 2009. — № 6 (1). — С. 44-45.

3. Белоусов Ю.В., Белоусова О.Ю. Секреторно-моторные взаимо­связи органов гастродуоденальной зоны у детей // Врачебная практика. — 2002. — С. 84-88.

4. Бурлуцкая А.В., Карпенко Л.В., Левицкая Н.В. Структура заболеваемости верхних отделов желудочно-кишечного тракта у детей г. Краснодара по данным детского стационара // Актуальные проблемы абдоминальной патологии у детей. Материалы ХIII Конгресса детских гастроэнтерологов России. — Москва, 2006. — С. 104-105.

5. Волошин К.В. Функціональна диспепсія у дітей: критерії діагностики та диференційної діагностики: Автореф. дис… канд. мед. наук. — Харків, 2010. — 20 с.

6. Гурова М.М., Гусева С.П., Дутлова Е.Д., Ляляева Т.В. Эндоскопические и морфологические особенности хронических гастродуоденитов у детей, проживающих в условиях Курской магнитной аномалии // Актуальные проблемы абдоминальной патологии у детей. Материалы ХI Конгресса детских гастроэнтерологов России. — Москва, 2004. — С. 184-185.

7. Денисюк Т.А. Секреторно-моторні взаємозв’язки у дітей з хронічною Helicobacter pylory-асоційованою гастродуоденальною патологією та ефективність ерадикаційної терапії з використанням вітчизняних препаратів: Автореф. дис… канд. мед. наук. — Харків, 2010. — 20 с.

8. Загорский С.Э., Назаренко А.Н. Морфологические особенности эрозивно-язвенных поражений желудка и двенадцатиперстной кишки у детей и подростков // Актуальные проблемы абдоминальной патологии у детей. Материалы ХVII Конгресса детских гастроэнтерологов России и стран СНГ. — Москва, 2010. — С. 86-87.

9. Лысиков Ю.А., Малицына Т.А., Рославцева Е.А. Трудности в диагностике атрофических гастритов у детей // Педиатрия. — 2006. — № 6. — С. 1-3.

10. Малямова Л.Н., Чередниченко А.М., Медведева С.Ю. Дискуссионные вопросы прогрессирования морфологических изменений слизистой оболочки желудка у детей с хроническими заболеваниями гастродуоденальной области // Актуальные проблемы абдоминальной патологии у детей. Материалы ХI Конгресса детских гастроэнтерологов России. — Москва, 2004. — С. 132-134.

11. Мосійчук Л.М., Зак М.Ю. Оптимізація діагностики хронічного атрофічного гастриту сучасними неінвазивними методами // Сучасна гастроентерологія. — 2010. — № 4 (54). — С. 52-56.

12. Новикова В.П., Мельникова И.Ю., Струков Е.Л., Антонов П.В. Морфологическая картина слизистой оболочки желудка у детей с хроническим гастродуоденитом в сочетании с аутоиммунным тиреоидитом // Актуальные проблемы абдоминальной патологии у детей. Материалы 8-й конференции «Детская гастроэнтерология 2001». — Москва, 2001. — С. 72-73.

13. Парменова Л.П. Клинические и морфологические особенности хронического гастрита у детей // Актуальные проблемы абдоминальной патологи у детей. Материалы ХII Конгресса детских гастроэнтерологов России. — Москва, 2005. — С. 208-209.

14. Пюрвеева К.В., Лапина Т.Л., Ивашкин В.Т. Значение сывороточных показателей пепсиногена-1, пепсиногена-2 и гастрина-17 в диагностике атрофического гастрита // Российский журнал гастроэнтерол., гематолог., колопроктол. — 2005. — № 3. — С. 48-51.

15. Сичинава И.В., Новикова А.В., Каганов Б.С., Шерешевская А.Я. и соавт. Течение хронического гастрита у детей // Актуальные проблемы абдоминальной патологии у детей. Сборник материалов 7-й конференции «Детская гастроэнтерология-2000». — Москва, 2000. — С. 107-108.

16. Chae H., Lee J.H., Lim J. Clinical utility of serum pepsinogen levels as a screening Test of atrophic gastritis // Korean J. Lab. Med. — 2008. — Vol. 28 (3). — P. 201-206.

17. Di Mario E., Cavallaro L.J. Non-invasive tests in gastric di­sease // Dig. Liver. Dis. — 2008. — Vol. 40 (7). — P. 523-530.

18. Fox J.G., Wang T.S. Inflamattion, atrophy, and gastric cancer // J. Clin. Invest. — 2007. — Vol. 117. — P. 60-69.

19. Leverin C., Jacobsson S., Lindstedt G. Serum biomarkers for atrophic gastritis and antibodies against Helicobacter pylori in the elderly: Implications for vitamin B12, foliac acid and iron status and response to oral vitamin therapy // Scand. J. Gastroenterol. — 2008. — Vol. 43 (9). — P. 1050-1056.

20. Sipponen P. Atrophic gastritis as premalignant condition // Ann. Med. — 1989. — Vol. 21. — P. 287-290.

21. Vannelia L., Lahner E., Osborn J. Risk factor for progression to gastric neoplastic lesions in patients with atrophic gastritis // Aliment. Pharmacol. Thier. — 2010. — Vol. 18. — P. 33-37.

Гастропанель

Комплексный анализ крови, включающий специфические белки пищеварительного тракта (гастрин-17, пепсиноген I и II) и IgG-антитела к H. pylori, который используется для неинвазивной оценки состояния слизистой оболочки желудка и скрининга атрофического гастрита.

Синонимы русские

Биомаркеры состояния слизистой желудка;

IgG-антитела к H. pylori, гастрин-17, пепсиногены 1 и 2.

Синонимы английские

GastroPanel;

H. pylori IgG, Gastrin-17, Pepsinogen I and II.

Метод исследования

Иммуноферментный анализ (ИФА).

Единицы измерения

Пмоль/л (пикомоль на литр), мкг/л (микрограмм на литр), EIU (иммуноферментная единица).

Какой биоматериал можно использовать для исследования?

Венозную кровь.

Как правильно подготовиться к исследованию?

  • Не принимать пищу в течение 12 часов до исследования.
  • За неделю до исследования исключить прием препаратов, влияющих на желудочную секрецию (по согласованию с врачом).
  • За сутки до исследования исключить прием препаратов, нейтрализующих соляную кислоту.
  • Исключить физическое и эмоциональное перенапряжение в течение 12 часов до исследования.
  • Не курить в течение 3 часов до исследования.

Общая информация об исследовании

Боль в области желудка (диспепсия) является одной из самых частых причин обращения пациентов к врачу. Следует отметить, что при обследовании у большей части этих пациентов не удается выявить никаких органических заболеваний желудка (в этом случае говорят о функциональной диспепсии). С другой стороны, в некоторых случаях диспепсия может быть признаком серьезных заболеваний, в том числе атрофического гастрита, который, в свою очередь, является фактором риска рака желудка. Можно сказать, что диагностика при диспепсии направлена на то, чтобы исключить эти серьезные заболевания.

На сегодняшний день единственным методом, с помощью которого возможна точная диагностика заболеваний желудка, является гастроскопия с биопсией. Этот метод, однако, инвазивный и достаточно сложный в исполнении и не удобен в качестве скринингового теста при обследовании большого количества пациентов с диспепсией. В качестве такого скринингового теста, позволяющего точно и при этом неинвазивно получить информацию о состоянии слизистой оболочки желудка, был разработан комплексный анализ крови, который получил название "Гастропанель".

В состав "Гастропанели" входят четыре биомаркера: специфические белки пищеварительного тракта пепсиноген I и II, гастрин-17 и антитела класса IgG к H. pylori.

Пепсиноген является неактивным предшественником фермента пепсина и существует в двух биохимически и иммунологически различных вариантах – пепсиноген I и II. Пепсиноген Iсекретируется только клетками желез тела желудка и поэтому является специфическим индикатором состояния слизистой оболочки тела желудка. Секреция пепсиногена II происходит в клетках желез тела, кардиального и пилорического отделов желудка, а также в бруннеровых железах двенадцатиперстной кишки. В норме небольшое количество пепсиногена I и II поступает в кровь и может быть измерено. При атрофическом гастрите тела желудка количество париетальных клеток, секретирующих соляную кислоту, снижается. При этом также уменьшается концентрация пепсиногена Iв крови. Считается, что снижение соотношения пепсиноген I / пепсиноген II  более точно отражает степень тяжести и распространения атрофического гастрита тела желудка.

Гастрин – это гормон пищеварительного тракта, необходимый для нормального процесса пищеварения. Он стимулирует выработку соляной кислоты и пепсина специализированными клетками желудка и увеличивает моторику пищеварительного тракта. Гастрин-17 – одна из разновидностей гастрина, синтезируется преимущественно G-клетками антрального отдела желудка и поэтому является специфическим индикатором состояния слизистой оболочки антрального отдела желудка. Некоторое количество гастрина всасывается в кровь и может быть измерено. При атрофическом гастрите антрального отдела желудка снижается количество G-клеток, а также концентрация гастрина-17 в крови.

Примерно у половины пациентов с инфекцией H. pylori на определенном этапе возникает атрофический гастрит, причем у 10  % инфицированных он принимает тяжелое или средней тяжести течение и у 2,5-5  % может возникнуть рак желудка. Поэтому идентификация H. pylori – это неотъемлемая часть скрининга атрофического гастрита и рака желудка. Для идентификации H. pylori в состав "Гастропанели" был включен тест на IgG-антитела к этому микроорганизму, который имеет ряд преимуществ по сравнению с другими методами определения H. pylori. Во-первых, IgG-антитела к H. pylori могут быть обнаружены у 95-100  % пациентов с геликобактериозом, что позволяет считать этот серологический тест одним из самых чувствительных тестов для диагностики этого состояния. Высокая чувствительность теста означает, что отрицательный результат позволяет практически исключить наличие геликобактериоза. Во-вторых, в отличие от уреазного дыхательного теста или определения антигена H. pyloriв кале, на результат серологических тестов не влияет степень колонизации слизистой оболочки микроорганизмом, наличие кровоточащей язвы, атрофического гастрита, ахлоргидрии желудка на фоне приема ингибиторов протонной помпы и применение антибиотиков.

Совместное измерение концентраций этих четырех биомаркеров позволяет произвести косвенную оценку состояния слизистой желудка и выработать дальнейший план действий. На основании результатов "Гастропанели" всех пациентов с диспепсией можно разделить на три группы:

  1. Пациенты с нормальной слизистой оболочкой желудка: IgG-антитела к H. pylori – отрицательный результат, пепсиноген I и II и гастрин-17 – в пределах нормы. При этом риск серьезных заболеваний желудка (рака желудка и язвы желудка) очень низкий. Гастроскопия не показана. Две трети пациентов с диспепсией относятся именно к этой группе.
  2. Пациенты с геликобактериозом без атрофического гастрита: IgG-антитела к H. pylori – положительный результат, пепсиноген I и II и гастрин-17 – в пределах нормы. Такой результат исследования свидетельствует о наличии хронического неатрофического (поверхностного, гиперацидного) H.pylori-ассоциированного гастрита. Риск рака желудка низкий, но все же существует. Риск язвы желудка или двенадцатиперстной кишки повышен. Вопрос о гастроскопии решается в индивидуальном порядке. Также может быть рекомендована антибиотикотерапия против H. pylori.
  3. Пациенты с атрофическим гастритом. Детальный анализ результата теста позволит определить, какой отдел желудка поражен.
  4. Пепсиноген I и соотношение пепсиноген I / пепсиноген II – снижены, гастрин-17 – повышен, IgG-антитела к H. pylori– отрицательный или положительный результат. Такой результат свидетельствует об атрофическом гастрите тела желудка. Риск рака желудка, а также дефицита витамина B12, кальция и железа существенно повышен. Рекомендуется проведение гастроскопии.
  5. Пепсиноген Iи соотношение пепсиноген I / пепсиноген II – в пределах нормы, гастрин-17 – снижен, IgG-антитела к H. pylori – положительный результат. Такой результат свидетельствует об атрофическом гастрите антрального отдела желудка. Риск рака желудка повышен. Рекомендуется проведение гастроскопии. Также может быть назначена антибиотикотерапия против H. pylori.
  6. Пепсиноген I и соотношение пепсиноген / пепсиноген II– снижены, гастрин-17 – снижен, IgG-антитела к H. pylori – положительный результат. Такой результат свидетельствует об атрофическом пангастрите – состоянии, которое является самым значимым фактором риска рака желудка. Рекомендуется проведение гастроскопии. Также может быть назначена антибиотикотерапия против H. pylori.

В третью группу относится всего лишь 2,5  % пациентов с диспепсией, однако именно эти пациенты как раз и нуждаются в наиболее тщательном обследовании и наблюдении.

"Гастропанель" особенно удобна в условиях оказания медицинской помощи терапевтами или врачами общей практики. Этот комплексный анализ позволяет выявить пациентов с диспепсией с нормальной структурой и функцией слизистой желудка и избежать таким образом ненужного инвазивного эндоскопического вмешательства. С другой стороны, этот анализ позволяет выявить пациентов с атрофическим гастритом и, следовательно, высоким риском рака желудка и вовремя направить их к гастроэнтерологу для проведения тщательного обследования, в том числе гастроскопии с биопсией.

Во многих исследованиях показано, что результаты "Гастропанели" хорошо согласуются с данными гастроскопии и биопсии слизистой желудка. Следует все же отметить, что это непрямой тест, который не может полностью заменить гастроскопию. Результат анализа следует оценивать с учетом дополнительных анамнестических и клинических данных.

Для чего используется исследование?

  • Для неинвазивной оценки состояния слизистой оболочки желудка;
  • для скрининга атрофического гастрита.

Когда назначается исследование?

  • При обследовании пациента с признаками диспепсии: дискомфорт или боль в эпигастральной области, тошнота, рвота, быстрая насыщаемость, чувство тяжести в желудке, нарушение аппетита.

Что означают результаты?

Референсные значения

  • Гастрин 17: 1 - 10 пмоль/л.
  • Пепсиноген I: 30 - 165 мкг/л.
  • Пепсиноген II: 3 - 15 мкг/л.
  • Антитела (Ig G) к Helicobacter pylori: 0,0 - 29,9 EIU.

Норма

IgG-антитела к H. pylori – отрицательный результат, пепсиноген I и II и гастрин-17 – в пределах нормы

Хронический неатрофический (поверхностный, гиперацидный) H.pylori-ассоциированный гастрит

IgG-антитела к H. pylori – положительный результат, пепсиноген I и II и гастрин-17 – в пределах нормы

Атрофический гастрит тела желудка

 

Пепсиноген I и соотношение пепсиноген / пепсиноген II – снижены, гастрин-17 – повышен, IgG-антитела к H. pylori– отрицательный или положительный результат

Атрофический гастрит антрального отдела желудка

 

Пепсиноген I и соотношение пепсиноген I / пепсиноген II – в пределах нормы, гастрин-17 – снижен, IgG-антитела к H. pylori – положительный результат

Атрофический пангастрит

Пепсиноген I и соотношение пепсиноген I / пепсиноген II – снижены, гастрин-17 – снижен, IgG-антитела к H. pylori – положительный результат

Что может влиять на результат?

  • Применение ингибиторов протонной помпы приводят к увеличению концентрации гастрина-17 в 2-5 раз, при длительном их применении также наблюдается 2-кратное увеличение концентрации пепсиногенов I и II.
 Скачать пример результата

Важные замечания

  • "Гастропанель" – это косвенный метод оценки состояния слизистой желудка, который не может полностью заменить гастроскопию.

Также рекомендуется

Кто назначает исследование?

Терапевт, врач общей практики, гастроэнтеролог.

Литература

  • Iijima K, Abe Y, Kikuchi R, Koike T, Ohara S, Sipponen P, Shimosegawa T. Serum biomarker tests are useful in delineating between patients with gastric atrophy and normal, healthy stomach. World J Gastroenterol. 2009 Feb 21;15(7):853-9.
  • Agréus L, Kuipers EJ, Kupcinskas L, Malfertheiner P, Di Mario F, Leja M, Mahachai V, Yaron N, van Oijen M, Perez Perez G, Rugge M, Ronkainen J, Salaspuro M, Sipponen P, Sugano K, Sung J. Rationale in diagnosis and screening of atrophic gastritis with stomach-specific plasma biomarkers. Scand J Gastroenterol. 2012 Feb;47(2):136-47. doi: 10.3109/00365521.2011.645501.

Хронический атрофический гастрит у детей Текст научной статьи по специальности «Клиническая медицина»

Клшшна пед1атр1я

УДК 616.33-002-007.23-053.2 БЕЛОУСОВ Ю.В.

Харьковская медицинская академия последипломного образования

ХРОНИЧЕСКИМ АТРОФИЧЕСКИИ ГАСТРИТ У ДЕТЕЙ

Резюме. Обсуждаются вопросы дефиниции хронического атрофического гастрита у детей. Подчеркивается, что эта форма заболевания требует дифференцированного подхода к диагностике и лечению. Ключевые слова: хронический атрофический гастрит, критерии диагностики, дети.

Анализ имеющейся педиатрической литературы и многолетние собственные наблюдения невольно заставляют поставить вопрос: существует ли вообще хронический атрофический гастрит у детей, поскольку морфологическое понятие «атрофия слизистой оболочки» связывается прежде всего с патологией взрослых. Если нет, то это означает, что кроме деструктивных процессов слизистой оболочки желудка (СОЖ) (эрозивно-язвенные поражения) в детском возрасте других форм хронического воспалительного процесса в желудке (поверхностный гастрит) не встречается, т.к. все варианты эритематозной гастропатии (эндоскопическая характеристика состояния СО желудка), соответствующие понятию «хронический поверхностный гастрит», трактуются в настоящее время как проявления функциональной диспепсии. Это привело к практическому вытеснению диагноза «хронический поверхностный гастрит» и подмене его диагнозом «функциональная диспепсия» (ФД) [2, 3]. Нет нужды говорить, что с морфологической точки зрения это является нонсенсом. Чтобы более определенно трактовать сущность функциональной диспепсии, некоторые исследователи [5] предложили даже выделять две основные формы функциональной диспепсии: ФД без морфологических изменений и ФД с морфологическими изменениями.

Если принять во внимание, что хронический гастрит с морфологической (и клинической) точки зрения представляет собой стадийный процесс, который развивается от поверхностных до атрофических изменений и соответственно от повышенной до пониженной кислотности, то правомерно считать, что в детском возрасте преобладают начальные (поверхностные) формы заболевания, сопровождающиеся повышенной кислотностью, а у взрослых — атрофические формы с низкой кислотностью. Иными словами, во-первых, для формирования хронического атрофического гастрита (ХАГ) необходимо время, во-вторых — именно ХАГ является завершающей (классической) формой ХГ, тогда как остальные морфологические варианты (поверхностный, с поражением желез без атрофии) — промежуточными стадиями, которые необоснованно относят к ФД.

Итак, диагноз хронического гастрита в современных условиях можно поставить в двух случаях: при наличии эрозивных изменений слизистой оболочки (что в детском возрасте встречается не так уж редко) или атрофических изменений СО. При этом в первом случае диагноз может основываться на результатах эндоскопического исследования, во-втором — требуется морфологическое исследование биоптата СО желудка. Эндоскопическое исследование в педиатрической практике является рядовым, морфологическое — эксквизитным. Может быть, именно поэтому существует представление об отсутствии или исключительной редкости атрофического гастрита в детском возрасте.

Атрофия СО фундального отдела или тела желудка с позиций классической патоморфологии представляет собой «необратимую утрату желез желудка с замещением их фиброзной тканью или метаплазированным эпителием». Такое состояние формируется «на протяжении десятилетий, когда хронический гастрит переходит в гастрит атрофический» [14]. P. Sipponen [20] определил хронический гастрит как опосредованный возрастом прогрессирующий процесс, в результате которого происходит «постепенная утрата желез, завершающаяся тотальной атрофией слизистой оболочки»: В МКБ-10 атрофия СО желудка представлена всего лишь одной нозологической формой, имеющей название «хронический атрофический гастрит» (К.29.4).

Чаще всего атрофия является следствием разрушительного действия на слизистую оболочку желудка, париетальные и главные клетки длительного воспалительного процесса под влиянием инфекции H.pylori, но может развиться в результате аутоиммунного процесса или длительно текущего рефлюкс-гастрита. Железистая ткань постепенно замещается фиброзной [18, 21]. Сопутствующими факторами на фоне Нр-инфекции являются несбалансированное питание (прежде всего избыток поваренной соли), прием нестероидных противовоспалительных препаратов, курение.

Уже простое перечисление этих факторов свидетельствует о том, что они играют свою роль также в детском

(^тороВье ^ЛГ/рвбёши

5(32) • 2011

Клтт'чна пед!атр!я

и подростковом возрасте: Н.ру/ои'-инфекция распространена значительно — у детей с 12-летнего возраста инфи-цированность практически не отличается от инфициро-ванности взрослых, аллергические и аутоаллергические процессы достаточно часты, дуоденогастральный реф-люкс нередко сопровождает гастродуоденальную патологию, да и курение не столь уж редко, особенно в подростковом возрасте.

Трудно предположить, что перечисленные факторы оказывают патогенное влияние и приводят к развитию атрофического гастрита у взрослых и не сказываются на детях. Следовательно, в детском возрасте имеются все условия для развития атрофического процесса СО желудка, и эти изменения необходимо только выявлять.

О.Я. Бабак [1] отмечает, что естественное течение атрофического гастрита может протекать по двум основным вариантам. Первый — длительно существующий ХГ приводит к значительному снижению кислотообразующей функции желудка, требующему заместительной терапии, без которой будут наблюдаться признаки нарушения пищеварительной функции. Второй вариант — в результате длительного хронического персистирующего воспаления в СО желудка, характерного для Н.ру1оп-ассоциированного гастрита, происходит нарушение клеточного обновления в желудке, что способствует появлению клеток-мишеней для влияния на них канцерогенных веществ, в дальнейшем — к клеточным мутациям. В результате нормальный клеточный эпителий желудка замещается метапластическим, диспластическим и неопластическим. Иными словами, атрофический гастрит может по праву считаться предраковым состоянием. Детскому и подростковому возрасту, по-видимому, более присущ первый вариант с постепенным снижением кислотообразующей функции желудка.

Ю.А. Лысиков, Т.А. Малицына и Е.А. Рославцева [9] считают, что атрофические гастриты у детей являются актуальной клинической проблемой, которая до конца не решена по сей день. Авторы приходят к выводу, что микроатрофию различных отделов СО желудка у детей можно выявить только при морфологическом исследовании.-17) синтезируется в G-клетках, расположенных в антральном отделе желудка и снижение его уровня в крови может свидетельствовать об атрофических процессах в антральном отделе желудка, Пепсиноген-1 (PG-1) синтезируется в главных клетках, расположенных в фундальном отделе желудка. Снижение уровня PG-1 может свидетельствовать об атрофи-ческих процессах в фундальном отделе желудка. Авторы

подтверждают точку зрения F. Di Mario, L.G. Cavallaro [17], что на первом этапе больным с диспептическими жалобами необходимо проводить анализ серологических маркеров, а в случае изменения их содержания — эндоскопическое исследование с гастробиопсией. Последнее положение особенно интересно для педиатрической практики, т.к. позволяет ограничить, а иногда и исключить необходимость эндоскопического исследования.

Ряд исследователей [16, 17, 19] подтверждают взаимосвязь между снижением уровня в сыворотке крови G-17 и PG-1 и увеличением степени атрофии СО соответственно антрального отдела и тела желудка.

Выше уже подчеркивалось, что непременным условием верификации атрофического процесса является фи-броскопия с гастробиопсией; при этом в терапевтической практике современные требования определяют необходимость взятия не менее пяти биоптатов—трех из антрально-го отдела и двух из тела желудка, хотя это далеко не всегда позволяет выявить атрофию, которая обычно носит очаговый характер и не всегда, даже при условии взятия пяти биоптатов, попадает в поле зрения патоморфолога [11].

Не это ли обстоятельство является ключевым в плане диагностики хронического атрофического гастрита у детей? Морфологическое исследование СО в педиатрической практике вообще является достаточно редким, проводится только в специализированных учреждениях по специальным показаниям. При этом обычно ограничиваются взятием двух (а иногда и одного) биоптатов. Неудивительно, что в таких условиях атрофия выявляется редко и диагноз «хронический атрофический колит» является эксквизитным. Иными словами, чтобы установить частоту развития хронического атрофического гастрита у детей, необходимы более массовые морфологические исследования с большим числом биоптатов в каждом случае, чего трудно ожидать в ближайшее время в силу хоть и минимальной, но все же инвазивности процедуры, с одной стороны, и необходимости достаточно дорогостоящих морфологических исследований — с другой.

Поделиться своими наблюдениями о выявлении ХАГ в детском возрасте могут только специализированные детские гастроэнтерологические отделения, годами наблюдающие детей с гастродуоденальной патологией и накопившие сведения об эндоскопических и (пусть в редких случаях) морфологических исследованиях. Однако таких сведений в педиатрической литературе явно недостаточно.

Наиболее полную информацию о состоянии проблемы хронического гастрита у детей, в том числе атрофиче-ского гастрита, можно получить при анализе ежегодных конференций «Актуальные вопросы абдоминальной патологии у детей», проводимых в Москве или Санкт-Петербурге, в которых принимают активное участие многие практикующие детские гастроэнтерологи России и стран СНГ и практически все профессора, занимающиеся изучением заболеваний пищеварительной системы у детей. По материалам этих конференций издаются солидные сборники, последний XVII издан в 2010 году.

Анализ публикуемых сообщений показывает, что проблеме хронического гастрита (гастродуоденита) у детей уделяется значительное внимание. И если говорить о трансформации представлений о хроническом гастрите,

то основным положением стал пересмотр трактовки минимальных (поверхностных) изменений слизистой оболочки желудка. Начальные поверхностные изменения, которые эндоскопически характеризовались как эрите-матозная гастропатия, а морфологически — как поверхностный гастрит, перестали считать доказательством наличия воспалительного процесса, полагая, что, поскольку клинические проявления заболевания определяются не наличием эритематозной гастропатии, последнюю следует расценивать как функциональную диспепсию. С точки зрения классической патоморфологии это нонсенс, и па-томорфологи никогда не согласятся с подобной трактовкой, но такой подход привел практически к вытеснению диагноза «хронический поверхностный гастрит» из клинической практики. Однако, как ни относиться к подобной трактовке диагноза, очевидно, что к хроническому атрофическому гастриту это не имеет отношения.

О функциональной диспепсии (она же морфологически хронический поверхностный гастрит) пишут очень много, в то же время хроническому атрофическому гастриту посвящены лишь отдельные сообщения.

Л.Н. Малямова, А.М. Чередниченко, С.Ю. Медведева из Екатеринбурга [10], подчеркивая, что вопрос о возможности развития атрофических изменений слизистой оболочки желудка как завершающего этапа длительно текущего воспалительного процесса у детей остается дискуссионным, приводят результаты гистологического исследования СО антрального отдела желудка у 106 детей с хроническим гастритом (гастродуоденитом) с эрозиями, 84 детей — без эрозий и 50 больных с язвенной болезнью. Результаты исследования показали, что только у 3,3 % больных при гистологическом исследовании препаратов антрального отдела желудка атрофические изменения не выявлены. У 22,8 % детей атрофические изменения слизистой оболочки были выражены незначительно: склероз базальных отделов СО желудка имел очаговый характер, при этом объем железистого эпителия был сохранен. У большинства же больных (67,6 %) атрофические изменения СО трактовались как умеренно выраженные, при этом имели место так называемые стромальные изменения в виде гиперплазии ретикулиновых волокон, разрастания гладкомышечных клеток и редко — эластических волокон. Наряду с диффузным склерозом базальных отделов СОЖ имел место и интерстициальный (межуточный) склероз собственной пластинки, а также очаговая атрофия желез, сопровождающаяся уменьшением объема железистого эпителия. И наконец, в ряде случаев (6,2 %) гистологические изменения указывали на выраженную атрофию СО антрального отдела. Последнее касалось прежде всего железистого эпителия, объем которого был значительно уменьшен. Атрофические изменения слизистой оболочки желудка характеризовались не только развитием интерстициального склероза базальных отделов СО, но и замещением высокодифференцированного эпителия метапластическим эпителием, свидетельствующим о нарушении клеточной регенерации с развитием тонкокишечной метаплазии.

Авторы приходят к выводу, что многолетнее течение хронического гастрита (без эрозий, с эрозиями) сопровождается не только активным воспалительным процес-

сом, но и атрофическими изменениями СО, которые сохраняются на фоне проводимой базисной терапии, что требует поиска более эффективных мер реабилитации этих больных.

Атрофические изменения СОЖ выявлены у 10 % наблюдаемых больных московскими исследователями И.В. Сичинавой и соавт. [15]. Атрофические изменения в антральном отделе желудка выявлены у 54,8 % больных и в фундальном — у 25 % детей, проживающих в условиях Курской магнитной аномалии [6]. Л.П. Парменова [13] отмечает, что клинические и морфологические проявления ХГ у детей зависят от основного этиологического фактора и длительности заболевания: при гипоацидно-сти, декомпенсации ощелачивания в антральном отделе желудка при активном процессе атрофия СО антрального и фундального отделов желудка встречается у 30 % детей.

В то же время В.П. Новикова из Санкт-Петербурга [12] лишь у 2 больных из 51 выявила признаки атрофии СОЖ антрального отдела желудка, а белорусские авторы С.Э. Загорский и О.Н. Назаренко [8] из 44 детей с эрозивно-язвенными поражениями желудка и двенадцатиперстной кишки лишь у 1 выявили атрофические изменения СОЖ и у 1 — кишечную метаплазию, что позволило авторам сделать вывод о том, что атрофические и метапластические изменения СОЖ не характерны для детского и подросткового возраста. А.В. Бурлуцкая [4] выявила атрофический гастрит у 17 детей, что составило лишь 2,5 % от общего числа обследованных.

Таким образом, частота ХАГ в детском возрасте, по данным разных авторов, весьма вариабельна, но возможность развития этого заболевания в детском возрасте практически признается всеми авторами.

Имеющиеся в литературе немногочисленные свидетельства о возможности развития ХАГ в детском возрасте подтверждаются исследованиями кафедры педиатрической гастроэнтерологии и нутрициологии Харьковской медицинской академии последипломного образования, проведенными в последние годы [7].

Под наблюдением в детском городском гастроэнтерологическом отделении г. Харькова находились 79 больных, у которых на основании клинического и эндоскопического исследования был установлен диагноз хронического гастрита, в том числе у 2 детей — эрозивный процесс.

Во время проведения фиброгастроскопического исследования у всех детей проводилась прицельная биопсия с наиболее измененных участков антрального отдела желудка (обычно два биоптата).

Гистологическое исследование, проведенное на кафедре патологической анатомии ХМАПО, подтвердило наличие воспалительных изменений СО желудка у 74 из 79 больных (93 ± 3).

Из 74 детей у 25 (34 ± 6 %) отмечался поверхностный гастрит, который характеризовался наличием умеренной лимфоидно-плазматической инфильтрации с небольшим количеством макрофагов, эозинофилов, сегментоядерных лейкоцитов. Толщина СО и структура железистого слоя были сохранены. Активность процесса выявлена у 7 из 28 больных (25,0 ± 8,0 %). Это подтверждалось наличием инфильтрации эпителия и собственного слоя полиморфно-

5(32) • 2011 -

ядерными лейкоцитами на фоне свойственной хроническому гастриту инфильтрации плазматическими клетками и лимфоцитами, а также повреждением эпителия.

У остальных 49 детей (66 ± 6,0 %) морфологически выявлены различные формы атрофического гастрита, что свидетельствует о частоте этой формы заболевания у детей, даже при анализе биопсийного материала только СО антрального отдела желудка.

Начальный атрофический гастрит отмечался у 32 (65 ± 7 %) детей, у 29 из них (91 ± 5 %) выявлено активное воспаление.

При начальном атрофическом гастрите воспалительный инфильтрат локализовался между железами. В стро-ме определялось значительное количество нейтрофиль-ных лейкоцитов, лимфоцитов, плазмоцитов. Встречались отдельные эозинофильные лейкоциты. В поверхностном эпителии определялось снижение секреции мукоида. Наряду с дистрофическими процессами наблюдалась умеренно выраженная дисплазия, особенно в шеечной части желез. На фоне часто встречающейся фовеолярной гиперплазии у 28,3 % больных наблюдалась наиболее высокая степень обсеменения Нр (+++), которая сопровождалась значительной активностью воспалительного процесса.

Умеренная атрофия слизистой оболочки выявлена у 17 больных (35 ± 7 %), из них у 11 (65 ± 12 %) процесс носил активный характер. У больных отмечались патологические изменения в эпителии пилорических желез со снижением количества ШИК-положительных соединений. При этом уменьшалось и количество пилорических желез. В строме определялась инфильтрация лимфоцитами, плазмоцита-ми, незначительным количеством сегментоядерных лейкоцитов, выявлялись лимфоидные фолликулы.

Рисунок 1

- Кл1'н1'чна пед1отр1я

Сопоставление возраста детей и длительности заболевания с частотой выявления ХАГ показало, что заболевание чаще отмечается у детей старшего возраста, и его длительность составляет не менее 3 лет.

Выводы

1. Хронический атрофический колит у детей не является исключительно редким заболеванием, во всяком случае, встречается чаще, чем диагностируется. Частота ХАГ у детей увеличивается с возрастом и длительностью заболевания.

2. Частота выявления ХАГ зависит от уровня применяемых исследований. Эндоскопические признаки, которые считаются характерными для хронического атрофического гастрита (сглаженность складок слизистой оболочки, их отсутствие на определенных участках, уменьшение размеров желудка), малоинформативны и не дают достаточных оснований для диагностики этой формы заболевания.

3. ХАГ — диагноз морфологический, причем информативность гистологического исследования прямо коррелирует с наличием биопсионного материала из различных отделов желудка (три из антрального отдела и два из тела желудка), что в педиатрической практике практически не делается; диагноз устанавливается на основании одной, редко — двух биопсий, что, безусловно, снижает информативность заключения.

4. Морфологические изменения при ХАГ неоднородны. Умеренная степень атрофии характеризуется наличием не более одного конечного отдела главных желез, которые открываются в одну желудочную ямку, с увеличенным количеством добавочных клеток в составе

Рисунок2

главных желез, что приводит к развитию пилорической метаплазии желез. В собственной пластинке слизистой оболочки определяются воспалительные изменения и умеренно выраженный фиброз. В некоторых случаях наблюдается умеренная степень атрофии СО тела желудка одновременно с развитием кишечной метаплазии по-кровно-ямочного эпителия.

Выраженная атрофия СО тела желудка характеризуется резким снижением количества главных желез и удлинением желудочных ямок, что иногда сопровождается развитием фовеолярной гиперплазии СО. Качественный состав главных желез изменяется в сторону преобладания добавочных клеток с развитием пилоризации желез. В собственной пластинке СО наблюдаются воспалительные изменения и выраженный фиброз.

5. Перспективным для детской гастроэнтерологии в плане диагностики ХАГ следует считать определение гастрина-1 (G-17) и пепсиногена-1 (PG-1) в сыворотке крови. Информативность этих показателей в плане подтверждения наличия атрофического процесса в СО желудка доказана исследованиями зарубежных и отечественных гастроэнтерологов-терапевтов.

6. Патогенетические особенности ХАГ определяют необходимость дифференцированного подхода к лечению больных, которое должно отличаться от лечения поверхностных и деструктивных форм заболевания и быть направлено прежде всего на стимуляцию репаративных процессов и восстановление желудочной секреции.

Список литературы

1. Бабак О.Я. Атрофический гастрит: прогнозы и перспективы// Здоровье Украины. — 2006. — № 21 (1). — С. 1-3.

2. Белоусов Ю.В. Функциональная диспепсия или хронический гастрит //Здоровье Украины. — 2009. — № 6 (1). — С. 44-45.

3. Белоусов Ю.В, Белоусова О.Ю. Секреторно-моторные взаимосвязи органов гастродуоденальной зоны у детей //Врачебная практика. — 2002. — С. 84-88.

4. Бурлуцкая A.B., Карпенко Л.В, Левицкая Н.В. Структура заболеваемости верхних отделов желудочно-кишечного тракта у детей г. Краснодара по данным детского стационара // Актуальные проблемы абдоминальной патологии у детей. Материалы XIII Конгресса детских гастроэнтерологов России. — Москва, 2006. — С. 104-105.

5. Волошин К.В. Функцюнальна диспепая у дтей: критерй диагностики та диференцтног дiагностики:Автореф. дис... канд. мед. наук. — Хартв, 2010. — 20с.

6. Гурова М.М., Гусева С.П, Дутлова Е.Д., Ляляева Т.В. Эндоскопические и морфологические особенности хронических га-стродуоденитов у детей, проживающих в условиях Курской магнитной аномалии // Актуальные проблемы абдоминальной патологии у детей. Материалы XIКонгресса детских гастроэнтерологов России. — Москва, 2004. — С. 184-185.

7. Денисюк Т.А Секреторно-моторт взаемозв 'язки у дтей з хротчною Helicobacter pylory-асощйованою гастродуоденальною па-

Белоусов Ю.В.

Харквська медична академя пслядипломноI освпи

ХРОЖЧНИЙ АТРОФ1ЧНИЙ ГАСТРИТ У ДЛЕЙ

Резюме. Обговорюються питания дефшщи хрошчного атрофiчного гастриту в дггей. Пщкреслюеться, що ця форма захворювання потребуе диференцшованого пщходу до дiагностики та лжування.

Ключовi слова: хрошчний атрофiчний гастрит, критерй дiагностики, дни.

тологгею та ефективтсть ерадикащйног терапи з використанням втчизнянихпрепаратгв: Автореф. дис... канд. мед. наук. — Хартв, 2010. — 20с.

8. Загорский С.Э., Назаренко А..Н. Морфологические особенности эрозивно-язвенных поражений желудка и двенадцатиперстной кишки у детей и подростков // Актуальные проблемы абдоминальной патологии у детей. Материалы XVII Конгресса детских гастроэнтерологов России и стран СНГ. — Москва, 2010. — С. 86-87.

9. Лысиков Ю.А., Малицына ТА., Рославцева Е.А. Трудности в диагностике атрофических гастритов у детей // Педиатрия. — 2006. — № 6. — С. 1-3.

10. Малямова Л.Н., Чередниченко А..М, Медведева С.Ю. Дискуссионные вопросы прогрессирования морфологических изменений слизистой оболочки желудка у детей с хроническими заболеваниями гастродуоденальной области // Актуальные проблемы абдоминальной патологии у детей. Материалы XIКонгресса детских гастроэнтерологов России. — Москва, 2004. — С. 132-134.

11. Мосшчук Л.М., Зак М.Ю. Оптимгзацы дагностики хротч-ного атрофгчного гастриту сучасними нешвазивними методами // Сучасна гастроентерологя. — 2010. — № 4 (54). — С. 52-56.

12. Новикова В.П, Мельникова И.Ю., Струков Е.Л, Антонов П.В. Морфологическая картина слизистой оболочки желудка у детей с хроническим гастродуоденитом в сочетании с аутоиммунным тиреоидитом // Актуальные проблемы абдоминальной патологии у детей. Материалы 8-й конференции «Детская гастроэнтерология2001». — Москва, 2001. — С. 72-73.

13. Парменова Л.П. Клинические и морфологические особенности хронического гастрита у детей //Актуальные проблемы абдоминальной патологи у детей. Материалы XII Конгресса детских гастроэнтерологов России. — Москва, 2005. — С. 208-209.

14. Пюрвеева К.В., Лапина Т.Л, Ивашкин В.Т. Значение сывороточных показателей пепсиногена-1, пепсиногена-2 и га-стрина-17 в диагностике атрофического гастрита // Российский журнал гастроэнтерол, гематолог, колопроктол. — 2005. — № 3. — С. 48-51.

15. Сичинава И.В., Новикова А.В., Каганов Б.С., Шере-шевская А.Я. и соавт. Течение хронического гастрита у детей // Актуальные проблемы абдоминальной патологии у детей. Сборник материалов 7-й конференции «Детская гастроэнтерология-2000». — Москва, 2000. — С. 107-108.

16. Chae H, Lee J.H., Lim J. Clinical utility of serum pepsinogen levels as a screening Test of atrophic gastritis // Korean J. Lab. Med. — 2008. — Vol. 28 (3). — P. 201-206.

17. Di Mario E, Cavallaro L.J. Non-invasive tests in gastric disease// Dig. Liver. Dis. — 2008. — Vol. 40(7). — P. 523-530.

18. Fox J.G., Wang T.S. Inflamattion, atrophy, and gastric cancer// J. Clin. Invest. — 2007. — Vol. 117. — P. 60-69.

19. Leverin C, Jacobsson S, Lindstedt G. Serum biomarkers for atrophic gastritis and antibodies against Helicobacter pylori in the elderly: Implications for vitamin B12, foliac acid and iron status and response to oral vitamin therapy // Scand. J. Gastroenterol. — 2008. — Vol. 43 (9). — P. 1050-1056.

20. Sipponen P. Atrophic gastritis as premalignant condition // Ann. Med. —1989. — Vol. 21. — P. 287-290.

21. Vannelia L, Lahner E, Osborn J. Risk factor for progression to gastric neoplastic lesions in patients with atrophic gastritis // Aliment. Pharmacol. Thier. — 2010. — Vol. 18. — P. 33-37.

Получено 13.05.11 □

Belousov Yu.V.

Kharkiv Medical Academy of Postgraduate Education, Ukraine

CHRONIC ATROPHIC GASTRITIS IN CHILDREN

Summary. Problems of definition of chronic atrophic gastritis in children are discussed. It is marked, that this type of disease requires differentiated approach to diagnostic and treatment.

Key words: chronic atrophic gastritis, diagnostic criteria, children.

Аутоиммунный атрофический гастрит. Лечение аутоиммунного атрофического гастрита

Наша клиника специализируется в иммунологии. Пациентов с аутоиммунным гастритом обычно ведет два специалиста: иммунолог и гастроэнтеролог. Так лечение идет гораздо эффективнее и быстрее. Обычно лечение аутоиммунного гастрита занимает 2-3 месяца. Важно своевременно провести лечение, т.к. при длительном течении заболевания слизистая оболочка желудка постепенно погибает, и полноценное усвоение витаминов становится невозможным. При выявлении осложнений мы предложим Вам помощь необходимых специалистов.

Причины и симптомы аутоиммунного гастрита

Гастрит – это воспаление слизистой оболочки желудка, а аутоиммунный гастрит возникает из-за иммунной агрессии против слизистой оболочки желудка. Такая ситуация возникает из-за того, что иммунитет по ошибке атакует здоровые ткани организма, в данном случае желудок.

Причины атрофического аутоиммунного гастрита:

  • Генетические предпосылки.
  • Инфекция. Обычно провокатором аутоиммунного гастрита выступают вирусы герпес группы (цитомегаловирус, герпес 6 типа, вирус Эпштейн-Барр) некоторые виды бактерий. Инфекция часто перенастраивает иммунитет против собственных тканей организма.

 

Симптомы и проявления аутоиммунного гастрита обусловлены развитием:

  • Анемии, вызванной снижением усвоения витаминов: В12 и фолиевой кислоты, необходимых для правильной работы нервной системы.
  • Неврологическими проявлениями (фуникулярный миелоз). Фуникулярный миелоз проявляется дегенерацией спинного мозга всегда вызван недостаточным усвоением витамина В12.

 

Симптомы аутоиммунного гастрита:

  • диспептические явления (рвота, поносы)
  • слабость, головокружение,
  • ощущение тяжести и распирания в животе после приёма пищи;
  • отрыжка; изжога, метеоризм
  • тошнота
  • потеря аппетита

 

Эти симптомы могут наблюдаться совместно или по отдельности. Возможно и бессимптомное течение, единственным проявлением аутоиммунного гастрита в этом случае будет анемия (малокровие) из-за нарушения всасывания витамина В12.

Диагностика и лечение аутоиммунного гастрита. Лечение в клинике «Эхинацея»

Диагностика:

  • Общий и биохимические анализы крови. Мы часто обнаруживаем сниженное содержание белков, витамина В12 и фолиевой кислоты. Эти вещества перестают нормально усваиваться из пищеварительного тракта.
  • Иммунологическое исследование (иммунограмма). Обычно мы находим антитела, которые иммунная система вырабатывает против здоровых тканей: антитела к внутреннему фактору Кастла, антитела к галиадину и париетальным клеткам желудка.
  • Гастроскопия позволяет визуально оценить состояние слизистой оболочки желудка и сделать выводы о тяжести процесса.

 

Лечением аутоиммуного гастрита занимается врач-иммунолог совместно с врачом-гастроэнтерологом.

  • Иммунолог подбирает лечение исходя из того, какое звено иммунитета не дорабатывает и не справляется с инфекцией, а какое работает слишком активно (это видно в иммунограмме). Наша основная задача – наладить гармоничную работу иммунной системы и помочь дать отпор инфекции.
  • Гастроэнтеролог занимается непосредственным лечением желудка, восстановлением его функций и купированием симптомов аутоиммунного гастрита.

10 главных симптомов воспаления желудка и методы лечения


Какие только средства не применяют от бородавок: уксус, лаванду, куркуму и касторовое масло от папиллом, витамины или примочки. Разбираемся, насколько эффективно такое лечение и могут ли домашние средства усугубить ситуацию.

Что такое папилломы и бородавки


Это небольшие образования с грубой текстурой кожи, вызванные вирусом папилломы человека (ВПЧ). Внешний вид зависит от их расположения на теле и толщины кожи. Они могут расти группами или поодиночке и иметь шероховатую поверхность. Иногда в середине видно черное пятно.

Обычно они не опасны. Но они крайне неприятны внешне, могут быть болезненными, если расположены в местах трения или давления. Бородавки чаще возникают у людей с ослабленной иммунной системой.


Обычные появляются на руках, а плоские – на лице. Бородавки на подошвах ног называются подошвенными. Они тоже могут быть болезненными. Когда поражаются ногти на руках и ногах, они называются подногтевыми и околоногтевыми бородавками.

Другое место, где они появляются,  – интимные зоны. Они могут развиваться на гениталиях, около ануса, а также на внутренней стороне бедер. Прежде чем лечить папилломы домашними средствами, обязательно проконсультируйтесь с врачом. Специальных исследований эффективности этих средств не было, а при неправильном применении они вполне могут быть небезопасными. При этом неправильное их применение может быть небезопасно (травматизация папиллом может приводить к их злокачественному перерождению). Кроме того, все образования такого рода нужно проверять на онкологический потенциал.

Как убрать папилломы касторовым маслом

Это вещество обладает противовирусным эффектом, поэтому многие считают, что лечение папиллом касторовым маслом будет эффективно. Кроме того, масло также обладает противовоспалительными свойствами и богато антиоксидантами, оно увлажняет и успокаивает раздраженную кожу.

Способ применения касторового масла от папиллом прост: потрите пораженный участок маслом холодного отжима в течение нескольких минут и оставьте на поверхности.

Наносите  два или три раза в день. Для достижения эффекта может потребоваться от нескольких недель до месяца, но вы наверняка сможете избавиться от них.

1. Яблочный уксус

Это средство обладает противовирусными, антибактериальными и противогрибковыми свойствами. Органическая кислота в яблочном уксусе разрушает ткани. Смочите вату в уксусе и приложите ее к бородавке.

Используйте липкую повязку, чтобы удерживать ее на месте. Выбросьте вату на следующее утро, оставив на ночь. Повторяйте это простое средство в течение нескольких недель. Через несколько дней они начнут чернеть и очень скоро отпадут, оставив небольшой след, который постепенно исчезнет.

2. Масло чайного дерева

Оно содержит натуральное противовирусное соединение, которое можно использовать. Он легко впитывается кожей и убивает вирус.

Разведите эфирное масло водой (несколько капель с 2 столовыми ложками воды) и нанесите на пораженный участок. Дайте ему высохнуть. Чтобы увидеть результат, применяйте его 5-6 раз в течение дня, а также перед сном в течение нескольких недель.

3. Масло орегано

Оно содержит карвакрол, обладающий противовирусными свойствами. Смешайте 1 чайную ложку масла орегано с 8 чайными ложками оливкового или кокосового масла и храните в небольшой стеклянной бутылке.

Нанесите несколько капель масла и оставьте. Также можно прикрыть область пластырем, чтобы закрепить процесс удаления бородавки. Повторяйте это от 4 до 6 раз в день.

4. Банановая кожура

Ее ферменты заживляют и помогают устранять кожные бородавки. Он также обладает антимикробными свойствами. Потрите бородавку банановой кожурой в течение нескольких минут.

Вы также можете нанести кожуру прямо на поверхность, удерживать ее на месте с помощью лейкопластыря. Повторяйте это каждый день в течение нескольких недель, чтобы увидеть результат.

5. Кокосовое масло

Подошвенные, на лице и даже генитальные  можно вылечить с помощью кокосового масла. Жирные кислоты со средней длиной цепи, присутствующие в кокосовом масле, обладают антимикробным действием и легко удаляют бородавки при регулярном нанесении масла.

Оно также действует как смягчающее средство и очищает кожу. Теплое средство можно нанести и помассировать несколько минут, чтобы масло впиталось кожей. Не смывать после массажа. Нужно делать это регулярно два или трижды в день.

6. Чеснок

Он обладает противовирусными, антибактериальными и противогрибковыми свойствами, которые борются с вирусными инфекциями. Содержание аллицина формирует сильную антимикробную активность против широкого спектра бактерий, грибов, вирусов и паразитов. Он легко убьет вирус.

Очистите и раздавите несколько зубчиков. Вотрите пасту в пораженный участок. Вы также можете употреблять его перорально. Если не нравится запах, можно принимать капсулы трижды в день в течение недели. Делайте это ежедневно, пока она не будет удалена.

7. Пищевая сода

Благодаря антисептическим и сильным противовоспалительным свойствам, присутствующим в пищевой соде, она помогает бороться с вирусами. Смешайте одну чайную ложку белого уксуса с пищевой содой, чтобы получилась густая паста. Наносите пасту два раза в день, возможно, один раз утром и один раз на ночь. Растворите пищевую соду в воде и опустите в раствор пораженную руку или ногу примерно на 30 минут.

Не вытирайте руку или ногу. Вместо этого высушите кожу на воздухе. Вы также можете смешать пищевую соду и касторовое масло, чтобы получилась паста. Нанесите его поверх, наложив повязку. Можно оставить пасту на ночь промыв кожу утром водой. Повторяйте это средство в течение нескольких дней, пока образование не исчезнет.

8. Масло ладана

При местном применении может удалить шрамы, бородавки и родинки благодаря своим противовоспалительным и ранозаживляющим свойствам. Это масло укрепляет вашу иммунную систему при приеме внутрь.

Очитсите кожу на пораженном участке, нанесите каплю эфирного масла и накройте повязкой. Меняйте повязку каждый день и при смене наносите каплю масла повторно. Повторяйте в течение недели.

9. Масло туи

Оно модулирует иммунный ответ до такой степени, что бородавки исчезают из-за антивирусных процессов, инициированных организмом. Это средство лучше всего работает от поражений, которые могут пахнуть или кровоточить, на ногах и генитальных и в основном используется при гомеопатическом лечении.

После очистки области нанесите каплю эфирного масла и накройте повязкой. Меняйте ее каждый день и снова наносите каплю масла, снова меняя повязку. Повторяйте каждый день, пока образование не отпадет.

10. Куркума

Ее антимикробные свойства убивают инфекцию. Это средство работает при местном применении. Сделайте густую пасту, смешав порошок куркумы с водой.

Нанесите пасту и оставьте на 30 минут. Смойте водой. Вы можете натереть кожу ломтиком лимона, чтобы избавиться от цвета куркумы. Применяйте один или два раза в день.

11. Картошка

Кислоты в картофельном соке обезвоживают и убивают вирус. Через две-три недели образования станут меньше. Возьмите очищенный кусок сырого картофеля и энергично натрите им области. Делайте это несколько раз в день.

12. Витамины (А, Е и С)

Местное применение витамина А может уменьшить бородавки, не оставляя шрамов. Витамин А препятствует процессу репликации вируса, а также вызывает иммунный ответ организма. Осторожно откройте капсулу и нанесите масло на бородавку. Оставьте впитаться. Используйте капсулы с рыбьим жиром, если не можете найти капсулы с витамином А.

Масло витамина Е богато антиоксидантами и обладает противовоспалительными свойствами. Оно ускоряет естественный процесс заживления. Достаньте масло из капсулы и нанесите. Накройте повязкой на весь день и снимите ее перед сном. Повторяйте в течение нескольких недель.

Кислотность витамина С (аскорбиновой кислоты), поможет убить вирус и уменьшить размер, пока она не отпадет или не исчезнет. Измельчите две-три таблетки витамина С и добавьте немного воды, чтобы получилась паста. Нанесите пасту и закройте ее лейкопластырем или изолентой. Используйте домашнее средство, пока не увидите результаты.

13. Гвоздичное масло

Эугенииновый компонент в составе отвечает за его противовирусные свойства. Он подавляет процесс размножения вируса и устраняет инфекцию. После очищения кожи нанесите 1-2 капли масла и наложите повязку. Меняйте повязку и наносите свежее масло каждый день. Повторяйте один раз в день, пока образование не сморщится.

14. Лавандовое масло

Оно лечит инфекцию и успокаивает кожу. После очищения нанесите одну-две капли и дайте ей высохнуть на воздухе. Делайте процедуру дважды в день, пока она не отпадет.

15. Масло тимьяна

Оно может убить вирус. Замочите пораженный участок в теплой воде на 10-15 минут. Промокните насухо, нанесите смесь масла тимьяна и масла-носителя в равных пропорциях и дайте высохнуть на воздухе. Повторяйте каждые 24 часа, пока она не отпадет.

Новости | Unim - лаборатория гистологии и иммуногистохимии

Уважаемые коллеги!  Предлагаем вашему вниманию исследование:

Мультифокальная биопсия желудка с оценкой по классификации OLGA+H.pylori

Код 103.5 - Мультифокальная биопсия желудка с оценкой по классификации OLGA+H.pylori.

Срок выполнения - 3 календарных дня.

Система OLGA — новый подход в диагностике и лечении хронических гастритов.

Атрофия слизистой оболочки желудка при хроническом гастрите по современным представлениям рассматривается как стартовая площадка для развития неоплазии/дисплазии и рака желудка кишечного типа. Соответственно интегральная морфологическая оценка степени выраженности атрофии в слизистой оболочке желудка (стадия хронического гастрита) атрофических процессов рассматривается в качестве ведущего прогностического фактора развития рака. В повседневной практике врача-патологоанатома распознавание атрофии вызывает определенные сложности, связанные с разнообразием классификационных подходов, неоднозначной интерпретацией морфологических признаков, с ограничениями технического характера. Группа европейских и американских патологов и гастроэнтерологов, объединившихся в ассоциации Atrophy Club и OLGA (Operative Link on Gastritis Assessment), предложила в качестве персонифицированного риска канцерогенеза оценивать интегральный показатель атрофических изменений слизистой оболочки желудка, обозначив этот показатель стадией хронического гастрита. Стадия атрофического гастрита (0-IV) стала ключевой характеристикой новой его классификации – OLGA-system.

Как правильно осуществить взятие материала? 

Полученные при биопсии фрагменты слизистой оболочки помещаются в три контейнера:

№ 1 – 2 кусочка из тела

№2 – 2 кусочка из антрального отдела желудка

№3 – 1 кусочек из угла желудка

                                     

 

Пример заключения по классификации OLGA:

Если у Вас возникли вопросы или желание получить уточнения, обращайтесь к Ирине Прянишниковой, руководителю по развитию и сопровождению клиентов и ли другому курирующему Вас менеджеру UNIM по адресу [email protected] или телефону 8 (800) 555-92-67

 

Аутоиммунный атрофический гастрит - патогенез, патология и лечение

  • 1

    Rugge, M. et al. . Атрофия слизистой оболочки желудка: согласованность между наблюдателями с использованием новых критериев классификации и классификации. Алимент. Pharmacol. Ther. 16 , 1249–1259 (2002).

    Артикул CAS PubMed Google Scholar

  • 2

    Кумбс, К. Ф. Заметка о сердечных симптомах пернициозной анемии. руб. Med. J. 2 , 185 (1926).

    Артикул CAS PubMed PubMed Central Google Scholar

  • 3

    Addison, T. Болезнь: хроническая надпочечниковая недостаточность, обычно вызываемая туберкулезом супраренальной капсулы. London Medical Gazette 43 , 517–518 (1849).

    Google Scholar

  • 4

    Флинт А. Клиническая лекция по анемии. American Medical Times 1 , 181–186 (1860).

    Google Scholar

  • 5

    Biermer, M. A. Über eine eigentümliche Form von progressiver, perniciöser Anaemie [нем.]. Correspondenz-Blatt für Schweizer Aerzte 2 , 15–17 (1872).

    Google Scholar

  • 6

    Mapel, D., Roberts, M., Overhiser, A. & Mason, A. Эпидемиология, диагностика и стоимость диспепсии и гастрита Helicobacter pylori : анализ случай-контроль в Юго-западных Соединенных Штатах . Helicobacter 18 , 54–65 (2013).

    Артикул PubMed Google Scholar

  • 7

    Гох, К. Л., Чан, В. К., Шиота, С. и Ямаока, Ю. Эпидемиология инфекции Helicobacter pylori и последствия для общественного здравоохранения. Helicobacter 16 (Приложение 1), 1–9 (2011).

    Артикул PubMed PubMed Central Google Scholar

  • 8

    Тан, Х.Дж. И Го, К. Л. Изменение эпидемиологии Helicobacter pylori в Азии. J. Dig. Дис. 9 , 186–189 (2008).

    Артикул PubMed Google Scholar

  • 9

    Брюс М. и Маарус Х. И. Эпидемиология инфекции Helicobacter pylori . Helicobacter 13 (Приложение 1), 1–6 (2008).

    Артикул PubMed Google Scholar

  • 10

    Малаты, Х.М. Эпидемиология инфекции Helicobacter pylori . Best Pract. Res. Clin. Гастроэнтерол. 21 , 205–214 (2007).

    Артикул PubMed PubMed Central Google Scholar

  • 11

    Грэм, Д. Ю. Изменяющаяся эпидемиология ГЭРБ: география и Helicobacter pylori . г. J. Gastroenterol. 98 , 1462–1470 (2003).

    Артикул PubMed Google Scholar

  • 12

    Коричневый, L.М. Helicobacter pylori : эпидемиология и пути передачи. Epidemiol. Ред. 22 , 283–297 (2000).

    Артикул CAS PubMed Google Scholar

  • 13

    Рук, Г. А. и Брюне, Л. Р. Микробы, иммунорегуляция и кишечник. Кишечник 54 , 317–320 (2005).

    Артикул CAS PubMed PubMed Central Google Scholar

  • 14

    Штрауман, А.Эозинофильный эзофагит: быстро развивающееся заболевание. Swiss Med. Wkly 142 , w13513 (2012).

    PubMed Google Scholar

  • 15

    Арнольд И. К. и др. . Инфекция Helicobacter pylori предотвращает аллергическую астму на моделях мышей за счет индукции регуляторных Т-клеток. J. Clin. Вкладывать деньги. 121 , 3088–3093 (2011).

    Артикул CAS PubMed PubMed Central Google Scholar

  • 16

    Чен, Ю.И Блазер, М. Дж. Обратные ассоциации Helicobacter pylori с астмой и аллергией. Arch. Междунар. Med. 167 , 821–827 (2007).

    Артикул PubMed PubMed Central Google Scholar

  • 17

    Rugge, M. и др. . Аутоиммунный гастрит: гистологический фенотип и стадия OLGA. Алимент. Pharmacol. Ther. 35 , 1460–1466 (2012).

    Артикул CAS PubMed Google Scholar

  • 18

    Левин, С.& Ladd, W. S. Пагубная анемия: клиническое исследование ста пятидесяти последовательных случаев с особым упором на анацидность желудка. Johns Hopkins Hosp. Бык. 32 , 254–266 (1921).

    Google Scholar

  • 19

    Фридлендер Р. Д. Расовый фактор злокачественной анемии: исследование пятисот случаев. г. J. Med. Sci. 187 , 634–642 (1934).

    Артикул Google Scholar

  • 20

    Парк, Дж.Ю., Корниш, Т. С., Лам-Химлин, Д., Ши, С. и Монтгомери, Е. Поражения желудка у пациентов с аутоиммунным метапластическим атрофическим гастритом (AMAG) в условиях третичного медицинского обслуживания. г. J. Surg. Патол. 34 , 1591–1598 (2010).

    PubMed Google Scholar

  • 21

    Bordi, C. et al. . Рост эндокринных клеток при атрофическом гастрите тела. Критическая оценка гистологической классификации. Дж.Патол. 182 , 339–346 (1997).

    Артикул CAS PubMed Google Scholar

  • 22

    Hershko, C. et al . Вариабельные гематологические проявления аутоиммунного гастрита: возрастное прогрессирование от дефицита железа до истощения запасов кобаламина. Кровь 107 , 1673–1679 (2006).

    Артикул CAS PubMed Google Scholar

  • 23

    Ланер, Э. и др. . Возникновение и факторы риска аутоиммунного заболевания щитовидной железы у пациентов с атрофическим телесным гастритом. г. J. Med. 121 , 136–141 (2008).

    Артикул PubMed Google Scholar

  • 24

    Кармель Р. Распространенность недиагностированной злокачественной анемии у пожилых людей. Arch. Междунар. Med. 156 , 1097–1100 (1996).

    Артикул CAS PubMed Google Scholar

  • 25

    Эйдт, С., Оберхубер, Г., Шнайдер, А. и Столте, М. Гистопатологический спектр гастрита типа А. Pathol. Res. Практик. 192 , 101–106 (1996).

    Артикул CAS PubMed Google Scholar

  • 26

    Кармель Р. и Джонсон К. С. Расовые модели злокачественной анемии. Ранний возраст начала заболевания и повышенная частота антител к внутреннему фактору у чернокожих женщин. N. Engl. J. Med. 298 , 647–650 (1978).

    Артикул CAS PubMed Google Scholar

  • 27

    Кармель Р., Джонсон С. и Вайнер Дж. М. Пагубная анемия у латиноамериканцев не является болезнью пожилых людей. Arch. Междунар. Med. 147 , 1995–1996 (1987).

    Артикул CAS PubMed Google Scholar

  • 28

    Андрес, Э. и др. . Клинические аспекты дефицита кобаламина у пожилых пациентов.Эпидемиология, причины, клинические проявления и лечение с особым вниманием к пероральной терапии кобаламином. евро. J. Intern. Med. 18 , 456–462 (2007).

    Артикул CAS PubMed Google Scholar

  • 29

    Андрес, Э. и др. . Дефицит витамина B12 (кобаламина) у пожилых пациентов. CMAJ 171 , 251–259 (2004).

    Артикул PubMed PubMed Central Google Scholar

  • 30

    Чан, Дж.С. и др. . Продольное исследование китайских пациентов с пернициозной анемией. Аспирантура. Med. J. 84 , 644–650 (2008).

    Артикул CAS PubMed Google Scholar

  • 31

    Чук П. О., Трауб Н. Э. и Патель И. С. Пагубная анемия у замбийцев. Восточная Африка. Med. J. 49 , 681–683 (1972).

    CAS PubMed Google Scholar

  • 32

    Коджак, Р.И Пайдас, С. Пагубная анемия в Турции. Внутр. J. Hematol. 55 , 117–119 (1992).

    CAS PubMed Google Scholar

  • 33

    Мактуф К. и др. . Мегалобластная анемия в Северной Африке. Haematologica 91 , 990–991 (2006).

    PubMed Google Scholar

  • 34

    Schlemper, R.J., van der Werf, S.D., Vandenbroucke, J. P., Biemond, I. & Lamers, C. B. Сероэпидемиология гастрита у работающих в Японии и Нидерландах: доказательства развития атрофического гастрита, не связанного с Helicobacter pylori . Кишечник 37 , 199–204 (1995).

    Артикул CAS PubMed PubMed Central Google Scholar

  • 35

    Weck, M. N. & Brenner, H. Распространенность хронического атрофического гастрита в различных частях мира. Cancer Epidemiol. Биомаркеры Пред. 15 , 1083–1094 (2006).

    Артикул PubMed Google Scholar

  • 36

    Вун Чан, Дж. К. и др. . Пагубная анемия по-китайски: исследование 181 пациента в больнице Гонконга. Медицина (Балтимор) 85 , 129–138 (2006).

    Артикул Google Scholar

  • 37

    Клейс, Д., Faller, G., Appelmelk, B.J., Negrini, R. & Kirchner, T. Желудочная H + , K + -АТФаза является основным аутоантигеном при хроническом гастрите Helicobacter pylori с атрофией слизистой оболочки тела. Гастроэнтерология 115 , 340–347 (1998).

    Артикул CAS PubMed Google Scholar

  • 38

    Negrini, R. et al. . Инфекция Helicobacter pylori вызывает перекрестную реакцию антител со слизистой оболочкой желудка человека. Гастроэнтерология 101 , 437–445 (1991).

    Артикул CAS PubMed Google Scholar

  • 39

    Negrini, R. et al. . Антигенная мимикрия между Helicobacter pylori и слизистой оболочкой желудка в патогенезе атрофического гастрита тела. Гастроэнтерология 111 , 655–665 (1996).

    Артикул CAS PubMed Google Scholar

  • 40

    Фаллер, Г. и др. . Антигастральные аутоантитела при гастрите Helicobacter pylori : распространенность, in-situ, сайтов связывания и ключи к клинической значимости. Арка Вирхова. 427 , 483–486 (1996).

    Артикул CAS PubMed Google Scholar

  • 41

    Faller, G. et al. . Антигастральные аутоантитела при инфекции Helicobacter pylori : значение гистологических и клинических параметров гастрита. Кишечник 41 , 619–623 (1997).

    Артикул CAS PubMed PubMed Central Google Scholar

  • 42

    Аппельмелк, Б. Дж., Фаллер, Г., Клэйс, Д., Киршнер, Т. и Ванденбрук-Граулс, К. М. Ошибки в процессе: дело Helicobacter pylori и аутоиммунитет. Immunol. Сегодня 19 , 296–299 (1998).

    Артикул CAS PubMed Google Scholar

  • 43

    Бергман, М.P. и др. . На данный момент история: Helicobacter pylori и желудочный аутоиммунитет. Внутр. Rev. Immunol. 24 , 63–91 (2005).

    Артикул CAS PubMed Google Scholar

  • 44

    Д'Элиос, М. М., Аппельмелк, Б. Дж., Амедей, А., Бергман, М. П. и Дел, П. Г. Аутоиммунитет желудка: роль Helicobacter pylori и молекулярная мимикрия. Trends Mol. Med. 10 , 316–323 (2004).

    Артикул CAS PubMed Google Scholar

  • 45

    Д'Элиос, М. М., Бергман, М. П., Амедей, А., Аппельмелк, Б. Дж. И Дел, П. Г. Helicobacter pylori и аутоиммунитет желудка. Микробы Заражают. 6 , 1395–1401 (2004).

    Артикул CAS PubMed Google Scholar

  • 46

    Agreus, L. et al. . Обоснование диагностики и скрининга атрофического гастрита с использованием биомаркеров плазмы, специфичных для желудка. Сканд. J. Gastroenterol. 47 , 136–147 (2012).

    Артикул CAS PubMed PubMed Central Google Scholar

  • 47

    Stolte, M. et al . Активный аутоиммунный гастрит без полной атрофии желез. З. Гастроэнтерол. 30 , 729–735 (1992).

    CAS PubMed Google Scholar

  • 48

    Столте, М., Мейер, Э. и Майнинг, А. Лечение аутоиммунного гастрита с помощью эрадикации Helicobacter pylori у 21-летнего мужчины. З. Гастроэнтерол. 36 , 641–643 (1998).

    CAS PubMed Google Scholar

  • 49

    Muller, H., Rappel, S., Wundisch, T., Bayerdorffer, E. & Stolte, M. Исцеление активного неатрофического аутоиммунного гастрита с помощью искоренения H. pylori . Пищеварение 64 , 30–39 (2001).

    Артикул CAS PubMed Google Scholar

  • 50

    Бергман, М. П. и Д'Элиос, М. М. Цитотоксические Т-клетки, H. pylori -связанный аутоиммунитет желудка и лимфома желудка. J. Biomed. Biotechnol. 2010 , 104918 (2010).

    Артикул CAS PubMed PubMed Central Google Scholar

  • 51

    Негрини, Р., Савио, А.И Аппельмелк, Б. Дж. Аутоантитела к слизистой оболочке желудка при инфекции Helicobacter pylori . Helicobacter 2 (Приложение 1), S13 – S16 (1997).

    Артикул PubMed Google Scholar

  • 52

    Д'Элиос, М. М. и др. . Молекулярная специфичность и функциональные свойства аутореактивного Т-клеточного ответа при аутоиммунных заболеваниях желудка человека. Внутр. Rev. Immunol. 24 , 111–122 (2005).

    Артикул CAS PubMed Google Scholar

  • 53

    Bergman, M., Del, P.G., van Kooyk, Y. & Appelmelk, B. Helicobacter pylori , изменение фазы, иммунная модуляция и аутоиммунитет желудка. Nat. Rev. Microbiol. 4 , 151–159 (2006).

    Артикул CAS PubMed Google Scholar

  • 54

    Оксанен, А. и др. .Атрофический гастрит и инфекция Helicobacter pylori у амбулаторных пациентов, направленных на гастроскопию. Кишечник 46 , 460–463 (2000).

    Артикул CAS PubMed PubMed Central Google Scholar

  • 55

    Вейола, Л. И., Оксанен, А. М., Сиппонен, П. И. и Раутелин, Х. И. Ассоциация атрофического гастрита тела аутоиммунного типа с инфекцией Helicobacter pylori . Мир J.Гастроэнтерол. 16 , 83–88 (2010).

    CAS PubMed PubMed Central Google Scholar

  • 56

    Bedeir, A. S., Lash, R. H., Lash, J. G. & Ray, M. B. Значительное увеличение плазматических клеток IgG4 + в образцах биопсии желудка от пациентов с пернициозной анемией. J. Clin. Патол. 63 , 999–1001 (2010).

    Артикул CAS PubMed Google Scholar

  • 57

    Гершвин, М.Э. и Шенфельд Ю. Актуальные проблемы органо-специфического аутоиммунитета. Clin. Rev. Allergy Immunol. 41 , 123–125 (2011).

    Артикул CAS PubMed Google Scholar

  • 58

    Банка, С., Райан, К., Томсон, В. и Ньюман, В. Г. Пагубная анемия - генетические открытия. Аутоиммун. Ред. 10 , 455–459 (2011).

    Артикул PubMed Google Scholar

  • 59

    Охана, М. и др. . Подавляющее действие инфекции Helicobacter pylori на аутоиммунный гастрит мышей. Кишечник 52 , 1102–1110 (2003).

    Артикул CAS PubMed PubMed Central Google Scholar

  • 60

    Cruchaud, A. & Juditz, E. Анализ антител к париетальным клеткам желудка и антител к клеткам щитовидной железы у пациентов с пернициозной анемией и заболеваниями щитовидной железы. Clin.Exp. Иммунол. 3 , 771–781 (1968).

    CAS PubMed PubMed Central Google Scholar

  • 61

    Доних, Д., Ройт, И. М. и Тейлор, К. Б. Аутоиммунные явления при злокачественной анемии. Серологическое совпадение с тиреоидитом, тиреотоксикозом и системной красной волчанкой. руб. Med. J. 1 , 1374–1379 (1963).

    Артикул CAS PubMed PubMed Central Google Scholar

  • 62

    Дониах, Д., Грант, Д. и Ньюнс, Г. Х. Мультиэндокринное аутоиммунное заболевание у матери и сына. Proc. R. Soc. Med. 65 , 488–490 (1972).

    CAS PubMed PubMed Central Google Scholar

  • 63

    Ирвин, У. Дж., Сумерлинг, М. Д. и Дэвис, С. Х. Иммунологические аспекты злокачественной анемии. Библ. Haematol. 23 , 73–78 (1965).

    CAS PubMed Google Scholar

  • 64

    Ирвин, W.Дж., Каллен, Д. Р. и Мавинни, Х. Естественная история аутоиммунного ахлоргидрического атрофического гастрита. Последующее исследование продолжительностью 1–15 лет. Ланцет 2 , 482–485 (1974).

    Артикул CAS PubMed Google Scholar

  • 65

    Сингер, В. и Сахай, Б. М. Миастения, тиреоидит Хашимото и пагубная анемия. руб. Med. J. 1 , 904 (1966).

    Артикул CAS PubMed PubMed Central Google Scholar

  • 66

    Марксон, Дж.Л. и Мур, Дж. М. Аутоантитела к щитовидной железе при пернициозной анемии. руб. Med. J. 2 , 1352–1355 (1962).

    Артикул CAS PubMed PubMed Central Google Scholar

  • 67

    Feldt-Rasmussen, U. et al . Аутоантитела, иммунные комплексы и HLA-D при аутоиммунитете щитовидной железы. Тканевые антигены 22 , 342–347 (1983).

    Артикул CAS PubMed Google Scholar

  • 68

    Оттесен, М., Feldt-Rasmussen, U., Andersen, J., Hippe, E. & Schouboe, A. Функция щитовидной железы и аутоиммунитет при злокачественной анемии до и во время лечения цианокобаламином. J. Endocrinol. Вкладывать деньги. 18 , 91–97 (1995).

    Артикул CAS PubMed Google Scholar

  • 69

    Чанарин, И. Пернициозная анемия как аутоиммунное заболевание. руб. J. Haematol. 23 (Дополнение), 101–107 (1972).

    Артикул Google Scholar

  • 70

    Перрос, П., Сингх Р. К., Лудлам К. А. и Фрайер Б. М. Распространенность злокачественной анемии у пациентов с сахарным диабетом 1 типа и аутоиммунным заболеванием щитовидной железы. Диабет. Med. 17 , 749–751 (2000).

    Артикул CAS PubMed Google Scholar

  • 71

    Giannouli, S., Anagnostou, D., Soliotis, F. & Voulgarelis, M. Аутоиммунные проявления при общем вариабельном иммунодефиците. Clin. Ревматол. 23 , 449–452 (2004).

    Артикул PubMed Google Scholar

  • 72

    Хашизуме, синдром Т. Гуда и злокачественная анемия. Междунар. Med. 41 , 1062–1064 (2002).

    Артикул PubMed Google Scholar

  • 73

    Коскинен, С. Долгосрочное наблюдение за состоянием здоровья доноров крови с первичным селективным дефицитом IgA. J. Clin. Иммунол. 16 , 165–170 (1996).

    Артикул CAS PubMed Google Scholar

  • 74

    Lackmann, G. M., Wahn, V., Poremba, C. & Niehues, T. Подросток с X-связанной агаммаглобулинемией и анемией, вызванной дефицитом витамина B12. J. Pediatr. Гастроэнтерол. Nutr. 41 , 360–362 (2005).

    Артикул CAS PubMed Google Scholar

  • 75

    Каллендер, С. Т. и Денборо, М.A. Семейное исследование злокачественной анемии. руб. J. Haematol. 3 , 88–106 (1957).

    Артикул CAS PubMed Google Scholar

  • 76

    То, Б. Х., ван Дриел, И. Р. и Глисон, П. А. Пагубная анемия. N. Engl. J. Med. 337 , 1441–1448 (1997).

    Артикул CAS PubMed Google Scholar

  • 77

    Делва, П.Л., МакДонелл, Дж. Э. и Макинтош, О. С. Мегалобластная анемия, возникающая одновременно у белых монозиготных близнецов женского пола. банка. Med. Доц. J. 92 , 1129–1131 (1965).

    CAS PubMed PubMed Central Google Scholar

  • 78

    Масноу, Х. и др. . Пагубная анемия у тройни. Отчет о болезни и обзор литературы. Гастроэнтерол. Гепатол. 30 , 580–582 (2007).

    Артикул PubMed Google Scholar

  • 79

    Correa, P., Piazuelo, M. B. & Wilson, K. T. Патология желудочно-кишечной метаплазии: клинические последствия. г. J. Gastroenterol. 105 , 493–498 (2010).

    Артикул PubMed PubMed Central Google Scholar

  • 80

    Голденринг, Дж. Р., Нам, К. Т. и Миллс, Дж. С. Происхождение предопухолевой метаплазии в желудке: главные клетки выходят из тумана. Exp. Cell Res. 317 , 2759–2764 (2011).

    Артикул CAS PubMed PubMed Central Google Scholar

  • 81

    Джала, Н. К. и др. . Метаплазия ацинарных клеток поджелудочной железы при аутоиммунном гастрите. Arch. Патол. Лаборатория. Med. 127 , 854–857 (2003).

    PubMed Google Scholar

  • 82

    Беттингтон, М.И Браун, I. Аутоиммунный гастрит: новые ключи к гистологической диагностике. Патология 45 , 145–149 (2013).

    Артикул CAS PubMed Google Scholar

  • 83

    Solcia, E., Rindi, G., Silini, E. & Villani, L. Энтерохромаффиноподобные (ECL) клетки и их рост: связь с гастрином, снижение секреции кислоты и гастрит. Baillieres Clin. Гастроэнтерол. 7 , 149–165 (1993).

    Артикул CAS PubMed Google Scholar

  • 84

    Solcia, E. et al. . Морфология и патогенез эндокринных гиперплазий, прекарциноидных поражений и карциноидов, возникающих при хроническом атрофическом гастрите. Сканд. J. Gastroenterol. Дополнение 180 , 146–159 (1991).

    Артикул CAS PubMed Google Scholar

  • 85

    Solcia, E. и др. . Четкие модели хронического гастрита, связанные с карциноидом и раком, и их роль в онкогенезе. Yale J. Biol. Med. 65 , 793–804 (1992).

    CAS PubMed PubMed Central Google Scholar

  • 86

    Торбенсон, М., Абрахам, С. С., Бойтнотт, Дж., Ярдли, Дж. Х. и Ву, Т. Т. Аутоиммунный гастрит: различные гистологические и иммуногистохимические данные до полной потери оксинтенных желез. Мод. Патол. 15 , 102–109 (2002).

    Артикул PubMed Google Scholar

  • 87

    Junca J., de Soria, P. L., Granada, M. L., Flores, A. & Marquez, E. Выявление ранних нарушений функции желудка у родственников первой степени родства пациентов с пернициозной анемией. евро. J. Haematol. 77 , 518–522 (2006).

    Артикул PubMed Google Scholar

  • 88

    Ицуно, М. и др. . Множественные карциноиды и микронесты эндокринных клеток при гастрите типа А. Их морфология, гистогенез и естествознание. Рак 63 , 881–890 (1989).

    Артикул CAS PubMed Google Scholar

  • 89

    Muller, J., Kirchner, T. & Muller-Hermelink, H.K. Гиперплазия эндокринных клеток желудка и карциноидные опухоли при атрофическом гастрите типа A. Am. J. Surg. Патол. 11 , 909–917 (1987).

    Артикул CAS PubMed Google Scholar

  • 90

    Rugge, M. et al . OLGA Стадия гастрита: учебное пособие. Dig. Liver Dis. 40 , 650–658 (2008).

    Артикул CAS PubMed PubMed Central Google Scholar

  • 91

    Rugge, M. & Genta, R.M. Постановка и классификация хронического гастрита. Hum. Патол. 36 , 228–233 (2005).

    Артикул PubMed Google Scholar

  • 92

    Rugge, M, и др. . Гастрит OLGA-стадия и риск рака желудка: двенадцатилетнее клинико-патологическое исследование. Алимент. Pharmacol. Ther. 31 , 1104–1111 (2010).

    CAS PubMed Google Scholar

  • 93

    Сато, К. и др. .Оценка атрофического гастрита по системе OLGA. Helicobacter 13 , 225–229 (2008).

    Артикул PubMed Google Scholar

  • 94

    Евремович, Д., Торбенсон, М., Мюррей, Дж. А., Бургарт, Л. Дж. И Абрахам, С. С. Атрофический аутоиммунный пангастрит: отличительная форма антрального и фундального гастрита, связанная с системным аутоиммунным заболеванием. г. J. Surg. Патол. 30 , 1412–1419 (2006).

    Артикул PubMed Google Scholar

  • 95

    Solcia, E. et al. . Естественный анамнез, клинико-патологическая классификация и прогноз опухолей ECL желудка. Yale J. Biol. Med. 71 , 285–290 (1998).

    CAS PubMed PubMed Central Google Scholar

  • 96

    Кокберн, А. Н., Морган, К. Дж. И Гента, Р. М. Нейроэндокринные пролиферации желудка: прагматический подход для озадаченного патологоанатома. Adv. Анат. Патол. 20 , 148–157 (2013).

    Артикул CAS PubMed Google Scholar

  • 97

    Solcia, E. et al. . в Классификация опухолей пищеварительной системы ВОЗ , 2-е изд. (ред. Босман, Ф. Т., Карнейро, Ф., Хрубан, Р. Х. и Тайз, Н. Д.) 64–68 (IARC, 2010).

    Google Scholar

  • 98

    Кармак, С.W., Genta, R.M., Graham, D. Y. & Lauwers, G. Y. Ведение полипов желудка: руководство для гастроэнтерологов, основанное на патологии. Nat. Преподобный Гастроэнтерол. Гепатол. 6 , 331–341 (2009).

    Артикул PubMed PubMed Central Google Scholar

  • 99

    Шаиб, Ю. Х., Рагге, М., Грэм, Д. Ю. и Гента, Р. М. Лечение полипов желудка: подход, основанный на эндоскопии. Clin. Гастроэнтерол. Гепатол. http://dx.doi.org/10.1016/j.cgh.2013.03.019.

  • 100

    Абрахам, С. К., Сингх, В. К., Ярдли, Дж. Х. и Ву, Т. Т. Гиперпластические полипы желудка: ассоциации с гистологическими паттернами гастрита и атрофии желудка. г. J. Surg. Патол. 25 , 500–507 (2001).

    Артикул CAS PubMed PubMed Central Google Scholar

  • 101

    Харума, К., Суми, К., Йошихара, М., Watanabe, C. & Kajiyama, G. Слизистая оболочка желудка у пациенток с полипами фундальных желез. J. Clin. Гастроэнтерол. 13 , 565–569 (1991).

    Артикул CAS PubMed Google Scholar

  • 102

    Харума, К. и др. . Пернициозная анемия и инфекция Helicobacter pylori в Японии: оценка в стране с высокой распространенностью инфекции. г. J. Gastroenterol. 90 , 1107–1110 (1995).

    CAS PubMed Google Scholar

  • 103

    Laxen, F. Карцинома желудка и пернициозная анемия при долгосрочном эндоскопическом наблюдении за пациентами с полипами желудка. Сканд. J. Gastroenterol. 19 , 535–540 (1984).

    Артикул CAS PubMed Google Scholar

  • 104

    Лаксен, Ф., Кекки, М., Сиппонен, П. и Сирала, М. Слизистая оболочка желудка с полипами: морфологическая и динамическая оценка. Сканд. J. Gastroenterol. 18 , 503–511 (1983).

    Артикул CAS PubMed Google Scholar

  • 105

    Варис, К., Стенман, У. Х., Лехтола, Дж. И Сиурала, М. Поражение желудка и злокачественная анемия: семейное исследование. Acta Гепатогастроэнтерол. (Штутг.) 25 , 62–67 (1978).

    CAS Google Scholar

  • 106

    Красинскас, А.М., Абрахам, С. К., Мец, Д. К. и Фурт, Е. Е. Оксинтические псевдополипы слизистой оболочки: проявление атрофического аутоиммунного гастрита. г. J. Surg. Патол. 27 , 236–241 (2003).

    Артикул PubMed Google Scholar

  • 107

    Vieth, M., Kushima, R., Borchard, F. & Stolte, M. Аденома пилорической железы: клинико-патологический анализ 90 случаев. Арка Вирхова. 442 , 317–321 (2003).

    CAS PubMed Google Scholar

  • 108

    Чен, З. М., Скудьер, Дж. Р., Абрахам, С. К. и Монтгомери, Э. Аденома пилорической железы: сущность, отличная от аденомы фовеолярного типа желудка. г. J. Surg. Патол. 33 , 186–193 (2009).

    Артикул PubMed Google Scholar

  • 109

    Абрахам, С. К., Монтгомери, Э. А., Сингх, В. К., Yardley, J. H. & Wu, T. T. Аденомы желудка: аденомы кишечного и желудочного типа различаются по риску аденокарциномы и наличию фоновой патологии слизистой оболочки. г. J. Surg. Патол. 26 , 1276–1285 (2002).

    Артикул PubMed Google Scholar

  • 110

    Мацубара, А. и др. . Частые мутации GNAS и KRAS в аденоме пилорической железы желудка и двенадцатиперстной кишки. J. Pathol. 229 , 579–587 (2013).

    Артикул CAS PubMed Google Scholar

  • 111

    Стрикленд Р. Г. и Маккей И. Р. Переоценка природы и значения хронического атрофического гастрита. г. J. Dig. Дис. 18 , 426–440 (1973).

    Артикул CAS PubMed Google Scholar

  • 112

    Vannella, L. и др. . Факторы риска прогрессирования опухолевых поражений желудка у пациентов с атрофическим гастритом. Алимент. Pharmacol. Ther. 31 , 1042–1050 (2010).

    CAS PubMed Google Scholar

  • 113

    Ваннелла, Л., Ланер, Э. и Аннибале, Б. Риск неоплазий желудка у пациентов с хроническим атрофическим гастритом: критическая переоценка. World J. Gastroenterol. 18 , 1279–1285 (2012).

    Артикул PubMed PubMed Central Google Scholar

  • 114

    Ваннелла, Л., Ланер, Э., Осборн, Дж. И Аннибейл, Б. Систематический обзор: заболеваемость раком желудка при пернициозной анемии. Алимент. Pharmacol. Ther. 37 , 375–382 (2012).

    Артикул CAS PubMed Google Scholar

  • 115

    Borch, K. Эпидемиологические, клинико-патологические и экономические аспекты гастроскопического скрининга пациентов с пернициозной анемией. Сканд. J. Gastroenterol. 21 , 21–30 (1986).

    Артикул CAS PubMed Google Scholar

  • 116

    Брески, Г. и др. . Эндоскопические данные в программе наблюдения раз в два года у пациентов с пернициозной анемией. Гепатогастроэнтерология 50 , 2264–2266 (2003).

    CAS PubMed Google Scholar

  • 117

    Эльсборг, Л., Андерсен Д. и Баструп-Мадсен П. Скрининг гастрокамер при злокачественной анемии. Особое внимание уделяется возникновению полипов желудка и рака. Сканд. J. Gastroenterol. 8 , 5–8 (1973).

    CAS PubMed Google Scholar

  • 118

    Коккола, А. и др. . Риск рака желудка и карциноидных опухолей у пациентов с пернициозной анемией. Проспективное последующее исследование. Сканд.J. Gastroenterol. 33 , 88–92 (1998).

    Артикул CAS PubMed Google Scholar

  • 119

    Сджоблом, С. М., Сиппонен, П. и Ярвинен, Х. Гастроскопическое наблюдение за пациентами с злокачественной анемией. Кишечник 34 , 28–32 (1993).

    Артикул CAS PubMed PubMed Central Google Scholar

  • 120

    Аннибале, Б. и др. . Две трети пациентов с атрофическим гастритом тела имеют свидетельства инфекции Helicobacter pylori . Helicobacter 6 , 225–233 (2001).

    Артикул CAS PubMed Google Scholar

  • 121

    Ланер, Э. и др. . Первое эндоскопико-гистологическое наблюдение у пациентов с атрофическим гастритом с преобладанием тела: когда это нужно делать? Гастроинтест. Endosc. 53 , 443–448 (2001).

    Артикул CAS PubMed Google Scholar

  • 122

    Руис Б. и др. . Морфометрическая оценка атрофии антрального отдела желудка: сравнение с визуальной оценкой. Гистопатология 39 , 235–242 (2001).

    Артикул CAS PubMed Google Scholar

  • 123

    Гента, Р. М. Обзорная статья: Атрофия желудка и атрофический гастрит - туманные концепции в поисках определения. Алимент. Pharmacol. Ther. 12 (Дополнение 1), 17–23 (1998).

    Артикул PubMed Google Scholar

  • 124

    Диксон, М. Ф., Гента, Р. М., Ярдли, Дж. Х. и Корреа, П. Классификация и классификация гастрита. Обновленная Сиднейская система. Международный семинар по гистопатологии гастрита, Хьюстон, 1994. Am. J. Surg. Патол. 20 , 1161–1181 (1996).

    Артикул CAS PubMed Google Scholar

  • 125

    Vannella, L. и др. . Развитие карциноида желудка I типа у больных хроническим атрофическим гастритом. Алимент. Pharmacol. Ther. 33 , 1361–1369 (2011).

    Артикул CAS PubMed Google Scholar

  • 126

    Annibale, B. et al. . Пациенты с атрофическим гастритом тела с энтерохромаффиноподобной клеточной дисплазией имеют повышенный риск развития карциноида желудка I типа. евро.J. Gastroenterol. Гепатол. 13 , 1449–1456 (2001).

    Артикул CAS PubMed Google Scholar

  • 127

    Эль-Зимайти, Х. М., Ота, Х., Грэм, Д. Ю., Акамацу, Т. и Кацуяма, Т. Паттерны атрофии желудка при карциноме желудка кишечного типа. Рак 94 , 1428–1436 (2002).

    Артикул PubMed Google Scholar

  • 128

    Гента, Р.M. & Pusztaszeri, M. Слизистая оболочка желудка у больных раком желудка в зоне с низкой заболеваемостью. евро. J. Gastroenterol. Гепатол. 18 , 1085–1093 (2006).

    Артикул PubMed Google Scholar

  • 129

    Stabler, S.P. & Allen, R.H. Дефицит витамина B12 как глобальная проблема. Annu. Rev. Nutr. 24 , 299–326 (2004).

    Артикул CAS PubMed Google Scholar

  • 130

    Аннибале, Б., Lahner, E. & Fave, G.D. Диагностика и лечение злокачественной анемии. Curr. Гастроэнтерол. Отчет 13 , 518–524 (2011).

    Артикул PubMed Google Scholar

  • 131

    Stabler, S.P. Клиническая практика. Дефицит витамина B12. N. Engl. J. Med. 368 , 149–160 (2013).

    Артикул CAS PubMed Google Scholar

  • 132

    Zuckier, L.С. и Черву, Л. Р. Шиллинг оценка злокачественной анемии: современное состояние. J. Nucl. Med. 25 , 1032–1039 (1984).

    CAS PubMed Google Scholar

  • 133

    Крыницкий, Б. Р. и Цукьер, Л. С. Точность измерения проб мочи по двойному изотопу Шиллинга: многоцентровое исследование [исправлено]. J. Nucl. Med. 36 , 1659–1665 (1995).

    CAS PubMed Google Scholar

  • 134

    Ди Марио, Ф. и др. . «Серологическая биопсия» у родственников первой степени родства пациентов с раком желудка, пораженных инфекцией Helicobacter pylori . Сканд. J. Gastroenterol. 38 , 1223–1227 (2003).

    Артикул CAS PubMed Google Scholar

  • 135

    Ди Марио, Ф. и др. . Полезность сывороточных пепсиногенов при хроническом гастрите Helicobacter pylori : взаимосвязь с воспалением, активностью и плотностью бактерий. Dig. Дис. Sci. 51 , 1791–1795 (2006).

    Артикул PubMed Google Scholar

  • 136

    Germana, B. et al. . Клиническая ценность сывороточных пепсиногенов I и II, гастрина-17 и антител против Helicobacter pylori в лечении пациентов с диспепсией в первичной медико-санитарной помощи. Dig. Liver Dis. 37 , 501–508 (2005).

    Артикул CAS PubMed Google Scholar

  • 137

    Гуарисо, Г. и др. . GastroPanel: оценка эффективности в диагностике изменений слизистой оболочки желудка и двенадцатиперстной кишки у детей. Clin. Чим. Acta 402 , 54–60 (2009).

    Артикул CAS PubMed Google Scholar

  • 138

    Иидзима, К. и др. . Тесты на биомаркеры сыворотки полезны для разграничения пациентов с атрофией желудка и нормальным здоровым желудком. World J. Gastroenterol. 15 , 853–859 (2009).

    Артикул CAS PubMed PubMed Central Google Scholar

  • 139

    Peitz, U. et al . Корреляция сывороточных пепсиногенов и гастрина-17 с атрофическим гастритом у пациентов с гастроэзофагеальным рефлюксом: исследование подобранных пар. J. Gastroenterol. Гепатол. 26 , 82–89 (2011).

    Артикул PubMed Google Scholar

  • 140

    Антико, А. и др. . Клиническая ценность серологической биопсии желудка для диагностики хронического аутоиммунного гастрита. Clin. Dev. Иммунол. 2012 , 520970 (2012).

    Артикул PubMed PubMed Central Google Scholar

  • 141

    Faber, K. K. Achylia Gastrica mit Anamie [немецкий]. Medizinische Klinik 5 , 1310–1325 (1909).

    Google Scholar

  • 142

    Гершко, С. и др. . Роль аутоиммунного гастрита, Helicobacter pylori и целиакии в рефрактерной или необъяснимой железодефицитной анемии. Haematologica 90 , 585–595 (2005).

    CAS PubMed Google Scholar

  • 143

    Гента Р. М. Еще одна дисплазия. евро. J. Gastroenterol. Гепатол. 13 , 1411–1414 (2001).

    Артикул CAS PubMed Google Scholar

  • 144

    Алонсо, Н. и др. . A. Сывороточный пепсиноген I: ранний маркер пернициозной анемии у пациентов с диабетом 1 типа. J. Clin. Эндокринол. Метаб. 90 , 5254–5258 (2005).

    Артикул CAS PubMed Google Scholar

  • 145

    Де Блок, К. Э., Де Леу, И. Х. и Ван Гал, Л. Ф. Аутоиммунный гастрит при диабете 1 типа: клинически ориентированный обзор. J. Clin. Эндокринол. Метаб. 93 , 363–371 (2008).

    Артикул CAS PubMed Google Scholar

  • 146

    Де Блок, К. Э. и др. . Аутоиммунная гастропатия у пациентов с сахарным диабетом 1 типа с антителами к париетальным клеткам: гистологические и клинические данные. Diabetes Care 26 , 82–88 (2003).

    Артикул PubMed Google Scholar

  • 147

    Лам-Цзе, В. К. и др. .Связь между аутоиммунным тиреоидитом, аутоиммунным гастритом и диабетом 1 типа. Pediatr. Эндокринол. Ред. 1 , 22–37 (2003).

    PubMed Google Scholar

  • 148

    Broussais, F. J. V. Histoire des phlegmasies ou воспаления хронических: фонд новых наблюдений за клинической и патологической анатомией [французский]. (Габон и Крошар, 1822 г.).

    Google Scholar

  • 149

    Cruveilhier, J. Académie Royale de Médecine. Раппорт в этой Академии на сеансе 22 октября 1839 года о патологических моделях в рельефе и публикациях доктора Феликса Тиберта [французский язык]. (Impr. De F. Didot Frères, 1839 г.).

    Google Scholar

  • Два случая появления белого шара при аутоиммунном атрофическом гастрите

    В этом отчете мы описали двух пациентов с появлением белого шара при аутоиммунном атрофическом гастрите.Эндоскопия в обоих случаях выявила множественные белые вещества в желудке. Образцы биопсии из поражений содержали расширенные железы и показали уменьшение париетальных клеток. Внутрилегочные некротические обломки и карцинома отсутствовали. Эти результаты подтвердили, что появление белого глазного яблока может наблюдаться при аутоиммунном атрофическом гастрите. Более того, микроскопические особенности внешнего вида белого глазного яблока, наблюдаемые в этих случаях, отличались от тех, о которых сообщалось ранее при поражении раком желудка, и были аналогичны тем, которые наблюдались при доброкачественном желудке.

    1. Введение

    Внешний вид белого глазного яблока, как сообщается, характеризуется небольшим (<1 мм) поражением белого цвета шаровидной формы и микрососудами, покрывающими белое вещество, что отражает белое вещество, существующее под эпителием желудка и субэпителиальными микрососудами [ 1–3]. Обнаружение белого глазного яблока во время эзофагогастродуоденоскопии имеет клиническое значение, поскольку, как сообщается, эта эндоскопическая особенность обнаруживается на краю злокачественного эпителия желудка.

    Хотя появление белого глазного яблока обычно связано с наличием рака желудка, его редко можно обнаружить на доброкачественной слизистой оболочке желудка. Недавно мы опубликовали эндоскопические изображения и подробные патологические особенности появления белого глазного яблока у двух пациентов без рака желудка [4]. Здесь мы сообщили о появлении белого глазного яблока, обнаруженного в двух случаях аутоиммунного атрофического гастрита, в основном сосредоточив внимание на различиях в патологических характеристиках между двумя настоящими случаями и ранее зарегистрированными случаями.

    2. История болезни
    2.1. Случай 1

    66-летняя японка была направлена ​​в отделение неврологии для исследования афазии. Пациент ранее не болел и не принимает никаких лекарств. Лабораторные исследования показали снижение уровня витамина B 12 до 107 пг / мл (нормальный диапазон: 257-989 пг / мл), в связи с чем она прошла эзофагогастродуоденоскопию. Также были отмечены повышенные уровни ревматоидного фактора до 38,9 МЕ / мл, гемоглобина A1c на уровне 6,5% и гастрина до 1016 пг / мл.Количество эритроцитов и уровень гемоглобина были в пределах нормы. Она была положительной на антитела против внутреннего фактора и антитела против париетальных клеток.

    Эзофагогастродуоденоскопия выявила атрофию желудка преимущественно в своде (рис. 1 (a)) и в теле (рис. 1 (b)), тогда как атрофические изменения не были очевидны в антральном отделе эндоскопически (рис. 1 (c)). При близком наблюдении за сводом желудка были обнаружены множественные, слегка приподнятые, круглые белые субстанции (рис. 1 (d)).Увеличенное изображение с узкополосной визуализацией выявило микроциркуляторное русло на его поверхности, предполагая отложение белого вещества внутри слизистой оболочки (рис. 1 (е)). Два образца биопсии были взяты эндоскопически из слизистой оболочки свода с белым веществом. Три дополнительных биопсии были сделаны на слизистой оболочке среднего тела, нижней части тела и антрального отдела желудка, где белое вещество отсутствовало. Два образца биопсии, взятые из слизистой оболочки желудка, которые содержали белое вещество, показали кистозное расширение желудочных желез (рис. 2).В отличие от этого, не было кистозного расширения желез образцов слизистой оболочки желудка, где не наблюдалось появления белого глазного яблока. Также было отмечено заметное уменьшение париетальных клеток. Выпячивание париетальных клеток отсутствовало. Helicobacter pylori патологически отсутствовали. Мы диагностировали аутоиммунный атрофический гастрит на основании результатов серологии, эндоскопии и патологии.

    2.2. Случай 2

    81-летняя японка прошла эзофагогастродуоденоскопию с целью ежегодного скрининга.Пациент принимал амлодипин по поводу артериальной гипертензии. Хотя ей сделали аппендэктомию в 30 лет, у нее не было других заболеваний брюшной полости. Эзофагогастродуоденоскопия показала диффузную атрофию желудка; атрофические изменения были более выражены в своде (рис. 3 (а)), чем в антральном отделе (рис. 3 (б)). После опрыскивания индигокармином мы заметили множественные, слегка приподнятые, круглые белые вещества в своде желудка и теле (Рисунки 3 (c) и 3 (d)). На его поверхности также была отмечена микрососудистая сеть, как видно на увеличенном изображении с узкополосной визуализацией (Рисунок 3 (e)).Биопсия слизистой оболочки желудка показала кистозно расширенные желудочные железы (Рисунки 4 (a) –4 (c)). Иммуногистохимически присутствовали пепсиноген-положительные клетки (фиг. 4 (d)), тогда как H + / K + АТФаза-положительные клетки отсутствовали (фиг. 4 (e)).

    Лабораторные исследования выявили нормоцитарную анемию: гемоглобин составлял 10,2 г / дл, средний корпускулярный объем составлял 92,5 мкл, а средний корпускулярный гемоглобин составлял 29,7 пг. Уровень гастрина был повышен до 392 пг / мл. Хотя уровень фолиевой кислоты снизился на 2,8 нг / мл, уровень витамина B 12 был в пределах нормы.Пациент был положительным на антитела к париетальным клеткам, тогда как антитела против внутреннего фактора были отрицательными. У нее был отрицательный результат на дыхательный тест на мочевину и антитела IgG H. pylori . Следовательно, мы поставили ей диагноз аутоиммунный атрофический гастрит.

    Через 12 месяцев проведена эзофагогастродуоденоскопия. Белые вещества не были обнаружены в слизистой оболочке желудка, даже в своде желудка и теле (рис. 5).

    3. Обсуждение

    Аутоиммунный атрофический гастрит, также известный как гастрит типа А, представляет собой воспалительное заболевание, поражающее слизистую оболочку желудка, при котором париетальные клетки разрушаются иммунной системой пациента.Прогрессирующее повреждение париетальных клеток снижает способность усваивать железо и витамин B 12 , что, в свою очередь, вызывает злокачественную анемию и неврологические проблемы [5–7]. Поскольку диагностические критерии еще не установлены, диагноз аутоиммунного атрофического гастрита ставится на основании лабораторных исследований, эндоскопического обследования и результатов биопсии. Серологически антитела против внутреннего фактора высокоспецифичны для заболевания, в то время как чувствительность невысока. Напротив, антитела к париетальным клеткам обладают высокой чувствительностью, но низкой специфичностью [8].При эзофагогастродуоденоскопии атрофические изменения преимущественно положительные в своде и теле желудка. При биопсии наиболее частыми гистологическими находками являются хроническое воспаление и деструкция кислородной железы. Мы диагностировали у двух пациентов аутоиммунный атрофический гастрит, поскольку у них были серологические, эндоскопические и патологические особенности.

    Насколько нам известно, этот отчет является первым, в котором описывается наличие белого глазного яблока при аутоиммунном атрофическом гастрите. Примечательно, что кистозное расширение железы было выявлено в образцах слизистой оболочки желудка с белым глазным яблоком в случае 1.Напротив, кистозное расширение не наблюдалось в образцах желез слизистой оболочки желудка, где не наблюдалось появления белого глазного яблока. Это наблюдение указывает на то, что кистозно расширенные железы соответствуют наблюдаемому эндоскопически белому глобусу на слизистой оболочке желудка. Еще одно интересное наблюдение из случая 2 заключается в том, что внешний вид белого глазного яблока не был идентифицирован при повторной эндоскопии, выполненной 12 месяцев спустя. Поэтому эта особенность может самопроизвольно исчезнуть во время курса.

    Как описано ранее, появление белого глазного яблока в желудке считается эндоскопическим признаком рака [1–3].Однако в нашем более раннем отчете были показаны подробные эндоскопические и патологические картины появления белого глазного яблока, наблюдаемые на доброкачественной слизистой оболочке желудка, и они показали, что патологические особенности различаются между случаями с раком и без него [4]. Патологически образцы биопсии, взятые из белого глазного яблока с раком, содержат эозинофильные материалы с некротическими эпителиальными фрагментами в просвете расширенных желез; их называют внутрижелезистыми некротическими остатками [1, 2, 9].Между тем, образцы, взятые с внешнего вида белого глобуса без рака, имели кистозную дилатацию фундальных желез желудка, но не было обнаружено эозинофильных материалов или некротических эпителиальных фрагментов [4]. Что касается настоящих пациентов, мы предположили, что отложившийся материал был слизью в случае 2 и дегенерированными эпителиальными клетками и слизью в случае 1. Этот отчет показал, что патологические особенности появления белого глазного яблока при аутоиммунном атрофическом гастрите в некоторой степени аналогичны тем, которые наблюдаются при доброкачественном желудке. .Однако принципиальное различие между внешним видом белого шара, наблюдаемым при доброкачественном желудке и аутоиммунном атрофическом гастрите, заключается в том, что первый показывает гиперплазию псевдопариетальных клеток с язычковидными выступами цитоплазмы париетальных клеток (выступание париетальных клеток) [4], а во втором - гиперплазия париетальных клеток. уменьшение или устранение париетальных клеток посредством аутоиммунного ответа.

    Учитывая, что появление белого глазного яблока в доброкачественной слизистой оболочке желудка и при аутоиммунном атрофическом гастрите имеет сходные патологические особенности, можно предположить несколько возможных механизмов патогенеза.Во-первых, затруднение оттока желез в слизистой оболочке желудка может вызвать такие особенности. При аутоиммунном атрофическом гастрите воспалительная реакция париетальных клеток приводит к разрушению кислородных желез. Вполне вероятно, что такое повреждение вызывает сужение или коллапс протоков, что в конечном итоге приводит к образованию внутрислизистой кисты расширенных желез. Как сообщалось ранее, появление белого глазного яблока в доброкачественном желудке показывает выпячивание париетальных клеток, что также может вызывать обструкцию оттока [4].Таким образом, изменение структуры протока может быть основной причиной появления белого глазного яблока, наблюдаемого на доброкачественной слизистой оболочке желудка и аутоиммунного атрофического гастрита.

    Вторая гипотеза заключается в том, что повышенный уровень гастрина может вызвать появление белого шара. При аутоиммунном гастрите гипохлоргидрия из-за потери массы париетальных клеток приводит к стимуляции антральных G-клеток пациента, что, в свою очередь, приводит к секреции гастрина и гипергастринемии [10]. Как описано выше, у двух пациентов был повышен уровень гастрина в сыворотке крови.Между тем пациенты с появлением белого глазного яблока в доброкачественном желудке принимали ингибиторы секреции кислоты [4]. Хотя мы не измеряли уровень гастрина у этих пациентов, такие лекарства, скорее всего, вызывали гипергастринемию. Следовательно, повышенный уровень гастрина может играть определенную роль в появлении белого глазного яблока. Однако конкретные механизмы между гипергастринемией и формированием внешнего вида белого шара до сих пор не выяснены.

    В заключение мы представляем два случая появления белого глазного яблока в желудке при аутоиммунном атрофическом гастрите.Патогенез появления белого глобуса еще не описан; следовательно, необходимы дальнейшие исследования.

    Конфликт интересов

    Авторы заявляют об отсутствии конфликта интересов.

    Современные перспективы лечения атрофического гастрита

  • 1.

    •• Lahner E, Zagari RM, Zullo A, Di Sabatino A, Meggio A, Cesaro P, et al. Хронический атрофический гастрит: естественное течение, диагностика и лечение. Позиционный документ Итальянского общества больничных гастроэнтерологов и пищеварительных эндоскопистов [AIGO], Итальянского общества пищеварительной эндоскопии [SIED], Итальянского общества гастроэнтерологов [SIGE] и Итальянского общества внутренней медицины [SIMI].Dig Liver Dis. 2019; 51: 1621–32 В дополнение к тому, что необходимо сделать сегодня для диагностики, лечения и наблюдения за хроническим атрофическим гастритом, в нем предлагается повестка дня для будущих исследований.

    PubMed Google Scholar

  • 2.

    Д'Элиос М.М., Бергман М.П., ​​Аззурри А. и др. H [+], K [+] - атпаза [протонная помпа] является целевым аутоантигеном цитотоксических Т-клеток Th2-типа при аутоиммунном гастрите. Гастроэнтерология. 2001; 120: 377–86.

    CAS PubMed Google Scholar

  • 3.

    Toh BH, Sentry JW, Alderuccio F. Причинный антиген H + / K + АТФазы в патогенезе аутоиммунного гастрита. Иммунол сегодня. 2000; 21: 348–54.

    CAS PubMed Google Scholar

  • 4.

    Pikkarainen S, Martelius T, Ristimäki A, Siitonen S, Seppänen MRJ, Färkkilä M. Высокая распространенность желудочно-кишечных проявлений при общем вариабельном иммунодефиците.Am J Gastroenterol. 2019; 114: 648–55.

    PubMed PubMed Central Google Scholar

  • 5.

    Корреа П. Биологическая модель желудочного канцерогенеза. IARC Sci Publ. 2004; 157: 301–10 Важная статья о связи между атрофией желудка и раком желудка.

    Google Scholar

  • 6.

    Ford AC, Yuan Y, Moayyedi P. Эрадикационная терапия Helicobacter pylori для предотвращения рака желудка: систематический обзор и метаанализ.Кишечник. 2020. gutjnl-2020-320839. https://doi.org/10.1136/gutjnl-2020-320839.

  • 7.

    Hwang YJ, Kim N, Lee HS, Lee JB, Choi YJ, Yoon H, et al. Обратимость атрофического гастрита и кишечной метаплазии после эрадикации Helicobacter pylori - проспективное исследование сроком до 10 лет. Алимент Pharmacol Ther. 2018; 47: 380–90.

    PubMed Google Scholar

  • 8.

    Миналян А., Бенхамму Дж. Н., Арташесян А., Льюис М. С., Писенья Дж. Р..Аутоиммунный атрофический гастрит: современные перспективы. Clin Exp Gastroenterol. 2017; 10: 19–27. https://doi.org/10.2147/CEG.S109123.

    CAS Статья PubMed PubMed Central Google Scholar

  • 9.

    Ланер Э., Бригатти С., Марзинотто И., Каработти М., Скалезе Г., Дэвидсон Х.В. и др. Люминесцентная система иммунопреципитации [LIPS] для обнаружения аутоантител против субъединиц ATP4A и ATP4B протонной помпы желудка H +, K + -ATPase у пациентов с атрофическим гастритом тела.Клин Транс Гастроэнтерол. 2017; 8: e215.

    CAS PubMed PubMed Central Google Scholar

  • 10.

    Lenti MV, Rugge M, Lahner E, Miceli E, Toh B-H, Genta RM, et al. Nature Reviews Праймеры для болезней. 2020; под давлением.

  • 11.

    Ланер Э., Каработти М., Аннибале Б. Атрофический гастрит тела: клиническая картина, диагноз и исход. EMJ Gastroenterol. 2017; 6: 75–82.

    Google Scholar

  • 12.

    Lahner E, Carabotti M, Esposito G, Hassan C, Zullo A, Annibale B. Возникновение и предикторы метапластического атрофического гастрита в общенациональной последовательной эндоскопической популяции с симптомами верхних отделов желудочно-кишечного тракта. Eur J Gastroenterol Hepatol. 2018; 30: 1291–6.

    PubMed Google Scholar

  • 13.

    Ленти М.В., Мичели Э., Кокоча С., Клерси С., Стаиани М., Гульельми Ф. и др. Детерминанты задержки диагностики аутоиммунного атрофического гастрита.Алимент Pharmacol Ther. 2019; 50: 167–75.

    PubMed Google Scholar

  • 14.

    Ланер Э., Эспозито Дж., Пилоцци Э., Пурчарони Ф., Корлето В.Д., Ди Джулио Э. и др. Возникновение рака желудка и карциноидов при атрофическом гастрите во время проспективного долгосрочного наблюдения. Сканд Дж Гастроэнтерол. 2015; 50: 856–65.

    CAS PubMed Google Scholar

  • 15.

    Marques-Silva L, Areia M, Elvas L, Dinis-Ribeiro M.Распространенность предраковых состояний желудка: систематический обзор и метаанализ. Eur J Gastroenterol Hepatol. 2014; 26: 378–87.

    PubMed Google Scholar

  • 16.

    Адаму М.А., Век М.Н., Гао Л., Бреннер Х. Заболеваемость хроническим атрофическим гастритом: систематический обзор и метаанализ последующих исследований. Eur J Epidemiol. 2010. 25: 439–48.

    PubMed Google Scholar

  • 17.

    Диксон М.Ф., Гента Р.М., Ярдли Дж. Х., Корреа П. Классификация и классификация гастрита: обновленная Сиднейская система. Am J Surg Pathol. 1996; 20: 1161–81.

    CAS PubMed Google Scholar

  • 18.

    Malfertheiner P, Megraud F, O’Morain CA, et al. Управление инфекцией Helicobacter pylori - Маастрихтский отчет V / Флорентийский консенсус. Кишечник. 2017; 66: 6–30.

    CAS PubMed Google Scholar

  • 19.

    Sugano K, Tack J, Kuipers E, Graham DY, El-Omar EM, Miura S и др. Киотский глобальный консенсусный отчет по гастриту Helicobacter pylori. Кишечник. 2015; 64: 1353–67.

    PubMed PubMed Central Google Scholar

  • 20.

    Agréus L, Kuipers EJ, Kupcinskas L., Malfertheiner P, di Mario F, Leja M, et al. Обоснование диагностики и скрининга атрофического гастрита с использованием биомаркеров плазмы, специфичных для желудка. Сканд Дж Гастроэнтерол. 2012; 47: 136–47.

    PubMed PubMed Central Google Scholar

  • 21.

    Хуанг Ю.К., Ю. Дж. К., Кан В. М. и др. Значение сывороточных пепсиногенов как биомаркера рака желудка и скрининга атрофического гастрита: систематический обзор и метаанализ. PLoS One. 2015; 10: 1–23.

    Google Scholar

  • 22.

    Leja M, Camargo MC, Polaka I, et al. Обнаружение атрофии желудка по циркулирующим пепсиногенам: сравнение трех анализов.Helicobacter. 2017; 22: 1–12.

    Google Scholar

  • 23.

    Ван Х, Линг Л., Ли С. и др. Диагностическая ценность обнаружения гастрина-17 при атрофическом гастрите. Медицина метаанализа. 2016; 95: 1–9.

    Google Scholar

  • 24.

    Венерито М., Варбанова М., Рель Ф.В., Рейнхольд Д., Фрауэншлегер К., Йехорек Д. и др. Кислородная атрофия желудка при гастрите, вызванном Helicobacter pylori, отличается от аутоиммунного гастрита.J Clin Pathol. 2016; 69: 677–85.

    CAS PubMed Google Scholar

  • 25.

    Zagari RM, Rabitti S, Greenwood DC, Eusebi LH, Vestito A, Bazzoli F. Систематический обзор с метаанализом: диагностическая эффективность комбинации сывороточных анализов пепсиногена, гастрина-17 и антител против Helicobacter pylori для диагностики атрофического гастрита. Алимент Pharmacol Ther. 2017; 46: 657–67.

    CAS PubMed Google Scholar

  • 26.

    Rusak E, Chobot A, Krzywicka A, Wenzlau J. Антитела против париетальных клеток - диагностическое значение. Adv Med Sci. 2016; 61: 175–9.

    PubMed Google Scholar

  • 27.

    Ди Сабатино А., Ленти М.В., Джуффрида П. и др. Новое понимание иммунных механизмов, лежащих в основе аутоиммунных заболеваний желудочно-кишечного тракта. Autoimmun Rev.2015; 14: 1161–9.

    PubMed Google Scholar

  • 28.

    Zhang Y, Weck MN, Schöttker B, Rothenbacher D, Brenner H. Антитела к париетальным клеткам желудка, инфекция Helicobacter pylori и хронический атрофический гастрит: данные большого популяционного исследования в Германии. Биомарк эпидемиологии рака Пред. 2013; 22: 821–6.

    CAS Google Scholar

  • 29.

    Кимура К., Сато К., Идо К., Танигучи Ю., Такимото Т., Такемото Т. Гастрит желудка японца. Scand J Gastroenterol Suppl. 1996; 214: 17–20.

    CAS PubMed Google Scholar

  • 30.

    Аннибале Б., Эспозито Г., Ланер Э. Текущий клинический обзор атрофического гастрита. Эксперт Рев Гастроэнтерол Гепатол. 2020; 14 (2): 93–102. https://doi.org/10.1080/17474124.2020.1718491.

    CAS Статья PubMed Google Scholar

  • 31.

    •• Пиментел-Нуньес П., Либаниу Д., Маркос-Пинто Р. и др. Ведение предраковых состояний и поражений эпителия желудка [MAPS II]: Европейское общество эндоскопии желудочно-кишечного тракта [ESGE], Европейская группа изучения хеликобактерий и микробиоты [EHMSG], Европейское общество патологов [ESP] и Sociedade Portuguesa de Endoscopia Digestiva [SPED ] обновление руководства 2019.Эндоскопия. 2019; 51: 365–88 Основываясь на самых последних доказательствах, эти руководящие принципы содержат рекомендации по диагностике и лечению атрофического гастрита, кишечной метаплазии и дисплазии желудка, считающихся предраковыми состояниями.

    PubMed Google Scholar

  • 32.

    Rugge M, Meggio A, Pravadelli C и др. Определение стадии гастрита в эндоскопическом наблюдении для вторичной профилактики рака желудка: 5-летнее проспективное исследование 1755 пациентов.Кишечник. 2018; 68: 11–7.

    PubMed Google Scholar

  • 33.

    Rugge M, Genta RM, Fassan M, Valentini E, Coati I, Guzzinati S, et al. Стадия гастрита OLGA для прогнозирования риска рака желудка: долгосрочное катамнестическое исследование 7436 пациентов. Am J Gastroenterol. 2018; 113: 1621–8.

    PubMed Google Scholar

  • 34.

    Юэ Х, Шан Л., Бин Л. Значение систем определения стадии OLGA и OLGIM в оценке риска рака желудка: систематический обзор и метаанализ.Рак желудка. 2018; 21 (4): 579–87. https://doi.org/10.1007/s10120-018-0812-3.

    Артикул PubMed Google Scholar

  • 35.

    Barbeiro S, Libânio D, Castro R, Dinis-Ribeiro M, Pimentel-Nunes P. Узкополосная визуализация: клиническое применение в эндоскопии желудочно-кишечного тракта. GE Port J Gastroenterol. 2018; 26: 40–53.

    PubMed PubMed Central Google Scholar

  • 36.

    Пиментель-Нуньес П., Либаниу Д., Лаге Дж., Абрантес Д., Коимбра М., Эспозито Г. и др. Многоцентровое проспективное исследование использования узкополосной визуализации в реальном времени для диагностики предраковых состояний и поражений желудка. Эндоскопия. 2016; 48: 723–30.

    PubMed Google Scholar

  • 37.

    Esposito G, Pimentel-Nunes P, Angeletti S, et al. Эндоскопическая градация желудочно-кишечной метаплазии [EGGIM]: многоцентровое валидационное исследование.Эндоскопия. 2019; 51: 515–21 Важное валидационное исследование эндоскопической оценки кишечной метаплазии .

    PubMed Google Scholar

  • 38.

    Кастро Р., Родригес М., Либанио Д., Эспозито Г., Пита И., Патита М. и др. Надежность и точность изображения в синем свете для определения стадии кишечной метаплазии в желудке. Сканд Дж Гастроэнтерол. 2019; 54: 1301–5.

    PubMed Google Scholar

  • 39.

    Weigt J, Malfertheiner P, Canbay A, Haybaeck J, Bird-Lieberman E, Link A. Визуализация в синем свете и связанная цветная визуализация для характеристики изменений слизистой оболочки при хроническом гастрите: взгляд клиницистов и краткий технический отчет. Dig Dis. 2020; 38 (1): 9–14. https://doi.org/10.1159/000501265 Epub 2019 23 июля .

    Артикул PubMed Google Scholar

  • 40.

    Роман Л.Д., Лукьянчук Р., Саблин О.А., Арасланова Е.И., Эклунд С., Хендолин П. и др.Распространенность инфекции H. pylori и атрофического гастрита при популяционном скрининге с использованием панели биомаркеров сыворотки [GastroPanel®] в Санкт-Петербурге. Anticancer Res. 2016; 36: 4129–38.

    CAS PubMed Google Scholar

  • 41.

    de Vries AC, Meijer GA, Looman CW, et al. Эпидемиологические тенденции предраковых поражений желудка: долгосрочное общенациональное исследование в Нидерландах. Кишечник. 2007; 56: 1665–70.

    PubMed PubMed Central Google Scholar

  • 42.

    Weck MN, Stegmaier C, Rothenbacher D, et al. Эпидемиология хронического атрофического гастрита: популяционное исследование среди 9444 пожилых людей из Германии. Алимент Pharmacol Ther. 2007. 26: 879–87.

    CAS PubMed Google Scholar

  • 43.

    Song H, Held M, Sandin S, et al. Увеличение распространенности атрофического гастрита среди взрослых в возрасте от 35 до 44 лет в Северной Швеции в период с 1990 по 2009 год. Clin Gastroenterol Hepatol.2015; 13: 1592–1600.e1.

    PubMed Google Scholar

  • 44.

    Lenti MV, Lahner E, Bergamaschi G, Miceli E, Conti L, Massironi S, et al. Изменения количества клеток крови и паттерны анемии при аутоиммунном атрофическом гастрите при постановке диагноза: многоцентровое исследование. J Clin Med. 2019; 8: E1992. https://doi.org/10.3390/jcm8111992.

    CAS Статья PubMed Google Scholar

  • 45.

    Marignani M, Delle Fave G, Mecarocci S, Bordi C, Angeletti S, D'Ambra G и др. Высокая распространенность атрофического гастрита тела у пациентов с необъяснимой микроцитарной и макроцитарной анемией: проспективное скрининговое исследование. Am J Gastroenterol. 1999; 94: 766–72.

    CAS PubMed Google Scholar

  • 46.

    Hershko C, Ronson A, Souroujon M, Maschler I, Heyd J, Patz J. Различные гематологические проявления аутоиммунного гастрита: возрастное прогрессирование от дефицита железа до истощения кобаламина.Кровь. 2006; 107: 1673–9.

    CAS PubMed Google Scholar

  • 47.

    Аннибале Б., Капурсо Дж., Чистолини А., Д’Амбра Дж., ДиДжиулио Е., Монарка Б. и др. Желудочно-кишечные причины рефрактерной железодефицитной анемии у пациентов без желудочно-кишечных симптомов. Am J Med. 2001; 111: 439–45.

    CAS PubMed Google Scholar

  • 48.

    Lachner C, Steinle NI, Regenold WT, et al.Нейропсихиатрия дефицита витамина B12 у пожилых пациентов. J Neuropsychiatry Clin Neurosci. 2012; 24: 5–15.

    PubMed Google Scholar

  • 49.

    Couriel DR, Ricker H, Steinbach M, Lee CJ. Неврологические проявления дискразий крови. Hematol Oncol Clin North Am. 2016; 30: 723–31.

    PubMed Google Scholar

  • 50.

    Yang GT, Zhao HY, Kong Y, Sun NN, Dong AQ.Корреляция между уровнем витамина B12 в сыворотке крови и периферической невропатией при атрофическом гастрите. Мир Дж. Гастроэнтерол. 2018; 24: 1343–52.

    CAS PubMed PubMed Central Google Scholar

  • 51.

    Jáuregui-Lobera I. Дефицит железа и когнитивные функции. Neuropsychiatr Dis Treat. 2014; 10: 2087–95.

    PubMed PubMed Central Google Scholar

  • 52.

    Сантарелли Л., Габриелли М., Кремонини Ф, Сантоликвидо А, Канделли М., Ниста ЕС и др.Атрофический гастрит как причина гипергомоцистеинемии. Алимент Pharmacol Ther. 2004; 19: 107–11.

    CAS PubMed Google Scholar

  • 53.

    Ammouri W., Mezalek Tazi Z, Harmouche H, et al. Венозная тромбоэмболия и гипергомоцистеинемия как первое проявление пернициозной анемии: серия случаев. Репортаж из журнала J Med 2017; 11: 250.

    CAS PubMed PubMed Central Google Scholar

  • 54.

    Венкатеш П., Шейх Н., Мальмстрем М.Ф., Кумар В.Р., Нур Б. Портал, тромбоз верхней брыжеечной и селезеночной вены, вторичный по отношению к гипергомоцистеинемии с злокачественной анемией: отчет о болезни. Репортаж из журнала J Med.2014; 8: 286.

    PubMed PubMed Central Google Scholar

  • 55.

    Фернандес-Миранда С., Йебра Йебра М., Рибера Касадо С., Толедо Ургарте Т., Мартин Мола М., Гомес Гонсалес П. Венозная тромбоэмболия и гипергомоцистеинемия как первое проявление злокачественной анемии.Rev Clin Esp. 2005; 205: 489–92.

    PubMed Google Scholar

  • 56.

    Каработти М., Ланер Э, Эспозито Г., Сакки М.С., Севери С., Аннибале Б. Симптомы верхних отделов желудочно-кишечного тракта при аутоиммунном гастрите: поперечное исследование. Медицина (Балтимор). 2017; 96: e5784.

    Google Scholar

  • 57.

    Tenca A, Massironi S, Pugliese D, Consonni D, Mauro A, Cavalcoli F, et al. Гастроэзофагеальный рефлюкс и использование антисекреторных препаратов среди пациентов с хроническим аутоиммунным атрофическим гастритом: исследование с мониторингом pH-импеданса.Нейрогастроэнтерол Мотил. 2016; 28: 274–80.

    CAS PubMed Google Scholar

  • 58.

    Каработти М., Эспозито Дж., Ланер Э. и др. Симптомы гастроэзофагеального рефлюкса и микроскопический эзофагит в когорте последовательных пациентов, страдающих атрофическим гастритом тела: пилотное исследование. Сканд Дж Гастроэнтерол. 2019; 13: 1–6.

    Google Scholar

  • 59.

    Moayyedi PM, Lacy BE, Andrews CN, Enns RA, Howden CW, Vakil N.Клинические рекомендации ACG и CAG: лечение диспепсии. Am J Gastroenterol. 2017; 112: 988–1013.

    CAS PubMed Google Scholar

  • 60.

    Geboes K, Dekker W., Mulder CJ, et al. Длительное лечение лансопразолом при гастроэзофагеальной рефлюксной болезни: клиническая эффективность и влияние на слизистую оболочку желудка. Алимент Pharmacol Ther. 2001; 15: 1819–26.

    CAS PubMed Google Scholar

  • 61.

    Гарсиа Родригес Л.А., Лагергрен Дж., Линдблад М. и др. Подавление желудочного сока и риск аденокарциномы пищевода и желудка: вложенное исследование случай-контроль в Великобритании. Кишечник. 2006; 55: 1538–44.

    PubMed Google Scholar

  • 62.

    Li Z, Wu C, Li L, Wang Z, Xie H, He X и др. Влияние длительного введения ингибитора протонной помпы на атрофию слизистой оболочки желудка: метаанализ. Саудовская Дж. Гастроэнтерол. 2017; 23: 222–8.

    PubMed PubMed Central Google Scholar

  • 63.

    Эль-Омар Э.М., Ойен К., Мюррей Л.С. и др. Повышенная распространенность предраковых изменений у родственников больных раком желудка: критическая роль H. pylori. Гастроэнтерология. 2000; 118: 22–30.

    CAS PubMed Google Scholar

  • 64.

    Чанг Ю.В., Хан Ю.С., Ли Д.К., Ким Х.Дж., Лим Х.С., Мун Дж.С. и др. Роль инфекции Helicobacter pylori среди потомков или братьев и сестер больных раком желудка. Int J Cancer. 2002; 101: 469–74.

    CAS PubMed Google Scholar

  • 65.

    О С., Ким Н., Юн Х, Чхве Й.Дж., Ли Дж.Й., Пак К.Дж. и др. Факторы риска атрофического гастрита и кишечной метаплазии у родственников первой степени родства больных раком желудка по сравнению с контрольной группой, сопоставимой по возрасту и полу. J Cancer Prev. 2013; 18: 149–60.

    PubMed PubMed Central Google Scholar

  • 66.

    Motta CR, Cunha MP, Queiroz DM, et al. Предраковые поражения желудка и инфекция Helicobacter pylori у родственников больных раком желудка из Северо-Восточной Бразилии.Пищеварение. 2008; 78: 3–8.

    PubMed Google Scholar

  • 67.

    Роккас Т., Секопулос П., Пистиолас Д., Маргантинис Г., Кукулис Г. Инфекция Helicobacter pylori и гистология желудка у родственников первой степени родства больных раком желудка: метаанализ. Eur J Gastroenterol Hepatol. 2010; 22: 1128–33.

    PubMed Google Scholar

  • 68.

    Song H, Ekheden IG, Ploner A, Ericsson J, Nyren O, Ye W.Семейный анамнез аномалий слизистой оболочки желудка и риск рака желудка: популяционное обсервационное исследование. Int J Epidemiol. 2018; 47: 440–9.

    PubMed Google Scholar

  • 69.

    Нисидзава Т., Сузуки Х., Сакитани К., Ямасита Х., Йошида С., Хата К. и др. Семейный анамнез является независимым фактором риска прогрессирования атрофии желудка у пациентов с инфекцией Helicobacter pylori. United European Gastroenterol J.2017; 5: 32–6.

    PubMed Google Scholar

  • 70.

    Massironi S, Zilli A, Elvevi A, Invernizzi P. Меняющийся облик хронического аутоиммунного атрофического гастрита: обновленная всеобъемлющая перспектива. Autoimmun Rev.2019; 18: 215–22.

    PubMed Google Scholar

  • 71.

    Lahner E, Conti L, Cicone F, Capriello S, Cazzato M, Centanni M, et al. Тиреоэнтеро-желудочный аутоиммунитет: патофизиология и значение для ведения пациентов.Лучшая практика Res Clin Endocrinol Metab. 2019; 11: 101373. https://doi.org/10.1016/j.beem.2019.101373.

    CAS Статья Google Scholar

  • 72.

    Cellini M, Santaguida MG, Virili C, et al. Тиреоидит Хашимото и аутоиммунный гастрит. Фронт-эндокринол [Лозанна]. 2017; 8: 92.

    Google Scholar

  • 73.

    Ланер Э., Каработти М., Аннибале Б. Атрофический гастрит тела: клиническая картина, диагноз и исход.EMJ Gastroenterol. 2017; 6: 75–82.

    Google Scholar

  • 74.

    Ланер Э., Каработти М., Аннибале Б. Лечение инфекции Helicobacter pylori при атрофическом гастрите. Мир Дж. Гастроэнтерол. 2018; 24: 2373–80.

    CAS PubMed PubMed Central Google Scholar

  • 75.

    Song H, Zhu J, Lu D. Долгосрочное использование ингибитора протонной помпы [PPI] и развитие предраковых поражений желудка.Кокрановская база данных Syst Rev.2014; 12: CD010623.

    Google Scholar

  • 76.

    Tosetti C, Stanghellini V, Tucci A, Poli L, Salvioli B, Biasco G и др. Опорожнение желудка и диспептические симптомы у пациентов с неаутоиммунным фундальным атрофическим гастритом. Dig Dis Sci. 2000; 45: 252–7.

    CAS PubMed Google Scholar

  • 77.

    Камада Т., Харума К., Хата Дж., Кусуноки Х., Сасаки А., Ито М. и др.Долгосрочный эффект эрадикационной терапии Helicobacter pylori на симптомы у пациентов с диспепсией и фундальным атрофическим гастритом. Алимент Pharmacol Ther. 2003. 18: 245–52.

    CAS PubMed Google Scholar

  • 78.

    Ямада С., Томатсури Н., Каваками Т., Накацугава Ю., Нисимура Т., Фуджи Н. и др. Эрадикационная терапия Helicobacter pylori облегчает латентные симптомы пищеварения при хроническом атрофическом гастрите. Пищеварение. 2018; 97: 333–9.

    PubMed Google Scholar

  • 79.

    Рабочая группа МАИР по оценке канцерогенных рисков для людей. Шистосомы, печеночные двуустки и Helicobacter pylori: инфекция Helicobacter pylori. Монографии по оценке канцерогенных рисков для человека. Международное агентство Res Cancer. 1994; 61: 177–240.

    Google Scholar

  • 80.

    Роккас Т., Рокка А., Портинкаса П. Систематический обзор и метаанализ роли эрадикации Helicobacter pylori в предотвращении рака желудка.Энн Гастроэнтерол. 2017; 30: 414–23.

    PubMed PubMed Central Google Scholar

  • 81.

    Correa P. Helicobacter pylori и канцерогенез желудка. Am J Surg Pathol. 1995; 19: S37–43.

    PubMed Google Scholar

  • 82.

    Ланер Э., Вайра Д., Фигура Н., Пилоцци Э., Паскуали А., Севери С. и др. Роль неинвазивных тестов [дыхательный тест с С-мочевиной и тест на антиген стула] как дополнительных инструментов в диагностике инфекции Helicobacter pylori у пациентов с атрофическим телесным гастритом.Helicobacter. 2004 Октябрь; 9 (5): 436–42.

    CAS PubMed Google Scholar

  • 83.

    Areia M, Dinis-Ribeiro M, Rocha GF. Анализ эффективности затрат эндоскопического наблюдения за пациентами с предраковыми состояниями желудка. Helicobacter. 2014; 19: 425–36.

    PubMed Google Scholar

  • 84.

    Lahner E, Hassan C, Esposito G, Carabotti M, Zullo A, Dinis-Ribeiro M, et al.Стоимость обнаружения неоплазии с помощью эпиднадзорной эндоскопии при атрофическом гастрите в Италии: страна с низким уровнем риска. Пищеварительная болезнь печени. 2017; 49: 291–6.

    PubMed Google Scholar

  • 85.

    Зулло А., Хассан С., Репичи А., Аннибале Б. Наблюдение за кишечной метаплазией: в поисках дорожной карты. Мир Дж. Гастроэнтерол. 2013; 19: 1523–6.

    PubMed PubMed Central Google Scholar

  • 86.

    Де Фрис А.С., ван Грикен NC, Looman CW и др. Риск рака желудка у пациентов с предраковыми поражениями желудка: общенациональное когортное исследование в Нидерландах. Гастроэнтерология. 2008; 134: 945–52.

    PubMed Google Scholar

  • 87.

    Cho SJ, Choi IJ, Kook MC, Nam BH, Kim CG, Lee JY, et al. Определение стадии рака кишечника и диффузного рака желудка с помощью систем стадирования OLGA и OLGIM. Алимент Pharmacol Ther. 2013; 38: 1292–302.

    PubMed Google Scholar

  • 88.

    Ланер Э, Эспозито Г, Пилоцци Э, Пурчиарони Ф, Корлето В. Д., Ди Джулио Э и др. Возникновение рака желудка и карциноидов при атрофическом гастрите во время проспективного долгосрочного наблюдения. Сканд Дж Гастроэнтерол. 2015 Июль; 50 (7): 856–65. https://doi.org/10.3109/00365521.2015.1010570.

    CAS Статья PubMed Google Scholar

  • 89.

    Martinsen TC, Bergh K, Waldum HL. Желудочный сок: барьер против инфекционных заболеваний. Basic Clin Pharmacol Toxicol. 2005 Февраль; 96 (2): 94–102.

    CAS PubMed Google Scholar

  • 90.

    •• Rajilic-Stojanovic M, Figueiredo C, Smet A, Hansen R, Kupcinskas J, Rokkas T, et al. Систематический обзор: микробиота желудка в состоянии здоровья и болезней. Алимент Pharmacol Ther. 2020; 51 (6): 582–602 Это последний опубликованный систематический обзор микробиоты желудка, целью которого является обобщение текущих знаний в этой области.

    PubMed Google Scholar

  • 91.

    Кесей А.П., Голдбом Р.А., Схоутен Л.Дж., Якшин П., ван ден Брандт П.А. Пищевые N-нитрозосоединения, эндогенное нитрозирование и риск подтипов рака пищевода и желудка в когортном исследовании Нидерландов. Am J Clin Nutr. 2013; 97 (1): 135.

    CAS PubMed Google Scholar

  • 92.

    Bik EM, Eckburg PB, Gill SR, Nelson KE, Purdom EA, Francois F, et al.Молекулярный анализ бактериальной микробиоты желудка человека. Proc Natl Acad Sci U S. A. 2006, 17 января; 103 (3): 732–7.

    CAS PubMed PubMed Central Google Scholar

  • 93.

    Castaño-Rodríguez N, Goh K-L, Fock KM, Mitchell HM, Kaakoush NO. Дисбиоз микробиома при канцерогенезе желудка. Научный доклад 2017; 7 (1): 15957.

    PubMed PubMed Central Google Scholar

  • 94.

    Торелл К., Бенгтссон-Пальме Дж., Лю ОН-Ф, Паласиос Гонсалес Р.В., Нукау И., Рабенек Л. и др. Анализ in vivo жизнеспособной микробиоты и транскриптома Helicobacter pylori при желудочной инфекции и ранних стадиях канцерогенеза. Infect Immun. 2017; 85 (10): e00031-17.

  • 95.

    Диксвед Дж., Линдберг М., Розенквист М., Энрот Х., Янссон Дж. К., Энгстранд Л. Молекулярная характеристика микробиоты желудка у пациентов с раком желудка и в контрольной группе. J Med Microbiol. 2009 апрель; 58 (Pt 4): 509–16.

    CAS PubMed Google Scholar

  • 96.

    •• Феррейра Р.М., Перейра-Маркес Дж., Пинто-Рибейро I, Коста Дж. Л., Карнейро Ф, Мачадо Дж. С. и др. Профилирование микробного сообщества желудка выявляет микробиоту, связанную с дисбиотическим раком. Кишечник. 2018; 67 (2): 226–36 Анализ микробиоты желудка впервые показал, что пациенты с карциномой желудка обладают дисбиотической микробиотой с генотоксическим потенциалом, которая отличается от таковой у пациентов с хроническим гастритом.

    CAS PubMed Google Scholar

  • 97.

    •• Parsons BN, Ijaz UZ, D’Amore R, Burkitt MD, Eccles R, Lenzi L, et al. Сравнение микробиоты желудка человека в гипохлоргидных состояниях, возникающих в результате атрофического гастрита, вызванного Helicobacter pylori, аутоиммунного атрофического гастрита и применения ингибиторов протонной помпы. PLoS Pathog. 2017; 13 (11): e1006653 Специфические изменения состава микробиоты желудка во время гипохлоргидрии из-за различных условий могут быть вовлечены в развитие опухоли желудка.

    PubMed PubMed Central Google Scholar

  • 98.

    Engstrand L, Graham DY. Микробиом и рак желудка. Dig Dis Sci. 2020 Март; 65 (3): 865–73.

    CAS PubMed Google Scholar

  • Границы | Транскриптомный анализ взаимодействий днРНК-мРНК при хроническом атрофическом гастрите

    Введение

    Хронический атрофический гастрит (ХАГ) включает хроническое воспаление слизистой оболочки желудка, которое характеризуется атрофией слизистой оболочки желудка, потерей внутренних желез и кишечной метафазией.Наиболее частые симптомы CAG включают боль в верхней части живота, вздутие живота, дискомфорт в животе и анорексию. Хронический гастрит делится на две категории: неатрофический и атрофический. Было предложено, чтобы процесс хронического неатрофического гастрита (CNAG) проходил через три стадии: атрофия желез, дисплазия метафазии и, в конечном итоге, рак желудка (GC; Correa, 1988, 1992). Хотя заболеваемость и смертность от GC в Китае снижаются, GC по-прежнему остается второй ведущей причиной смерти в Китае, согласно отчетам Национального центрального реестра рака Китая (Chen et al., 2016; Bray et al., 2018). Как предраковое поражение GC, CAG в последнее время уделяется повышенное внимание из-за важной роли ранней диагностики и лечения CAG в предотвращении желудочного канцерогенеза. Однако из-за неочевидных клинических проявлений и снижения толерантности к инвазивным исследованиям у пациентов с КАГ ранняя диагностика КАГ остается сложной задачей в клинической практике.

    В настоящее время диагноз КАГ обычно ставится на основании эндоскопического исследования и патологических данных.Однако оценка атрофии слизистой оболочки с помощью эндоскопии и гистологии имеет несколько ограничений, таких как слабая корреляция между эндоскопическими и гистопатологическими данными, расхождения между эндоскопическими диагнозами, поставленными разными наблюдателями, а также неточная ориентация и неправильный диагноз, вызванные гистопатологическим исследованием неподходящих участков (Dixon и др., 1996). Чтобы установить наличие и локализацию атрофии, может оказаться полезным использование при обследовании пепсиногена (PG) I или II; однако этот метод не получил широкого распространения из-за низкой стабильности PG (Syrjanen, 2016; Fang et al., 2018). Поэтому срочно необходимо открытие новых диагностических биомаркеров CAG с высокой чувствительностью и специфичностью для ранней диагностики CAG.

    Некодирующие РНК (нкРНК) представляют собой тип функциональных молекул РНК, которые не транслируются в белок. В зависимости от размера нкРНК делятся на малые нкРНК (sncRNA) длиной приблизительно 22 нуклеотида и длинные нкРНК (lncRNA) длиной более 200 нуклеотидов (Frith et al., 2006; Dinger et al., 2008; Perkel, 2013 ).LncRNA считаются критическими регуляторами экспрессии генов как на транскрипционном, так и на посттранскрипционном уровнях (Wilusz et al., 2008; Mercer et al., 2009; Ponting et al., 2009; Chen and Carmichael, 2010; Hung and Chang, 2010; Флинн и Чанг, 2014). Сообщалось, что днРНК может использоваться в качестве действующего фактора цис- для регуляции экспрессии близлежащих генов в геноме; напр., lncRNA Xist может использоваться как действующий элемент cis-, чтобы заглушить X-хромосому (Hall and Lawrence, 2010; Pollex and Heard, 2012).LncRNA также может действовать как trans -действующий элемент для регуляции транскрипции гена. Ринн и др. (2007) обнаружили, что длинноцепочечная некодирующая РНК-HOTAIR может напрямую связываться с белком PcG, тем самым рекрутируя комплекс PRC2 в местоположение гена HOXD, тем самым реализуя регуляцию гена HOXD. LncRNA часто может связывать молекулы белка через определенные элементы и влиять на молекулярную активность и внутриклеточную локализацию белков. Напр., Высококонсервативная длинноцепочечная некодирующая RNAEvf-2 может образовывать РНК-белковый комплекс с фактором транскрипции Dlx2.Используя люциферазную репортерную плазмиду, исследование обнаружило, что транскрипционная активность Dlx2 зависит от транскрипции Evf-2 (Feng et al., 2006). Кроме того, днРНК может влиять на посттранскрипционную модификацию матричной РНК. Gong et al. обнаружили, что некоторые длинноцепочечные некодирующие РНК, содержащие Alu, являются ключевыми регуляторными молекулами, которые обеспечивают связывание и взаимодействие этих информационных РНК с помощью STAU-1 (Gong and Maquat, 2011). С другой стороны, днРНК были описаны как молекулярные биомаркеры для диагностики многих заболеваний (Tinzl et al., 2004; Wang et al., 2006, 2014; Xie et al., 2013; Pang et al., 2014; Shao et al., 2014; Свобода и др., 2014; Чжао и др., 2014, 2020; Ли и др., 2015, 2019; Тан и др., 2015; Чжоу и др., 2015, 2019; Cao et al., 2019). Поскольку днРНК обладают более высокой тканевой специфичностью, чем мРНК, кодирующие белок (Cabili et al., 2011; Derrien et al., 2012; Molyneaux et al., 2015), возможно разработать новые диагностические биомаркеры из днРНК. Таким образом, днРНК могут быть привлекательными кандидатами в новые диагностические биомаркеры CAG.Однако паттерн аномальной экспрессии lncRNAs в CAG полностью не выяснен.

    В этом исследовании профили экспрессии днРНК и мРНК в CAG были изучены с помощью высокопроизводительного секвенирования РНК. Мы идентифицировали дифференциально экспрессируемые днРНК и мРНК в образцах CAG и CNAG. На основе этой информации была построена сеть коэкспрессии днРНК-мРНК в CAG. Это исследование может предоставить полезную информацию для определения потенциальных биомаркеров для диагностики CAG.

    Материалы и методы

    Сбор клинических образцов

    Всего в этом исследовании приняли участие 40 пациентов, в том числе 20 пациентов с CNAG и 20 пациентов с CAG. Все пациенты были набраны из госпиталя Китайско-японского союза Цзилиньского университета. Все субъекты предоставили свое информированное согласие на включение до того, как они участвовали в этом исследовании. Это исследование было проведено в соответствии с Хельсинкской декларацией, а протокол был одобрен Комитетом по этике Университета Цзилинь (номер одобрения: 20110).Биопсии клинических образцов амбулаторных и стационарных пациентов были собраны во время эндоскопической процедуры в нашей больнице. Образцы сразу замораживали в жидком азоте, а затем хранили при -80 ° C. Диагноз, основанный на отобранных образцах тканей, подтвержден гистологией.

    Выделение тотальной РНК

    Суммарная РНК была выделена из образцов тканей 20 пациентов с CAG и 20 CNAG с использованием реагента TRIzol (Invitrogen, Carlsbad, CA, USA) в соответствии с протоколом производителя.Целостность РНК, выделенной из образцов ткани, оценивали стандартным денатурирующим электрофорезом в агарозном геле. Концентрацию каждого образца РНК определяли анализом на спектрофотометре NanoDropND-1000 (Agilent, Wilmington, DE, США). РНК каждого образца была разделена на две части; одну часть использовали для секвенирования транскриптома, а другую часть использовали для количественной полимеразной цепной реакции в реальном времени (qRT-PCR).

    Высокопроизводительное секвенирование всего транскриптома

    Получение библиотеки РНК

    и секвенирование библиотеки РНК было выполнено Cloud-Seq Biotech (Шанхай, Китай).В этом исследовании был разработан специальный дизайн путем смешивания четырех последовательных образцов от 20 пациентов с КАГ для формирования одной групповой выборки (всего пять групп) из-за небольшого размера доступных образцов. По той же причине были приготовлены другие пять групповых образцов от 20 пациентов с CNAG. До создания библиотек РНК для удаления рРНК использовали наборы для удаления рРНК Ribo-Zero (Illumina, Сан-Диего, Калифорния, США). Затем РНК-истощенную РНК использовали для конструирования библиотек РНК с помощью набора TruSeq Stranded RNA Library Prep Kit (Illumina, Сан-Диего, Калифорния, США).Вкратце, фрагменты кДНК затем подвергали репарированию на концах, имели dA-хвост и лигировали адаптер. Лигированные продукты кДНК очищали и обрабатывали урацил-ДНК-гликозилазой для удаления кДНК второй цепи при сохранении кДНК первой цепи, которую подвергали 14 циклам амплификации ПЦР. Качество библиотеки оценивали с помощью системы Bioanalyzer 2100 (Agilent Technologies, Ричардсон, Техас, США). Затем библиотеки по 10 пМ денатурировали в одноцепочечные молекулы ДНК, захватывали на проточных ячейках Illumina, амплифицировали in situ в виде кластеров и, наконец, секвенировали в течение 150 циклов на секвенсоре Illumina HiSeq в соответствии с инструкциями производителя.Секвенированные чтения были отключены программным обеспечением cutadapt (Kechin et al., 2017) (v1.9.3), а чтения низкого качества были удалены для получения высококачественных чтений. Высококачественные считывания были сопоставлены с версией генома человека HG19 из базы данных UCSC, и каждая измеренная днРНК была аннотирована в соответствии с соответствующим файлом аннотации генома.

    Идентификация дифференциально экспрессируемых днРНК

    Высокопроизводительное секвенирование образцов RNA-Seq было выполнено Cloud-Seq Biotech (Шанхай, Китай).Процедуру секвенирования завершали на приборе Illumine Hiseq со спаренными концевыми считываниями 150 пар оснований. Чтобы выполнить профилирование транскриптома, необработанные данные секвенирования (считывания высокого качества) были проанализированы путем сравнения сходства (выравнивания) эталонного генома, то есть эталонного генома человека (UCSC hg19), с использованием программного обеспечения hisat2. Были собраны транскрипты днРНК и мРНК, из которых относительное количество генов было оценено с помощью программного обеспечения Cuffdiff (v2.2.1, часть запонок) во фрагментах на килобазу транскрипта на миллион отображенных считываний.Перед выполнением анализа дифференциальной экспрессии мы провели анализ главных компонентов (PCA). График экспрессии генов PCA показывает воспроизводимость данных в пяти группах CAG и пяти группах CNAG (дополнительный рисунок 1). Значимость изменений профиля экспрессии транскриптов между группами определяли с помощью статистического теста, с помощью которого были идентифицированы дифференциально экспрессируемые гены, либо днРНК, либо мРНК. Кроме того, гены-мишени днРНК также были предсказаны по их расположению в соседних генах.Когда две группы образцов сравниваются, карта вулкана рисуется Python через несколько изменений и p -value. Пороговое значение для значимо дифференциально экспрессируемых днРНК представляло собой кратное изменение ≥2,0 и значение p <0,05.

    Анализ функционального обогащения

    Geneontology - это онлайн-аналитический инструмент, используемый для извлечения исчерпывающей биологической информации, связанной с большими списками генов-кандидатов. В этом исследовании был проведен анализ онтологии генов (GO) целевых генов дифференциально экспрессируемых днРНК.Путем биоинформатического анализа термины GO были отобраны из значительно обогащенных наборов генов ( p <0,05). 10 лучших обогащенных GO терминов между группами CAG и CNAG с p <0,05 считались значительно обогащенными CAG.

    Построение сети днРНК – мРНК

    Сеть коэкспрессии транскриптов днРНК-мРНК была сконструирована для исследования латентных функций дифференциально экспрессируемых днРНК и взаимодействий между мРНК и днРНК.Коэффициент корреляции Пирсона (PCC) был рассчитан для оценки корреляции между дифференциально экспрессируемыми днРНК и мРНК. Статистически значимая корреляционная пара была обозначена как PCC> 0,99 или p <-0,99 и p <0,01. Сеть коэкспрессии, показывающая значимые пары, была построена с использованием программного обеспечения Cytoscape (версия 3.7.2; Smoot et al., 2011).

    Анализ сети белок-белкового взаимодействия

    Metascape - это онлайн-аналитический инструмент, используемый для аннотации и анализа генов.Сетевой анализ белок-белкового взаимодействия (PPI) был проведен в этом исследовании с использованием Metascape. Путем загрузки списков активированной мРНК и выбора правильного вида ( Homo sapiens ) был проведен анализ сети PPI с последующим анализом алгоритма MCODE (версия 1.5.1) для идентификации подключенных сетевых компонентов. Затем анализ обогащения биологического процесса был применен к каждому компоненту MCODE независимо. Мы сохранили четыре лучших (на p -значение) термина в качестве функционального описания полученных модулей.

    qRT-PCR

    Анализ SYBR green qRT-PCR использовали для подтверждения дифференциально экспрессируемых днРНК, идентифицированных с помощью высокопроизводительного полнотранскриптомного секвенирования. Образцы тканей были собраны у 20 пациентов с CAG и 20 пациентов с CNAG. Суммарную РНК, выделенную из образца ткани отдельного пациента, использовали для обратной транскрипции и ПЦР. qRT-PCR выполняли с использованием набора для анализа SYBR green (TaKaRa Biotechnology, Далянь, Китай) и прибора Roche LightCycler 480 (Roche Applied Science, Мангейм, Германия).Пять специфических праймеров, используемых для qRT-PCR, перечислены в дополнительной таблице 1. Программа qRT-PCR была следующей: денатурация при 95 ° C в течение 30 секунд, затем 40 циклов при 95 ° C в течение 5 секунд и 60 ° C для 30 с. Каждый образец анализировали в трех экземплярах. Относительное количество днРНК было нормализовано по отношению к таковому для GAPDH, и изменение кратности для каждой днРНК было рассчитано методом 2 –ΔΔ Ct .

    Статистический анализ

    Данные выражены как среднее ± стандартное отклонение.Значение кратного изменения и значение p использовали для оценки дифференциально экспрессируемых днРНК и мРНК. Достоверность разницы уровней экспрессии днРНК и мРНК между группами CAG и CNAG оценивали с помощью теста Стьюдента t . Коэффициент ложного обнаружения был рассчитан для корректировки значения p . p <0,05 считалось статистически значимым.

    Результаты

    Клинические особенности и диагностика пациентов с CAG или CNAG

    Это исследование включало 20 пациентов с CAG (12 мужчин и восемь женщин, средний возраст 59 лет) и 20 пациентов с CNAG (11 мужчин и девять женщин, средний возраст 43 года).Между группами CAG и CNAG соотношения курения сигарет и употребления алкоголя статистически не различались. Частота инфицирования Helicobacter pylori составляла 75 и 35% в группах CAG и CNAG, соответственно (таблица 1). Как показано на рисунке 1, диагноз CNAG или CAG был подтвержден на основании последнего эндоскопического обследования и патологического диагноза на момент включения в это исследование.

    Таблица 1. Клинические особенности пациентов с CAG и CNAG.

    Рисунок 1. Эндоскопическая и патологическая диагностика CAG или CNAG. Патологические находки (A) CNAG и (B) CAG. Потеря железистых клеток желудка в слизистой оболочке желудка обозначена тонкой стрелкой, а замещение эпителием кишечного типа обозначено толстой стрелкой (окрашивание гематоксилином-эозином; 100-кратное увеличение).

    Сравнение днРНК и мРНК

    В этом исследовании транскрипты, полученные из данных секвенирования без кодирующего потенциала, рассматривались как набор кандидатов днРНК.Всего из всех образцов было получено 97 286 днРНК (дополнительная таблица 2). Мы систематически анализировали характеристики экспрессии этих днРНК и мРНК в отношении их распределения по длине. Все днРНК имели длину от 80 до более 6000 нуклеотидов, а большая часть днРНК имела длину 200–3000 нуклеотидов. Все мРНК имели длину от 80 до более 6000 нуклеотидов, а большинство мРНК имели длину более 6000 нуклеотидов (рис. 2А). Они были собраны из авторитетной базы данных Ensembl, UCSC knownGene, RefSeq, TCONS и UCR, а также из некоторых данных, представленных в литературе (рисунок 2B).В соответствии с относительным положением кодирующего гена в хромосоме днРНК можно разделить на шесть широких категорий: перекрывающиеся экзонсенсом, интронные антисмысловые, межгенные, природные антисмысловые, перекрывающиеся по смысловым интронам и двунаправленные (Guo et al., 2018). 97 282 днРНК включали 22 777 перекрывающихся смысловых экзонов (23%), 22 440 интронных антисмысловых (23%), 19 759 межгенных днРНК (20%), 17 672 естественных антисмысловых (18%), 8357 интронных перекрывающихся (9%) и 6280 двунаправленные днРНК (7%; рис. 2С).

    Рисунок 2. Характеристики днРНК и мРНК, идентифицированные в этом исследовании. (A) Распределение длин транскриптов днРНК и мРНК. (B) Круговая диаграмма, показывающая сравнительное количество днРНК из авторитетных баз данных. (C) Круговая диаграмма, показывающая компоненты днРНК в каждой категории в соответствии с их относительным положением в хромосоме по отношению к кодирующим генам.

    Идентификация дифференциально экспрессируемых днРНК в CAG

    Мы также идентифицировали дифференциально экспрессируемые днРНК и мРНК в образцах CAG и CNAG, которые показаны иерархической кластеризацией на фиг. 3A, B.Всего 377 мРНК с повышенной и 763 подавленной мРНК в CAG были идентифицированы путем сравнения CAG и CNAG с использованием следующих пороговых значений: кратное изменение ≥ 2,0 и p <0,05 (рис. 3C). Кроме того, были идентифицированы 50 днРНК с повышенной и 66 отрицательной регуляции в CAG ( p <0,05, кратное изменение ≥ 2; фигура 3D). Кроме того, в таблице 2 перечислены 20 основных дифференциально экспрессируемых днРНК в CAG.

    Рисунок 3. Иерархическая кластеризация и графики вулканов. (A, B) Иерархическая кластеризация показывает различимые профили экспрессии днРНК и мРНК в образцах тканей CAG и CNAG. Повышенная экспрессия обозначена красным, а пониженная экспрессия обозначена зеленым. (C, D) Графики вулканов выявляют дифференциально экспрессируемые мРНК и днРНК в образцах ткани CAG по сравнению с образцами ткани CNAG. Повышенная экспрессия обозначена красным, а пониженная экспрессия обозначена зеленым. Ось x на графике представляет кратное изменение (в масштабе log2).Ось y представляет значение p . Красная точка представляет собой дифференциально экспрессируемые гены, которые значительно активированы, а зеленая точка представляет значительно подавленные дифференциально экспрессируемые гены. Зеленая линия - это разделительная линия между дифференциальными и недифференциальными генами.

    Таблица 2. 20 лучших днРНК, экспрессируемых по-разному в CAG.

    Функциональный анализ мРНК и днРНК

    Чтобы дополнительно проиллюстрировать функции дифференциально экспрессируемых днРНК и мРНК в CAG, мы проанализировали категории GO, используя инструмент под названием Geneontology, с помощью которого могут быть найдены наиболее значимые термины GO для мРНК и днРНК с повышенной регуляцией.Анализ GO показал, что дифференциально экспрессируемые мРНК в CAG были значительно обогащены следующими четырьмя биологическими процессами: низкомолекулярные метаболические процессы, метаболические процессы ксенобиотиков, ответ на ксенобиотические стимулы и метаболические процессы оксокислот (рис. 4А). Между тем, четыре основных биологических процесса, связанных с дифференциально экспрессируемыми днРНК в CAG, были ответом на молекулу бактериального происхождения, регуляцией активности киназы MAP, регуляцией тепловыделения и процессами модификации белка (рис. 4B).

    Рисунок 4. Анализ обогащения онтологии генов (GO). Биологические процессы активированных мРНК и днРНК анализировали с помощью аннотаций GO. (A) 10 главных терминов GO дифференциально экспрессируемых мРНК в CAG. (B) 10 главных терминов GO дифференциально экспрессируемых днРНК в CAG.

    Анализ коэкспрессированных днРНК и мРНК в CAG

    Функции днРНК анализировали на основе сети коэкспрессии днРНК-мРНК.Здесь мы использовали PCC, меру коэкспрессии для построения сети коэкспрессии как для мРНК с повышенной регуляцией, так и для днРНК в CAG (рис. 5). Наш анализ показал, что ENST00000488188, ENST00000583490 и NR_121662 были тремя днРНК с наиболее частыми взаимодействиями; следовательно, их следует рассматривать как наиболее активные днРНК в CAG.

    Рисунок 5. Построение сети коэкспрессии . Сеть коэкспрессии днРНК-мРНК включает 130 соединений между 24 днРНК (желтые узлы) и 101 мРНК (синие узлы).Для корреляции между днРНК и мРНК абсолютное значение коэффициента корреляции Пирсона составляло ≥0,98 и p <0,001.

    Регуляция гена с помощью дифференциально экспрессируемых днРНК

    Чтобы предсказать функцию белка с помощью платформы сети PPI, мы загрузили список из 377 активированных мРНК в программное обеспечение Metascape (Tripathi et al., 2015) для анализа функционального обогащения. Аналитические результаты показали, что активированные мРНК были в основном обогащены биологическими процессами, такими как пищеварение, дифференцировка эпителиальных клеток и ответ на внеклеточный стимул.Наиболее обогащенные кластеры были связаны с CAG. Первые 20 кластеров значительно обогащенных терминов перечислены на Рисунке 6A. Кроме того, мы использовали базу данных Metascape, мощную сеть PPI, чтобы исследовать взаимодействия между белками, кодируемыми 155 активированными мРНК в CAG (рис. 6B). Мы определили четыре важных модуля посредством кластерного анализа сети PPI с использованием инструмента анализа, называемого подключаемым модулем Cytoscape Molecular Complex Detection (MCODE) (Bandettini et al., 2012), который основан на степени важности (рисунок 6C и дополнительная таблица 3). ).Эти четыре идентифицированных модуля были выбраны для дальнейшего анализа обогащения мРНК GO (рис. 6C). Мы обнаружили, что мРНК в модуле 1 были в основном обогащены цитохромом P450, упорядочены по типу субстрата, функционализации соединений фазы I и процессу метаболизма жирорастворимых витаминов. Гены в модуле 2 в основном коррелировали с классом A / 1 (родопсиноподобные рецепторы), событиями передачи сигналов G альфа (i) и связыванием лиганда GPCR. Гены в Модуле 3 были в основном обогащены сульфатированием, пуриновым рибонуклеозидбисфосфатом и процессом метаболизма 3'-фосфоаденозин-5'-фосфосульфата.Гены в модуле 4 в основном коррелировали с ороговением, образованием ороговевшей оболочки и ороговением (рис. 6С). Среди этих дифференциально экспрессируемых мРНК те, которые совместно экспрессируются с дифференциально экспрессируемыми днРНК в CAG, были выбраны в качестве наших мишеней для анализа PPI. Как показано на рисунке 6D, анализ диаграммы Венна с использованием базы данных Metascape показал восемь мРНК на пересечении 155 мРНК, включая DGKA, EIF6, HKDC1, DHRS11, CPS1, KRT15, ​​TESPA1 и CDHR2, а также 101 lncRNA- нацеленные гены.

    Рис. 6. Анализ обогащения, построение сети белок-белкового взаимодействия (PPI) и модульный анализ. (A) Metascape визуализация сетей 20 лучших кластеров: каждый узел представляет один расширенный термин, окрашенный идентификатором кластера, а узлы, которые совместно используют один и тот же кластер, обычно расположены близко друг к другу. Размер узла пропорционален количеству входных генов, попадающих в этот термин. Более толстые края представляют большее сходство. (B) Построение сети PPI для мРНК с повышенной регуляцией: узлы представляют белки, кодируемые генами, а края представляют связи между узлами. (C) Четыре подсети были идентифицированы анализом подключаемого модуля Cytoscape MCODE. См. Дополнительную информацию в таблице 3. (D) Диаграмма Венна дифференциально экспрессируемых генов, нацеленных на днРНК, и мРНК в CAG.

    Подтверждение экспрессии днРНК

    Как упоминалось выше, эти мРНК не только активируются в CAG, но также потенциально могут регулировать экспрессию генов.qRT-PCR использовали для проверки уровней экспрессии дифференциально экспрессируемых днРНК, которые были идентифицированы высокопроизводительным секвенированием и биоинформатическим анализом 20 образцов тканей CAG и 20 CNAG. Для проверки были выбраны пять дифференциально экспрессируемых днРНК (фиг. 7). Как показано на рисунке 7, NR_117090, ENST00000422847, ENST00000583490, ENST00000488188 и ENST00000459255 были активированы в CAG по сравнению с CNAG. Результаты проверки с помощью qRT-PCR согласовывались с данными высокопроизводительного секвенирования и биоинформатического анализа.

    Рисунок 7. Подтверждение дифференциально экспрессируемых днРНК в CAG с помощью qRT-PCR. Уровни экспрессии днРНК в образцах ткани CAG и CNAG, включая (A) ENST00000422847; Б NR_117090; (C) ENST00000583490; (Д) ENST00000488188; и (E) ENST00000459255. Все данные (среднее ± стандартное отклонение) были получены из 20 экспериментов ( n = 20). Статистический анализ проводился с использованием непарного t -теста. представляет p <0,05, а ∗∗ представляет p <0,01.

    Обсуждение

    Во всем мире GC является пятым по распространенности раком и третьей по значимости причиной смерти от рака, а частота встречаемости GC составляет более одного миллиона случаев ежегодно (Bray et al., 2018). Примечательно, что GC является второй ведущей причиной смерти от рака в Китае (Chen et al., 2016). Недавние исследования показали, что CAG может быть предраковым состоянием GC. Кроме того, сообщалось, что риск развития GC значительно увеличивается с тяжестью предракового состояния при первичном диагнозе (de Vries et al., 2008). Следовательно, раннее обнаружение таких предраковых поражений имеет решающее значение для ранней диагностики GC (Dinis-Ribeiro et al., 2012). Более того, диагноз CAG в настоящее время основывается на гистопатологических рекомендациях после выборки произвольной эндоскопической биопсии (например, стратегии Сиднейской биопсии). Однако у этого подхода есть очевидные недостатки, такие как неадекватный диагноз, плохая повторяемость и плохая корреляция между эндоскопией и гистологией. Таким образом, необходимо открыть новые чувствительные и надежные биомаркеры для разработки новых методов ранней диагностики CAG.

    В последние годы lncRNA привлекают все большее внимание, поскольку было показано, что они участвуют в онкогенезе и опухолевой прогрессии. Многие данные подтверждают, что дисрегулируемая экспрессия днРНК связана с фенотипом и характеристиками роста опухолей и связана с клинико-патологическими особенностями и прогнозом больных раком. Также сообщалось, что lncRNAs играют важную роль в патогенезе GC (Lin et al., 2014). Согласно исследованиям днРНК в GC и CAG, есть один отчет, показывающий, что однонуклеотидные полиморфизмы (SNP) взаимодействуют с PGC, кодирующим геном с соседними днРНК, что может повлиять на восприимчивость человека к GC и CAG (Lv et al., 2018). В этом исследовании было обнаружено 15 попарно взаимодействующих SNP PGC-lncRNA, в которых пять пар имели отношение к риску CAG. Однако на сегодняшний день профили экспрессии lncRNAs в CAG остаются неясными.

    С этой целью в нашем исследовании изучали профили экспрессии днРНК и мРНК в CAG с помощью высокопроизводительного полнотранскриптомного секвенирования с использованием образцов тканей, собранных у пациентов с CAG и CNAG. Всего в этом исследовании было задействовано 40 пациентов (20 CAG и 20 CNAG). Всем пациентам была проведена эндоскопия и гистопатологический диагноз.Чтобы исследовать потенциальные биологические функции днРНК, сеть коэкспрессии днРНК-мРНК была проанализирована через соединение PPI.

    Насколько нам известно, это первый отчет о высокопроизводительном секвенировании для анализа профилей экспрессии днРНК и мРНК в CAG и CNAG. Путем анализа данных секвенирования мы получили 97 282 транскриптов днРНК и 20 307 транскриптов мРНК. Результаты секвенирования транскриптома показали, что по сравнению с профилями экспрессии как днРНК, так и мРНК в образцах тканей CAG и CNAG, было 377 мРНК с повышенной и 763 пониженной регуляцией мРНК, а также 55 днРНК с повышенной и 66 пониженной регуляцией днРНК в CAG.Большинству дифференциально экспрессируемых днРНК в CAG не дано официальных названий, и их функции остаются неизвестными.

    Дальнейший анализ показал, что 101 дифференциально экспрессируемая мРНК коэкспрессировалась с 24 дифференциально экспрессируемыми днРНК. Чтобы предсказать скрытые функции этих днРНК, был проведен анализ с помощью Geneontology. Сообщается, что среди этих терминов GO сигнальный путь киназы MAP играет решающую роль в развитии CAG и связан с GC, вызванным CAG (Li et al., 2018). Путь передачи сигналов киназы MAP является одним из наиболее важных терминов GO, идентифицированных с помощью анализа GO, предполагая, что регуляция активности киназы MAP с помощью дифференциально экспрессируемых днРНК и мРНК может вносить вклад в развитие CAG. Еще один популярный термин ГО - липидные метаболические процессы. Сообщалось, что нарушения липидов играют ключевую роль в развитии CAG (Liu et al., 2019).

    Чтобы лучше понять потенциальные взаимодействия и связанные функции коэкспрессируемых днРНК и мРНК, подтвержденных в этом исследовании, мы объединили коэкспрессируемые гены и ИПП для построения интегрированной сети.Всего восемь мРНК, общих как в сети коэкспрессии, так и в сети PPI, были отобраны с помощью анализа Венна, включая DGKA, EIF6, HKDC1, DHRS11, CPS1, KRT15, ​​TESPA1 и CDHR2. Сообщалось, что эти мРНК связаны с развитием CAG и GC. Предполагается, что среди этих мРНК DGKA служит потенциальным биомаркером для диагностики GC (Kong et al., 2016). KRT15 был идентифицирован в этом исследовании и был связан с прогнозом пациентов с РЖ другими исследователями (Zhang et al., 2019) из-за его роли в механизме метилирования ДНК GC. Таким образом, KRT15 является многообещающим прогностическим маркером GC. Это исследование имело некоторые ограничения, которые необходимо устранить. Например, было проанализировано небольшое количество образцов ткани (только 20 образцов CAG и 20 образцов CNAG). Ценные гены и пути могут быть дополнительно идентифицированы из нашей базы данных. Следовательно, нам необходимо увеличить размер выборки для дальнейших исследований. Еще один недостаток этого исследования - то, что H . pylori инфекция не входит во влияющие факторы; следовательно, этот фактор будет включен в план эксперимента в последующем исследовании.Настоящее исследование - наша предварительная работа. Хотя многочисленные результаты были получены в результате биоинформатического анализа и секвенирования транскриптомов в этом исследовании, идентификация функциональных путей и механизмов действия, связанных с дифференциально экспрессируемыми генами, с помощью экспериментальных подходов необходима в будущих исследованиях.

    Заключение

    В заключение, настоящее исследование выявило пять дифференциально экспрессируемых днРНК в CAG, которые были обнаружены с помощью высокопроизводительного полнотранскриптомного секвенирования и подтверждены qRT-PCR, включая NR_117090, ENST00000422847, ENST00000583490, ENST00000488188 и ENST00000459255.Эти днРНК могут участвовать в развитии CAG и могут использоваться в качестве потенциальных биомаркеров для диагностики CAG. Кроме того, наши результаты могут быть полезны для лучшего понимания потенциальных функций днРНК в CAG. Однако для оценки клинической ценности этих днРНК все еще необходимы дальнейшие исследования.

    Заявление о доступности данных

    Наборы данных, созданные для этого исследования, можно найти в доступе NCBI GEO GSE153224.

    Заявление об этике

    Исследования с участием людей были рассмотрены и одобрены этическим комитетом Цзилиньского университета.Пациенты / участники предоставили письменное информированное согласие на участие в этом исследовании.

    Авторские взносы

    BZ и LY разработали и руководили исследованием. BZ и JJ проводили эксперименты. LW и YC проводили эксперименты. XJ и JJ проанализировали данные. YC написал рукопись. В БЖ внесены правки рукописи. Все авторы прочитали и одобрили окончательную рукопись.

    Финансирование

    Эта работа была поддержана грантом Специального проекта научных исследований в области здравоохранения провинции Цзилинь (идентификатор гранта: 2019SCZ009).

    Конфликт интересов

    Авторы заявляют, что исследование проводилось при отсутствии каких-либо коммерческих или финансовых отношений, которые могут быть истолкованы как потенциальный конфликт интересов.

    Благодарности

    Мы благодарим Cloud-Seq Biotech, Inc. (Шанхай, Китай) за высокопроизводительное секвенирование полных транскриптомов и дальнейший биоинформатический анализ.

    Дополнительные материалы

    Дополнительные материалы к этой статье можно найти в Интернете по адресу: https: // www.frontiersin.org/articles/10.3389/fgene.2020.612951/full#supplementary-material

    Дополнительный рисунок 1 | Анализ главных компонентов (PCA). График экспрессии генов PCA, показывающий воспроизводимость данных в пяти группах CAG и пяти группах CNAG.

    Дополнительная таблица 1 | Праймеры, используемые для qRT-PCR.

    Сноски

    Список литературы

    Бандеттини, В. П., Келлман, П., Манчини, К., Букер, О. Дж., Васу, С., Leung, S. W. и др. (2012). Функция замедленного усиления MultiContrast (MCODE) улучшает обнаружение субэндокардиального инфаркта миокарда с помощью позднего повышения содержания гадолиния. Сердечно-сосудистый магнитный резонанс: исследование с клинической проверкой. J. Cardiovasc. Magn. Резон. 30:83. DOI: 10.1186 / 1532-429x-14-83

    PubMed Аннотация | CrossRef Полный текст | Google Scholar

    Брей, Ф., Ферли, Дж., Сурджоматарам, И., Сигел, Р. Л., Торре, Л. А., и Джемаль, А. (2018). Глобальная статистика рака 2018: оценки GLOBOCAN заболеваемости и смертности от 36 раковых заболеваний во всем мире в 185 странах. CA Cancer J. Clin. 68, 394–424. DOI: 10.3322 / caac.21492

    PubMed Аннотация | CrossRef Полный текст | Google Scholar

    Кабили М. Н., Трапнелл К., Гофф Л., Козиол М., Тазон-Вега Б., Регев А. и др. (2011). Интегративная аннотация больших межгенных некодирующих РНК человека раскрывает глобальные свойства и специфические подклассы. Genes Dev. 15, 1915–1927. DOI: 10.1101 / gad.17446611

    PubMed Аннотация | CrossRef Полный текст | Google Scholar

    Цао, М., Ли, Х., Чжао, Дж., Цуй, Дж., И Ху, Г. (2019). Идентификация связанных с возрастом и полом длинных некодирующих РНК в головном мозге человека с болезнью Альцгеймера. Neurobiol. Старение 81, 116–126. DOI: 10.1016 / j.neurobiolaging.2019.05.023

    PubMed Аннотация | CrossRef Полный текст | Google Scholar

    Chen, W., Zheng, R., Baade, P. D., Zhang, S., Zeng, H., Bray, F., et al. (2016). Статистика рака в Китае, 2015 г. CA Cancer J. Clin. 66, 115–132. DOI: 10,3322 / caac.21338

    PubMed Аннотация | CrossRef Полный текст | Google Scholar

    Корреа, П. (1988). Человеческая модель канцерогенеза желудка. Cancer Res. 48, 3554–3560.

    Google Scholar

    Корреа, П. (1992). Канцерогенез желудка у человека: многоэтапный и многофакторный процесс - первая лекция Американского онкологического общества по эпидемиологии и профилактике рака. Cancer Res. 52, 6735–6740.

    Google Scholar

    де Фриз, А.К., ван Грикен, Н. К., Луман, К. В., Каспари, М. К., де Фрис, Э., Мейер, Г. А. и др. (2008). Риск рака желудка у пациентов с предраковыми поражениями желудка: общенациональное когортное исследование в Нидерландах. Гастроэнтерология 134, 945–952. DOI: 10.1053 / j.gastro.2008.01.071

    PubMed Аннотация | CrossRef Полный текст | Google Scholar

    Derrien, T., Johnson, R., Bussotti, G., Tanzer, A., Djebali, S., Tilgner, H., et al. (2012). Каталог длинных некодирующих РНК человека GENCODE v7: анализ их генной структуры, эволюции и экспрессии. Genome Res. 22, 1775–1789. DOI: 10.1101 / gr.132159.111

    PubMed Аннотация | CrossRef Полный текст | Google Scholar

    Динджер М. Э., Панг К. К., Мерсер Т. Р. и Маттик Дж. С. (2008). Дифференциация кодирующей белок и некодирующей РНК: проблемы и неоднозначности. PLoS Comput. Биол. 4: e1000176. DOI: 10.1371 / journal.pcbi.1000176

    PubMed Аннотация | CrossRef Полный текст | Google Scholar

    Dinis-Ribeiro, M., Areia, M., de Vries, A.К., Маркос-Пинто Р., Монтейро-Соарес М., О’Коннор А. и др. (2012). Ведение предраковых состояний и поражений желудка (MAPS): рекомендации Европейского общества эндоскопии желудочно-кишечного тракта (ESGE), Европейской исследовательской группы Helicobacter (EHSG), Европейского общества патологов (ESP) и Sociedade Portuguesa de Endoscopia Digestiva (СКОРОСТЬ). Арка Вирхова. 460, 19–46. DOI: 10.1007 / s00428-011-1177-8

    PubMed Аннотация | CrossRef Полный текст | Google Scholar

    Диксон, М.Ф., Гента, Р. М., Ярдли, Дж. Х., и Корреа, П. (1996). Классификация и градация гастрита. Обновленная Сиднейская система. Международный семинар по гистопатологии гастрита, Хьюстон, 1994. Am. J. Surg. Патол. 20, 1161–1181. DOI: 10.1097 / 00000478-199610000-00001

    PubMed Аннотация | CrossRef Полный текст | Google Scholar

    Fang, J. Y., Du, Y. Q., Liu, W. Z., Ren, J. L., Li, Y. Q., Chen, X. Y., et al. (2018). Китайский консенсус по хроническому гастриту (2017, Шанхай). J. Dig. Дис. 19, 182–203. DOI: 10.1111 / 1751-2980.12593

    PubMed Аннотация | CrossRef Полный текст | Google Scholar

    Фэн Дж., Би, К., Кларк, Б. С., Мэди, Р., Шах, П., и Кохц, Дж. Д. (2006). Некодирующая РНК Evf-2 транскрибируется из ультраконсервативной области Dlx-5/6 и функционирует как коактиватор транскрипции Dlx-2. Genes Dev. 20, 1470–1484. DOI: 10.1101 / gad.1416106

    PubMed Аннотация | CrossRef Полный текст | Google Scholar

    Фрит, М.К., Бейли, Т. Л., Касукава, Т., Миньоне, Ф., Куммерфельд, С. К., Мадера, М. и др. (2006). Дискриминация транскриптов, не кодирующих белок, от мРНК, кодирующей белок. RNA Biol. 3, 40–48. DOI: 10.4161 / rna.3.1.2789

    PubMed Аннотация | CrossRef Полный текст | Google Scholar

    Гуо, X., Ян, Дж., Лян, Б., Шен, Т., Янь, Ю., Хуанг, С., и др. (2018). Идентификация новых биомаркеров LncRNA и построение сетей, связанных с LncRNA, у китайских пациентов хань с ишемическим инсультом. Ячейка. Physiol. Biochem. 50, 2157–2175. DOI: 10.1159 / 000495058

    PubMed Аннотация | CrossRef Полный текст | Google Scholar

    Холл, Л. Л., и Лоуренс, Дж. Б. (2010). РНК XIST и архитектура неактивной Х-хромосомы: последствия для повторяющегося генома. Колд Спринг Харб. Symp. Quant. Биол. 75, 345–356. DOI: 10.1101 / sqb.2010.75.030

    PubMed Аннотация | CrossRef Полный текст | Google Scholar

    Кечин А., Боярских Ю., Кель А., и Филипенко, М. (2017). cutPrimers: новый инструмент для точного вырезания праймеров из считываний целевого секвенирования следующего поколения. J. Comput. Биол. 24, 1138–1143. DOI: 10.1089 / cmb.2017.0096

    PubMed Аннотация | CrossRef Полный текст | Google Scholar

    Конг, Ю., Чжэн, Ю., Цзя, Ю., Ли, П., и Ван, Ю. (2016). Снижение экспрессии LIPF коррелирует с DGKA и предсказывает плохой исход рака желудка. Онкол. Rep. 36, 1852–1860. doi: 10.3892 / или.2016.4989

    PubMed Аннотация | CrossRef Полный текст | Google Scholar

    Ли, К., Шао, Ю., Чжан, X., Чжэн, Т., Мяо, М., Цинь, Л. и др. (2015). Длинная некодирующая РНК в плазме, защищенная экзосомами, как потенциальный стабильный биомаркер рака желудка. Tumor Biol. 36, 2007–2012. DOI: 10.1007 / s13277-014-2807-y

    PubMed Аннотация | CrossRef Полный текст | Google Scholar

    Li, S., Xu, T., Liu, S., Liu, Z., Pi, Z., Song, F., et al. (2018). Изучение потенциальной фармакодинамической материальной основы и фармакологического механизма Fufang-Xialian-Capsule при хроническом атрофическом гастрите с помощью сетевого фармакологического подхода, основанного на компонентах, всасываемых в кровь. R. Soc. Open Sci. 5: 171806. DOI: 10.1098 / RSOS.171806

    PubMed Аннотация | CrossRef Полный текст | Google Scholar

    Ли Ю., Сюй К., Сюй К., Чен С., Цао Ю. и Чжан Х. (2019). Роль выявленных длинных некодирующих РНК при диабетической нефропатии. J. Diabetes Res. 2019: 5383010.

    Google Scholar

    Lin, X. C., Zhu, Y., Chen, W. B., Lin, L. W., Chen, D. H., Huang, J. R., et al. (2014). Комплексный анализ длинных некодирующих РНК и профилей экспрессии мРНК раскрывает потенциальную роль днРНК в патогенезе рака желудка. Внутр. J. Oncol. 45, 619–628. DOI: 10.3892 / ijo.2014.2431

    PubMed Аннотация | CrossRef Полный текст | Google Scholar

    Лю, Ю., Сюй, В., и Цинь, X. (2019). Расшифровка механической сети хронического атрофического гастрита: исследование сетевой фармакологии, зависящее от времени мочеиспускания. Фронт. Physiol. 10: 1004. DOI: 10.3389 / fphys.2019.01004

    PubMed Аннотация | CrossRef Полный текст | Google Scholar

    Lv, Z., Sun, L., Xu, Q., Gong, Y., Jing, J., Dong, N., et al. (2018). SNP-взаимодействия PGC с соседними днРНК повышают восприимчивость к раку желудка / атрофическому гастриту и влияют на экспрессию вовлеченных молекул. Cancer Med. 7, 5252–5271. DOI: 10.1002 / cam4.1743

    PubMed Аннотация | CrossRef Полный текст | Google Scholar

    Мерсер Т. Р., Динджер М. Э. и Маттик Дж. С. (2009). Длинные некодирующие РНК: понимание функций. Nat. Преподобный Жене. 10, 155–159.

    Google Scholar

    Molyneaux, B.J., Goff, L.A., Brettler, A.C., Chen, H.H., Hrvatin, S., Rinn, J.L., et al. (2015). DeCoN: полногеномный анализ динамики транскрипции in vivo во время выбора судьбы пирамидных нейронов в неокортексе. Neuron 85, 275–288. DOI: 10.1016 / j.neuron.2014.12.024

    PubMed Аннотация | CrossRef Полный текст | Google Scholar

    Панг, К., Ге, Дж., Шао, Ю., Сун, В., Сонг, Х., Ся, Т. и др. (2014). Повышенная экспрессия длинной межгенной некодирующей РНК LINC00152 при раке желудка и ее клиническое значение. Tumor Biol. 35, 5441–5447. DOI: 10.1007 / s13277-014-1709-3

    PubMed Аннотация | CrossRef Полный текст | Google Scholar

    Перкель, Дж. М. (2013). Посещение «нонкодарни». Biotechniques 301, 303–304.

    Google Scholar

    Ринн, Дж. Л., Кертес, М., Ван, Дж. К., Скваццо, С. Л., Сюй, X., Бругманн, С. А., и др. (2007). Функциональное разграничение активных и молчащих доменов хроматина в локусах HOX человека некодирующими РНК. Cell 129, 1311–1323.DOI: 10.1016 / j.cell.2007.05.022

    PubMed Аннотация | CrossRef Полный текст | Google Scholar

    Шао, Ю., Е, М., Цзян, X., Сунь, В., Дин, X., Лю, З. и др. (2014). Длинная некодирующая РНК желудочного сока, используемая в качестве онкомаркера для скрининга рака желудка. Рак 120, 3320–3328. DOI: 10.1002 / cncr.28882

    PubMed Аннотация | CrossRef Полный текст | Google Scholar

    Смут, М. Э., Оно, К., Рушейнски, Дж., Ван, П. Л., и Идекер, Т. (2011). Cytoscape 2.8: новые функции для интеграции данных и визуализации сети. Биоинформатика 27, 431–432. DOI: 10.1093 / биоинформатика / btq675

    PubMed Аннотация | CrossRef Полный текст | Google Scholar

    Свобода, М., Слыскова, Дж., Шнейдерова, М., Маковицкий, П., Белик, Л., Леви, М. и др. (2014). Длинная некодирующая РНК HOTAIR является негативным прогностическим фактором не только при первичных опухолях, но и в крови пациентов с колоректальным раком. Канцерогенез 35, 1510–1515.DOI: 10.1093 / carcin / bgu055

    PubMed Аннотация | CrossRef Полный текст | Google Scholar

    Сырьянен, К. (2016). Панель биомаркеров сыворотки (GastroPanel®) в неинвазивной диагностике атрофического гастрита. систематический обзор и метаанализ. Anticancer Res. 36, 5133–5144. DOI: 10.21873 / anticanres.11083

    PubMed Аннотация | CrossRef Полный текст | Google Scholar

    Тан Дж., Цзян, Р., Дэн, Л., Чжан, X., Ван, К., и Сунь, Б. (2015). Длинные в кровотоке некодирующие РНК действуют как биомаркеры для прогнозирования туморогенеза и метастазирования при гепатоцеллюлярной карциноме. Oncotarget 6, 4505–4515. DOI: 10.18632 / oncotarget.2934

    PubMed Аннотация | CrossRef Полный текст | Google Scholar

    Тинзл М., Марбергер М., Хорват С. и Шипр К. (2004). Анализ РНК DD3PCA3 в моче - новая перспектива для выявления рака простаты. евро. Урол. 46, 182–186; обсуждение 187.

    Google Scholar

    Tripathi, S., Pohl, M.O., Zhou, Y., Rodriguez-Frandsen, A., Wang, G., Stein, D.A., et al. (2015). Мета- и ортогональная интеграция данных «OMICs» гриппа определяет роль UBR4 в почковании вируса. Клеточный микроб-хозяин 18, 723–735. DOI: 10.1016 / j.chom.2015.11.002

    PubMed Аннотация | CrossRef Полный текст | Google Scholar

    Wang, F., Ren, S., Chen, R., Lu, J., Shi, X., Zhu, Y., et al. (2014). Разработка и проспективная многоцентровая оценка длинной некодирующей РНК MALAT-1 как диагностического биомаркера в моче рака простаты. Oncotarget 5, 11091–11102. DOI: 10.18632 / oncotarget.2691

    PubMed Аннотация | CrossRef Полный текст | Google Scholar

    Ван Х.С., Чжан, З., Ван, Х. К., Цай, Дж. Л., Сюй, К. В., Ли, М. К. и др. (2006). Быстрая идентификация UCA1 как очень чувствительного и специфического уникального маркера рака мочевого пузыря человека. Clin. Cancer Res. 12, 4851–4858. DOI: 10.1158 / 1078-0432.ccr-06-0134

    PubMed Аннотация | CrossRef Полный текст | Google Scholar

    Вилуш, Дж. Э., Фрейер, С. М., и Спектор, Д. Л. (2008). Обработка 3'-конца длинной некодирующей РНК с сохранением в ядре дает тРНК-подобную цитоплазматическую РНК. Cell 135, 919–932.DOI: 10.1016 / j.cell.2008.10.012

    PubMed Аннотация | CrossRef Полный текст | Google Scholar

    Се, Х., Ма, Х. и Чжоу, Д. (2013). Плазменный HULC как новый многообещающий биомаркер для обнаружения гепатоцеллюлярной карциномы. Биомед. Res. Int. 2013: 136106.

    Google Scholar

    Чжан, К., Лян, Ю., Ма, М. Х., Ву, К. З. и Дай, Д. К. (2019). KRT15, ​​INHBA, MATN3 и AGT аберрантно метилированы и по-разному экспрессируются при раке желудка и связаны с прогнозом. Pathol. Res. Практик. 215, 893–899. DOI: 10.1016 / j.prp.2019.01.034

    PubMed Аннотация | CrossRef Полный текст | Google Scholar

    Чжао, Л., Чжоу, Ю., Чжао, Ю., Ли, К., Чжоу, Дж., И Мао, Ю. (2020). Длинная некодирующая РНК TUSC8 подавляет рост и метастазирование рака груди через ось miR-190b-5p / MYLIP. Aging (Олбани, штат Нью-Йорк) 12, 2974–2991. DOI: 10.18632 / старение.102791

    PubMed Аннотация | CrossRef Полный текст | Google Scholar

    Чжао, Ю., Го, К., Чен, Дж., Ху, Дж., Ван, С., Сун, Ю. (2014). Роль длинных некодирующих РНК HULC в пролиферации клеток, апоптозе и метастазировании опухолей рака желудка: клинические и in vitro исследования. Онкол. Rep. 31, 358–364. DOI: 10.3892 / or.2013.2850

    PubMed Аннотация | CrossRef Полный текст | Google Scholar

    Чжоу, М., Чжао, Х., Ван, X., Сунь, Дж., И Су, Дж. (2019). Анализ длинных некодирующих РНК подчеркивает регионально-специфические измененные паттерны экспрессии и диагностическую роль при болезни Альцгеймера. Бриф. Биоинформ. 20, 598–608. DOI: 10.1093 / bib / bby021

    PubMed Аннотация | CrossRef Полный текст | Google Scholar

    Чжоу, X., Инь, C., Dang, Y., Ye, F., и Zhang, G. (2015). Идентификация длинной некодирующей РНК h29 в плазме как нового биомаркера для диагностики рака желудка. Sci. Реп. 5: 11516.

    Google Scholar

    Атрофический гастрит - wikidoc

    Главный редактор: C. Майкл Гибсон, M.S., M.D.[1] Заместитель главного редактора:

    Пищеварительная система

    Обзор

    Атрофический гастрит - это процесс хронического воспаления слизистой оболочки желудка, приводящий к потере железистых клеток желудка и их возможному замещению кишечными и фиброзными тканями. В результате нарушается секреция желудком необходимых веществ, таких как соляная кислота, пепсин и внутренний фактор, что приводит к проблемам с пищеварением, дефициту витамина B12 и мегалобластной анемии.Это может быть вызвано стойкой инфекцией Helicobacter pylori или может иметь аутоиммунное происхождение.

    Аутоиммунный метапластический атрофический гастрит (AMAG) - это наследственная форма атрофического гастрита, характеризующаяся иммунным ответом, направленным на париетальные клетки и внутренний фактор. Характерным признаком является наличие сывороточных антител к париетальным клеткам и внутреннему фактору. Аутоиммунный ответ впоследствии приводит к разрушению массы париетальных клеток, что затем приводит к глубокой гипохлоргидрии (и повышению уровня гастрина).Неадекватное производство внутреннего фактора также приводит к мальабсорбции витамина B12 и злокачественной анемии. AMAG обычно ограничивается телом и дном желудка.

    Гипохлоргидрия вызывает гиперплазию G-клеток (продуцирующих гастрин), что приводит к гипергастринемии. Гастрин оказывает трофический эффект на энтерохромаффиноподобные клетки (клетки ECL отвечают за секрецию гистамина) и, как предполагается, является одним из механизмов, объясняющих злокачественную трансформацию клеток ECL в карциноидные опухоли в AMAG.

    Пациенты с AMAG и пернициозной анемией также имеют повышенный риск развития аденокарциномы желудка. Оптимальная стратегия эндоскопического наблюдения не известна, но у этих пациентов следует удалять все узелки и полипы.

    Экологический метапластический атрофический гастрит (EMAG) возникает из-за факторов окружающей среды, таких как диета и инфекция H. pylori . EMAG обычно ограничивается телом желудка. Пациенты с EMAG также подвержены повышенному риску рака желудка.

    Недавние исследования показали, что AMAG является результатом атаки иммунной системы на париетальные клетки, атака запускается H. pylori через механизм, называемый молекулярной мимикрией.

    Историческая перспектива

    Классификация

    Патофизиология

    Причины

    Побочный эффект препарата

    Пантопразол

    Дифференциация атрофического гастрита от других заболеваний

    Эпидемиология и демография

    Факторы риска

    Скрининг

    Естественная история, осложнения и прогнозы

    Естествознание

    Осложнения

    Прогноз

    Диагноз

    Диагностические критерии

    История болезни и симптомы

    Осмотр

    Результаты лабораторных исследований

    Результаты визуализации

    Другие диагностические исследования

    Дифференциальный диагноз

    Дифференциальная диагностика

    Атрофический гастрит необходимо дифференцировать от: [1] [2] [3] [4] [5] [6] [7] [8] [ 9]

    Лечение

    Лечебная терапия

    Хирургия

    Профилактика

    Список литературы

    1. Сугимати К., Инокучи К., Кувано Х., Ойва Т. (1984).«Острый гастрит классифицируется клинически в соответствии с данными исследований верхних отделов желудочно-кишечного тракта и эндоскопии». Сканд Дж Гастроэнтерол . 19 (1): 31–7. PMID 6710074.
    2. Сиппонен П., Маарус Х.И. (2015). «Хронический гастрит». Сканд Дж Гастроэнтерол . 50 (6): 657–67. DOI: 10.3109 / 00365521.2015.1019918. PMC 4673514. PMID 256.
    3. Sartor RB (2006). «Механизмы заболевания: патогенез болезни Крона и язвенного колита». Нат Клин Практик Гастроэнтерол Гепатол . 3 (7): 390–407. DOI: 10.1038 / ncpgasthep0528. PMID 16819502.
    4. Сиппонен П. (1989). «Атрофический гастрит как предраковое состояние». Энн Мед . 21 (4): 287–90. PMID 2789799.
    5. Бадилло Р., Фрэнсис Д. (2014). «Диагностика и лечение гастроэзофагеальной рефлюксной болезни». World J Gastrointest Pharmacol Ther . 5 (3): 105–12. DOI: 10.4292 / wjgpt.v5.i3.105. PMC 4133436. PMID 25133039.
    6. Рамакришнан К., Салинас RC (2007). «Язвенная болезнь». Am Fam Врач . 76 (7): 1005–12. PMID 17956071.
    7. Banasch M, Schmitz F (2007). «Диагностика и лечение гастриномы в эпоху ингибиторов протонной помпы». Wien Klin Wochenschr . 119 (19–20): 573–8. DOI: 10.1007 / s00508-007-0884-2. PMID 17985090.
    8. Дикен Б.Дж., Бигэм Д.Л., Касс С., Макки-младший, Джой А.А., Гамильтон С.М. (2005).«Аденокарцинома желудка: обзор и соображения для будущих направлений». Энн Сург . 241 (1): 27–39. PMC 1356843. PMID 15621988.
    9. Гимире П., Ву Г.Й., Чжу Л. (2011). «Первичная лимфома желудочно-кишечного тракта». Мир Дж. Гастроэнтерол . 17 (6): 697–707. DOI: 10.3748 / wjg.v17.i6.697. PMC 3042647. PMID 213

      .

    Шаблон: WS Шаблон: WH

    Атрофический гастрит у собаки ши-тцу

    Введение

    Атрофический гастрит характеризуется разрушением париетальных клеток слизистая оболочка и ее замещение фиброзом (LECOINDRE; ШЕВАЛЬЕ, 2000).Этот факт был связан с потерей секреторной емкость желудка в результате аутоиммунного процесса или хронического воспалительного процесса гастропатия, эозинофильный, лимфоцитарно-плазмоцитарный или гранулематозный гастрит (ROSSEAU, 2005). Согласно Виллиансу (2000), причины неизвестны, отражая хронический гастрит, который может быть связан с Helicobacter spp. Канцерогенный процесс в желудке установлен у людей, что представляет собой непрерывный процесс, эволюционирующий от неатрофического к атрофия желез, от метаплазии до дисплазии и, наконец, до аденокарциномы, a процесс, который происходит десятилетиями и начинается с бактериального заражения Helicobacter spp.(Мелани; БРЕННЕР, 2006). Считается, что у норвежских собак лундехунд есть генетическая предрасположенность карциномы желудка, связанной с атрофическим гастритом (УИЛЬЯНС, 2000).

    Наиболее частыми клиническими признаками являются рвота, обычно перемежающаяся, анорексия, вялость и потеря веса (WILLIANS, 2000). Rosseau (2005) сообщил как клинический признаки - анорексия и хроническая рвота, длящаяся несколько месяцев, без симптомов терапия.Basso et al. (2007) сообщили о хроническом спорадическая рвота каждые 15 или 20 дней, наблюдаемая с пяти месяцев жизни в собака.

    Эндоскопия до сих пор остается одним из основных методов диагностики заболеваний желудка у собак и кошек. Этот метод не получил широкого распространения в ветеринарии Бразилии. Считается безопасным, быстрым, и неинвазивный метод, помогает в диагностике желудочно-кишечного тракта. заболевания, позволяющие прямой осмотр слизистой оболочки и биопсии (SIMPSON, 1993).Обследование было показан пациентам с неспецифическими признаками, такими как тошнота, сиалорея, рвота, анорексия, гематемезис и мелена (ТАМ, 1999), предполагающие признаки инфильтративной, эрозивной или язвенной гастропатии (ФОССУМ, 2005). Гистопатологический анализ слизистой оболочки желудка является окончательным средством диагностики, которое может быть полученные с помощью эндоскопии или частичной гастрэктомии с помощью целиотомии или лапароскопии (ROSSEAU, 2005). У людей сывороточный пепсиноген концентрация (PG I и PG II) также используется в качестве диагностического метода и в этих В случаях хронического атрофический гастрит (MELANIE; BRENNER, 2006 г.).

    Лечение атрофического гастрита основано на применении кортикостероидов, а не только за его противовоспалительное действие, а также за стимуляцию регенерации париетальные клетки (TWEDT; MAGNE, 1992), а также как введение легкой гипоаллергенной диеты с низким содержанием жира содержание, низкая усвояемость клетчатки и высокое содержание сложных углеводов (ROSSEAU, 2005). Потому что это недооцененный болезни, цель этого исследования состояла в том, чтобы сообщить о случае атрофического гастрита у Порода собак ши-тцу, обращаясь к диагнозу, полученному при эндоскопическом обследовании, лечение и посттерапевтическое наблюдение за пациентом.

    Отчет о болезни

    Самка ши-тцу в возрасте от 1 года до 5 месяцев с массой тела 4,8 кг была отнесена к услуги эндоскопии частной клиники с периодической рвотой в анамнезе на 6 месяцев, усилилась в последние три недели, начиная с рвоты. Пациент в течение нескольких месяцев лечился антацидами (омепразол), противорвотными средствами (ондансетрон и метоклопрамид), а также диеты без улучшения клинического состояния. Скрининг обследования, такие как общий анализ крови, аланинаминотрансфераза (АЛТ), щелочной фосфатаза (AP), мочевина, креатинин и глюкоза, первоначально выполнялись с результаты в пределах контрольных значений для вида.Кроме того, пациент был сдана на УЗИ брюшной полости, также без изменений. Из-за стойкие клинические признаки и отсутствие изменений при дополнительных обследованиях, Затем животное было направлено на эндоскопию.

    Для обследования больному было проведено восьмичасовое водное голодание и Двенадцатичасовое пищевое голодание. Протокол анестезии начался с внутримышечного (IM) ацепромазин (0,03 мг, -1 ) и меперидин (3 мг, -1 ) в виде преанестезиологические препараты.Через 20 минут пациенту было введено внутривенное (IV) пропофол в дозе 5 мг / кг -1 , интубирован и поддерживается анестетически под ингаляционной анестезией изофлураном. Используемое устройство было Видеоэндоскоп Pentax модели EPK 1000 и гастроскоп Pentax модели EG-2970k. Экзамен изображения были получены с помощью программного обеспечения для захвата изображений.

    На дне желудка скопление пенистой слюны, а также область тела желудка, в дополнение к вязкой и кровянистой жидкости, похожей на что найдено в пищеводе.Промывали желудок настоем и аспирацией вода, удаляя примерно 120 мл серозно-кровянистой жидкости и слюны мыло. Во время инсуффляции мы заметили, что живот не растягивается должным образом, особенно в области антрального канала. Часть тела желудка, при осмотре с небольшим расширением по воздуху показал нормальный внешний вид морщин, но при инсуффляции выявили слизистую с отеком, скоплением фибрина и выраженная, даже геморрагическая гиперемия.Зона поражения покрывала большую часть тело желудка, простирающееся до дна желудка и входа в привратник канал (рисунок 1, А и Б). Восемь фрагментов желудка (дно, тело и антральный отдел канал) были собраны в разных точках с поражениями, из переходных областей и точки с более мягкими изменениями. Эти образцы кондиционировали в пробирках Эппендорфа. с 10% формальдегидом и впоследствии обработаны и проанализированы гистопатологически в конкретная лаборатория.


    Рисунок 1
    Атрофический гастрит у собаки. А) Отеки, гиперемия и геморрагия поражения слизистой оболочки желудка, области тела желудка. Б) Гиперемия и геморрагические поражения слизистой оболочки желудка, пилорической области. C и D) Железистый эпителий слизистой оболочки желудка с высокой степенью дегенерация, атрофия желез, фиброз и слияние ворсинок.

    Гистопатологический анализ выявил последовательные разрезы слизистой оболочки желудка с некоторые разрезы частично представляют мышечный слой.Мы наблюдали слизистую с потерей ворсинки связаны со значительной эрозией их покровного эпителия. На сайте обнажения эпителия, грануляционный слой при хроническом воспалении (лимфоцитарный) и отек. Также наблюдались очаги изъязвления, при этом истончение железистого слоя, а также железистого эпителия с высоким степень дегенерации и частичная атрофия желез с локальным фиброзом. В другом частей, все еще присутствовало слияние ворсинок.Эти характеристики наводящий на мысль о хроническом атрофическом язвенном гастрите (рис. 1, C и D).

    После результатов обследования было начато лечение омепразолом (1 мг кг -1 SID) перорально (VO) в течение 30 дней, сульфаметоксазол (20 мг кг -1 VO BID) в течение 7 дней. дней, сукральфат (25 мг кг -1 VO TID) в течение 20 дней, ондансетрон (0,2 мг кг -1 VO TID) в течение 5 дней, преднизолон (1 мг кг -1 VO BID) и мягкая диета (вареная измельченная куриная грудка, рис, картофель и морковь).На последующее возвращение, через 15 дней после начала лечения, владелец сообщил о 80% улучшение клинического состояния. У больного больше не было рвоты, он был настороже, желающих, также сообщалось о нормофагии и нормальном дефекации. Постепенное снижение кортикостероидной терапии было начато в последующие месяцы до наступления доза 0,2 мг кг -1 ВО СИД.

    Через восемь месяцев после начала лечения животное было отправлено на новую эндоскопия для повторной оценки поверхности желудка и биопсия для гистопатологических экспертиза.Протокол анестезии, используемое эндоскопическое устройство и команда ветеринары (анестезиолог, эндоскопист и вспомогательный врач) были такими же предыдущего маневра. Во время макроскопической оценки слизистой оболочки желудка, в отличие от первой оценки, в желудке не было содержимого, такого как слюна, кровь или остатки пищи. Во втором обследовании сложность инсуффляции составила также наблюдались, но в меньшей степени, слизистая желудка имела розоватый цвет, независимо от степени вздутия, и никаких повреждений не было замечено ни в какой точке, в глазном дне, теле или антральном канале.Прерывания слизистой оболочки не было. дольше наблюдал. Биопсийный материал был взят из тех же регионов предыдущего исследование и обусловлено таким же образом, за которым следует анализ тем же ветеринарный врач-патолог. Мы наблюдали выздоровление поражений желудка и восстановление макроскопически здоровая слизистая оболочка (рис. 2А и Б).


    Рисунок 2
    Атрофический гастрит у собаки после лечения. A и B) Слизистая оболочка желудка восстановлен после поражений и макроскопически здоров.В) железистый регенерация слизистой оболочки желудка.

    Гистопатологический анализ образцов выявил гистологические характеристики совместим со слизистой оболочкой желудка, некоторыми дискретно деформированными желудочными железами и дискретный лимфоплазмоцитарный инфильтрат. В некоторых разрезах была незаметная пробка. поверхностных сосудов, дискретный отек собственной пластинки. Эпителий был сохранились. Никаких структур, свидетельствующих о наличии хеликобактерий, не наблюдалось.Эти характеристики совместимы с дискретным хроническим лимфоплазмоцитарным гастритом. В По сравнению с предыдущим обследованием, язвенных поражений не наблюдалось. Железистая деформация может быть связана с их регенерацией (рис. 2С).

    Через девять месяцев после начала лечения циклоспорин был введен в качестве попытки уменьшить дозу кортикостероидов, но у животного наблюдалось ухудшение клиническое состояние с рвотой и диареей даже до приема дозы кортикоидов снижение.Поэтому циклоспорин был отменен, а кортикостероид был отменен. поддерживается в дозе 0,2 мг кг -1 VO через день до наступления в настоящее время, всего за период наблюдения 1 год и 8 месяцев.

    Обсуждение

    Атрофический гастрит - это недиагностируемое заболевание у животных, о котором мало сообщается (SHAW; IHLEN, 1999). Этиология неизвестна, но известно, что длительное применение ингибиторов секреции желудочного сока, таких как омепразол может привести к атрофии желудочных желез (STURGESS, 2001).В случае, описанном в этом исследовании, пациент начал с эпизодами спорадической рвоты в 11-месячном возрасте, усилившейся в по прошествии шести месяцев, и владельцы ранее не сообщали о приеме лекарств начало клинических признаков, таких как желудочные протекторы. В таком случае, установить этиологию не удалось, но влияние желудочных протекторов как возбудитель исключен.

    Наиболее частыми клиническими признаками являются рвота, которая может быть постоянной или периодической, но редко наблюдается кровавая рвота (СТУРГЕНТ, 2001; BASSO et al., 2007). Эти исследования отличаются от нашего отчета, в котором рвота наблюдалась в течение шести месяцев, спорадический, переходящий в тяжелую рвоту в последние недели, что, вероятно, связано с ассоциированный воспалительный гастрит, наблюдаемый в гистопатологических исследованиях. анализ.

    Окончательный диагноз атрофического гастрита возможен только через гистопатологический анализ слизистой оболочки желудка. Вероятно, это причина редко сообщается (РОССО, 2005).Эндоскопия позволяет непосредственно визуализировать и брать образцы слизистой оболочки желудка для цитологический и гистопатологический анализ и зарекомендовали себя как точный метод для диагностики желудочно-кишечных заболеваний (JERGENS et al., 1998). У этого пациента, которому обычные обследования и эмпирическое лечение было неэффективным, использование эндоскопии для прямой оценки и сбор материала для гистопатологической оценки был важен для окончательный диагноз атрофического гастрита.

    Стерджесс (2001) описывает гистопатологические изменения, обнаруженные при атрофическом гастрите в виде диффузных поражений с истончение слизистой оболочки и уменьшение размеров и глубины желудочных желез, приводящий к плоскому эпителию слизистой оболочки и более мелким и деформированным морщинкам, кроме того воспалительному инфильтрату. В нашем отчете мы наблюдали слизистую желудка с грануляция и лимфоцитарный инфильтрат, характерный для хронического воспаления, отек, очаги изъязвления и атрофия желез с высокой степенью железистая дегенерация с локальным фиброзом, что согласуется с наблюдается в литературе.

    Иммуносупрессивная терапия показана, когда образцы тканей демонстрируют преобладание лимфоцитов и плазматических клеток, предполагая иммуно-опосредованный процесс (TWEDT; MAGNE, 1992). Basso et al (2007) сообщили об использовании метилпреднизолона натрия. сукцинат в дозах 2 мг / кг -1 IV BID в течение семи дней подряд, с последующим снижением до 1 мг кг -1 IV BID в течение более семи дней. В постепенное снижение продолжалось до дозы 0.25 мг кг -1 VO SID для неопределенное время. Этот пациент представил разрешение клинического состояния. сроком на 18 месяцев. Россо (2005) сообщили о лечении лабрадора ретривера преднизоном 1 мг кг -1 VO BID в течение семи дней со снижением дозы до 0,75 мг кг -1 VO BID для больше трех недель связано с гипоаллергенной диетой. После восьмой недели лечение, владелец прекратил лечение, и у животного не было клинических признаков сроком на восемь месяцев.Для пациента, описанного в нашем исследовании, лечение начал с омепразола (1 мг кг -1 VO SID) в течение 30 дней, сульфаметоксазол (20 мг кг -1 VO BID) в течение 7 дней, сукральфат (25 мг кг -1 VO TID) в течение 20 дней, ондансетрон (0,2 мг кг -1 VO TID) в течение 5 дней, преднизон (1 мг кг -1 VO BID) и мягкой диете (вареная измельченная куриная грудка, рис, картофель и морковь). Через пятнадцать дней после начала лечения доза кортикоидов постепенно уменьшался до 0.2 мг кг -1 ВО через день в этой дозе установлен для этого пациента. Этот случай подтверждает и подтверждает наблюдаемые отчеты. в литературе относительно лечения, при котором кортикотерапия необходима для больные атрофическим гастритом. Тем не менее, согласно Россо (2005), лечение при атрофическом гастрите не определено, но диета с повышенным содержанием комплекса углеводы, низкое содержание жира и бедное неперевариваемой клетчаткой имеет важное значение.Basso et al. (2007) отмечают, что продолжающееся использование кортикостероидов даже при низких дозы, могут привести к побочным эффектам, но польза оправдывает использование, преодолевая вред.

    После восьми месяцев лечения, после исчезновения клинических признаков, пациент прошла новая эндоскопия для контроля и переоценки слизистой оболочки желудка. В при этом обследовании растяжение живота было более эффективным по сравнению с первым обследование, но оно все еще не отражало ожидаемую способность к растяжению нормальный желудок для вида.Окраска слизистой оболочки тела, глазного дна и антральный отдел привратника был розовым, без повреждений / язв / эрозий или дефектов слизистой оболочки. Эти изображения, сильно отличающиеся от тех, что наблюдались при первом осмотре, когда слизистая оболочка геморрагическая, отечная, с участками разрыва. Этот макроскопический оценка после лечения показала, что слизистая желудка выглядит здоровой, но с потеря способности к растяжению. Лекуиндр и Chevallier (2000) предполагают, что замена париетальных клеток фиброз слизистой оболочки желудка происходит из-за разрешения воспаления этих клетки.Несмотря на субъективную и неизмеримую оценку растяжения желудка емкости, можно установить корреляцию между этим уменьшением растяжения и фиброз, описанный Lecoindre и Chevallier (2000). Нет данных в литературу, чтобы доказать эту теорию.

    Гистопатологический анализ после лечения выявил некоторые дискретно искаженные желудочные железы с дискретным лимфоплазмоцитарным инфильтратом с скоплением поверхностных сосуды в некоторых разрезах, а также отек собственной пластинки.Эпителий был сохранились. Никаких структур, свидетельствующих о наличии хеликобактерий, не наблюдалось. В сравнении до обследования перед лечением, когда эпителиальная эрозия и особенно язвы очаги наблюдались, слизистая желудка существенно восстановилась, что подтверждает макроскопическую оценку слизистой оболочки, выполненную с помощью эндоскопии и разрешение клинического состояния. Несмотря на эти положительные результаты, наличие о дискретном хроническом лимфоплазмоцитарном гастрите все же был сделан вывод, что оправдывает поддержание кортикостероидной терапии, лекарства, которое производит животное непрерывное и бесперебойное использование с момента постановки диагноза.Наблюдается железистая деформация в гистопатологии может быть связано с регенерацией желез, которые, согласно Twedt и Magne (1992), возможно, стимулируется приемом кортикостероидов, которые помимо противовоспалительного преимущества могут способствовать регенерации париетальных клеток. Россо (2005) утверждает, что после удаления возбудителя клинические признаки и гистологические изменения обратимы. В этом случае, о котором сообщается, этиология не установлена, как в сообщении Basso et al.(2007), что также согласно Rosseau (2005) является хорошим прогнозом для борьбы с болезнями, но неудовлетворительны для его лечения.

    Заключение

    Эндоскопия в этом случае была эффективна для окончательного диагноза атрофического гастрита. отчет, и он показан всем пациентам с хронической рвотой, но не поддается симптоматическому лечению.

    Список литературы

    BASSO, P. C .; BRUN, M. V .; SCHMIDT, C .; BARCELLOS, D. L .; ГРАНИ, Д. Л.Cirurgia laparoscópica без диагностики гастрита crônica atrófica seguida de tratamento clínico em cadela: relato de caso. Arquivo Brasileiro de Medicina Veterinária e Zootecnia, Белу-Оризонти, т. 59, н. 5, стр. 1205-1210, 2007.

    FOSSUM, T. W. Cirurgia de pequenos animais. 2. изд. Сан-Паулу: Рокка, 2005. 1408 с.

    JERGENS, A.E .; ANDREASEN, C. B .; HAGEMOSER, W. A. ​​Cytologic исследование эксфолиативных образцов, полученных при эндоскопии, для диагностики Заболевания желудочно-кишечного тракта у собак и кошек.Журнал американского Ветеринарная медицинская ассоциация, Schaumburg-IL, 213, n. 12, стр. 1755-1759, 1998.

    LECOINDRE, P .; CHEVALLIER, M. Gastriteschroniques. В: LAFORGE, H .; GROULADE, P. Encyclopédievéterinaire. Париж: Энциклопедия Medico Chirurgicale, 2000. v. 3, p. 1-6.

    MELANIE, N.W .; БРЕННЕР, Х. Распространенность хронического атрофического гастрита. в разных частях света. Эпидемиология рака, биомаркеры и Профилактика, Филадельфия, v.15, п. 6, стр. 1083-1094, г. 2006.

    РОССО, М. Тяжелый лимфоцитарно-плазмоцитарный и атрофический гастрит, а также преимущественно эозинофильный тяжелый энтерит у 19-месячного Лабрадор ретривье. Канадский ветеринарный журнал, Гуэлф, т. 46, п. 3, стр. 264-267, 2005.

    SHAW, D .; IHLE, S. Doenças gastrointestinais. В: ШАУ, Д. Medicina interna de pequenos animais. Порту-Алегри: Artmed, 1999. cap. 41, стр. 287-289.

    СИМПСОН, К.W. Эндоскопия желудочно-кишечного тракта у собак. Журнал Практика мелких животных, Оксфорд, т. 34, н. 4, стр. 180-188, 1993.

    STURGESS, C. P. Doenças do trato alimentar. В: ДАНН, Дж. К. Tratado de medicina Interna de pequenos animais. Сан-Паулу: Roca, 2001. cap. 36, стр. 367-443.

    ТАМ, Т. Р. Эндоскопия мелких животных. 2 изд. Миссури: Мосби, 1999. 497 с.

    TWEDT, D. C .; MAGNE, M. L. Moléstias do estômago. В: ЭТТИНГЕР, С.J. Tratado de medicina interna veterinária: moléstias do cão e гато. 3. изд. Сан-Паулу: Manole, 1992. v. 3, cap. 85, стр. 1367-1369.

    WILLIANS, D. A. Гастрит атрофический. В: TILLEY, L.P .; СМИТ, Ф. В. K. 5-минутная ветеринарная консультация собак и кошек. Белтимор: Lippiincott Willianms & Wilkins, 2000. CD-ROM.

    Заметки автора

    * Автор для переписки

    Атрофический гастрит с высокой распространенностью Helicobacter pylori является преобладающим признаком у пациентов с диспепсией в высокогорной местности

    Пиюш Кумар Шарма, 1 Теджас Менон Сури, 1 Пратап Мули Венигалла, 1 Сушил Кумар Гарг, 1 Гулам Мохаммад, 2 Прасенджит Дас, 3 406 Сарама Суд Винит Ахуджа 1
    Отделения гастроэнтерологии
    и питания человека, 1
    Патология, 3 и микробиология, 4
    Всеиндийский институт медицинских наук
    , Нью-Дели.
    Департамент медицины, 2
    Мемориал Сонам ​​Норбу
    Государственная больница,
    Лех, Ладакх,
    Джамму и Кашмир, Индия.



    Корреспондент
    : Доктор Винит Ахуджа
    Почта: [email protected]

    DOI : http://dx.doi.org/10.7869/tg.224

    Аннотация

    Общие сведения: диспепсия - частый симптом у жителей Леха, высокогорного региона в Ладакхе, Индия.Гастрит, связанный с Helicobacter pylori, является частой причиной таких симптомов. Однако данные об этой связи на больших высотах немногочисленны. Цель: изучить демографические, эндоскопические и гистопатологические данные у пациентов с диспепсическими симптомами в высокогорном районе Леха. Методы: перекрестное исследование было проведено у 84 пациентов с симптомами диспепсии, находившихся в амбулаторном отделении местной государственной больницы в Лехе. Были изучены демографические детали, эндоскопия, гистопатология биопсий верхних отделов желудочно-кишечного тракта и микробиологические культуры желудочного / двенадцатиперстного аспирата.

    Результаты: средний возраст составлял 38,4 года, из которых 42% составляли мужчины. Местные продукты с высоким содержанием соли употребляли 75% пациентов. Боль в эпигастрии была наиболее частым симптомом (у 96%), а боль, иррадиация в спину, была еще одним специфическим симптомом, наблюдаемым у 49% пациентов. Преобладающим признаком эндоскопии был антральный гастрит у 71% пациентов. Узловой гастрит наблюдался у 18% пациентов. Хеликобактер пилори был зарегистрирован у 93% пациентов, гистопатология выявила воспаление от легкой до умеренной степени у 93% и атрофию от легкой до умеренной у 90% пациентов.Колонизация грамотрицательными бациллами наблюдалась в посевах желудочного / двенадцатиперстного аспирата.

    Заключение. Диспепсия на большой высоте обычно проявляется болью, иррадиирующей в спину с очень высокой (90%) распространенностью H. pylori, эндоскопическими данными антрального гастрита и узлового гастрита, а также атрофическим гастритом при биопсии. Необходимы дальнейшие исследования, чтобы определить, связаны ли эти наблюдения с высокогорьем или высоким содержанием соли в их рационе, а также влияют ли они на канцерогенез.

    Клиническое проявление воспаления желудка определяется его этиологией, реакцией хозяина, генетической предрасположенностью и факторами окружающей среды. Диспепсия является основным клиническим проявлением гастрита, и по имеющимся данным, ее частота составляет 15,3 на 1000 человеко-лет [1]. Это один из наиболее распространенных симптомов со стороны верхних отделов желудочно-кишечного тракта и, следовательно, не специфичен для гастрита.80% всех гастроскопий выполняются для исследования диспепсии, а эндоскопический диагноз гастрита ставится в 59% из них, хотя только у 3% изменения являются серьезными [2]. Нет точной корреляции между результатами эндоскопии и гистологии, а также их тяжестью. В северной части Индии инфекция Helicobacter pylori наблюдается у 56,7% бессимптомных лиц и у 61,3% с одним или несколькими симптомами, указывающими на диспепсию [3]. Это несоответствие между клиническими данными и результатами исследований часто представляет собой серьезную диагностическую дилемму у пациентов с диспепсией в качестве основной жалобы.

    Патология желудка у пациентов, проживающих на больших высотах, по-видимому, отличается от патологии у пациентов на уровне моря. Сообщается о более высокой распространенности инфекции H. pylori на больших высотах. [4] Тяжесть патологии, связанной с H. pylori, в слизистой оболочке антрального отдела желудка, тела и, в меньшей степени, кардии, также, по-видимому, выше у пациентов, живущих на больших высотах. Кроме того, у этих пациентов чаще встречаются серьезные желудочные изменения, такие как хронический атрофический гастрит и кишечная метаплазия.[5]

    Очень мало исследований изучали гистопатологию и клинические характеристики гастрита в высокогорных группах населения. Настоящее исследование было направлено на изучение результатов гистопатологии и эндоскопии у пациентов с симптомами со стороны верхних отделов желудочно-кишечного тракта в высокогорном регионе Индии. Мы также хотели определить, существует ли какая-либо связь между высокогорным образом жизни или диетическими факторами и тяжестью патологии, связанной с H. pylori.

    Методы

    Район Лех является частью региона Ладакх штата Джамму и Кашмир.Он расположен на высоте 3524 метра (11562 фута) над уровнем моря и ограничен горным хребтом Куньлунь на севере и Великими Гималаями на юге. Он расположен между 32 ° и 36 ° северной широты и 75 ° - 80 ° восточной долготы. Настоящее исследование представляет собой аудит данных, собранных в двух оздоровительных лагерях, проведенных в Лехе в 2006 и 2007 годах. В него вошли 84 пациента, обратившихся в амбулаторное отделение местной государственной больницы в Лехе с жалобами на диспепсию верхних отделов желудочно-кишечного тракта.

    Был получен подробный клинический анамнез, касающийся демографических факторов и факторов образа жизни, включая пищевые привычки и одежду, профиль симптомов, предыдущее лечение эрадикацией H. pylori и прием ингибиторов протонной помпы (ИПП).

    Регистрировали частоту и выраженность симптомов боли в эпигастрии. По визуальной аналоговой шкале степень тяжести оценивалась как легкая, умеренная и тяжелая. Пациенты, потребляющие мясо менее одного раза в месяц, считались вегетарианцами, а курильщиками или потребителями алкоголя считались только люди, которые в настоящее время курили или употребляли алкоголь регулярно на момент обращения.Солевой чай (чай гур-гур), который является очень популярным местным напитком, готовят из масла яка, добавленного в кипящую воду, смешанного с солью, содой, молоком и настоем чайных листьев, называемым зарча. Местные жители считают, что масло необходимо для сохранения тепла в холодном климате. Ладакхское платье - гонча, объемный халат из плотной шерстяной ткани с поясом, перевязанным на талии, надетый на свободную пижаму, цилиндр и длинные валенки, завершающие ансамбль. Пациенты включались в исследование, если трансабдоминальное ультразвуковое исследование было нормальным, желчный пузырь и поджелудочная железа были нормальными.

    Всем пациентам была проведена фиброоптическая эндоскопия верхних отделов желудочно-кишечного тракта (Olympus GIF, XQ20), а опытный эндоскопист провел тщательную оценку изменений слизистой оболочки. Регистрировали наличие или отсутствие воспалительных изменений в пищеводе, глазном дне, теле, антральном отделе и двенадцатиперстной кишке. Диагноз узлового гастрита был поставлен, когда слизистая оболочка имела неровный узор, вымощенный булыжником, с характерными микронузлами диаметром 1–4 мм, с гладкой поверхностью и того же цвета, что и окружающая слизистая оболочка.

    Биопсии были получены из четырех участков: пищевода, тела, антрального отдела и двенадцатиперстной кишки и отправлены на гистопатологию патологом-специалистом по желудочно-кишечным заболеваниям; которые не имели доступа к какой-либо клинической или эндоскопической информации. Образцы антрального отдела и тела были исследованы на наличие и степень инфильтрата мононуклеарных клеток (хроническое воспаление), нейтрофильных инфильтратов (воспалительная активность), атрофии желез, кишечной метаплазии и инфекции H. pylori, а оценка проводилась в соответствии с обновленной Сиднейской системой.[6]

    Образцы пищевода были исследованы на предмет воспаления, метаплазии, кровяных озер и гиперплазии. Образцы двенадцатиперстной кишки были исследованы на предмет воспаления, соотношения крипт и ворсинок, наличия паразитов и метаплазии. Считалось, что пан-воспаление присутствует, когда одновременно обнаруживались воспаления пищевода, антрального отдела, дна и двенадцатиперстной кишки. Биопсии были доставлены в течение 72 часов в 10% растворе формалина во Всеиндийский институт медицинских наук (AIIMS), Нью-Дели для дальнейшей обработки и исследования.Для репрезентативного числа пациентов были получены желудочные / двенадцатиперстные аспираты, инокулированы флаконы с жидкими культурами и доставлены в течение 72 часов в AIIMS.

    Информированное согласие было получено от каждого пациента. Исследование было проведено в соответствии с принципами, изложенными в Хельсинкской декларации. Статистический анализ проводился с использованием статистического программного обеспечения Stata версии 11 (StataCorp LP, Техас, США).

    Результаты

    Демографические данные пациентов приведены в таблице 1.Средний возраст исследуемой популяции составлял 38,4 года, а средний индекс массы тела (ИМТ) составлял 22,2 кг / м2. Из всех пациентов 42% составляли мужчины и почти 90% - буддисты. Все они проживали на высоте 3500 м над уровнем моря и выше. 68% людей сообщили, что они носили традиционную ладакхскую одежду в качестве основной одежды, тогда как 77% регулярно пили местный солевой чай, в среднем 5 чашек в день. Около 10% сами сообщили о частых потребителях алкоголя, а 13% признались, что курят регулярно.Расположенный на большой высоте регион Лех и Ладакх не имеет регулярных или достаточных запасов свежих фруктов и овощей. Еженедельное потребление свежих фруктов и овощей в исследуемой популяции летом составляло в среднем 6 порций в неделю. Зимой она была уменьшена до 2 порций в неделю из-за плохого питания, ненастной погоды и отсутствия транспорта. Понятно, что большинство жителей придерживаются невегетарианской диеты, особенно соленого мяса. Чуть менее 2% пациентов ранее перенесли H.pylori, а 38% в прошлом получали ИПП для лечения своих симптомов.

    Методы клинической картины пациентов представлены в таблице 2. Большинство (96%) пациентов имели выраженную боль в эпигастрии в качестве основной жалобы, и 46% из них испытывали ее каждый день. Боль была в большинстве случаев умеренной (78%). 49% пациентов также испытали иррадиирующую боль в спину. У 38% была изжога, а у 32% - срыгивание. Уровень амилазы в сыворотке крови был нормальным у всех пациентов с иррадиацией в спину абдоминальной боли.У пяти пациентов, которые впоследствии обратились в AIIMS для последующего наблюдения, эндоскопическое ультразвуковое исследование по поводу хронического панкреатита показало, что их поджелудочная железа в норме. Результаты эндоскопии верхних отделов желудочно-кишечного тракта представлены в таблице 2. Эндоскопия выявила антральный гастрит у 71% пациентов с признаками воспаления двенадцатиперстной кишки от легкой эритемы слизистой оболочки до явных изъязвлений и структурных деформаций у 16%. Подобные изменения также наблюдались в теле и / или глазном дне почти у 10% пациентов. В 18% случаев эндоскопический вид слизистой оболочки соответствовал диагнозу узлового гастрита.

    Из 84 гистопатологических образцов только 59 были признаны адекватными для точной классификации и описания этиологии, морфологии и тяжести гастрита в соответствии с обновленной Сиднейской системой классификации [6]. Результаты гистопатологии представлены в таблице 3. Гистопатология выявила легкие или умеренные воспалительные изменения у более чем 90% пациентов. Повреждение поверхностного эпителия обнаружено у 86% пациентов. Атрофия легкой и средней степени тяжести наблюдалась примерно у 90% пациентов.У 81% пациентов кишечная метаплазия отсутствовала. Хеликобактер пилори был положительным у 93% пациентов, в большинстве случаев с легкой или умеренной плотностью инфицирования. Посевы желудочного / двенадцатиперстного аспирата, полученные от 15 пациентов, выявили колонизацию Escherichia coli у 4 пациентов, Pseudomonas aeruginosa у 4, Enterobacter spp. у 2 и нескольких организмов в 5. Все эти организмы показали полную чувствительность к имипенему, меропенему, амикацину, нетилимицину, пиперациллину, цефоперазон / сульбактам и тикарциллин / клавуланат, но устойчивость к цефалоспоринам, ципрофлоксацину и пиперациллину наблюдалась у одного из P.aeruginosa, а устойчивость к ципрофлоксацину наблюдалась у двух других изолятов P. aeruginosa и E. coli.

    Обсуждение

    Учитывая отсутствие корреляции между клиническими, эндоскопическими и гистопатологическими данными у пациентов с диспепсией, гастрит представляет собой серьезную диагностическую дилемму для гастроэнтерологов. Часто этих пациентов связывают с пациентами, имеющими совершенно разные представления и результаты исследований. С открытием H. pylori в 1982 году было высказано предположение, что хронический гастрит вызывается повторными воспалительными поражениями слизистой оболочки желудка и последующей атрофией из-за вызванной инфекцией.Обновленная Сиднейская система помогает сделать более объективную оценку этого состояния. [6]

    Боль в эпигастрии, изжога, срыгивание, вздутие живота, ночная боль, отрыжка, дискомфорт после еды, раннее насыщение, тошнота, сытость после еды - обычные проявления у пациентов с диспепсией, причем боль в эпигастрии является наиболее частой. [7] Боль, иррадиация в спину, обычно не является симптомом у этих пациентов. Такие симптомы характерны для панкреатита или проникающей язвенной болезни.Однако у пациентов с Ладакхским гастритом, которые мы обследовали, помимо боли в эпигастрии, изжоги и срыгивания, боль, иррадиация в спину, была уникальным проявлением, отмеченным почти у половины пациентов. Клинически значимые результаты эндоскопии были ранее отмечены у 58% из 1040 пациентов, обратившихся с симптомами диспепсии в учреждение первичной медико-санитарной помощи в Канаде [8]. Обнаружение только гастрита при эндоскопии не считалось достаточным доказательством в этом исследовании, и только эрозии, язвы, пищевод Барретта, рефлюкс-эзофагит считались клинически значимыми.Распространенность инфекции H. pylori составила 30%. В исследовании 197 тибетских пациентов с симптомами диспепсии из Южной Индии, эндоскопические доказательства язв, существующих или ранее, были обнаружены у 18% пациентов; признаки гастрита или дуоденита были обнаружены у 30%, а H. pylori - у 77% [9]. В исследовании на уровне местного сообщества, проведенном в Италии с участием 1033 пациентов с симптомами диспепсии или без них, почти три четверти пациентов были признаны нормальными при эндоскопии. [10] Общая распространенность H.pylori составляла 58% в этом исследовании, при этом распространенность инфекции H. pylori составляла 93% у пациентов с язвенной болезнью. Положительные результаты эндоскопии были отмечены у большинства наших пациентов с диспепсией. Высокая распространенность инфекции H. pylori (93%) является потенциальной причиной столь высоких результатов эндоскопии. Однако роль специфических факторов питания и демографии коренных народов требует дальнейшего изучения.

    Заслуживают внимания эндоскопические поражения, обнаруженные в текущем исследовании. Мы наблюдали эзофагит, гастрит и дуоденит, а не язвенные или эрозивные поражения.Это контрастирует с другими исследованиями, упомянутыми выше, в которых преобладали язвы или эрозии. [8-10] Сообщалось, что узловатость антрального канала имеет высокую специфичность от 95 до 100% для инфекции H. pylori у детей и взрослых. Однако сообщалось, что его чувствительность варьируется от 28 до 74%. [11-18] Подобный узловой гастрит был замечен у ~ 18% наших пациентов, у которых также был высокий уровень инфекции H. pylori (93%).

    Частота инфицирования H. pylori была выше в текущем исследовании не только по сравнению с исследованиями, проведенными в Канаде [8] и Италии [10], но и в южной Индии.[9] Эпидемиологический разрыв между промышленно развитыми странами и развивающимися странами в отношении условий жизни и социально-экономических условий может объяснить более высокую заболеваемость H. pylori в текущем исследовании. Однако более высокий уровень инфицирования по сравнению с исследованиями, проведенными на юге Индии [9], предполагает наличие других факторов, таких как высота над уровнем моря и местные особенности питания. О столь высоких показателях инфицирования H. pylori на больших высотах по сравнению с прибрежными районами также сообщалось из Перу [4]. Было обнаружено, что высокое потребление соли усиливает H.pylori [19] и синергизирует индуцированное H. pylori повреждение слизистой оболочки желудка [20] в моделях на животных. В японском исследовании также было обнаружено, что диета с высоким содержанием соли увеличивает риск инфекции H. pylori [21]. Определенные диеты с высоким содержанием соли составляют важную часть местной кухни региона Ладакх, и большинство наших пациентов принимали их.

    Хронический гастрит, ассоциированный с H. pylori, может проявляться как гастрит с преобладанием антрального отдела или тела с многоочаговой атрофией. Первое предрасполагает пациента к развитию язвы двенадцатиперстной кишки, а второе - к язве желудка и карциноме желудка.[22] Таким образом, важны любые гистологические данные об атрофии и кишечной метаплазии. Было обнаружено, что риск развития атрофии и метаплазии у разных этнических групп различен. Атрофические изменения были обнаружены у 60% основных бенгальцев с язвой двенадцатиперстной кишки и инфекцией H. pylori, большинство из которых были легкими. Напротив, атрофические изменения были обнаружены только у 28% бессимптомных этнических племен с H. pylori из той же части Индии [23]. В исследовании, проведенном в Иране, атрофия слизистой оболочки желудка была обнаружена у 67% пациентов, а кишечная метаплазия - у 44% пациентов с H.pylori, большинство из которых старше 60 лет [24]. В исследовании, проведенном с участием взрослых японцев в возрасте до 29 лет с положительным результатом на H. pylori, атрофия была обнаружена примерно в 28% биопсий антрального отдела и тела [15]. В Перу, где частота инфицирования H. pylori высока, умеренный или тяжелый хронический атрофический гастрит был обнаружен у 67% пациентов с диспепсией [25]. Было обнаружено, что тяжесть гистологических поражений была хуже у пациентов, живущих на больших высотах. [5] В текущем исследовании атрофия наблюдалась в 90% биоптатов.Хотя большинство биопсий показали легкую атрофию, а кишечная метаплазия наблюдалась только в 19% биопсий, распространенность атрофического гастрита определенно выше, чем та, о которой сообщалось на равнинах или в регионах плато.

    Было обнаружено, что H. pylori и бактерии, не относящиеся к Helicobacter, обладают синергическим действием на развитие атрофического гастрита. [26] Высокая распространенность около 65% не-H. pylori бактериальная колонизация слизистой оболочки желудка была обнаружена одновременно с инфекцией H. pylori в исследовании, проведенном в Китае.Наиболее часто выделяемые микроорганизмы включали флору верхних дыхательных путей [27]. В текущем исследовании другие бактерии были изолированы у всех 15 пациентов, подвергнутых случайному посеву желудочного / двенадцатиперстного аспирата. Однако выделенная флора включала грамотрицательные бациллы, включая E. coli, P. aeruginosa и Enterobacter spp. Агенты, подавляющие кислоту, назначаемые этим пациентам по поводу диспепсии и гипохлоргидрии, связанных с инфекцией H. pylori, могут способствовать наблюдаемому росту бактерий. Однако преобладание избранной грамотрицательной флоры по сравнению с флорой верхних дыхательных путей, как наблюдалось ранее [27,28], не может быть объяснено.

    В заключение, диспепсия на большой высоте обычно проявляется в виде боли, иррадиирующей в спину, с очень высокой (90%) частотой инфицирования H. pylori. Эндоскопические данные при антральном, узловом и атрофическом гастрите являются обычными. Также наблюдалась сопутствующая колонизация желудка избранной грамотрицательной флорой. Усиливаются ли эти атрофические изменения с возрастом и подвергаются ли они канцерогенезу, связанному с более высокой распространенностью рака желудка, требует дальнейших исследований в этой популяции. Принимая во внимание данные, полученные в высокогорных районах Перу [4,5], и понимание того, что высокое потребление соли синергетически оказывает пагубное воздействие на H.pylori на слизистой оболочке желудка [19–21], необходимо дальнейшее изучение уникальной микробиологии и клинической эпидемиологии этих высокогорных популяций.

    Ссылки

    1. Валландер М.А., Йоханссон С., Руигомес А., Гарсиа Родригес Л.А., Джонс Р. Диспепсия в общей практике: заболеваемость, факторы риска, сопутствующие заболевания и смертность. Fam Pract. 2007; 24: 403–11.
    2. Оуэн Д.А. Гастрит и кардит. Мод Pathol. 2003. 16: 325–41.
    3. Сингх В., Триха Б., Наин С.К., Сингх К., Вайфей К.Эпидемиология Helicobacter pylori и язвенной болезни в Индии. J Gastroenterol Hepatol. 2002; 17: 659–65.
    4. Экология Helicobacter pylori в Перу: уровни инфицирования в прибрежных, высокогорных районах и в джунглях. Рабочая группа по физиологии желудочно-кишечного тракта Cayetano Heredia и Университета Джонса Хопкинса. Кишечник. 1992; 33: 604–5.
    5. Recavarren-Arce S, Ramirez-Ramos A, Gilman RH, Chinga-Alayo E, Watanabe-Yamamoto J, Rodriguez-Ulloa C и др. Тяжелый гастрит в перуанских Андах.Гистопатология. 2005; 46: 374–9.
    6. Диксон М.Ф., Гента Р.М., Ярдли Дж. Х., Корреа П. Классификация и классификация гастрита. Обновленная Сиднейская система. Международный семинар по гистопатологии гастрита, Хьюстон, 1994. Am J Surg Pathol. 1996; 20: 1161–81.
    7. Майнече-Шмидт В. Классификация диспепсии и ответ на лечение ингибиторами протонной помпы. Алимент Pharmacol Ther. 2004; 20: 1171–9.
    8. Томсон А.Б., Баркун А.Н., Армстронг Д., Чиба Н., Уайт Р.Дж., Дэниэлс С. и др.Распространенность клинически значимых результатов эндоскопии у пациентов первичного звена с неисследованной диспепсией: исследование Canadian Adult Dyspepsia Empiric Treatment - Prompt Endoscopy (CADET-PE). Алимент Pharmacol Ther. 2003; 17: 1481–91.
    9. Кателарис PH, Типпетт Г.Х., Норбу П., Лоу Д.Г., Бреннан Р., Фартинг М.Дж. Диспепсия, Helicobacter pylori и язвенная болезнь в случайно выбранной популяции в Индии. Кишечник. 1992; 33: 1462–6.
    10. Загари Р.М., Закон Г.Р., Фуччио Л., Поццато П., Форман Д., Баццоли Ф.Симптомы диспепсии и результаты эндоскопических исследований в сообществе: исследование Лойано-Монгидоро. Am J Gastroenterol. 2010; 105: 565–71.
    11. Лабенц Дж., Гьенес Э., Руль Г. Х., Вичорек М., Глучи Дж., Борщ Г. [Является ли гастрит с Helicobacter pylori макроскопическим диагнозом?]. Dtsch Med Wochenschr. 1993; 118: 176–80.
    12. Лайне Л., Коэн Х., Слоан Р., Марин-Соренсен М., Вайнштейн В.М. Согласие между наблюдателями и прогностическая ценность результатов эндоскопических исследований H. pylori и гастрита у здоровых добровольцев.Gastrointest Endosc. 1995; 42: 420–3.
    13. Греллье Л., Таннер П., Грейнджер С.Л. Узловатость антрального отдела: макроскопический маркер гастрита Helicobacter pylori. Кишечник. I993; 34: S35.
    14. Сбейх Ф., Абдулла А., Салливан С., Меренков З. Узловатость антрального канала, лимфоидная гиперплазия желудка и Helicobacter pylori у взрослых. J Clin Gastroenterol. 1996; 22: 227–30.
    15. Камада Т., Сугиу К., Хата Дж., Кусуноки Х., Хамада Х., Кидо С. и др. Оценка эндоскопических и гистологических данных у молодых взрослых японцев с положительной реакцией на Helicobacter pylori.J Gastroenterol Hepatol. 2006; 21: 258–61.
    16. Bujanover Y, Konikoff F, Baratz M. Узловой гастрит и Helicobacter pylori. J Педиатр Гастроэнтерол Нутр. 1990; 11: 41–4.
    17. Хассалл Э., Диммик Дж. Особенности заболевания Helicobacter pylori у детей. Dig Dis Sci. 1991; 36: 417–23.
    18. Хан М.К., Алхомси З., Аль-Момен С., Ахмад М. Эндоскопические особенности гастрита, вызванного Helicobacter pylori. Саудовская Дж. Гастроэнтерол. 1999; 5: 9–14.
    19. Fox JG, Dangler CA, Taylor NS, King A, Koh TJ, Wang TC.Диета с высоким содержанием соли вызывает гиперплазию желудочного эпителия и потерю париетальных клеток, а также усиливает колонизацию Helicobacter pylori у мышей C57BL / 6. Cancer Res. 1999; 59: 4823–8.
    20. Gamboa-Dominguez A, Ubbelohde T, Saqui-Salces M, Romano-Mazzoti L, Cervantes M, Dominguez-Fonseca C, et al. Соль и стресс синергизируют вызванные H. pylori поражения желудка, пролиферацию клеток и экспрессию p21 у монгольских песчанок. Dig Dis Sci. 2007; 52: 1517–26.
    21. Цугане С., Тей И, Такахаши Т., Ватанабе С., Сугано К.Прием соленой пищи и риск заражения Helicobacter pylori. Jpn J Cancer Res. 1994; 85: 474–8.
    22. Suerbaum S, Michetti P. Инфекция Helicobacter pylori. N Engl J Med. 2002; 347: 1175–86.
    23. Saha DR, Datta S, Chattopadhyay S, Patra R, De R, Rajendran K и др. Неразличимые клеточные изменения в слизистой оболочке желудка у пациентов с бессимптомной трибальной язвой и язвой двенадцатиперстной кишки, инфицированных Helicobacter pylori. Мир Дж. Гастроэнтерол. 2009. 15: 1105–12.
    24. Emami MH, Taheri H, Tavakoli H, Esmaeili A.Предсказывают ли результаты эндоскопии наличие инфекции H. pylori? А как насчет косвенных гистологических результатов? J Res Med Sci. 2007; 12: 80–5.
    25. Recavarren-Arce S, Gilman RH, Leon-Barua R, Salazar G, McDonald J, Lozano R, et al. Хронический атрофический гастрит: ранняя диагностика в популяции, где часто встречается инфекция Helicobacter pylori. Clin Infect Dis. 1997; 25: 1006–12.
    26. Сандулеану С., Йонкерс Д., Де Бруйн А., Хаметеман В., Стокбруггер Р. В.. Двойная инфекция желудка бактериями Helicobacter pylori и не Helicobacter pylori во время кислотосупрессивной терапии: повышение провоспалительных цитокинов и развитие атрофического гастрита.Алимент Pharmacol Ther. 2001; 15: 1163–75.
    27. Hu Y, He LH, Xiao D, Liu GD, Gu YX, Tao XX и др. Бактериальная флора, сопутствующая Helicobacter pylori, в желудке пациентов с заболеваниями верхних отделов желудочно-кишечного тракта. Мир Дж. Гастроэнтерол. 2012; 18: 1257–61.
    28. Husebye E. Патогенез избыточного бактериального роста в желудочно-кишечном тракте.

      Добавить комментарий

      Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

      © 2019 - Правила здоровья и долголетия